Идеальное убийство

На дворе стоял обычный, ничем не примечательный пасмурный день. Дождя не было, но густеющие с каждой минутой противные серые тучи явно намекали, что последний не заставит себя ждать. И, казалось, это обстоятельство слегка всех удручало. И, действительно, всё мировое сообщество выглядело сегодня куда более вяло, чем обычно. Германия сосредоточенно изучал какие-то документы, буквально краснея от перенапряжения. Немцы трудолюбивы. Даже сейчас, когда Людвиг мало по малу начал замечать, что является здесь единственным человеком, который хотя бы пытается работать, он, не вымолвив ни слова, опустил глаза обратно на кипу бумаг и принялся за свой нелёгкий труд, не подавая при этом абсолютно никакого вида, что его что-то беспокоит или раздражает. Даже злиться на своих ленивых коллег было совсем не охота … К слову о коллегах. Рядом с немецким трудоголиком, развалившись сразу на трёх стульях, мирно посапывал Феличиано, улыбаясь при этом настолько довольной и безмятежной улыбкой, что у ни у кого просто рука не поднялась рука его разбудить. Немало важным фактором в этом деле было и то, что во сне итальянец молчал. Ну, иногда, по крайней мере… Чего нельзя было сказать о его куда более беспардонном братце. Ловино, расположившись немного скромнее (всего на одном стуле), чем брат, и уронив голову на согнутые в локтях руки, громко храпел и периодически осыпал итальянским матом те или иные объекты, бессознательно возникающие у него в голове, чем вызывал крайнее неудовольствие у и без того раздражённой публики. Периодически получая тычки с разных сторон, в частности от Антонио, тоже страдающего неизвестно чем, а точнее строившего замок из цветных карандашей, Романо недовольно ворчал, грозясь подсунуть им всем резиновые оливки в пиццу.. Даже Америка, обычно полный энергии, сейчас вяло пихал в бок по-прежнему невозмутимого Россию, пытаясь доказать последнему, что водка не спасёт его страну от нашествия инопланетян или конца света, на что тот с улыбкой отвечал: -Водка, Альфред, сильнейший и эффективнейший стабилизатор политической ситуации в России. На ней у нас, можно сказать, всё и держится… -Ну-ну, до вас алкоголиков, как ни старайся, никак не достучаться. -Уж кто бы говорил, Джонс. Сам ты, сдаётся мне, у нас не без грешка – с широкой улыбкой произнёс Иван, явно намекая на наркоманию, процветающую в последнее время в США. Обиженно хмыкнув, Америка отвернулся от Брагинского, явно давая последнему понять, что он попал в яблочко, и, как и большинство присутствующих, поудобнее устроившись на столе, попытался вздремнуть.. Кстати говоря, вы, наверное, задаётесь вопросом: «Какого чёрта они вообще там сидят, если всё равно нифига не делают?!» Ну, в общем-то, происходило это по вине личности настолько непримечательной, что чтобы выразить ему своё недовольство происходящим, следовало, как минимум напрячь мозги (что было трудно, учитывая состояние выше описанных лиц) и вспомнить, кто он и откуда взялся. Поэтому все просто ждали, когда этот человек-загадка закончит свой доклад о мировой экологии… И, возможно, никто и никогда не узнает его тайну, но вы то, я надеюсь, уже догадались, кто это был… Только один Англия чувствовал себя в этот хмурый и унылый день, не более устало, чем обычно. То ли такая погода для Артура стала настолько привычной, что перестала оказывать на него всякое действие, то ли характер его был слишком устойчив к перепадам давления, чтобы позволить ему хандрить без конкретной на то причины. Как бы там ни было, он просто спокойно сидел в самом конце огромного стола, занимавшего засчёт своей длины почти ползала,с небольшой чашечкой чая в одной руке и книгой в другой. Как ни крути, если уж всё равно ничего не делаешь, лучше проводить время с пользой для себя и при этом не доставать других – примерно такой точки зрения придерживался Кирклэнд, которому, в отличии от многих других личностей, вполне это удавалось. И такой вид времяпровождения очень даже устраивал его. В конце концов, безупречно заваренный «Эрл Грэй» и хороший английский детектив неплохо компенсировали угнетающую атмосферу вокруг, вызывая тем самым ещё большее раздражение и зависть со стороны всех присутствующих. Но, как ни странно (а это вовсе не странно), Артура это совершенно не волновало, так как он целиком и полностью погрузился в чтение. С быстротой молнии глаза его бегали по строчкам, а тонкие пальцы только и успевали, что переворачивать страницы. В глазах его читались такое напряжение, азарт и заинтересованность, что заметь это Франциск, он бы наверняка решил, что Англия читает что-то непристойное… Детективы были настоящей страстью Кирклэнда. Пожалуй, действительно стоящий экземпляр мог легко заменить ему собеседника, и именно это стало впоследствии одной из причин того, что друзей у Артура почти не осталось. Но вдруг, в какой-то момент глаза парня яростно сверкнули и он в порыве чувств с такой силой швырнул книгу на стол, что фарфоровая чашечка подпрыгнула высоко вверх, и он еле успел поймать её до того, как драгоценный напиток был бы утерян. -Опять! Какого чёрта этот сыщик опять оказался в нужном месте в нужное время. Ещё один гений! Нет, это просто невозможно, никакого разнообразия! Хоть бы раз дали убийце скрыться или хотя бы запутать след, так нет же!! -Эй-эй, mon cher, давай поспокойней. Что у тебя тут стряслось? – француз не спеша прошёлся взглядом по раскрасневшемуся от злобы лицу Артура, а затем по очереди по всем предметам, окружавшим его. Для него, изнывающего от скуки в этом сонном царстве, неожиданная выходка англичанина стала настоящим подарком судьбы. Хотя, если подумать, Англия вообще, по жизни был для него подарком, ведь если бы не он, Бонфуа уже давно умер бы от однообразия. -Вот почему во всех детективах сыщики всегда настолько гениальны, что, не имея никаких фактов, предсказывают, где появится убийца?! Они приезжают туда, и он, конечно же, чудесным образом там оказывается в то же время, что и они. Они непонятно как узнают, что это именно этот человек из миллиона и вскоре, проследив за ним, блистательно раскрывают преступление. Что за бред сумасшедшего? Где логика?! – от переизбытка эмоций и негодования Артур чуть не поперхнулся. Трудно поверить, что такая вещь, как какой-то дешёвый детективчик, купленный в газетном киоске по дороге на работу, может вызвать у человека такую бурю эмоций. Для Франциска это было чем-то совершенно новым, и оно явно заинтересовало его. Мягко улыбнувшись, Бонфуа с некоторой нежностью ободряюще потрепал своего заклятого друга по голове. Что бы он там ни говорил, а волосы у Артура были очень приятные, хоть и слегка жестковатые и обстриженные совсем неаккуратно... Но всё равно очень приятные. -Ну, это тебе, наверное, лучше знать. Я вообще такое не читаю – Франц презрительно взглянул на злосчастную книжку. -Много ты понимаешь, стихоплёт недоделанный! У «Этого», как ты выражаешься, хотя бы смысл имеется! Логика, понимаешь? Хотя куда уж тебе… -Ты противоречишь сам себе, mon cher. Только что ты так горячо и страстно доказывал мне, что это полный La bitte, будто описывал мужа своей любовницы, а теперь защищаешь эту книжонку, словно любимую девушку. Боюсь, мне никогда не понять тебя, mon cher. –Франция театрально опустил голову на ладонь, изображая расстройство, но тем не менее с трудом сдерживая улыбку. Ему всегда очень нравилось наблюдать, как смущается этот человек, как румянец медленно заливает его лицо, как в глазах появляется злобный блеск. И, в отличии от всех остальных врагов Артура, он прекрасно знал, как этого можно добиться. Да, он действительно был единственным, кто знал, что слабым местом англичанина были те самые прекрасные утончённые существа, всю жизнь окружающие Франциска. -Почему ты всегда опошляешь все мои слова? -Опошляю? — искренне удивился француз — Нет, что ты. Просто провожу сравнения. Кстати говоря, знаешь, кто у нас здесь настоящий извращенец? – блондин заговорчески сверкнул глазами. -Ну и кто же? – осторожно спросил Кирклэнд после небольшой паузы, явно ожидая подвоха. Обычно после таких слов, такого взгляда следовала какая-нибудь глупая и к тому же извращённая французская шуточка или подколка. Без лишних слов Франциск протянул англичанину маленькую книжечку в ярко-красной обложке, и положил перед ним. -Почитай. Англия недоверчиво взял в руки книгу, сильно напоминающую обычные комиксы, и наугад открыл её где-то на середине. И тут же, щёки его, только начавшие приобретать нормальный оттенок, запылали с новой силой, делая Кирклэнда похожим на самый настоящий томат. Он со злобой захлопнул книжку (уже вторую за день) и негодующе уставился на Бонфуа. -Что…что это за аморальные комиксы?! -Хентай. Попробуй угадать, кто мне их дал? – улыбка на лице француза уже была настолько широкой и ехидной, что стала казаться слегка ненормальной. В самом деле, неужели человека, причём типичного сердцееда и Казанову, может радовать тот факт, что существует кто-то более извращённый, чем он сам? Британия, не веря своим ушам, уставился на сидящего где-то в середине зала и мирно беседовавшего с Китаем Кику. Японец выглядел как всегда спокойно и сдержанно. Надо же насколько двуличными могут быть азиаты… От этой мысли Англию как-то неестественно передёрнуло, и лицо его в момент потускнело. В конце концов, он в тайне восхищался этим человеком, его целомудрием, если можно так выразиться… -Вот видишь, по сравнению с твоим дружком я просто ангел, — подвёл итог Франция. -Если ты ангел, то я предпочитаю отправиться в ад, – буркнул Кирклэнд, укладываясь на столе. Теперь настроение его, благодаря Бонфуа было ничуть не лучше, чем у всех остальных. Зато сам Франциск моментально оживился. Забрав томик манги со стола Британии, он с каким-то особым энтузиазмом продолжил чтение, причём почему-то не с того конца. Но Артура это уже не удивляло. На него вдруг резко нахлынула волна тупого пофигизма, навеянная то ли тайными пристрастиями Японии, то ли просто оборона Кирклэнда в какой-то момент ослабела, и всеобщее настроение завладело и им. А Франциск тем временем победоносно улыбался, краем глаза поглядывая на раздосадованного англичанина. Пожалуй, это всё же было его любимой забавой. А Артуру сейчас больше всего на свете хотелось как следует врезать этому самодовольному французу. Нет, и умеет же он настроение подпортить! Ещё пару минут назад всё было просто идеально: он наслаждался горячим чаем и интересной книгой. А теперь чай остыл, книга оказалась полным дерьмом, да ещё и этот пафосный кретин прицепился. Удивительно, как из-за каких-то сущих мелочей может измениться настроение. И это стало ещё одним фактором, безумно раздражавшим Кирклэнда в данный момент. Хотя…впрочем, скорее всего ему просто нужен был более серьёзный повод для этого самого раздражения. Но вечно злиться невозможно. Мало по малу, лицо Англии приобрело нормальный здоровый цвет, а мысли о жестокой и беспощадной мести нахальному французу постепенно сами начали улетучиваться из головы, а на смену им приходили куда более приятные мысли об излюбленных детективах. По правде сказать, Артур уже давно сам хотел написать книгу. Идеальный детектив. В его книге, книге Артура Кирклэнда, не будет никаких случайностей, всё будет построено исключительно на логике. Идеальное убийство. Идеальное убийство? Какое убийство по праву можно назвать идеальным. Не одной улики… Как такое можно провернуть? И притом, это должно быть оригинально…Идеальное убийство… -Что ты там всё время бубнишь? — Франциск, ещё явно не утративший хорошее расположение духа, снова развернулся к англичанину и с интересом взглянул на него. Тот, уткнувшись носом в книгу, что-то бурчал себе под нос. И это что-то смутно напоминало то ли нормальную человеческую речь, то ли какие-то древние заклинания, и тем самым слегка напрягало Бонфуа. Поэтому он, после королевского пятнадцатиминутного терпения решил всё-таки отвлечь Англию от его увлекательного занятия. -Франц… -Артур произнёс это уже без всякой злобы, и это напрягло Францию ещё больше. Ведь в таких случаях это обычно означало, что Кирклэнд затеял что-то нехорошее. –Как ты думаешь, каким должно быть идеальное убийство? — Ooh la la, mon cher, тебе не стоило так сразу открывать свои намерения. Я ведь теперь и подготовиться могу…Дверь на ключ закрыть, например. -Да кому ты нужен, мне к тебе даже прикасаться противно...было бы. Я книгу написать собираюсь. – как можно безразличнее ответил Кирклэнд. Постепенно он снова начинал злиться, но вместе с тем ему было жутко интересно, что скажет Франциск. Но Артур не хотел доставлять французу удовольствие, хоть чем-то, выдавая свой интерес.. -Ну раз так…Если рассуждать логически.. –Бонфуа состроил умный вид. Артур изо всех сил пытался сдержать смех. Одна только фраза «Рассуждать логически» из уст Франции звучала до ужаса глупо и комично. Но улыбаться было нельзя. Когда разговариваешь с Франциском всегда нужно оставаться как можно хладнокровнее – именно такого правила придерживался англичанин за всё время так называемой дружбы с этим человеком. Какие преимущества оно ему давало? А чёрт его знает, у всех свои тараканы в голове… Просто так было заведено испокон веков, и, в конце концов, Англия вообще перестал задаваться вопросом, почему любой их с Франциском разговор, даже самый безобидный всенепременно выливается как минимум в скандал, а как максимум в масштабную войну с участием половины европейских держав, видящих в этом очередной удачный повод набить морду своим личным неприятелям. Как говорится, людям не нужен резон, чтобы делать что-то, им нужно оправдание. И они конечно рады радёшеньки, когда оно появляется без ущерба для бюджета, репутации, территории и вообще чего-либо. Но как ни странно, в конечном итоге всеобщая ненависть всё равно оказывается, направлена этих двоих. Ну не печально ли? -Так вот. Если рассуждать логически…-голос Франции оторвал Кирклэнда от его философских размышлений, заставляя немного вздрогнуть от неожиданности. –Слушай, если не интересно, так я могу и не рассказывать! –в голосе Бонфуа прозвучали нотки явно наигранной обиды. -Я тебя внимательно слушаю. – Произнёс англичанин, казалось бы, без всякого энтузиазма, приподнявшись со стола и небрежно подперев голову руками. -Смерть должна быть красивой, иначе она не имеет никакого смысла! – неожиданно громко для окружающих выдал француз, театрально положив руку на грудь, заставляя всех обернуться. -Ну-ну. – с ухмылкой прошептал Артур куда-то в сторону. Конечно, убийца первым делом будет заботиться о красоте, конечно же. Хотя, убийцы тоже разные бывают. Если что-то вроде Франциска будет, то ещё и не такое возможно. Правда, в понимании Англии француз представлял собой маньяка — насильника максимум, но никак не убийцу… -Да, между прочим, это самое главное. Ненавижу эти ваши английские убийства с расчленением тел и разбрасыванием этих самых частей по всему городу. Омерзительно…Кровь я ещё терпеть согласен, но внутренние органы… -выразительно взглянув на собеседника, Франциск сделал продолжительную паузу. –Так вот, о том, как меня правильно убивать… -Если сейчас же не прекратишь, прямо здесь придушу — прошипел Англия, уже явно начиная выходить из терпения. -Нет, нет, нет, здесь нельзя. Я считаю, что в идеале убийство должно быть совершено после полового акта. Так жертва будет намного беспомощнее, тебе ведь знакомо такое ощущение, как экстаз, верно? -Давай вернёмся к теме, ладно. Просто расскажи мне, как, по— твоему, лучше всего убить человека, – уже как-то устало вздохнув, произнес англичанин. Разговоры с Бонфуа всегда отнимали у него много сил, да и толку от них, как правило, ну кроме трепания нервов и порчи настроения, было не так уж много. -Я бы принёс ей в постель великолепного красного вина, отравленного смертельным ядом, и пока её прекрасное тело билось бы в судорогах, я бы высказал всё, что я о ней думаю.. А потом я бы поцеловал её, скрестил её тонкие ручки на груди и осыпал бы бездыханное тело лепестками белых лилий, в знак угасшей любви. -А если тебе нужно убить мужчину? -Эмм, нет, мужчины в плане секса меня интересуют куда меньше. Хотя, от тебя Артур я бы не отказался.. –Франциск еле заметно развратно облизнул губы, от чего англичанина буквально передёрнуло. Но такой реакции Бонфуа явно показалось мало, и он, не останавливаясь на достигнутом, с нежностью провёл ладонью по лицу англичанина. -Я бы отказался. – Кирклэнд «деликатно» пришиб руку француза к столу. Эти слова он прошептал с такой ненавистью, с таким презрением, что даже самое холодное сердце не выдержало бы. Но в глазах Франциска отразился лишь лёгкий отголосок той грусти, которую он испытывал в данный момент. Но Артур, конечно же, не мог этого увидеть.. И вдруг, неожиданно для обоих, взгляды их пересеклись на беззаботно спящем на плече у России Америке. Только вот взгляды эти были абсолютно разные, противоположные, как огонь и лёд. Хотя, так, по сути, и было: один из них был тёплый, снисходительный, другой же ледяной, ненавидящий. -Повыщипывал бы всю солому из башки вместе со скальпом, утопил бы в Сене, пропустил через канализацию, выловил, скинул пару раз с крыши, а остатки порезал бы на кусочки и, пропустив через мясорубку, отдал бы на корм каким-нибудь пираньям в городском аквариуме… -А? – Артур, явно оторванный от каких-то важных мыслей, рассеянно взглянул на Бонфуа. – Прости, я чуть-чуть задумался.. -Мужчину…из револьвера бы застрелил..-Франция не менее растерянно почесал затылок и как-то неестественно глупо засмеялся. – А потом сел бы на корабль и уплыл куда-нибудь, а оружие бы выкинул где-нибудь посреди океана. -Ты стрелять не умеешь. И револьвера у тебя нет. «С такого расстояния грех было бы не попасть» — еле слышно прошипел француз, ещё раз мельком взглянув на Америку. Согнув пальцы в «пистолет» он зажмурил один глаз и сделал свой «выстрел» со звуковым сопровождением в виде произнесённого шёпотом «Бах!» Разумеется, сделано это было так, чтобы Англия ничего не заметил, а то потом вопросов не оберешься. -Твой бы одолжил. – уже также беззаботно как и раньше, ответил Франция, неожиданно вспомнив последнюю реплику Кирклэнда. –Кстати, стрелять научишь? -Размечтался. Да и на что оно сдалось тебе? Всё равно ты на убийство не способен. – Артур скептетически изогнул бровь. -Ты тоже не способен, но стрелять умеешь, и пушка у тебя есть. Что-то не очень справедливо выходит…Да и вообще, оружие штука забавная, для ролевых игр самое то.. -Теперь точно не дам, боюсь даже представить, что бы ты с ним сделал. -Артур-Артур, ну что ж ты как маленький, пора бы тебе, наконец, завести себе maîtresse или на худой конец парня, животное или ребёнка, если предпочитаешь, и распрощаться с этой твоей невинностью. В твоём-то возрасте пора бы уже и.. -И без тебя разберусь где, когда и с кем мне прощаться! – негодующе вскрикнул Кирклэнд, напрочь забыв все правила хорошего тона. Но, так как ему всенепременно следовало поставить давно позабывшего их Францию на место, угрызения совести не особо мучили его. – Проваливай, извращенец! -Oui, mon monsieur Kirkland. – подарив Англии свою фирменную обворожительную улыбку и изящный полупоклон, француз с лёгкостью бабочки буквально выпорхнул из зала. Ещё пару секунд Англия смотрел ему вслед, после чего удивлённо огляделся. В зале действительно уже почти никого не было, да и все оставшиеся, по-видимому, не собирались здесь надолго задерживаться и поспешно собирали вещи. -Пожалуй, и я пойду… Артур убрал так расстроившую его книжку в небольшой кожаный портфель и не спеша направился к выходу, бросив что-то вроде «До встречи» почему-то всё ещё сидящим на своих местах России и Америке, а точнее России, пытавшемуся отлепить от себя что-то невнятно бормочущего Америку, бесцеремонно повисшего на его плече и по ходу дела вообще не планировавшего просыпаться. -До свидания, Артур. –мило улыбнувшись, ответил Россия, не прекращая попыток разбудить Альфреда. «Не смей меня так называть, русская ты свинья. Всегда всё лучшее тебе достаётся, а тебе всё мало и мало, сукин ты сын.» -пронеслось в голове у англичанина, и будь у него хоть какой-то мизерный шанс противостоять России хоть в чём-то, он бы без заминки высказал всё это ему в лицо. Но понимая свою беспомощность, он лишь, остановившись в дверях, бросил этим двоим немного болезненную вымученную улыбку, в которую попытался одновременно вложить свою ненависть к русскому и тёплые чувства к американцу. Просто выказывать свои чувства к обоим в отдельности не было времени, и именно это стало причиной рождения выражения лица, включавшего в себя, наверное, все эмоции, доступные человеку. Правда, со стороны это было похоже на обычное нервное расстройство. -А? Что?— наконец-то проснувшийся Альфред растерянно крутил головой во все стороны, пытаясь разобраться в ситуации. -До свидания, Артур. – повторил Брагинский, улыбаясь примерно так же, как и Англия, только куда более пугающе, как бы тем самым делая небольшой намёк, что Артуру стоит поскорее удалиться. -До встречи, Иван. – уголки губ англичанина начали нервно подрагивать, а широкие брови медленно поползли вверх,и вообще всё его лицо с уверенностью говорило, что он прекрасно понял намёк России. Но почему-то он оставался стоять на месте, не в силах сделать шаг. Он, разумеется, понимал, что рано или поздно ему придётся удалиться, но в глубине души он надеялся, что до этого момента младший брат хотя бы заметит его. -А, Артур, уже уходишь? Подожди меня, ладно? Я тебе кое-что давно рассказать хотел..-Альфред оперативно соскочил со стула и начал запихивать обилие всякой всячины, раскиданной по столу в небольшой джинсовый рюкзак. -Нет, это ты подожди, Джонс. Я тебе тоже не всё сказал. – Брагинский, хоть и разговаривал с Америкой, ни на секунду не отводил глаза от Англии, всё также продолжая с улыбкой сверлить его испепеляющим взглядом, чем собственно занимался и последний, но с куда меньшим успехом. -Может быть, тогда все вместе пойдём? Все всё и расскажем. –Джонс сейчас явно гордился собой и своей гениальной идеей, упорно не замечая, как уставились на него двое предполагаемых спутников. -Эмм..знаешь, Альфред, это…как бы тебе сказать.— начал Россия. -Извините, мне пора. В следующий раз, ладно, Альфред? Не дожидаясь ответа, Англия, как будто опомнившись, опустив глаза в пол и покрепче сжав кулаки, быстрым шагом выскользнул из помещения. -Оу, ладно… — Америка недоумённо пожал плечами.— Странный он сегодня какой-то.. На что Иван, резко переведя взгляд с опустевшего дверного проёма на Альфреда, не переставая улыбаться с усмешкой произнёс : -И не говори. Жутко странный… -Ты что-то знаешь? –американец недоверчиво прищурил небесно-голубые глаза, скрытые тонкими стёклами очков. -Да нет, что ты...откуда мне знать. «Дурак, идиот, кретин, недоумок, придурок, дебил!»— эти слова Артур повторял, словно заклинание, уже почти бегом направляясь к выходу из здания. «Пойти против России. РОССИИ! Нет, я точно сошёл с ума. Идиот, придурок, кретин! На что я вообще надеюсь. Америка никогда не станет поддерживать меня, даже если я буду на грани гибели. Идиот, придурок, кретин!» Накинув старое, но зато очень удобное пальто Кирклэнд вышел на огромное крыльцо Здания Мирового Конгресса. Дождь. Нет, это уже даже не дождь это какой-то всемирный потоп! И действительно, вода с неба лилась настолько стремительно, что сильно напоминала водопад. Как следует, выругавшись на погоду, себя, Россию, Америку, а также припомнив неудачный детектив, Францию, аморальные японские комиксы и их создателя, и ещё много-много чего, Англия, наконец, более или менее успокоился, и, достав из портфеля обычный для английского джентльмена чёрный зонтик, который всегда, в силу своей практичности, носил при себе, уже был готов сделать шаг под холодные струи воды, потоком льющейся с неба, как вдруг его неожиданно окликнули. -Артур! -А? Машинально повернувшись к источнику голоса, он увидел Франциска, прислонившегося к одной из колонн и как-то необычно улыбающегося. Сейчас его улыбка выглядела совсем не так, как обычно, она не была извращённой или нахальной, а скорее немного..виноватой? -Ты меня не проводишь? Англия вопросительно уставился на блондина. –С какой это, интересно, стати? — Mon cher, s'il vous plaît, ты не можешь просто бросить меня здесь. Я уже полчаса жду, пока этот чёртов ливень закончится. Ну, или подойдёт кто-нибудь с зонтом. -Свой нужно носить. Тебе повезло, что, во-первых, я не занят, и во-вторых, мне необходимо общество. Я хочу выпить. -Никаких проблем. – от этой фразы француз заметно оживился и через пару секунд уже стоял под зонтиком, подхватив Артура под руку. -Не прикасайся ко мне. – холодно отрезал Кирклэнд , отдёргивая руку. -Понял-понял. –тяжело вздохнув, Бонфуа послушно отодвинулся на пол шага. Зонт большой, так что и так сойдёт. Вот всегда так..-Куда, кстати, пойдём? -Не имеет значения. -Ладно. Я знаю один неплохой бар неподалёку. Или может быть, ты хочешь в ресторан? -Не имеет значения. -Ладно. –Франциск раздосадовано опустил голову и на этом их разговор прервался. Обидно. Вот всегда он так…