Выбирай

В кабинете, залитом мягким солнечным светом, стоит напряженная тишина. Над сто­лом из крас­но­го де­рева по­вис­ло зас­тывшее изоб­ра­жение, проецируемое небольшим устройством. - Если вы не можете контролировать её, тогда у меня нет иного выхода, – покачивая головой, произносит президент Сноу. – Китнисс Эвердин нужно устранить. - Я понимаю, – согласно кивает Плутарх. - И не только её, – Сноу тянется за пультом и прогоняет видео на несколько кадров вперед, останавливая на моменте, когда на экране рядом с Эвердин, защищающей своего кузена, появляется Хеймитч Эбернетти. – Все её племя придется истребить. - Какое племя, сэр? – переспрашивает Хэвенсби, заранее зная, какой ответ он получит. - Всех победителей. Из-за неё все представляют угрозу. Из-за неё они решили, что неуязвимы. Словно в подтверждение слов президента, на видео Пит Мелларк выбегает из толпы и встает прямо перед дулом пистолета нового главного миротворца Двенадцатого дистрикта. - Они не собираются играть по вашим правилам, мистер Хэвенсби. - Мы еще можем победить, господин президент. - Мы победим, уничтожив их всех, одного за другим, – медленно произносит Сноу. Плутарх хитро прищуривается: - Безусловно. И, кажется, я знаю способ осуществить это без лишних волнений. При всем уважении, у людей появятся вопросы, если победители без причины начнут вымирать, как мухи. - И что Вы предлагаете? – сцепив пальцы в замок, Сноу с явным интересом слегка наклоняется вперед. - Мы обратим их смерть в шоу. Самое яркое и масштабное шоу за последние двадцать пять лет. - Изящный ход. Вы оправдываете свое положение, мистер Хэвенсби. Но правила Квартальной Бойни прописаны на годы вперед. - Игры – наше средство поддержания порядка, – произносит Плутарх, слегка понижая голос. – А мы с вами – хозяева Игр, господин президент. Лишь мы распоряжаемся ими. И кто, как не мы можем повлиять на эти самые… правила? Сноу растягивает губы в улыбке и одобрительно кивает: - Главное, сделайте все чисто. Мисс Эвердин должна вернуться домой в цинковом гробу. И, желательно, не в статусе мученицы. - Об этом можете не беспокоиться. Мы дадим людям возможность показать свою трусость и неспособность к сопротивлению. Они будут слишком увлечены своей безопасностью, чтобы жалеть Китнисс Эвердин. Ни один из них не захочет встать на её место, уж поверьте. - Люди будут скучать по несчастным влюбленным из дистрикта Двенадцать, – наигранно скучающим тоном произносит Сноу, всматриваясь в экран. - Мы подарим им последнее грандиозное шоу с их участием, – ухмыляется Плутарх. – Позвольте? Сноу кивает, и Плутарх Хэвенсби спешно покидает кабинет, касаясь пальцами края конверта, торчащего из кармана брюк. Быстрые шаги гулко отдаются в длинном коридоре. Миротворец, дежурящий у входа в архив, отрывисто кивает и распахивает дверь перед распорядителем Игр. Плутарх проходит к дальней стене, где находятся пронумерованные ячейки. Лишь две из них сейчас пусты – те, что под номером 25 и 50. Учредители самых первых Игр продумали все на многие годы вперед. Но сейчас изощренные правила, созданные ими на потеху граждан Капитолия, никак не вписываются в планы нового распорядителя. Специальным ключом Хэвенсби открывает ячейку под номером 75 и достает оттуда конверт из плотной бумаги. Мужчина срывает печать и извлекает маленькую карточку, на которой мелкими буквами набит новый кровавый приговор. Оказывается, в этом году трибутов планировали лишить любой спонсорской помощи. Плутарх прячет карточку в карман и достает новую, специально подготовленную им еще несколько дней назад. Он еще раз пробегается глазами по тексту, ощущая, как приятное вязкое чувство гордости заполняет сознание. «В напоминание, что даже сильнейшие не могут превозмочь могущество Капитолия, на эту третью Квартальную битву трибуты обоих полов будут избраны из числа победителей прошлых лет. Примечание: Но в честь празднования очередной годовщины Двадцатипятилетия подавления, Капитолий дарит жителям дистриктов возможность помериться силой с сильнейшими. Любой гражданин Панема в возрасте от двенадцати до пятидесяти лет имеет право вызваться добровольцем за любого победителя из своего дистрикта.» Буквы скрываются в конверте, и со свежей печатью Капитолия, новые правила Квартальной битвы отправляются в ячейку под номером 75. Эти игры изменят все. Они изменят Панем.