Страсти в Эреборе.

- Ну что? - с надеждой спросил Кили, как только его дядя вышел из зала, где старейшины проводили совет. - Как все прошло? - Я сказал им все как есть, - ответил Торин, посмотрев на встревоженное лицо племянника. - Отец Эвелин всячески старался настроить против меня старейшин. Неудивительно, что он зол. Я пытался объяснить ему, что у Эвелин изначально были заблуждения на мой счет, но, похоже, это не возымело особого результата. - Этот занудный старикашка мне никогда не нравился, - проворчал Кили, с досадой ударив кулаком об ладонь. - Какое им дело до того, с кем ты делишь постель? Твоя личная жизнь никого не касается! - Не касалась, - поправил Торин, - пока мои отношения с Бильбо не предали огласке. - Ты жалеешь о том, что он выступил так открыто? - Ничуть. Торин не мог перестать глупо ухмыляться, вспоминая прошлый вечер. Он чувствовал, как на губах снова расползается широченная улыбка, которая никак не хотела убираться с лица. Черт, он готов был расцеловать Эвелин хотя бы за то, что она вынудила Бильбо сказать то, что он вчера так неосторожно ляпнул. Это же надо было такому случиться! Его сдержанный молчун вдруг вскочил с места и при всех заявил, что любит его! Да еще повторил это несколько раз! В честь этого Торин был готов хоть сейчас закатить праздник, но увы, сначала следовало разобраться со старейшинами. Их решение значило очень много в Эреборе. Они обладали почти такой же властью, что и он сам, поэтому он подозревал, что вчерашний вечер столь восхитительных признаний повлечет за собой весьма серьезные проблемы. - Вижу по твоему лицу, что ты очень доволен, - ехидно заметил Кили. - Не буду отрицать очевидное, - ухмыльнулся Торин. - Я не ожидал, что он способен на такой отчаянный шаг. - Я тоже. Но он это сделал. Он открыто заявил на меня свои права. Бильбо. Бильбо, который никогда не говорит слово на букву "л". - Думаешь, старейшины попытаются отобрать у тебя власть? - Возможно. - Даже если так, то народ тебя поддержит. Твои люди поднимут бунт, если совет решит сместить тебя. - Остаётся уповать на это, - вздохнул Торин, рассеянно потирая шею. - Но будем надеяться, что до этого не дойдет. - Куда ты? - окликнул его Кили. - Мне нужно поговорить с Бильбо. Торину пришлось расспросить слуг, чтобы отыскать Бильбо во дворце. В конце концов он нашёл хоббита на караульном мостике. Тот стоял, опершись на перила, и задумчиво смотрел на пейзаж, расстилавшийся внизу у подножия Горы. Торин несколько минут смотрел на него, любуясь тем, как ветер играет со светлыми прядями. К его глубочайшему сожалению, он был лишен удовольствия провести эту ночь в объятиях Бильбо, так как слухи о них распространились быстро, и старейшины, узнав о том, что произошло в общем зале, тут же призвали его к себе, потребовав объяснений. У него вырвался тяжкий вздох, стоило ему вспомнить о часах, потерянных впустую, пока ему полночи пришлось объясняться с этими упертыми ослами. Удивительно, как он сумел сдержаться и не послать их к черту. Торин неслышно подошёл ближе и привлек Бильбо к себе, прижав к своей широкой груди и уткнувшись носом в непослушные русые волосы. - О чем задумался? Бильбо вздрогнул, почувствовав на себе чьи-то руки, но, услышав его голос, сразу же расслабился. - Я не слышал твоих шагов. - Я подкрадывался. Бильбо улыбнулся и задрал голову вверх, пытаясь заглянуть в его лицо. - Все хорошо? - Я был на собрании этим утром. Бильбо сразу же внутренне сжался. - И как все прошло? - Не так ужасно, как я представлял, но и не слишком радужно. Бильбо закрыл рукой лицо и тихо выругался: - Боже, - простонал он, - я просто дурак! Ну зачем я сказал все это вчера? Мне не следовало говорить этого! Теперь у тебя проблемы из-за меня! Торин насильно повернул его к себе лицом и сжал его плечи: - Не говори так, слышишь? Я рад, что ты это сказал. Черт, я бы давным-давно явил тебя всему миру, но знал, что ты не захочешь предавать наши отношения огласке. Потому и молчал. Но ты не представляешь, насколько мне было мучительно скрывать это. И я справлюсь с последствиями, какими бы они ни были, понятно? Бильбо медленно кивнул. - Они смотрят на меня, - пробормотал он. - Кто? - Все. Твои люди, жители Горы... - Разумеется, смотрят. После твоей вдохновенной речи это неудивительно. - Они осуждают меня. - Если они осуждают тебя, то они осуждают и меня. А мне на это наплевать. Неужели тебя волнует чужое мнение? - Нет, но... это нелегко. Лицо Торина смягчилось. Он нежно погладил Бильбо по щеке, согревая прохладную кожу своим теплом. - Я понимаю твои чувства. Но вместе мы справимся, даю слово. Главное, наши друзья не отвернулись от нас. На лице Бильбо появилась слабая улыбка: - Признаться, я был ошеломлен вчера, услышав то, что сказал Глоин. - Это неизбежно, Бильбо. У всех есть глаза. Они видят, как мы смотрим друг на друга и как ведем себя, когда бываем вместе. Думаю, многие догадывались об этом, и уже давно. - Кхм, знаешь, - Бильбо неуверенно улыбнулся, лукаво взглянув на Торина, - честно говоря, я тоже испытал облегчение, когда правда открылась. Просто, когда ты был с этими женщинами... я понял, о чем ты говоришь. Видеть тебя с ними и не иметь возможности послать их куда подальше без всяких на то оснований... - Он тихо усмехнулся. - В общем, это заставило меня пересмотреть мои взгляды на наши отношения. Торин заулыбался и взял его лицо в свои большие ладони. - Ты ревновал? - Да, - признался Бильбо со вздохом. - Причем сильно. Торин потянулся вперёд и завладел его губами в нежном поцелуе. - Торин, нас же увидят, - шепнул Бильбо, отстранившись и с тревогой оглядываясь по сторонам. - И что с того? Теперь нам не нужно прятаться. - Я просто не хочу навредить тебе ещё больше. - Ничего не бойся, - прошептал Торин, обняв его за талию. - Ты никогда не сможешь навредить мне. Просто будь рядом, и все будет хорошо. - Боюсь, что именно это и навредит тебе, - сокрушенно ответил Бильбо, виновато опустив глаза. - Не делай этого. - Не делать чего? - Не кори себя. Ты ни в чем не виноват, сколько можно это повторять? - Торин снова обхватил его лицо и строго взглянул на него. - Я сам хотел этого, Бильбо. Нет, даже не просто хотел: я жаждал этого. Ещё с тех пор, как вернул с твоей помощью эту Гору. Все здесь принадлежит тебе так же, как и мне. Без тебя Эребор никогда бы не возвратился ко мне. Ты здесь такой же хозяин, как и я. Неужели ты не видишь, что все гномы, живущие в этой Горе, тебя уважают? Ты не потеряешь их уважения после своего признания. Ты знаменитый хоббит, который спас Торина Дубощита от смерти, помнишь? Ты не замечаешь этого, но они считают тебя одним из них. Ты такой же, как и мы. А еще ты смелый, умный, добрый, отважный... ты веселый и заботливый. У тебя доброе сердце. За это тебя и любят. За это я люблю тебя. Бильбо смутился, но не отвел глаз от его серьезного лица. - Тогда позволь сказать, за что я люблю тебя. - Внимательно слушаю. - Просто за то, что ты есть, - серьезно ответил Бильбо. - Потому что без Торина Дубощита я так и остался бы обыкновенным Бильбо Бэггинсом. А я не хочу больше быть тем, кем я был раньше. Спустя два дня они стояли на центральной площади в Горе. Старейшины, не скрывая своего презрения, выдвинули Торину условие: либо он высылает хоббита из Горы, либо снимает с себя все полномочия и обязанности правителя Эребора, дабы окончательно не запятнать честь рода Дурина позором. В ответ Торин спокойно сообщил, что не собирается делать ни того, ни другого, пока в Эреборе не будет проведено честное народное голосование. На совете, что проводили старейшины, присутствовали также советники и некоторые министры. Среди них был и отец Эвелин. Услышав заявление Торина, он взвился: - Голосование? А ты не боишься предстать перед народом после того позора, что ты устроил накануне? Ауле, да ты потерял весь стыд! Сначала обнадежил мою девочку напрасными надеждами, а в следующий момент заявил, что любишь мужчину! Стыд! Позор! Мы должны немедленно отстранить его от дел, - обратился он, изрыгая проклятия, к старейшинам, - пока весть об этом не облетела соседние королевства! Но не все старейшины были с ним согласны, поэтому, когда их голоса разделились, они дали Торину согласие на городское собрание, решив поступить так, как решат жители Эребора. Если народ посчитает нужным лишить тебя трона, то так тому и быть, объявили они Торину. Бильбо холодел от страха, стоя на виду у всех рядом с Торином на специально обустроенной площадке и гадая, чем все это закончится. Рядом с ними на стульях восседали старейшины в мантиях, Балин и еще пара советников. Тут же был и Двалин. Отец Эвелин тоже был здесь. Вся площадь была забита до отказа. Жители были взволнованны и возбужденно переговаривались, стоял непрерывный гул голосов. Но стоило Торину поднять руку, призывая к тишине, как все тотчас умолкли, ожидая, что он скажет. Тут вскочил со своего места отец Эвелин, и начал истерично визжать и поливать Торина грязью, обвиняя его во всех смертных грехах, в том числе и в совращении его красавицы дочери. Он говорил до тех пор, пока лицо не побагровело, словно его сейчас хватит удар. Выплеснув свою ярость, он плюхнулся обратно и утер платком взмокшее от пота лицо. Торин слушал его тираду с каменным лицом. Бильбо с ужасом подумал, что сейчас он кинется на старика и просто убьет его за все те слова, что тот наговорил. Но когда Торин заговорил, голос его был абсолютно спокоен. - Братья мои, - заговорил он в наступившей тишине, - много лет я служил вам верой и правдой. Я всегда старался быть вам хорошим королем. И вот сейчас я стою перед вами, и только ваше решение решит мою судьбу. Клянусь, - добавил он с сарказмом, - у меня, как и у всех, много прегрешений на совести, но я никогда не совращал ничьих дочерей, это мне без надобности. Разве что по молодости, когда был зелен, но кто этим не грешил, верно? - усмехнулся он. Потом посерьезнел и продолжил. - Но сейчас речь не об этом. Я не пятнал честь моего рода. Все, что я сделал - это открыл правду о себе. Разве никто из вас не любил? Никто не знает, что это такое? Я не сделал ничего, чтобы навлечь на себя ваш гнев. Долгое время я был несчастен и озлоблен, не имея ни дома, ни семьи... Вы все это помните. Многие в толпе закивали при этих словах. - В моем сердце долго жила тоска и боль из-за потерь. Я никогда не думал, что вспомню, что такое радость... или что такое улыбка... Торин повернул голову, взглянув на Бильбо. Потом резко притянул его к себе и обнял за талию, снова обведя взглядом лица гномов. - Если вы осудите меня за то, что я вновь обрел шанс на собственное счастье, то я смирюсь с этим и отойду от дел. Вы вправе знать всю правду обо мне. И правда в том, что я собираюсь навсегда связать свою жизнь с Бильбо Бэггинсом. В этой Горе или вне её стен - я буду бороться за собственное счастье, как сделал бы каждый из вас. Неважно, кто он - тот, кого мы любим: гном, хоббит... мужчина или женщина... Главное - то, что он рядом. Мы - гномы. Самое главное для нас - это наша семья. Моя семья - это мои племянники, мои друзья... и этот хоббит, - произнес Торин, глядя на Бильбо. - Тот, кто помог вернуть мне мой дом и веру в светлое будущее. - Черт, ты нарочно это делаешь? - прошептал Бильбо, когда тот умолк и наступила пронзительная тишина. - Что именно? - Если бы не все эти гномы, я бы повалил тебя на землю и занялся любовью прямо здесь, - ответил Бильбо, шумно сглотнув. - Чем бы ни закончился этот день, знай, что я не дам забыть тебе этих слов, понятно? - Он незаметно улыбнулся. - Теперь ты должен быть со мной до конца дней, Торин, хочешь ты этого или нет. И когда мы будем дряхлыми стариками, попробуй только пожаловаться, что моя физиономия тебе надоела. Торин молчал, не ответив на его шутку. В серых глазах он увидел столько невысказанных чувств, что перехватило дыхание. Кажется, он позабыл про всех вокруг, пока их взгляды были устремлены друг на друга. Бильбо сам потянулся к нему, хотя был твёрдо намерен держать себя в руках и держаться от него подальше, чтобы не навлечь на голову Торина ещё больше неприятностей. Но вот он стоит и прилюдно целует его. Снова! Да что с ним творится?! Неожиданно до него дошло, что вокруг все еще слишком тихо. Он отстранился и взглянул на улыбающееся лицо Торина. Затем посмотрел вокруг. И тут толпа одобрительно взревела. Воздух наполнился радостными криками и свистом. "Да здравствует наш король!" - кричали гномы. Бильбо неверяще посмотрел на Торина. - Э... они что, благословили нас? - Кажется, да, - хохотнул тот. Бильбо оглянулся на старейшин. Те выглядели сбитыми с толку, а отец Эвелин ещё больше побагровел от злости. Он вновь соскочил со своего места: - Ты, жалкий ублюдок! - вскричал он, подскочив к Торину. - Я не позволю тебе остаться на троне, слышишь?! Ты ответишь за все слёзы моей невинной девочки, которую совратил! Я этого так не оставлю, мерзкое ты чудовище! Бильбо задохнулся от гнева. Как только этот гном смеет так говорить?! Ведь Торин не сделал ничего плохого! - Ну все, - воскликнул он, загородив Торина собой, как щитом, хотя его небольшой рост не очень успешно этому способствовал. - Вы, мистер, не помню, как вас зовут, но вы глубоко заблуждаетесь! - рявкнул он, ткнув пальцем в грудь гнома, превосходившего его по размеру. - Сейчас же прекратите этот балаган! Постыдитесь, вы же взрослый мудрый мужчина, а говорите такие глупые вещи! - Я не собираюсь выслушивать какого-то хоббита, - с презрением ответил гном. - Можешь сколько угодно защищать своего любовника, но я-то знаю, что у него нет чести! Он опозорил всех нас, опорочил мою дочь и должен покинуть эту Гору! Он не достоин больше находиться здесь! Он не король, а ничтожество, вот что я вам скажу! Пусть все меня услышат! - С меня достаточно! - вскипел Бильбо, потеряв терпение. Он больше не мог выносить этого ужасного гнома. - Уж простите за грубость, сэр, - процедил он, - но ваша ненаглядная дочь обыкновенная шлюха! Она сама все время вешалась на Торина, ясно вам?! И я не позволю вам вот так оскорблять его, потому что он самый честный и благородный мужчина из всех, кого я знаю! С этими словами он на глазах у всех накинулся на гнома с кулаками - и поколотил бы, если бы Торин, захохотав, вовремя не оттащил его в сторону, закинув себе на плечо. Затем Торин поставил его на землю и покачал головой, с трудом отдышавшись от смеха. - Не понимаю, что здесь смешного, - буркнул Бильбо. Потом виновато вздохнул и отряхнул одежду. - Боже, надеюсь, меня не повесят за то, что я набросился на старейшину? - спросил он, состроив кислую мину. - Я им не позволю, - усмехнулся Торин. - Честно говоря, у меня ещё никогда не было такого неотразимого защитника, - добавил он, подмигнув Бильбо. После этого он вновь повернулся к жителям Эребора. - Если кто-то из вас хочет поддержать этого гнома, то не бойтесь, - сказал он, кивнув в сторону отца Эвелин, который благоразумно убрался подальше от хоббита. - Можете сделать это прямо сейчас, никто вас не тронет, обещаю. Никто из гномов в толпе не шелохнулся и не издал ни звука. - Хорошо, - удовлетворенно улыбнулся Торин. - Тогда поприветствуйте Бильбо Бэггинса, моего нового министра иностранных дел. Теперь он один из нас и останется в Эреборе навсегда. - Ты серьёзно решил дать мне официальную должность? - спросил Бильбо, когда они, наконец, остались вдвоём, уединившись в покоях Торина. Признаться, эта новость его неожиданно обрадовала. Он даже немного разволновался. Торин утвердительно кивнул: - Да. Мне давно следовало это сделать, - улыбнулся он и привлек Бильбо к себе, положив руки на его талию. - Ты отлично ладишь как с гномами, так и с эльфами. Ты умеешь вести переговоры, у тебя есть чувство такта и... короче, я считаю, что лучше тебя никто не справится с этой сложной работой. Особенно она неоценима, когда дело касается остроухих. Хотя люди мне тоже не особо нравятся, так что, полагаю, ты будешь вести переговоры как с теми, так и с другими, помогая наладить отношения между Эребором и нашими соседями. - Тогда мне не терпится приступить к моим обязанностям, - рассмеялся Бильбо, целуя его губы. - Постой, - встрепенулся он, - а как же старейшины? Думаешь, они отступят после сегодняшнего голосования? - Не волнуйся об этом. Я смогу их усмирить. - А как же Эвелин и её отец? - С ними разберемся позже, - пробормотал Торин, увлекая его за собой на постель. - У нас все будет нормально? - Нет. Ты же живешь со мной, какой там нормально. Бильбо усмехнулся: - Но когда все-таки я приступлю к своим обязанностям? - Через две-три недели, - промурлыкал Торин, целуя его шею. - Что? - удивился Бильбо. - Но почему так долго? - Потому что мы уезжаем. - И куда же? - Ещё не знаю, - признался Торин, взглянув в его лицо. - Думаю, мы должны побыть вдвоем некоторое время. Где-нибудь подальше отсюда, где нас никто не достанет, как ты на это смотришь? - Шутишь? - обрадовался Бильбо. Его глаза тут же загорелись. - Я только за! Признаться, мне пока не по себе в Горе из-за пристального внимания и воспоминаний о Гэвине... ну, ты понимаешь. - Понимаю, - Торин нахмурился и погладил подушечкой пальца ямочку на его подбородке. - Тебе будет полезно побыть на природе и отдохнуть от всех передряг, что с нами приключились. - Отдых мне определенно не помешал бы, - согласился Бильбо. Он поймал руку Торина и переплел его пальцы со своими. - Мне все еще снятся кошмары с той ужасной ночи в Эсгароте, когда он погиб. Глаза Торина посерьезнели. Он взял руку Бильбо и поцеловал внутреннюю поверхность его ладони: - Мне жаль, что тебе пришлось пережить это в одиночку. Но клянусь, что теперь ты никогда не будешь один. Я всегда буду рядом. Бильбо мягко улыбнулся: - Я на это очень надеюсь. Если ты еще раз попробуешь меня игнорировать и таскаться с какими-то девицами, то клянусь, что я своими руками закопаю тебя под этой горой. - Справедливо. Значит, соберемся и отправимся в маленькое путешествие. Только мы вдвоём, - улыбнулся Торин, склонившись ниже и игриво покусывая его нежную кожу на шее. - Балин и Фили присмотрят за Горой, пока нас не будет. Да и шумиха уляжется к нашему приезду, я думаю. - Вот и славно, - простонал Бильбо, ощутив, как тёплые губы спустились ещё ниже, целуя грудь, а затем обхватили его сосок. Он вцепился пальцами в тёмные волосы Торина и с силой притянул его голову к своему лицу, впившись в твердые губы. - А теперь извини, - выдохнул он в перерывах между обжигающими поцелуями, - но я должен приступить к другим своим обязанностям. Мне не терпится выразить тебе особую благодарность за твою речь на площади. - Ммм, неужели тебя так проняло мое выступление? - Она была весьма волнующей, знаешь ли, - пропыхтел Бильбо, торопливо помогая Торину раздеться. После долгого воздержания он чувствовал внутри нестерпимый голод и сильнейшее сексуальное возбуждение. Он чувствовал, что Торин тоже едва сдерживается, и едва не застонал от безумного желания ощутить его внутри себя. - Так мне удалось произвести на тебя впечатление? - Да. И сейчас тебе придётся понести за это всю ответственность. И боюсь, что не один раз, - с ухмылкой пригрозил Бильбо, снова притянув его к себе.