Мои любимые детки.

- Камчатка, ложись уже спа-а-ать... - Не могу... Полнолуние сегодня. - Ну и что?- недовольно забурчал Еврейский, высовывая влажную и лохматую после душа голову из-под одеяла и ещё более недовольно щуря один глаз. Под одеялом спать было бы неплохо, если бы не ограниченный запас кислорода. Хотя вон Амурский приспособился и как-то смог высунуть один лишь нос. - Представь, что вокруг тебя летает такой ма-аленький комарик и постоянно пищит "Пошли творить фигню! Творить фигню, творить фигню!" Вот я примерно то же чувствую сейчас,- вздохнул шаман, потирая предплечья и глядя в окно, на полную желтую луну, зависшую над лесом. Облака немного размазали её чёткий абрис, но она продолжала заливать мутноватым светом деревья, поляны и одинокий дом на отшибе. Свет попадал в комнату, оставляя на полу прямоугольники беловато-желтого цвета и заставляя валяющиеся на полу предметы отбрасывать чудные тени. А их валялось довольно много - Приморская отказалась убирать следы дневного великого побоища, мотивируя это тем, что у нее военный нейтралитет и в мужские драки по поводу украденной еды она не лезет. - Ну так сотвори что-нибудь во славу твоего внутреннего комара по-быстрому и ложись спать!- предложил Еврейский оригинальный выход из ситуации, закатывая глаза и получше кутая ноги в одеяло. Из открытого окна дул легкий сквозняк, холодящий пока еще теплое после душа тело. Дверь тоже была слегка приоткрыта и, если прислушаться, можно было услышать шум из комнаты неподалеку - отец то ли воевал с окнами, пытаясь открыть их так, чтобы не сильно дуло (а то документы улетают, как журавли по осени), то ли передвигал стол (почему бы не заняться этим после отбоя?..). В общем, в интересах всей комнаты было не шуметь, а если и говорить, то спокойным шепотом, так похожим на свист ветра, скрип половиц старого дома и шелеста ткани одеял. - Для этого нужен настрой, обстоятельства, идея,- Камчатка не хотел творить что-нибудь "по-быстрому". Ему хотелось глобального. Что-то зудело под кожей, где-то за ребрами, скреблось, царапая маленькими коготками душу, как в ожидании праздника. Немного приятно, но не находишь себе места и хочешь, чтобы вот-вот уже что-то случилось и ты успокоился. Но ничего не случалось. - Сходи вниз, к Центру. У них не комната, а генератор идей: от суицида и до завоевания мира,- пробормотали с кровати Хабаровского недовольным голосом главного по комнате, который не может прекратить болтовню. А, как известно, если не можешь прекратить, то надо возглавить. Поэтому к их обсуждению добавился новый участник. - Ну нет уж, я из комнаты выходить не собираюсь,- покачал головой Камчатка, который прекрасно помнил негласное правило "если высунешься из комнаты после отбоя, пока отец не спит, будет больно". Проверять его не хотелось на себе ну вообще никак. Потому что иногда все-таки ловили особо наглых ну либо особо голодных, и показательно наказывали стоянием в углу всю ночь коленками на горохе. Или чем по-страшнее. - Можно высунуться в окно, их комната всего лишь за три окна от нашей,- наполовину серьезно и задумчиво предложил Еврейский, косясь на окна и хитрую луну, которая временно спряталась в драпировке из легких ночных облаков. Камчатка погладил мохнатую шкуру, висящую на стене около его кровати. - Я по водосточным трубам лазать не умею. Это к Магаданскому,- покачал он головой. В шаманизме требовались определенные умения в сфере искусств: пение, танцы, рисование. Но никак не физические способности по перелезанию от одного окна на третьем этаже к другому на втором. - Меня звали?- со стороны кровати покорителя оконных проемов и любителя оригинальных способов закалки донесся сонный голос. От белой подушки оторвалась не менее белая шевелюра и заспанные глаза, щурясь от темноты, попытались найти источник звука, позвавшего по имени. - Нет. Спи давай,- махнул Камчатка рукой, косясь на кровать с Сахалином. Только его разбудить не хватало - день был не очень насыщенным и мальчик долго засыпал. И еще раз его укладывать с чтением сказки никому не хотелось. - А вы чего не спите?..- Магаданский обвел взглядом комнату и, увидев еще как минимум двух бодрствующих членов их небольшой дальневосточной компании, решил заинтересоваться флешмобом по незасыпанию в полночь. - Мы думаем над тем, как успокоить внутреннего комара Камчатки,- со всей серьезностью ответил Еврейский, делая из этого проблему легендарного масштаба на сегодняшний час. Шаман недовольно надул щеки и слегка покраснел, хотя в темноте этого и не было видно. - Мм, и какие есть предложения?- Магаданский окончательно проснулся и сел на кровати, укутавшись в одеяло и любопытно изучая ночную комнату, стараясь поддерживать официально-светский тон их разговора. - Высунуть его в окно,- недовольно проворчал Хабаровский, который был ответственен за то, чтобы все спали. И понимал, что ему могут предъявить некие претензии со стороны отца. Но не затыкать же брата, владеющего магией. Можно лишиться чего-нибудь нужного в хозяйстве. Рук, например. - О, я за!- загорелся новый член обсуждения прекрасной идеей. Еврейский ехидно захихикал в подушку, глядя на то, как лицо шамана начинает выражать несогласие с принятым общественностью планом. Потому что в окне холодно, а еще можно упасть. С третьего этажа и в кусты будет довольно дискомфортно. - Прекрасно, мнение большинства - "за". Высовывайте его в окно и спать,- решил главный по комнате и, в знак своей неприступности и твердости в принятии решений, накрылся одеялом с головой и отвернулся к стенке. - Может я все-таки перебьюсь как-нибудь?..- немного дрожащим и очень неуверенным в себе голосом поинтересовался Камчатка, сидя на подоконнике на коленях и тревожно глядя вниз, в черную темноту их сада. Луна вышла из-за облаков, заинтересованно поглядывая на то, что творят людские создания вместо сна. - Не дрейфь, после пятого раза не больно падать!- утешил его Магаданский, который несомненно был в этом опытен. Ему доверили держать шамана за ноги, чтобы тот окончательно не улетел в окно. Еврейский на кровати ехидно хихикал и всем своим видом напоминал мультяшного злодея. - Вот спасибо...- пробурчал шаман, высовываясь еще подальше.- Что-то мне резко спа-ать захотелось... - Эй, не обламывай меня!- пригрозил Магаданский, который и проснулся и с кровати встал только ради прекрасного события по вываливанию кого-то из окна. Камчатка вздохнул и осторожно свесился, крепко держась за проходящую рядом с их окном водосточную жестяную трубу. Но босоногому участнику это показалось неинтересным, поэтому он решил немного подтолкнуть брата навстречу подвигу. Камчатка проскользил ладонями по скользкой трубе и, судя по звукам, врезался лицом в стену дома. В комнате раздались сдавленные звуки - Еврейский закусил угол подушки, чтобы не заржать в голос и не разбудить всю комнату. - Ты цел?..- любопытно спросил Магаданский, приподнимаясь на цыпочки, чтобы увидеть, что происходит снаружи, и крепко держа брата за лодыжки. - Мой но-ос...- смазанно и непонятно ответили с улицы. Еврейский шумно вдохнул, стараясь успокоиться и подрагивая от сдерживаемого смеха. - Вытаскивай... Его...- смог он членораздельно выдохнуть, щипая себя за ногу, чтобы поскорее оправится и вернуть себе прежнее серьезное выражение лица. А то невежливо будет встречать их ночного летчика с ехидной рожей. Камчатку все же смогли затащить внутрь, незначительно пару раз ударив о стену и подоконник. Он держался за нос, а взглядом обещал прибить всех, кто не смог уложить его спать и поддержал идею о творении всякой фигни. - Понравилось?- хихикнул Еврейский, закрывая рот рукой и стараясь серьезно нахмурить брови. - Очень,- подозрительно гнусаво ответил шаман.- У меня нос сломан... - Иди к папе,- похлопал его Магаданский по плечу, радостно улыбаясь и возвращаясь к себе в кровать. Шаман недовольно насупился и пошел просить медицинской помощи в соседних комнатах, а все остальные довольно разлеглись на своих кроватях. Ведь так важно помочь близкому своему в исполнении его ночных капризов. И особенно ценно то, что он наверняка вынесет из этого урок о том, как не надо всем мешать спать ночью.