Мои любимые детки.

- Ненавижу этот вид транспорта... Садюга его придумал... Из Библии Сатаны в разделе "Самые удачные пытки" взял, не иначе... - Радуйся, что у нас окно открывается. Не всем такая радость дана,- ответил ему голос свыше, из райских кущ, названных по недоразумению верхней полкой плацкарта. В райских кущах номер один, расположенных лицом по ходу движения поезда, дул сквозняк. Но и в райских кущах номер два было весьма прохладно. Но право находится наверху надо было заслужить честью, доблестью или мухлежом. - Да, радуйтесь,- могильным голосом обитателя Ада сообщили из соседнего плацкарта, а потом из-за стенки высунулось очень грустное лицо Татарстан. Волосы у нее были замотаны наверху в ракушкообразное нечто, а сверху прикрыты смоченным в холодной воде шарфом. Обычно, летом в людных местах девушка прикрывала голову на манер традиционных мусульманских красавиц, но сейчас это было всего лишь средство спасения от жары. В поезде, старом и многое испытавшем на своем жизненном пути поезде было жарко, душно и влажно. Второй день пути по раскаленным просторам огромной страны намекал на то, что, наверное, не стоило быть таким жадным и закончить завоевания где-то в районе Башкортостана. Или еще ближе. Или дальше Москвы не ходить вообще. Потому что два дня растянулись на дополнительную вечность, долгую, жаркую и пропахшую пылью вечность. Кому-то было хорошо, например, южанам. У них был иммунитет к жаре, иммунитет к поездам, иммунитет к долгому отсутствию воды в организме и мошенничество в карточной игре на привилегию лежать на верхней полке. Кому-то было хуже, но более менее привычно. Сибиряки, прекрасно помнившие времена, когда кроме как на поезде никак нельзя было сбежать из тайги и снегов к цивилизации, старались терпеть и быть мужиками. Независимо от пола и гендера. А кто-то был Россией и ехал козырно в СВ с кондиционером. Из-за чего анархические мысли витали по плацкарту уже второй день, а некоторые особо радикальные личности иногда призывали пойти к отцу в гости. Брагинский же оправдывался тем, что все места в плацкарте в этом поезде кончились и ему пришлось брать оставшееся в СВ. И как бы никто не виноват. Но все равно народные массы готовы были утопить отца семейства в негодовании. - Не ной. Посмотри на Тулу. Спит на боковушке снизу в самом конце вагона, а не жалуется,- примирительно улыбнулась Калмыкия возмущающемуся Красноярскому. Сибиряк что-то пробормотал себе под нос и покосился в сторону указанного брата. Тот сидел и смотрел в окно на одном из сидячих мест сбоку в соседнем плацкарте. Собственно, это было все, кроме сна, чем он занимался в поезде. Ни шум, ни визг детей, ни мат, ни толчки и случайные удары подушками не беспокоили парня, который созерцал пейзаж. - По-моему, он просто сдох от жары...- с сомнением протянул Красноярский, глядя на не двигающееся тело на сидении. - Он пьет чай. Значит, живой,- отвергла крамольную мысль Калмыкия, поправляя пучок волос на голове. Все девушки с длинными волосами мучались и старались как-то убрать природное богатство в косы, пучки и хвосты. И полезно, и развлечение. - Бр-р-р-р! Пффырр, бррф!- из кабинки туалета выбежал-вынырнул Тверской, чуть лбом не треснувшись об стоящие напротив шкафы, но все же вовремя подставив руки. Все волосы у него были мокрыми и торчали во все стороны. Судя по общему состоянию, братья-изобретатели опять занялись исследованиями по устранению жары. Последний метод - обливаться ледяной водой и высовывать голову в окно поезда - показался им успешным. Чем они занимались с периодичностью в час. - Ну вот, еще немного, и точно поможет!- следом за Тверским из туалета вылез Смоленский, коронным движением какого-нибудь ловеласа из бразильского сериала поправляя блондинистую шевелюру. Девочки из середины вагона, которым не повезло попасть в один рейс с бессмертными шалопаями, регулярно подсматривали за исследованиями и каждый раз дружно вздыхали. - Еще немного и мы наконец-то приедем... Туда, куда мы там едем...- голосом из райских кущ отозвался с верхней полки Дагестан, болтая рукой и задумчиво крутя в руках явно сувенирный и тупой, как все очень надеялись, ножик. - Мы едем в АД!- подсказал ему Красноярский, все еще недовольный тем, что он проиграл и вынужден был спать на верхней кровати в боковушке. Потому что там вроде и сверху, а все равно не дует. Да и к тому же можно упасть. - Зато у нас много времени, чтобы понять, кто из нас самый слабый и первый откинет копыта,-хмыкнул второй божественный голос, он же Ингушетия, с верхней полки. Никто не знал, как парень переживал жару со своей копной волос, но ингуш не жаловался и был весьма бодр и полон сил. Что вызывало у некоторых особо завистливых комментарии по поводу наличия у него контракта с Дьяволом. - Ты та-а-ак оптимистичен,- хихикнул Калмыкия, задумчиво тасуя карты и глядя на проплывающие пейзажи леса во всем его великолепии. За два дня они успели изучить сотни оттенков лесистой и холмистой местности, немного порадовались городам и рекам, а потом возненавидели поля. Потому что если, проезжая мимо леса, можно был надеятся ну хоть на что-то интересное, то поле убивало весь интерес на корню. - Давайте снова в карты?- предложил из райских кущ Дагестан. Видимо, он считал, что еще недостаточно привелегий получил и надо отбить себе побольше. Но все замотали головами и отказались играть с хитрыми и непопадающимися, но точно мухлюющими кавказцами. - Уфф, вот! Мы выиграли веер!- еще в этом плацкарте спали Забайкальский и Иркутский. Примерно в обед они ушли в увлекательное путешествие по поиску Бурятии, а вернулись только сейчас. И так как музыканта с ними не было, можно было предположить, что миссия окончилась неудачно. Но веер, божественный создаватель потоков воздуха, был крайне необходим. Поэтому Забайкальский и Иркутский были как Колумб: как бы путь в Индию не найден - дело не выполнено, но зато найден новый материк. - Ва-а-а, веер...- Красноярский расползся по сидению благодарным тюленем, обмахивая себя со скоростью лопастей вентилятора. Обитатели райских кущ дружно фыркнули, но решили не смеяться над счастьем обычных смертных. Все-таки некультурно. - Давай на всех маши!- возмущенно хмыкнула Калмыкия, поворачивая веер в чужой руке так, чтобы и ей немного перепадало. Набегавшиеся между вагонами добытчики к прохладе пока не стремились, но жадными взглядами оценивали пространство на наличие еды. - Там под столом, в сумке, печенья. Ешьте их,- смилостивилась девушка, отвечающая за пропитание и считающая, что если не успел к обеду, то сиди и голодай. Но для отважных Колумбов можно было сделать исключение. Поезд продолжал ехать по длинной железной дороге, равномерно поджариваясь до хрустящей корочки на ярком летнем солнце. Пассажиры страдали, играли, пытались спастись и всячески убивали время. Ведь осталась половина сегодняшнего дня и половина следующего. А это - совершенно новая вечность.