mistake

— Ты нужен ему, — произносит Кэтрин, наклонившись к самому уху парня. Он почти не улавливает ее слов из-за оглушительных ритмов клубной музыки, барабанящей, кажется, уже в подкорке мозга. Отхлебывает пива из мини-бутылочки и не чувствует горьковатого хмельного послевкусия. Тошнота. Паркера тянет выблевать на заплеванный пол этими помоями или слиться с толпой полупьяных подростков, дергающихся на сцене, чтобы в конце концов быть зажатым где-нибудь в тесной кабинке туалета ухмыляющимся качком с разукрашенным татуировками торсом. — Кому нужен, Кэт? — натянуто смеется он, силясь перекричать взрывные басы. Кэтрин раздраженно фыркает, возводя глаза к переливающимуся неоновыми огнями потолку. Ей и вправду невдомек, почему именно она должна возиться с ним, копаясь во всем этом дерьме, которого он нахлебался за последние дни. Глупый, глупый мальчишка, возомнивший, что сможет с лету свыкнуться с расслоившимися границами надтреснутых Майклсонов. — Вам надо поговорить, понимаешь? — Спасибо за совет, детка, — он знает, что за это фамильярно-насмешливое «детка» Пирс без слов может раскроить ему череп. Сейчас наплевать. — Но о чем конкретно нам говорить? Может, о том, что я всего лишь временная и не совсем удачная замена его братцу-психопату? Или о том, что стоило предупредить о семейном положении «трахаюсь с братом» прежде, чем играться со мной? В его голосе столько яда, что им, наверняка, можно ополовинить захмелевшую публику. Кай ерошит пальцами и без того растрепанные пряди и белозубо улыбается обнаженному по пояс блондину, бросающему недвусмысленные взгляды в его сторону. Глоток из бутылки напоследок, и он бездумно ныряет в толпу танцующих, ощущая, как чужие руки крепко обхватывают за талию. Не замечая янтарных искр, блестнувших на донышке глаз красавчика. Кэтрин спешно опрокидывает в себя заказанную маргариту и набирает номер одного из Сальваторе, прося забрать ее. Она слишком хорошо знает, что, если Майклсоны решили поиграться, ничто не станет на их пути.

***

— Ты ведь Кай, верно? — тягучее шипение с приятным акцентом. — Ты, как всегда, угадал, Ник, — знакомо-насмешливый голос режет слух, и Паркеру не нужно оглядывать назад, чтобы почувствовать алкогольный блеск в кофейных глазах. Только две пары рук, скользящих по телу, музыка и неоновые вспышки, выхватывающие из темноты наглые предвкушающие полуулыбки на лицах обоих братьев. — Ты не должен ревновать меня к нему… — выдыхает Кол, оглаживая напряженную спину сквозь тонкую ткань футболки. — Мы трое отлично повеселимся, — заверяет Клаус, стирая подушечкой пальца алкогольные капли с припухших губ Паркера.