Искусство влюбляться

      Каждая вечеринка в доме Локвудов идеально описывалась двумя словами: пафосная скукотища. Семьи основателей, а также несколько богатых и влиятельных жителей города, разодетые в красивые платья и костюмы, вели между собой непринуждённые беседы, после часа которых хотелось застрелиться. Или нажраться.       Клаус в который раз одёрнул слишком сильно затянутый заботливой Ребеккой галстук и хмуро огляделся вокруг. Аларик стоял около одного из столов и явно флиртовал с какой-то брюнеткой, Элайджу в неизвестном направление утащила Кэрол Локвуд, Деймон с братом до сих пор не приехали. Бекка вместе с Тайлером, которые достали всех своим сюсюканьем и тоннами соплей с сахаром, ушли прогуляться по большому саду Локвудов. Кол и Джереми обсуждали что-то, скрывшись в тени большого дерева. Грубо говоря, Никлауса все кинули. - Здесь всегда так уныло,- послышался за спиной звонкий женский голос. Кэролайн. - Вспоминаются те приёмы, которые устраивали родители,- хмыкнул мужчина, присаживаясь на стоящую рядом скамейку. - Кол и Бекка про них никогда не говорили. - Они маленькими были. Сначала их оставляли с няньками, а потом, ну, они были на них от силы раза два. Перед смертью родителей. - Какими они были? - Приёмы? - Ваши родители и брат. Близнецы не рассказывают о них, а у Элайджи спрашивать как-то неудобно. - А у меня удобно? - Ты ближе по возрасту,- пожала плечами девушка, садясь рядом с мужчиной. - Я же твой учитель. - В школе. Сейчас ты брат моих лучших друзей.       И он рассказал о том, какими он их запомнил. Каким отец был простым. Работягой с хорошими задатками бизнесмена, которые помогли ему развить отельный бизнес. Какой мама была заботливой. Про её волшебную способность, несмотря на то, что у неё пять детей, находить время для каждого и знать их всех, как облупленных. Каким порой занудным был Финн, но при этом оставался самым лучшим в мире старшим братом.       А потом Клаус и Кэролайн просто говорили. Всё то время, пока шла вечеринка. На протяжение нескольких часов Кэр и Ник обсудили всё, что можно. Блондин отметил, что несмотря на свой юный, казалось бы, возраст, мисс Форбс эрудированный интересный собеседник. Кэрри же просто таяла от его приятного мягкого бархатистого тембра голоса, от этого завораживающего акцента. Он был умён, вежлив, красив.       Когда на Мистик Фоллс спустились сумерки, и температура резко упала, Майклсон, как истинный джентльмен отдал девушке свой пиджак. В нос блондинки тут же ударил горький запах полыни, свежезаваренного кофе и едва уловимый запах масляной краски. - Кэролайн, вот ты где,- Лиз Форбс сменила сегодня свою форму на классическое платье карандаш темно-синего цвета. Но даже в столь женственном наряде шериф не выглядела беззащитной. Любой, даже незнакомый человек, с первого взгляда понял бы, что эта короткостриженая блондинка может легко надрать зад. Причём, нехило. - Мама, - Кэр и Клаус встали со скамьи почти синхронно.- Познакомься. Никлаус Майклсон. - Лиз Форбс. Приятно наконец-то лично встретиться. - Мне тоже,- вежливо улыбнулся мужчина. Кэрри бросила короткий взгляд на мать. Кажется, он ей понравился. Почему-то, для Кэролайн это много значило. Одобрение Ника матерью.       Медленно гости стали расходиться по домам. Сев к матери в машину, мисс Форбс устало откинулась на спинку своего кресла. Если честно, эта вечеринка не была такой уж скучной. И только когда девушка вновь почувствовала лёгкий запах полыни, то заметила, что так и не отдала Майклсону его пиджак.

***

- Ник выглядит счастливым,- услышав голос сестры с кухни, блондин остановился. - Да, не думал, что эта вечеринка так поднимет его настроение,- ответил Бекке её брат-близнец. - Не знаешь, с кем он говорил сегодня? - Понятия не имею. Весь день зависал с парнями. - Жаль, я бы поставила этому человеку памятник. - Ты тоже заметила? - Разумеется. - Беккс, он так со смерти Хейли не улыбался. Клаус решил, что вполне переживёт один вечер без чая, и как можно тише вернулся в свою комнату.

***

      Кэролайн не могла уснуть. Долго и упорно она пыталась лечь как-нибудь поудобнее, открывала и закрывала окно. Всё тщетно. Девушка просто лежала на кровати и хмуро сверлила взглядом мужской пиджак, висящий на дверце шкафа. Признав, что выспаться ей сегодня не удастся, блондинка открыла свой ноутбук. Кэр открыла папку с сериалами, но быстро пробежавшись взглядам по названиям, закрыла её. Смотреть ничего не хотелось. Среди всех её друзей в фэйсбуке, лишь один был онлайн, но общаться желания особого не было. Тогда в светлую головушку болельщицы и закралась одна идея.       Найти Никлауса в друзьях Кола было сложно (слишком много баб), но не невозможно. Кликнув по нужной иконке, Форбс открыла профиль среднего брата Майклсона. Фотографий немного. В основном виды Нового Орлеана, картины, нарисованные Ником, и несколько фотографий с неким темнокожим мужчиной с невероятной улыбкой обольстителя. Судя по подписям к фото, зовут его Марсель. И лишь одна фотография отличалась от других. Клаус сидел боком к фотографу на скамье в парке, или сквере, а прямо напротив него сидела девушка. Длинные каштановые волосы водопадом струились по плечам незнакомки. Прямой нос, высокие выразительные скулы, тёмные глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, и тонкие губы. Красивая. Кэр пролистала комментарии и случайно заметила знакомое имя. Хейли Маршал.       Да, это была та самая девушка. На её странице было много совместных фотографий. Вот они с Ником в кафе, в парке аттракционов, на выставке, в клубе с друзьями. И на каждом фото, Клаус улыбался. Просто светился от счастья, влюблённым взглядом смотря на Маршал.       Форбс захлопнула крышку компьютера и отложила его на край кровати. Неприятное ощущение распространялось по телу. Откуда-то изнутри вырывались, словно волны, разные эмоции. Жалость, умиление, зависть... ревность. - Я его ревную к его мёртвой девушке,- в пустоту проговорила блондинка, чувствуя на губах солёный привкус слёз.

***

      Манящий запах кофе и блинчиков с сиропом вытянул Ника из постели. Эх, если бы не его старший брат Клаус и близнецы питались бы одним фастфудом и полуфабрикатами. А так, каждый день свежая вкусная домашняя еда. И как занятой на работе Элайджа всё успевает? Младшие Майклсоны, уже готовые к школе, бодро расправлялись с завтраком. - Доброе утро, семья,-Никлаус, проходя к холодильнику, чмокнул сестру в светлую макушку,а Кола похлопал по плечу.- Готовы к первой игре сезона? - На все сто,- улыбнулась девушка, разглаживая складки на форме. - я тоже подготовил пару кричалок,- обиженно, словно маленький ребёнок, проговорил шатен.- Правда, Бекка их не оценила. Я надеюсь, что Кэрри всё же окажется не такой занудой и вы их используете. - За такое тебя и нас побьют. - Пусть только попробуют. Я вас спасу. - Ага. Сам-то сваливаешь на какие-то там спортивные сборы,- Бекка сидела к Нику спиной и не могла увидеть его многозначительный взгляд, направленный на Кола. - Это важно, сестричка. - Только это тебя и спасает,- блондинка встала из-за стола, обняла брата и, поцеловав его на прощание в щёку, скрылась на втором этаже дома. - Ты ей не сказал,- недовольным тоном констатировал факт Клаус, когда Ребекка точно уже не могла их слышать. - Я никому не сказал, Ник. Прошу, не говори им, что я в Йеле. Для всех я в Давенпорте, пробуюсь в университетскую команду по баскетболу. - Было бы легче признаться. Уж Бекка-то знает, что ты не тупоголовый спортсмен, коим хочешь казаться. А наш брат? Элайджа будет светиться ярче солнца от гордости. Это же университет Лиги Плюща!Ты его осчастливишь этой новостью. - Не хочу преждевременно их обнадёживать. Может я и не поступлю вовсе, или мне не понравится там. - Это оправдание давно устарело. В чём причина, брат? - Не хочу об этом говорить,- младший Майклсон придвинул к себе свою кашу и стал нарочито медленно её пережёвывать. "Всё понятно",-закатил глаза Ник. Разговор окончен. Они молчали ещё пару минут. Кол уже собирался уходить, но случайно зацепил стакан, стоящий на стойке, и тот разлетелся на десятки маленьких осколков. - Они немного неуправляемые,- это звучало, как извинение, но Хейли совсем не выглядела обиженной. - Им четырнадцать, Клаус. Это нормально. - Этот мелкий дурак разбил всё-таки твою любимую вазу. - Твой брат замечательный,- искренне улыбнулась Маршал.- А ваза эта тебе никогда не нравилась. - Я куплю тебе новую,- парень притянул девушку к себе и мягко коснулся губами её губ. - А потом её разобьют наши дети. Никлаус довольно улыбнулся, представив себе парочку карапузов, чем-то похожих на Бекку и Кола. - Зато, я всегда буду знать, что тебе дарить. Блондин громко засмеялся, когда Хейли стала колотить его своими кулачками по плечу. Маршал не нравилось, что её парня разрывает от хохота, когда она на него ругается, но Майклсон был просто не в силах успокоиться. Просто это было действительно очень нелепо и забавно, а ещё мило. Тепло и по-домашнему. Тогда блондин думал, что так будет всегда, что именно такая семейная жизнь будет у них. Но любой сказке приходит конец. Нахлынувшие воспоминания заставили Ника привычно улыбнуться. Только в этот раз, впервые за полтора года, они не отдавались тупой болью в сердце.

***

      Бонни чувствует себя полной идиоткой. Спросите почему? Потому что адекватные люди не влезают в школу (за час до её открытия) и не перелопачивают весь кабинет литературы, чтобы найти своё эссе. В своём безумии девушка всецело винила Кола Майклсона. Самодовольная заноза в заднице умудрилась испортить всё, что можно.       Её оценка по литературе могла ухудшиться из-за сумасбродного партнёра по работе, а это может значительно осложнить поступление Бон-Бон в желаемый университет. Девушка даже мысленно не называла его, чтобы не сглазить, но в памяти тут же всплыло изображение медведя. Ей нельзя было впустую тратить время. Шатенка молилась кому угодно: богам, духам, шаманам. «Пусть Норд ещё не сел проверять наши сочинения. Тогда его можно найти и исправить»,- Бонни испуганно застыла, открыв один из ящиков письменного стола. Проверенные работы её группы. Сердце пропустило несколько ударов, но девушка всё же достала стопку эссе и стала пролистывать их трясущимися от волнения пальцами.       На всех сочинениях были сделаны пометки красным маркером учителя, и лишь их с Майклсоном работа была абсолютно чиста. Только жирная пятёрка в нижнем углу титульного листа. Беннет открыла работу и оттуда выпал какой-то исписанный листок. Стоило девушке нагнуться за ним, как где-то в коридорах школы что-то с оглушительным звоном разбилось.       Шатенка лихорадочно затолкала эссе обратно в ящик и пулей вылетела из кабинета профессора Норда. Сообразив, что шум доносился со стороны лабораторий, Бон направилась к раздевалкам спортивных команд. «Можно будет уйти через поле, а если кто-то застанет меня там, скажу, что пришла размяться перед выступлением»,- довольная своим идеальным оправданием мулатка совсем забыла про записку, которую до сих пор сжимала в руке.       Уже в помещение раздевалок шатенка её увидела, и теперь ситуация казалась безвыходной. Возвращаться в кабинет литературы не вариант – не факт, что ей снова так повезёт, и никто не встретится на пути. При этом, записка должна быть доставлена адресату. Интересно, кому? Почерк мистера Норда был ровным аккуратным и разборчивым, вот только Бонни пялилась на несчастный клочок бумаги, как баран на новые ворота, добрые минут десять. Кол. Работа действительно отличная. Твой слог совершенствуется с каждой работой, так что поздравляю с наивысшей оценкой, мальчик мой. В следующий раз выберу произведение, которые ты не можешь дословно цитировать по памяти. Акцентирую твоё внимание на том, что хвалю я только тебя. Даже не смей отнекиваться и врать. Меня точно не провести - твой стиль написания узнаю где угодно. Когда я согласился на твою просьбу поставить вас в пару, мы обговорили, что мисс Беннет тоже принимает участие в написание эссе. Прими к сведению. - Какого хрена здесь происходит?!