Мои любимые детки.

- Якутия-а... Братик Якутия!.. - Мм?.. - Мне не спится...- громким шепотом поделился Сахалин проблемой последнего часа его жизни. Укутанный в одеяло, как готовящаяся окукливаться бабочка, он лежал на своей мягкой кровати и ждал, пока сон придёт. Но вот прошло пятнадцать минут и ни одного признака засыпания не было обнаружено. Непорядок. - Спи...- дал старший брат идеальный совет, переворачиваясь на другой бок и зарываясь носом в подушку, желая окопаться в ней и вести боевые действия непосредственно оттуда. Сахалин послушно зажмурился, прижав к себе потрепанного китенка, который чёрными глазами следил за комнатой. Посидев так несколько секунд, мальчик расстроенно открыл глаза. - Не получается...- вздохнул он. Брат за это короткое время хитро успел заснуть, поэтому пришлось снова его звать. Якутия со вздохом сел на кровати, подпирая щеку рукой. - Нам ночью идти в этот, чтоб его, ночной поход... И надо выспаться днём, чтобы не заснуть... Поэтому закрой гла-а-а-а...- речь прервалась широким зевком,- ... а-азки и спи. Якутия очень серьёзно ткнул пальцем в сторону подопечного и рухнул обратно на кровать. Кровать заскрипела, но выдержала такое зверство и не развалилась. Сахалин вздохнул, сворачиваясь клубочком вокруг своего китенка. В комнате было сумрачно из-за задернутых на окнах штор. Но пронырливые солнечные лучи все равно падали на пол, складываясь в длинные полосы. В свете неспешно плясали пылинки, то взлетая, то снова спускаясь. Комната мерно дышала скрипом кроватей, шуршанием одеял и сонным посапыванием живущих здесь детей. Сахалин снова вздохнул и, закрыв глаза, попытался заснуть. Однако на этот раз открыть глаза его заставил случайный скрип рассохшейся старой кровати Еврейского. Разочарованно фыркнув, мальчик откинул одеяло и сел на кровати, свесив босые ноги. По пяткам тут же полетел холодок от дыр в полу и стене, заставив поежиться и почесать ногу об ногу. Сон категорически не шёл к Сахалину, поэтому он решил сам пойти к нему. Спрыгнув с кровати и взяв с собой за хвост верного китенка, мальчик осторожно прокрался до закрытой двери. Медленно и плавно повернув щеколду, чтобы щелчок замка был максимально тихим, Сахалин отодвинул дверь и выскользнул в коридор, вежливо закрыв дверь за собой. Дом был тихим и спокойным, что для разгара дня было небывалым событием. В коридоре, в окна которого пока не попадало солнце, было холоднее и темнее. Нарушитель спокойствия быстро, но тихо добежал до двери в комнату отца и дернул ручку. Но дверь не поддалась, только пошатнувшись. Вздохнув, Сахалин обернулся на ту часть коридора, откуда только что пришёл. Спать не хотелось совершенно, а развлечь себя было нечем. Даже папа спал, видимо, основательно готовясь к ночному походу. Естественно, ведь это он придумал в него идти, чтобы посмотреть на звездопад, коих в августе должно было быть много. - "В комнате внизу должна быть открыта дверь!"- вспомнил мальчик о дефектном замке в двери комнаты Центрального округа. Из-за неё дверь всегда только прикрывали, поэтому это было шансом для скучающего ребёнка. Ведь там обязательно кто-нибудь не спит! По ступеням лестницы, покрытым ковром, чтобы никто не поскользнулся и не разбил себе нос, скакать было весело. Босые пятки гулко бухали по ковру, свободная футболка для сна задорно подпрыгивала вместе с игрушкой, которую держали за хвост. Летом в доме, не скрытом от палящего солнца ни кронами деревьев, ни какими-либо возвышенностями, было жарко. Чердак прогревался настолько, что горячей была даже его металлическая дверь, а в комнате Кавказа, которая была залита солнцем до самого обеда, на подоконнике можно было жарить яичницу и сотворять из сока вино. На втором этаже было чуть прохладнее, да и тут часто устраивали проветривания, открывая все окна и двери. Сквозняк при этом сносил со столов бумаги и прочие лёгкие предметы, кидая на пол и протаскивая до первой преграды. Но сейчас все двери были закрыты, а в коридоре царила атмосфера недосказанности. Сахалин осторожно дошёл до двери комнаты Центра и потянул вниз ручку. Дверь неохотно отошла в сторону, чуть не уронив повисшего на ней всем весом мальчика. Комната была спокойна и умиротворенна. Белые шторы колыхались под ветерком из форточки, пошатывались свисающие края пододеяльников и наволочек. Легко похрапывал Рязанский, улегшись спать на спине, изредка шмыгал носом Курский, умудрившийся где-то подхватить простуду. Главный чудила комнаты, Тверской, спал так мило и невинно, будто стал ангелочком с открыток. Даже взлохмаченные волосы, стоявшие дыбом из-за его ворочанья, не могли испортить такой образ. Сахалин недовольно надул губы. Он надеялся, что весёлый братишка не спит и они смогут поиграть. Но в щель между дверью и косяком виднелась только правая часть комнаты. А слева было ещё несколько потенциально не спящих родственников. Поэтому мальчик, отодвинув дверь подальше, просочился в комнату, протянув за собой верного китенка. Из-за открывшегося прохода шторка на окнах встрепенулась, взлетев парусом, а потом осела назад. Сахалин втянул голову в плечи, но, кажется, никто этого не услышал и не заметил. Даже Тамбовский, по которому из-за близкого расположения его кровати к окну шторка и проехалась. Но он только наморщил нос и перевернулся на бок. Юный интервент, осторожно ступая ногами по лакированным доскам старого пола, покрался к кровати Ивановского. Существовал небольшой шанс того, что брат читает, а не спит, и поэтому его можно будет привлечь к играм. - Что-то случилось?- раздался с одной из кроватей хриплый шепот. Мальчик испуганно, но тихо вскрикнул, тут же зажимая себе рот. В конце концов, вокруг люди спят. - Ты меня напугал,- недовольно прошептал Сахалин, оборачиваясь на бодрствующего брата. Тула пожал плечами, как бы извиняясь за своё ужасное поведение. Днём ему не спалось чуть сильнее, чем ночью, поэтому он просто занимался медитативным изучением потолка и своих мыслей. Иногда при таком времяпровождении его тело все же засыпало, чего нельзя было сказать о мозге, и наступал сонный паралич. - Почему не спишь?- сразу перешёл Тула к сути дела, потому что гость с третьего этажа был довольно внезапен. Тем более во время их внезапного сончаса. И причины, по которым мальчик мог прийти сюда, по мнению туляка, не были оптимистичными и светлыми. Как, в принципе, всегда. - Не спится...- вздохнул мальчик, подходя к чужой кровати и залезая на неё элегантным подпрыгом. Хозяин кровати подвинул ноги, чтобы стало побольше места. - Тебе тоже не спится?- спросил Сахалин, глядя невинными чёрными глазенками. Тула согласно кивнул, комкая в руках белую простыню, летом служащую ему одеялом. Так было у многих, потому что по-другому было жарко. И материал для изготовления костюма призрака всегда под рукой. - Эхх... А братик Якутия не хочет играть... И папа спит,- мальчик помотал ногой, глядя на свою собственную ступню со следами загара по сандаликам. Тула кивнул, соглашаясь с мыслью, что все спят и будить их из-за собственной скуки очень подло и жестоко. - Только ты не спишь. И я не сплю. Давай поиграем?- предложил ребенок, глядя на старшего брата. Тот задумался, но потом отрицательно покачал головой. - Шумно,- как всегда, словоохотливо пояснил он свою точку зрения. Тихих игр в их доме практически не водилось, разве что карты или стратегия с бросанием кубиков, да и Монополия где-то у Кавказа завалялась. Но семейство Брагинских обладало чудесным даром сделать самую тихую игру громкой, со свистом, болельщиками и спортивными кричалками. - А так скучно,- не согласился Сахалин, особенно протестующе мотая ногой и задевая кончиками пальцев свисающее одеяло соседней кровати. Там спал Орловский, хитро пригвоздивший ножами длинную и намоченную простыню к стене и соорудивший себе охлаждающий балдахин. Поэтому, если хорошо присмотреться, сквозь полупрозрачную ткань можно было увидеть его довольное лицо. - Надо спать...- уверенно сообщил Тула и, сползя немного ниже по кровати, снова лег на подушку, убирая руки за голову и закрывая глаза. Он напоминал отдыхающего на пляже, если вместо белых простыней в воображении подрисовать песок и камешки. А валяющаяся в районе подмышки подушка тогда будет пляжной сумкой. - Надо...- согласился Сахалин, пожимая плечами и ложась рядом с братом, устраивая голову на чужой подушке и обнимая своего китенка. Он немного поерзал, поудобнее устраиваясь на половине кровати, а потом закрыл глаза, постепенно начиная дремать. Тула осторожно приоткрыл веки, скашивая глаза на свернувшегося в клубок мальчика под боком. - "Спи..."- шепотом подумал он, рукой неловко проводя по жестким черным волосам ребенка. Сахалин завозился и прижался ближе к нему, что-то лопоча на своем детском языке. Пора было спать и набираться сил для ночного похода к августовским звездам.