Мои любимые детки.

- Россия сказал, у нас в доме будет ребенок. Такой милый, крохотный, пухленький малыш! - Не дай Бог... - Откуда еще один?- скептицизм витал в воздухе так густо, что его можно был собирать ложками и есть вместо каши на завтрак. Но Московской не мешало это выглядеть восторженной мамашей, которой только что сообщили о беременности. Хотя лично она в присоединении к семье ребенка никак не участвовала. Но надо же кому-то радоваться. - Я нашел молоток, пошли играть!- разговор прервал радостный Смоленский, который был отправлен на поиски чего-то вроде молотка, но подлиннее. Предмет был срочно необходим, потому что ну как играть в крокет без молотка. Без шаров можно, да, а вот без молотков никак. Весь смысл пропадает. - У нас будет ребенок!- для только что пришедшего сообщила Московская, всем своим тоном давая понять, что ждет только положительной реакции. Смоленщина притормозил, явно задумавшись. И, посмотрев на сестру в профиль, решился задать вопрос. - От кого?.. - От Японии,- уверенно сообщила Московская, убирая за спину свою русую косу. Смоленский впал в окончательный ступор и начал переосмысливать тайны Вселенной, прижимая к себе молоток, к ручке которого веревкой была привязана палка. - Россия обменял у Японии ребенка,- пояснил Якутия, который был практически единственным, кто также неправильно понял фразу про ребенка. Но ему все смогли объяснить, попутно выводя из состояния, близкого к обморочному. - Фу-у-уф...- выдохнул Смоленский, поняв, что переживать за сестру не надо и мир все еще адекватен.- Поздравляю. Так мы идем в крокет играть?! - Она нас не пускает,- Тверской ткнул пальцем в радостную не-мамашу, которая запретила идти играть в игру, где встречаются мужчины и молотки. Потому что она знала, что не пройдет и минуты, как молотками начнут драться и о шарах и воротах все успешно забудут. - Россия сейчас придет и покажет нам нашего нового малыша! Неужели вам не интересно?- спросила она у мужского населения, которое сидело на лавочках в парке города. Населения синхронно вздохнуло, но не ответило прямо. Немногочисленные девушки, что тут были, выражали восторг менее явно, но готовы были немного отложить дела, чтобы увидеть новенького. Ведь дети это прекрасно. Но Россия все же пришел. Запыхавшийся, растрепанный и грозящий кулаком кому-то там, кто хотел его сбить. За руку он держал причину того, что мальчишки не могли пойти играть в крокет - ребенка. Мальчик лет пяти в довольно бедной и странной одежде, с черными жесткими волосами, обветренным загорелым лицом и по-восточному узкими черными глазами казался милым, но и немного странным. И явно напуганным, потому что, увидев такую толпу народа вокруг одной лавочки, попытался спрятаться за Брагинского. - Какая прелесть,- умиленно пропищала-прошептала Вологодская, глядя на ребенка. Малыш высунулся из-за ноги России, заметил Смоленского с молотками и решил спрятаться обратно в безопасное место. - Вы дружелюбны, как всегда,- покачал головой Иван, укоризненно глядя на мальчишек. Те и правда выглядели достаточно сурово и холодно, но вина была скорее в том, что им не разрешали разойтись по своим делам из-за ребенка. Поэтому он им заочно не нравился. - Россия!..- запыхавшийся Санкт-Петербургский нагнал широко шагающего Брагинского довольно быстро. Он тяжело дышал, держась за болящий бок, и опирался свободной рукой на колени. Все с радостью переключились на брата. - И вот это... Того стоило?!.. Все острова! Ты вообще подумал о приоритетах?!- отдышавшись, поинтересовался Санкт-Петербургский немного визгливым голосом. Московская прислушалась. Ей никто ничего конкретного не говорил, поэтому было вполне интересно что там за приоритеты и острова. - Помолчи,- вежливо обрубил его Россия, притягивая к себе свободной рукой и ненавязчиво душа объятиями. Парень отвлекся с проблемы неравноправного договора на проблему с недостатком воздуха в легких. - Теперь-то можно идти играть?- спросил Смоленщина, которому неудобно было держать самодельные молотки для крокета. Все, кто хотел идти, согласно закивали, поворачиваясь на главного в семье. - Тогда захватите его с собой,- разрешил Россия с одним условием. И, немного насильно вытащив ребенка из-за спины, подтолкнул его к старшим братьям. - И да, так как я постоянно занят, как и Московская, и Санкт-Петербургский, нужно, чтобы кто-то присматривал за ребенком,- Иван обвел взглядом сидящих на лавочке. Все попытались спрятаться и вместо этого чуть не уронили заснувшего Псковского на траву и грязь. - Так, пограничникам тоже некогда... Да и им нельзя воспитывать детей,- протянул Брагинский, еще более внимательно изучая оставшихся.- Девочки заняты... Якутия! - А?- парень вздрогнул, до этого безрезультатно пытаясь спрятаться под шапкой, которую носил даже в конце апреля, несмотря на уже довольно теплую погоду. - Ты будешь следить за ребенком! За Сахалином,- радостно решил Иван. Якут поперхнулся воздухом и уставился сначала на Россию, а потом на маленькое азиатское чудо, которое стыдливо молчало и прятало глаза. - Нет!- отказался Якутия от этой затеи, когда спал ступор. Но в глазах Брагинского горела непоколебимая уверенность. Его уже ничто не сдвинет с пути, который он выбрал. Разве что внезапная смерть. - Россия!- якут вскочил со скамейки, подходя к страшно похожему на него самого Брагинскому, гневно хмурясь.- Я не хочу следить за этим недорослем! - Якутия!- тут уже вмешалась Московская, которая не могла терпеть тот факт, что обзывают ребенка. Сам ребенок зашмыгал носом, явно боясь всех окружающих его личностей. - А давайте все дружно помолчим?- железным тоном предложил Санкт-Петербургский, кивая на улицу, которая располагалась не так далеко от лавочки, вокруг которой и был затеян спор. Ссора утихла, не начавшись. Якутия, несколько минут попилив взглядом спокойного, как слон, Россию, резко развернулся и, на ходу подхватив ребенка и перевесив его себе через плечо, пошел в глубь парка. - Вот и хорошо,- улыбнулся Иван, искренне считая, что конфликт улажен и можно идти по делам дальше. Камчатка и Магаданский, которые сидели на лавочке и тихо молились, чтобы их не заставили сидеть с ребенком, ссылаясь на то, что они практически соседи и должны друг друга знать, побежали догонять новоиспеченного няньку. Якутию с его широкими шагами они нагнали через пару сотен метров. Ребенок на его плече разочаровался в мире и безжизненно висел, иногда при сильной тряске издавая тонкие пищащие звуки. - Эй, братишка!- Магаданский прыгнул, повисая на свободном плече брата и заставляя того чуть ли не упасть от внезапной нагрузки в дополнительных шестьдесят с лишним килограмм. - Куда идешь?- Камчатка нагнал его степенным, но широким шагом заодно пытаясь отдышаться после спринтерского забега. - Утоплю его,- мрачно пошутил Якутия, поправляя ребенка на плече. Тот снова что-то запищал на своем тонком языке, который никто не понимал. Но, судя по интонации, мальчику не нравилось кататься таким образом. - Он живет на острове. Выплывет,- утвердительно кивнул Камчатка, притормаживая брата. Якут вздохнул и остановился, искоса глядя на проигравшего ему в росте шамана. - Поставь ребенка на землю. Он ни в чем не виноват,- спокойно попросил Камчатка, кивая вниз и намекая на исполнение своей просьбы. Якутия фыркнул и спустил ребенка с плеча, ставя его на небольшой бордюр. Шаман радостно улыбнулся и кивнул. - Ты посмотри, он же такой милый! Я Магаданский, привет!- босоногий парень, на которого странно косились все люди, присел на корточки около ребенка. Мальчик засмущался, начав комкать край собственной одежды. Улыбчивый парень терпеливо ждал, в то время как Камчатка уговаривал Якутию не прыгать в декоративный прудик и никого туда не кидать. - Белые волосы...- пролепетал ребенок, осторожно тыча пальцем в лохматую макушку Магаданского. Тот удивленно поднял глаза, а потом сообразил что к чему. И, сдунув челку со лба, согласно закивал. - Ага, а у тебя черные. А у Якутии тоже белые. А у Камчатки пегие,- поделился Магаданский информацией, стараясь выглядеть дружелюбным настолько, насколько он мог при его немного безумном виде. - Пегий это масть лошади. Запомни уже,- закатил глаза бедный шаман, отвешивая щелбан плохо обучаемому брату. Тот ойкнул и почесал ушибленное место. Мальчик тихо засмеялся, закрывая рот ладошками. Но, когда все обернулись на него, он снова засмущался и отвернулся. - Воспитанный. Не то что некоторые,- фыркнул Камчатка, осторожно протягивая малышу руку.- Идем погуляем? Тут красиво, тебе понравится. Наверное, ты не видел большие города, да? - Не видел,- покачал мальчик головой, осторожно беря шамана за указательный палец, стесняясь держаться за ладонь, шершавую от грубой физической работы. Якутия фыркнул и скрестил руки на груди. Ему не нравилось, как братья сюсюкались с мальчиком. Потому что воспитывать детей должны женщины, ну либо девочки. Ну уж никак не они. И со стороны России было ужасно спихивать на них едва знакомого ребенка. Сахалин вел себя очень воспитанно и даже замкнуто. Держась за руку шамана, он старался прижиматься к нему ближе, чтобы не потеряться в толпе. На разноцветные наряды, шумные беседы, веселый смех и распустившиеся на деревьях листочки он глядел искоса, будто боялся, что прямой взгляд кого-то оскорбит. Но улица ему явно нравилась, судя по тому, как он долго глядел на разнообразные вывески, магазины, лавочки и киоски. Поэтому сопровождающие его парни выглядели вполне самодовольно. Остановиться решили около красивых парапетов, дабы передохнуть и придумать, что им делать и куда идти. На ребенка особо внимания не обращали, да и он никуда не отходил, стоя рядом и просто разглядывая такое большое количество красиво одетого народа. - Все ушли в какую-то игру играть,- вздохнул Магаданский, который не знал, что такое крокет, но очень хотел попробовать. Потому что игра с молотком априори не может быть скучной и неинтересной. - Россия с Санкт-Петербургским скорее всего опять делами заняты,- кивнул Камчатка, задумчиво перебирая в пальцах амулет из косточек животных, который лежал у него в кармане. Вообще-то его надо было носить на себе, но в больших городах на парня странно косились. - А мы прозябаем с этим недорослем,- пессимистически заметил Якутия, поправляя шапку на затылке и вытирая испарину. Все-таки было жарковато. Братья покосились на него. - Постарайся найти в этом хорошие стороны,- посоветовал Камчатка, который сам был крайне спокоен и вообще мало волновался. Правда иногда этот эффект достигался с помощью курения шаманских трав. - Не вижу. Постоянно таскать с собой ребенка! Не расслабится, ни поспать нормально, ни погулять...- якут недовольно хмыкнул, сдувая со лба особо длинную прядь волос.- Там посиди, тут последи... Я шахтер, а не нянька! Так что пошел он... - Якутия!- возмутились хором добровольцы, которые вызвались гулять вместе с ним. Пессимистичная нянька покосился на них и вздохнул. - Не ругайся хотя бы при ребен... Где он, кстати?- дальневосточный маг, который хотел преподать урок об этикете в присутствии детей, заозирался. Маленького мальчика нигде рядом не было, да и не рядом тоже. - Просто прекрасно,- ехидно прокомментировал это Якутия.