Мой любимый ужас

Вы знаете, что такое тишина? Нет, не снаружи, а внутри. Ты не слышишь стук собственного сердца, ты не слышишь себя. Мысли, которые в первую секунду СМС крутились как ураган, сейчас покинули мою голову. Сейчас всё, абсолютно всё, покинуло мою голову. Третий день подряд лежать и смотреть в стену, на которой я успела подсчитать все линии и все цветочки. Смотреть в одну точку и ничего не хотеть. Абсолютно ничего. У меня больше нет сил думать о его поступке. Да, я не смогу произнести его имя даже вслух. Он этого не достоин. Предательство. Это единственное, что охарактеризовывает его. В мою дверь за эти три дня звонили шесть раз. Четыре из них Жека, остальные Даша. В итоге, все стали названивать мне, но я взяла только один раз, чтобы сказать бабушке, что со мной всё хорошо. Удивительно, но она поверила. Возможно, это и к лучшему. Я закрываю глаза, в надежде забыться и утонуть в царстве морфея, но меня будит хлопок входной двери. Мои безжизненные глаза направлены на дверь в мою комнату и в глубине души я надеюсь, что это он. Но нет, вместо своих ожиданий я вижу зеленые глаза, ямочки и русые волосы. Женя пытается стянуть с меня одеяло, но я крепко вцепилась в него, накрывшись по самые уши. Он что-то начинает говорить, но я никак не реагирую, переводя свой пустой взгляд на него. — Юля, — в его голосе слышится отчаяние. — Пожалуйста, поешь. Молчание. Такое родное и уже приятное мне молчание. — Я прошу тебя, ответь хоть что-нибудь. Я не могу смотреть на то, как ты мучаешься. Прошу, — шепчет он и убирает выбившуюся прядь мне за ухо. Он сидит ещё десять минут, а после встаёт, но я почему-то хватаю его за руку и не отпускаю. В нём есть что-то, что-то от него. — Останься, — ужасно хриплю я. Женя смотрит на меня с каким-то облегчением, а после ложится рядом, обнимая и прижимая к себе. Я зарываюсь носом в его теплую грудь и вдыхаю этот аромат. Совершенно не знакомый, но такой понравившийся аромат.

***

Просыпаюсь и вижу, как Женя лежит рядом и размеренно дышит. Ресницы подрагивают во сне, а грудь спокойно поднимается и опускается. Его губы, на самом деле очень красивые, он сам красивый. С ужасом осознаю, что за размышлениями не заметила, как потянулась к его губам и легонько коснулась их. Прикосновение, хоть и лёгкое, будит Жеку и теперь он смотрит на меня, внимательно изучая. — Ты прекрасна, — шепчет он. — Настолько, что порой я забываю своё имя. Он тянет свою руку к моей, которая всё ещё у его губ, и нежно обхватывает её, тем самым сжимая и говоря, что он всегда будет рядом. Его ладонь, такая горячая и нежная, что мне хочется всегда держаться за него. Но я боюсь, боюсь, что снова предадут, и вспоминаю его. Мне хватает секунды, чтобы вырвать руку и спрятать её под одеяло, прижимая к груди, укрывшись с головой, чтобы Женя не видел этих слёз. Тихий всхлип вырывается изо рта, а после я реву ещё больше, отчего Женя обхватывает меня руками и нежно обнимает, шепча что-то на ухо. — Тебе нужно умыться, — заботливо говорит он, целуя меня в макушку. — И даже не думай возвращаться к такому состоянию, я не позволю. Парень аккуратно подхватывает и несёт меня в ванную, где берёт мокрое полотенце и нежно проводит по моему лицу, дольше задерживаясь на губах. — Так лучше, — нежно говорит он и берёт меня за руку, ведя на кухню и усаживаясь на диванчик. Смотрю на то, как он сидит напротив меня и вновь замечаю тот медальон, история которого, мне до сих пор очень интересна. — Жень, — вновь хриплю я. — Расскажи мне про медальон. — Ладно, — вздыхает он. — Но за это, мы поедем в дачный домик на неделю, чтобы растормошить тебя, идет? Я киваю, а парень тем временем неловко скручивает свои пальцы и часто вздыхает. Видно, что это дается ему с большим трудом, это отдельная потеря его жизни. — Но пожалуйста, дай мне время, хотя бы день и я расскажу тебе, хорошо? Он смотрит на меня таким умоляющим взглядом, что я соглашаюсь и киваю. Да, наверное я бы тоже так ответила, если бы меня спросили про него. Вот только мне никто не дарил медальон или кольцо с вечным напоминанием о том, что меня любят. — Сегодня в семь выезд, собирайся. Он улыбается мне, показывая свои ямочки, а после нежно целует в лоб и уходит, закрывая за собой дверь. Я даже не стала спрашивать откуда у него ключ. Встав, я медленно плетусь в ванную и сижу там минимум час, а после быстро вылетаю из неё и запихиваю в сумку нужные вещи, которые могут понадобиться. До выезда ещё час и я иду к телефону, которые лежит на полу. Тут же раздался звонок и я взяла трубку. — Да. — Господи! — прокричала подруга. — Я убью тебя! — Всё хорошо, — заверила Дашу я. Боже, какая ложь. — Что с тобой? У тебя очень хриплый голос. Господи, я так волновалась! Мы должны увидеться, отговорки не принимаются. — Даш, я не могу. Я эм… уезжаю, — прохрипела я, а после добавила. — На неделю. — Чёрт! Вечно ты, — выдохнула девушка. — Хорошо, но я буду названивать каждый день по два, нет, по три раза! Я отключилась и принялась надевать заранее подготовленные вещи. Джинсы и бордовую толстовку. На улице очень похолодало, поэтому я взяла исключительно теплые вещи. Через пять минут за мной зашёл Женя и, улыбнувшись мне, взял мою сумку с вещами, пошёл к машине, а я быстро достала телефон и позвонила бабушке. — Да милая, — певуче произнесла та. — Бабуль, я съезжу на неделю к своим друзьям, ладно? — Свят мой божий! Что за хрипота! Поедешь, только если будешь пить отвар ромашки. И с кем ты там собралась? — Хорошо, буду, — заверила женщину я и улыбнулась её словам. — С другом. — Ладно, смотри мне, чтобы каждый день звонила. Я кивнула, не знаю зачем, и подошла к машине. Женя уже сидел за рулем и ждал меня. Я села на сиденье и мы тронулись с места. — Просто скажи, — подала голос я. — Откуда у тебя права? — Ну, когда твой отец влиятельный человек и твою фамилию знают многие, то это не проблема, — он улыбнулся, а после затянувшегося молчания добавил. — Если хочешь, могу научить вождению. Я улыбнулась и отвернулась, проверяя свой телефон. Мне звонила Дашка, Женя и Кира. Пять раз, она звонила пять раз. Зачем? Чтобы спросить в порядке ли я? Нет, я не в порядке. Он разбил меня, написав по СМС. Даже в глаза не смог сказать. Воспоминания о нём вновь заставили погрузиться в собственные мысли, которые убивали и разрывали изнутри. Я закрыла глаза и попыталась уснуть. И всё-таки я поняла. В Жене абсолютно ничего нет. Ничего от него. И это ничего, мне нравится всё больше.