Возможна ли жизнь после?

– Не хило так… Ри-тян, всё, что ты мне сейчас рассказал, на грани фантастики. – Хоть Кио так и говорил, но он не был ни напуган, ни даже удивлен. Он невесело усмехнулся. – Бойцы, Жертвы, системы… мне же теперь понадобится очень много времени, чтобы переварить всё это. – Если хочешь, я могу позвать Кёйчи или Нацуо, и они сотрут тебе немного из памяти. – Рицка предложил так, на всякий случай, точно зная, что Кио не захочет. – Вот уж спасибо, я как-нибудь обойдусь. Мне хватает мозгоправов среди врачей, так что не хочу, чтобы ещё и мои друзья ковырялись в моей голове. – Мозгоправы? – Рицка недопонял. – Ну да. Врачи, Ри-тян, врачи. Сегодня вон один, незадолго до вашего прихода пришел и спрашивал, спрашивал… его сильно беспокоит моё душевное состояние. Видите ли, странно, что я не реву и не бьюсь в истерике от потери близкого человека. Я понимаю, что выглядит это несколько, эм… неадекватно с моей стороны, но кроме меня, сильным за меня никто не будет. – Кайдо смотрел в стену перед собой и пытался улыбаться. Долго такого зрелища Рицка выдержать не мог. Он сел на край кровати и обнял Кио. – Эй, чумовой парень, поплачь. Я тот, при ком тебе не нужно сдерживать свои эмоции. Я могу понять тебя лучше всего. И… я как-никак виноват во всем этом. Поплачь Кио, а я побуду с тобой, – он гладил друга по волосам и тихонько раскачивался, словно убаюкивая. – Знаешь, было же время, когда я тебя недолюбливал… а потом ты стал мне кем-то сродни старшего брата. Я думаю, что Сей даже немного ревновал к тебе. Осталось так мало близких мне людей, которым я желаю счастья и которых я люблю. Вот ты - один из них. Я хочу, чтобы ты знал, что всегда будешь мне старшим братом, и я всегда буду готов прийти тебе на помощь. От меня же так просто не избавиться. – Рицка почувствовал, как по руке скатилась слеза Кио. Это была первая слеза после того, как он пришел в себя. Рицка и сам бы с удовольствием всплакнул, но не мог позволить себе такой роскоши. – Ри-тян, а почему ты не спрашиваешь меня о том моем разговоре с Соби? ­– Кио затих, но даже не собирался выпутываться из кольца рук своего маленького друга. – Ну… ты, если захочешь, сам расскажешь… – Рицка сглотнул, потому что ему было до безумия интересно и важно знать, что тогда Соби сказал Кио. – А я вот хочу рассказать. Будешь слушать или срок давности того разговора прошел? – Конечно, буду. – Он замолчал и добавил: – У этой темы никогда не пройдут никакие сроки, ты же знаешь. – Он подошел ко мне после экзамена, перед тем, как пойти за тобой. Он давно не впадал в состояние такой глубокой задумчивости. Оттянул меня подальше подальше от группы и как-то долго собирался с мыслями… а потом вот и выдал, чтобы я заботился о тебе и не бросал тебя, даже когда появится Кёйчи. Я тогда впал в каплю и спросил, что за бред он несет, и кто такой этот Кёйчи, а он… – Кио замолчал и вздохнул. – Он так грустно улыбнулся, что мне расхотелось задавать какие-либо ещё вопросы. Но на тот вопрос он ответил. Так ответил, что я хотел огреть его чем-нибудь тяжелым и посильнее, чтобы выбить дурь. – Кайдо вновь замолчал; и замолчал, по мнению Рицки, надолго, так что он не вытерпел: – Кио, так что он ответил? – Он сказал, что в ближайшее время может умереть. Я тогда очень сильно разозлился, а сейчас понимаю, что он чувствовал что-то… – Кио говорил ещё что-то, только вот Рицка не слушал, он смотрел в одну точку и, кажется, забыл, как дышать. Очнулся только после того, как Кио толкнул его в плечо. – Рицка, с тобой всё в порядке? – Да, всё нормально, я просто задумался. Кио, а ведь он знал. – Что умрет? – Он знал, что ему придется уйти, потому что Кёйчи мой природный Боец. Но поскольку связь с Соби у нас была довольно прочная, от её разрыва он вполне мог и умереть. Вот о чем он тебе говорил. – Ооо, так он о том нападении не знал? А я уж было подумал грешным делом, что Со-тян был экстрасенсом, – Кио грустно улыбнулся. – Ох, Рицка, знаешь, я, наверное, посплю немного, а то как-то устал. Смешно звучит, правда? Лежу, ничего не делаю, но устал. Хах. – И ничего смешного я здесь не вижу. Тебе нужно спать и набираться сил. А мы будем приходить. – Рицка обратил внимание на куртку, висящую на стуле. – Это Нацуо? Давай я заберу и отдам, а то тихо, чтобы тебя не разбудить, он её забрать не сможет. – Нелюбимый обошел кровать и стянул со стула куртку, перебросил через руку и пошел к двери. Уже, когда он взялся за ручку, Кио его окликнул: – Рицка. – Он обернулся и посмотрел на друга. – Спасибо тебе. Если бы не ты, то я, скорее всего, захотел бы наложить на себя руки. – Не верю. Ты бы не совершил такую глупость. Ты же не я. Ты сильный, Кио, и обязательно выкарабкаешься, а я буду тебе в этом помогать. И не только я, – он ему подмигнул и выскользнул из палаты. Кио съехал с подушки и, прикрыв глаза, сказал в пустоту: – Теперь я не имею права о таком думать. Тем более, когда в меня верят. Я выкарабкаюсь, обязательно. Обещаю. Спасибо вам… – вытерев, тыльной стороной ладони слезу, которая так не вовремя скатилась по щеке, Кио провалился в сон. Рицка вышел. Привалившись к двери спиной, вдохнул и с шумом выдохнул. Кёйчи сидел напротив двери и настороженно смотрел за манипуляциями, которые вытворяла его Жертва. Любопытство било через край, но пока Рицка сам не заговорит, Кёйчи даже спрашивать не будет. Агнец посмотрел на Бойца и с удивлением посмотрел по сторонам: – А где два торнадо? – Йоджи приспичило испить молочного коктейля и они с Нацуо отправились на его поиски. – Понятно, Йо, как всегда в своем репертуаре. – Рицка сел на соседний с Янасе стул. – Кёйчи, скажи, а Соби к тебе не приходил? Кёйчи молчал и отвечать как-то не особо торопился, а самое главное, что он старался не думать, ну или научился ставить от Рицки блок. – Знаешь, я тоже люблю тишину. Но давай помолчим как-нибудь потом, – Боец повернулся к своей Жертве, и по мутному, жутко печальному взгляду Рицка понял, что так и было. – Ясно. Расскажешь, о чем вы говорили? – Да ни о чем мы не говорили, – Янасе ухмыльнулся, а Рицка с сомнением на него покосился. – Он стоял напротив меня и смотрел в упор. Взгляд холодный, колючий. Я даже приготовился дать отпор в системе, потому что у него был очень решительный вид. Я уже собрался ему нахамить, а он сказал: “Значит, это ты Янасе Кёйчи… ну-ну… хороший взгляд, уверенный, сильный. Не потеряй себя. Своей жертве ты будешь нужен настоящий… тебе придется нелегко, но ты должен справиться или я тебе этого никогда не прощу”. Сказал, развернулся и ушел, оставив меня переваривать информацию. Подошел к Рицу-сенсею, который стоял и разговаривал с Beloved, сказал им что-то, и они дружно на меня уставились, так, что я начал чувствовать себя луком под микроскопом. – Боковым зрением Кёйчи посмотрел на Рицку и заметил, что тот, если не в шоке, то в состоянии легкого удивления. Он хохотнул и покачал головой. – Я понял его слова после того, как первый раз тебя увидел. – Какие именно слова? – Рицка спросил чисто на автопилоте. – Что мне придется нелегко. Но я, правда, должен справиться. И не только потому, что не хочу быть непрощенным. – А почему же тогда? – Нелюбимый частично пришел в себя и уже мог адекватно реагировать на слова Бойца и на окружающую реальность. – Потому что я хочу быть с тобой. Вот так вот всё просто, – Янасе лучезарно улыбнулся и, мельком взглянув на часы, перевел взгляд в конец коридора. – Что-то долго эти чудовища ищут молочный коктейль. Рицке стало как-то не по себе: – А чего его искать, если кафе в ста метрах от больницы. Пойдем, может, встретим их по дороге, выход-то один. Loveless встали и, не торопясь, пошли по коридору. С каждым шагом скорость увеличивалась, как и волнение. Из здания больницы они уже выбегали. Оглядевшись и не увидев Зеро в досягаемой близости, они пошли в сторону того кафе, где были эти чертовы коктейли. Рицка крутил головой по сторонам, высматривая друзей, и что-то случайно пнул, потому что не смотрел под ноги. Опустив голову, он увидел возле ноги мобильный телефон. Красная “раскладушка” с забавным брелоком. Инстинктивно Рицка крепко ухватился за рукав Кёйчи. – Рицка, что? – проследив взгляд Жертвы, он посмотрел на телефон, и внутри как-то всё похолодело от страшной догадки. – Рицка, это же телефон Йо? Наклонившись, он взял его в руки, и чтобы не было ошибки, со своего телефона набрал номер Йоджи. Как следовало ожидать, из поднятого с земли телефона заиграла веселая мелодия. Напряжение и страх росли с ужасающей скоростью - что у Рицки, что у Кёйчи. Боец посмотрел на Агнца и понял, что надо что-то делать, потому что у него было совершенно безумное, до синевы побледневшее лицо, и он, как мантру повторял: – Йоджи… Нацуо… Йоджи… Нацу… Янасе высвободил руку и взял парня за плечи, пытаясь посмотреть ему в глаза: – Рицка, не паникуй раньше времени… а вдруг Йоджи просто его выронил… – успокаивать Рицку получалось плохо, потому что он сам не верил в то, что говорил. Нелюбимый сполз на землю и теперь стоял на коленях, нервно сжимая в руках куртку Нацуо и дрожал, словно сильно замерз. Янасе тоже бухнулся на колени и пытался привести Жертву в чувство. Рицка затих и перестал дрожать. По щекам покатились слезы. Крупные слезы… и сплошным потоком. Он поднял голову и, глядя в невероятно синее небо, срывающимся голосом закричал: – Йо-о-о-джи-и-и-и-и!!! Не пытаясь больше сдерживать свои эмоции и слёзы, Янасе схватил Рицку в охапку и, крепко прижимая к себе, шептал: – Мы найдем их, Рицка, найдем. Я клянусь тебе. – Кёйчи… мы… мы убьем тех, кто забрал Йоджи и Нацуо. Убьем. – Рицка поднял на Бойца уверенный взгляд, в котором читалась жажда мести… жажда крови… жажда смерти врага… С трудом разлепив глаза, Йоджи начал искать взглядом Бойца, надеясь, что он где-то неподалеку. Он знал, что Нацуо жив, но ему было необходимо видеть его, касаться, чтобы быть спокойным. Он хотел поменять положение, но не сумел. Обнаружил, что почти полностью обнажен и обвит цепями, и в таком положении он был прикован к стене. – Оу, кто открыл глазки. С пробуждением, а то мы уже заждались, когда ты проснешься. – Насмешливый голос ударил по слуху так, будто прямо над его головой ударили в колокол. Йоджи повернул голову на голос и смог увидеть какого-то странного мужчину и… Нацуо…. От увиденного Йоджи захотел без особых разбирательств порвать этого гада на флажки за то, что он сделал с Нацуо, с его Нацуо. Боец Зеро лежал прикованный к какому-то странному сооружению, не похожему ни на стол, ни на кровать, ни на что-то ещё, более или менее отдаленно напоминающее предмет мебели. Он был похож на тряпичную куклу, обмотанную какими-то цепями. Но вот в куклах нет крови, а в Нацуо есть… и эта кровь сочилась из многочисленных ран, которые, этот поганый садист в черном оставил на хрупком теле. Йоджи дернулся всем телом, но цепи, сковывающие его тело, оказались натянуты, не давая даже малейшего шанса пошевелиться. Их, на себя, не сходя со своего места, дернул тот неизвестный. Он даже не показывался из тени, были видны его очертания, его одежда, дым от сигареты, а вот лицо… оно было скрыто. – Тише, котенок, не дергайся. Ты же не хочешь, чтобы было больно? Ой… прости, я забыл! Ты же не чувствуешь боли… как и твой друг. Или он не совсем друг? Мм… скорее всего, не друг. Его ушки хранятся у тебя, а твои у него. Я угадал? Эх, до чего развратная пошла молодежь… вам же лет по шестнадцать, да? Вот, а я свои ушки берег до восемнадцати лет. – Он откровенно издевался над Йоджи, посмеиваясь и продолжая курить. – Скотина… отпусти меня, и мы поговорим, как подобает. Никто не смеет вытворять такое с Нацуо. – Йоджи злился на него и злился на себя… за то, что не может высвободиться и помочь Бойцу… помочь любимому… – Как невежливо, Йоджи. Я же забочусь о вас. Вы мне оба понравились… хочешь, покажу, как вы мне понравились? – с этими словами он закрепил концы цепей, которые держал в руках, за какой-то странный металлический столб, и подошел к Нацуо, держа в руках нож. Теперь Йоджи смог его рассмотреть. Черные волосы кольцами спадали на плечи, такие же черные глаза с азартом смотрели на истерзанное тело Нацуо и на злящегося Йоджи. Не подросток, но и не старик, молодой мужчина, на которого явно засматривались не только женщины, но и мужчины. Страшный взгляд и кривая ухмылка. От него исходила поистине бешеная, но какая-то неизвестная сила, и это пугало. Мужчина подошел к Нацуо и провел рукой по его волосам. – Он восхитителен. Ты так не считаешь, Йоджи? А какой у него был голос, когда он в бреду звал тебя по имени… мм… меня это крайне возбудило, но я сдержался, ждал твоего пробуждения. Без тебя неинтересно. – Он провел рукой по ребрам Нацуо, и внезапно полоснул ножом под левым соском Бойца. Йоджи в бессилии закричал. Из раны тонкой струйкой потекла кровь, а мужчина наклонился и слизнул кровь. Он сделал ещё несколько таких же порезов на теле Нацуо, и продолжал слизывать кровь с каким-то садистским удовольствием. – Тебе нравится вид, Йоджи? – Ублюдок… мразь… я убью тебя, убью… – Йоджи заходился в беззвучных рыданиях. Ему было больно. Он ощущал дикую боль в сердце. Словно его вырывали. – О, сколько эмоций. Неужели тебе больно? Да, тебе больно, я вижу эту боль… вы не чувствуете своей боли, но, когда происходит примерно такое, то… ты чувствуешь его боль, а он твою. Даже лучшие шедевры не идеальны, правда, Йоджи? – он грациозно скользнул к нему и провел языком от правого соска до уха, вызывая у Жертвы Зеро отвращение. – Да, да, я понимаю, что я не Нацуо, но мне же тоже хочется такого сладкого, восхитительного тела. Черт, если бы вы были ещё с ушками, я бы с удовольствием лишил вас их, – мерзко хохотнув, он дернул Йоджи за волосы и приник к его губам. Тот сопротивлялся, но силы были неравные… через пару мгновений язык мужчины хозяйничал во рту Йоджи и тому не оставалось ничего, кроме как укусить его. – Ах ты, маленький паршивец! – он ударил Йоджи наотмашь и, вытирая кровь с губы, пронзительно захохотал. – Ты не учел одного, мой милый… меня это ох как заводит. – Внимательно глядя на Йоджи, он гадко усмехнулся и вернулся за ножом. Взяв оружие, он подошел к Йоджи и, слизнув с ножа капли крови Нацуо, произнес: – Я хочу кое-что изменить в твоей внешности, надеюсь, что ты простишь мне такую малость. Он взял в руку волосы Йоджи и уже собрался их отрезать, как услышал осторожные шаги. Их услышал и Йоджи. – Помог… – на середине слова мужчина закрыл его рот ладонью и зло произнес: – В твоих интересах молчать, иначе Нацуо умрет медленно от потери крови во время изнасилования. Ты этого хочешь? – Йоджи отрицательно замотал головой. – Вот и умница. Он собрался выйти и посмотреть, кого же принесло в его обитель, но “гости” сами поднялись. Два совершенно одинаковых парня, не выражающие никаких эмоций: – Юмэйнару-сан, вас ищет сенсей. Он очень злится. – Он злится? Да мне как-то плевать, что он злится. Он не имеет на это права. Он может злиться только на вас, на мелкие занозы в задницах сенсеев. А вот я сейчас и впрямь очень зол. – Он, правда, был очень зол, но теперь уже непонятно от чего - то ли оттого, что его оторвали, то ли от заявления парней о том, что сенсей ищет его и он зол. – Открыть систему! Одним взмахом руки Юмэйнару открыл систему, и парни только успели назвать имя - Незаменимые, как он произнес одно единственное заклинание и… сердца парней остановились навсегда. Они упали навзничь, держась за руки и, глядя вверх широко открытыми от изумления глазами. Система свернулась, и мужчина подошел к уже мертвым парням, посмотрел на них с какой-то брезгливостью и произнес: – Мусор не имеет права голоса. Потом повернулся к Йоджи и сказал со смешком: – Я отлучусь на некоторое время, а вы побудете здесь. Правда, придется терпеть тяготы и лишения, но это ничего, Нацуо без разницы, а ты, кажется, уже привык. Отдыхайте, котятки. Резко развернувшись, он вышел из этой странной комнаты, а Йоджи продолжал смотреть на Незаменимых: – Минус одна пара. Рицка, врагов стало меньше… жаль, что это не я их убил… – перевел взгляд на Нацуо и понял, что плачет. – Нацу… держись, пожалуйста… ради нас… держись…