Второй слой

      Стайлз разглядывал стену, заклеенную распечатками. Он то подходил чуть ли не вплотную и изучал какую-нибудь фотографию, то отбегал на другой конец лофта и осматривал всю подборку целиком, забавно нахмурившись и уперев руки в бока.       — А что означают цвета? — Стайлз подергал одну из ниток. Пара кнопок отлетела, и часть листов посыпалась.       — Ничего, — пожал плечами Дерек.       Стилински корячился, пытаясь спасти коллаж от окончательного разрушения.       — Как «нифефо»? — Стайлз захватил нить зубами и, освободив от нее руки, на удивление ловко приколол листы на место.       — Так ничего. Цвет нитки означает, что нитка именно такого цвета была ближе всего, — раздраженно ответил Дерек.       — Серьезно? — фыркнул Стайлз. — Дерек, ты, конечно, не обижайся, но детективная работа, по-моему, не твое.       Дерек, опираясь на штатив капельницы, подошел ближе поправить нить, хотя Стайлз закрепил ее лучше, чем было.       — Я бы предпочел заниматься чем-нибудь другим. Например, бегать по лесу и искать ответы с помощью волчьего нюха, которого у меня теперь нет. Хотя какая разница, бегать я тоже не могу.       — Прости, — к удивлению Дерека, Стайлз стушевался и не стал отвечать с привычным сарказмом.       — Чего «прости», — хмыкнул Дерек, понимая, что перегнул палку, — ты-то тут ни при чем.       Стайлз лишь грустно закивал. Это было так грустно и так не походило на привычного Стайлза, что у Дерека пошли мурашки по спине. Он посмотрел на острую фигуру и тени под глазами. Дерек подумал, что произошедшие почти два месяца назад события не обошли стороной никого из стаи и особенно задели его и Скотта. Стайлз не был с ними в ночь урагана, пацан вообще непонятно где пропадал, но все же казалось, что именно Стайлз изменился сильнее всех.       Дерек знал, что Стайлзу не легко дается реабилитация, но если бы он не знал о проблемах с наркотиками, то никогда бы на них не подумал. Да, Стайлз исхудал. Да, Стайлз бледнее обычного. Да, у него черные синяки под глазами. Да, он ведет себя странно, и все его руки в порезах. И все же, по мнению Дерека, парень походил не столько на наркомана, сколько на сумасшедшего. Безумие сочилось из Стайлза. Дерек замечал это в каждом движении парня, замечал, как Стайлз покачивался, сидя с ногами на табуретке, до крови сгрызал заусеницы, дергано теребил воротник футболки и до красноты чесал шею.       — Итак! — Стайлз прервал мысли Дерека и бодро потер руки. — Давай к делу. Пиздуй на трон!       Хейл обреченно вздохнул, но поковылял к креслу. С того времени как Стайлз вернулся домой, именно он помогал Дереку. Скотту помогала его мама, а Дереку — Стайлз. Один бы он не справился. Сказать, что Дерек пострадал серьезно, — это ничего не сказать. Он лишился всего кишечника и теперь мог питаться только через капельницу. Он чудом сохранил почки, одна из которых осталась почти полностью оторванной и утратила свои функции. Селезенка превратилась в кашу, у печени не хватало куска. Мышцы были разорваны в лохмотья, и передвигался Дерек с трудом, прямо стоять было больно. А вишенкой на этом поганом торте стало исчезновение обоняния. В общем, его жизни уже ничего не угрожало, но состояние было крайне паршивым, а регенерация еле шла и могла затянуться на годы.       Дитон спас ему жизнь, подлатал, но не стал брать на себя роль приходящей медсестры, да и не обязан был. Скотт иногда помогал привести-отвезти вещи в химчистку, собирал лекарства, но старался избегать прямого контакта с Дереком. Это было понятно: Скотт винил себя за то, что сотворил со своим же бетой, и боялся повторения вспышки безумия. Айзек, Эллисон и Лидия иногда помогали по мелочи, но в основном все тянул Стайлз. Он приходил к нему по несколько раз в неделю, менял заляпанное сукровицей белье, обрабатывал швы, ставил капельницы.       — Вот ты же вроде наркоман, какого черта не можешь попасть в вену? — заворчал Дерек, глядя, как Стайлз пытается поставить капельницу.       — О! — хмыкнул Стилински. — Ваше Волчейшество изволило сказать сложносочиненное предложение, да еще и с сарказмом!       Дерек захихикал, а затем закашлялся и сплюнул в таз вязкую кровавую слюну. За последние несколько недель он сблизился со Стайлзом и начал испытывать к нему симпатию. Правда, свою стену с распечатками Дерек показал только сейчас. Сначала он убеждал себя, что просто не хочет, чтобы эта гиперактивная заноза в заднице лезла со своими советами, но потом понял, что боится критики этой занозы, советы которой более чем не помешали бы.       Дерек устроился поудобнее в кресле для «обеда», уткнувшись взглядом в подборку, а Стайлз загрузил в духовку ланч и сел на пол рядом.       — На самом деле ты прав. Детектив из меня хреновый. Я целую вечность вожусь с этим говном, — Дерек махнул в сторону стены, — и ничего толком не понял. Все эти события не имеют никакой связи.       — Это не так. Во-первых, некоторые события кажутся ни с чем не связанными, потому что тех событий, с которыми они связаны, нет на стене. Во-вторых, не каждая взаимосвязь очевидна. И в-третьих, у тебя там висит много лишнего, это отвлекает внимание.       Стайлз порылся в рюкзаке и достал шприц, наполненный темно-бордовой жидкостью.       — Что это? — с опаской спросил Дерек.       — Один хитрый отвар трав. Должен помочь оборотням регенерировать и не только… В теории.       — Это тебе Дитон дал? — Дерек с сомнением наблюдал, как Стайлз, зажав колпачок иглы в зубах, проткнул пакет капельницы и вылил содержимое шприца в раствор.       — Откуда у него такое! — усмехнулся Стайлз. — Все его лекарства — примитивная херня.       — А это, значит, не херня? — Дерек немного прифигел от такого отзыва о друиде. — И откуда это чудо-эссенция?       — Сам сделал, — не без нотки гордости ответил Стайлз. — Мне пришлось на ушах прыгать, чтобы достать ингредиенты. Чего только стоило попасть в ботанический сад!       Дерек на секунду задумался и посмотрел на стену. Среди прочих распечаток висела заметка о взломе сада.       — Так это ты был?       — Ага, — Стайлз ушел в другой конец лофта к духовке и кричал оттуда, — так что можешь снять этот лист со своего панно.       — Охренеть! И все это время ты знал и молчал! Не счел нужным никому сказать, чтобы мы зря время не тратили, гадая, кто же это мог быть? — кипел Дерек.       Он подкатил капельницу к стене снять распечатку. Стайлз вернулся с разогретым ланчем и развалился в кресле, закинув ноги на подлокотник.       — Ну, я много чего знаю, — Стайлз понюхал свое мясо с сомнительного вида подливкой и поморщился.       — Да? Охуеть! Что еще тебе известно? Скажи сразу, чтобы я сразу снял лишнее, — продолжал злиться Дерек.       — Вскрытие могилы можешь убрать, — Стайлз сосредоточенно жевал. Весь его вид говорил, что ему нет никакого дела до зря потраченных усилий стаи.       Дерек гневно отколол несколько фотографий и полицейский отчет, который успел выучить наизусть.       — И? Это тоже ты сделал? — съязвил Дерек.       — Я, — Стайлз кивнул с таким невозмутимым видом, словно спросили, кто видел новости.       — В смысле… — Дерек подумал, что он ослышался или не так понял, — это… Это ты вскрыл могилу?       — Ага.       Дерек был ошарашен. Он повернулся к стене и снял фотографии. На одной из них была могила, по земле было видно, что ее недавно зарыли. Другое фото сделали в момент эксгумации. На десятке других крупным планом было снято, что стало с телом. Труп не просто достали из земли, над ним основательно поиздевались. Распотрошили подчистую. Неприязнь Стайлза к мистеру Харрису была известна, но чтобы так.       — Ебаный пиздец… Стайлз, — Дерек с ужасом пересматривал фотографии, — ты больной на голову.       Стайлз отложил еду и подошел к стене. Пробежав глазами по распечаткам, он с задумчивым видом почесал подбородок. Дерек еще раз отметил, каким безумцем Стайлз выглядел.       — Собаку Лидии покалечил тоже я, — Стилински снял еще несколько листов и дал их потерявшему дар речи Дереку, — к Дитону тебя и Скотта отвез тоже я.       Скрипевшие в голове Дерека шестеренки закрутились.       — Так это ты?! Это ты тот третий участник, свидетель нашей со Скоттом драки?       Новость, что Стайлз знал, что случилось в ночь урагана, перебила все остальное. Дерек выкинул из головы и мистера Харриса, и собаку.       — Ну, на самом деле ты не дрался со Скоттом, — Стайлз закусил губу, — это не он тебя так покромсал.       — Тогда кто? — спросил Дерек, в глубине души уже зная ответ.       — Я.       У Дерека земля начала уходить из-под ног. Он посмотрел, как Стайлз вернулся к креслу и начал спокойно доедать мясо. Стайлз поднял на вилке последний кусок и озадаченно покрутил перед глазами.       — Стайлз… Это… — Дерек сипел, голос предательски исчез, — это человеческое ухо.       — Ага, — совершенно спокойно ответил Стайлз, отправляя кусок в рот, — ненавижу хрящи: их не прожевать.       Во рту пересохло, перед глазами все завертелось. Дерек начал пятиться назад, запнулся о ножки капельницы и рухнул на спину. Стайлз соскреб со стенок ланч-бокса остатки той жижи, что Хейл поначалу принял за подливу, и залил в рот. Дерек попытался отползти. В висках стучало, мысли пошли таким плотным потоком, что сливались в одну волну.       «Стайлз… Худой, бледный, гиперактивный Стайлз… Все это сделал Стайлз…» — Дерек пытался отползать, но Стайлз неспешным шагом шел за ним.       — Вот куда ты пытаешься уползти, непослушный оборотень? В твоем нынешнем состоянии, ты сможешь удрать, только если я буду преследовать тебя верхом на черепахе.       Игла капельницы выскочила из вены, и по руке потекла кровь, но Дерек даже не заметил.       — Стоять! — рявкнул Стайлз, и Дерек замер.       Дерек увидел, как Стайлз присаживается рядом на корточки и светит фонариком в глаза, а затем он провалился в черноту.

***

      Стайлз вышел от Хейла и пошел к машине. Лофт находился на холме, и с парковки было видно почти весь город.       — Зачем ты каждый раз все это ему рассказываешь? — спросил Ногицунэ. Бинты на его голове совсем растрепались, и можно было увидеть часть лица, а на затылке из-под них торчали волосы.       — Мне надо выговориться, не на собрания же АН мне с этим идти.       — А ты не боишься, что эта твоя шайтан-трава в один прекрасный день не сработает как нужно и не сотрет оборотню память? Будет неловко, если очередную беседу по душам Дерек запомнит, — Ногицунэ, как всегда, прямым текстом озвучил то, что Стайлз всеми силами старался не замечать.       — Если я постоянно буду думать о том, что и когда в нашем предприятии может не сработать, то свихнусь к хуям, — Стайлз открыл заднюю дверь джипа и начал рыться в раскиданных вещах. — К тому же это вынужденный риск, я хочу быть уверенным, что трава работает не от случая к случаю. Огарка необходимо поймать, а для этого нужен оборотень. А оборотню нужно будет стереть память.       — Ага! Оборотень нужен. Но с нюхом! — всплеснул руками Кайл. — А Дерек может спокойно спать в комнате, заполненной перепуганными скунсами, и ничего не заметить. Как он его выследит, если не в состоянии унюхать поджаренный труп под носом?       — Я воспользуюсь другим оборотнем. Выбор большой, — Стайлз развернул карту. — Но к этому моменту, мне нужно быть уверенным, что я смогу стереть память. Завтра надо проверить вот эти… — пробубнил себе под нос Стайлз и обвел на карте два района.       — Стайлз, что за прокрастинация? Любой херней готов заняться, лишь бы не тем, что надо. От отца заразился? — Ногицунэ забрал карту и закинул ее назад в машину. — Огарок не наша основная задача. Давай сначала меня все-таки вытащим? Не то чтобы мне не нравилось проводить время с твоими бесконечными тараканами в голове, но я хочу вернуть себе свое тело.       — Ты не представляешь, как этого хочу я, — фыркнул Стайлз.       С того момента как Кайл вернулся, он практически не покидал Стайлза. Даже подрочить не удавалось, чтобы внезапно не нарисовался Ногицунэ и не отвесил какой-нибудь едкий комментарий. Со временем Триксер становился только жестче и злее. Что не удивительно: то время, когда Стайлз спал, Кайл проводил наедине с теми кошмарами, что плавали в самых темных глубинах его сознания.       Когда Стайлз говорил с Кайлом, окружающие видели лишь то, что Стилински стоит или идет, смотря куда-то расфокусированным взглядом. Так было обычно, но в последнее время, Стайлз начал частенько беседовать с Ногицунэ у себя в голове, сидя на Неметоне в воображаемой белой комнате. Недавно он понял, что в эти моменты его телом управляет Триксер. Пока что Кайл не особо наглел. Пару раз он не выдерживал ожидания и сам отправлялся искать нужные артефакты, пару раз бегал потрахаться с официанткой Кимберли. В общем, ничего такого, но Стайлз понимал, что чем дольше Кайл живет в форме темного духа, тем злее становится и тем лучше управляет его телом.       — Если ты так хочешь от меня освободиться, то почему ничего не делаешь?       — Я делаю. Ты просто не все знаешь, — Стайлз снова закопался в хламе на заднем сидении и достал папку. — У меня созрел кое-какой план. Помнишь тот пункт, что червоточина убивает питающего мага?       — Да, мы решили, что нам нужен козел отпущения, которого червоточина убьет вместо нас, но ты отверг все мои кандидатуры.       — Знакомься, это Вильям Барроу, — Стайлз всучил папку Кайлу, — настоящий говнюк, подсунул бомбу в школьный автобус. Не один психиатр не добился прогресса. Подходит под все параметры.       — Ага, — Кайл с интересом читал статью, — вот только он в тюрьме.       — Вот, ты, мой хитроумный друг, этим и займись, — Стайлз всучил ему в руки остальные бумаги, — придумай, как мы его вытащим.       Кайл пролистал пару отчетов и почесал голову под бинтами. Весь его вид говорил, что Ногицунэ уже придумал что-то хитрое.       — И нам стоит найти Трупожора, помощь такого сильного монстра может понадобиться, — между делом заметил Стайлз.       — И ты полагаешь, он будет тебя слушаться?       — Конечно, — Стайлз посмотрел на панораму Бейконн-Хиллс и хищно улыбнулся, — я же чернокнижник.