Мои любимые детки.

- Жаль, что Татарстан не смогла с нами поехать. Нечестно ставить планерки на тот день, когда мы едем за город на отдых,- Саратовская вздохнула, убирая за ухо прядь волос, которая непослушно колыхалась на ветру и лезла ей прямо в глаза. В ответ раздалось редкое поддакивание и не менее печальные вздохи. Грустно, когда дела нагоняют в самые ненужные моменты. - Ну, мы еще успеем скататься вместе. Не переживай,- Кировская улыбнулась, скалывая булавкой платок на плечах, чтобы его не унесло ветром. Сегодня погода была не ахти - по небу низко бежали быстрые серые облачка, мешаясь с общей пасмурностью, то и дело налетал теплый, но сильный ветер, заставляя лес где-то вдалеке шуметь, а травы и цветы - пригибаться к земле в низких поклонах. С ветром прилетали мелкие лепестки и листочки, а также аромат травяного сока и цветов. Здесь, далеко за городом, на диком поле, полном нетронутой никем природы, они отдыхали. От суеты, от грязи, может, даже от самих себя. Их было немного и только девочки. Мальчишки их комнаты ехали куда-то на свой отдых или, может, не ехали вообще - девушек это мало волновало сейчас. Они взяли с собой скатерть и немного еды, чтобы перекусить, но целью был не сам пикник на природе. Тем более, в такую не очень радостную погоду. - Кто-нибудь... Пожалуйста...- Марий Эл жалостливо пищала, практически бросив попытки справиться со скатертью и собственными юбками и пытаясь капитулировать. Ветер сносил красиво подбрасываемый квадрат ткани, кидая его прямо на девушку, а потом завершал путаницу игрой с ее неубранными волосами и длинной юбкой сарафана. Но тут Ульяновская пришла на помощь, ловя скатерть за углы и мощным движением отрывая ее от сестры, роняя на траву и тут же придавливая собой. Притом так героически, будто упала грудью на амбразуру и защитила полк от смерти. Кировская фыркнула, глядя на эту картину, а потом кинула к героической сестре рюкзак с едой. - Там книги, придави ими,- посоветовала она героине-спасительнице от скатерти. Ульяновская отрицательно помотала головой и осталась лежать в позе морской звезды. - Жаль, что братик не смог с нами выбраться, ему нравилось,- Мордовия смотрела на свою куртку и пыталась понять, хочет ли она ее надевать или нет. Ветер пробирал даже сквозь футболку, трепал убранные в не очень аккуратный хвост волосы, но для куртки наверняка было слишком тепло. Или нет. - Да, мы бы заставили его работать!- заливисто хохотнула подошедшая Чувашия, которая проверила их автомобиль, оставленный на небольшой и уже продавленной машинами полянке, и наконец-то заперла его, пообещав, что больше никто и ничего из него до конца прогулки не достанет. - Ну или у нас было бы больше книг, чтобы придавливать ими скатерть,- Удмуртия за шкирку подняла Ульяновскую, переваливая ее с центра скатерти на бок и прижимая второй край рюкзаком.- Мы же взяли чай, да? - Вроде бы да...- Марий Эл наконец разобралась со своими юбками и смогла присесть на краешек квадратного полотна.- А Татарстан бы взяла с собой выпечку... У нее вкусная выпечка. - А у нас пироженки,- попыталась ее утешить Мордовия, приземляясь на середину границы скатерти и прижимая своими ногами норовивший улететь край.- К тому же, может она быстро закончит и успеет приехать... - Скоро дождь начнется. Не думаю, что мы тут совсем надолго,- подняв глаза к серым небесами, покачала Кировская головой. Никто не осмелился спорить, все-таки оборотням-птицами лучше знать про погоду и атмосферные явления. Да и что-то казуистически-логическое подсказывало, что такие облака явно не сулят ничего хорошего. - Значит точно не успеет,- Марий Эл обняла колени, грустно кладя на них голову и становясь похожей на Аленушку из сказки про людей-козлов и грязные лужи. Ветер подхватил ее волосы, играясь с белыми легкими прядями и причесывая их своими прохладными пальцами. Травы скорбно зашуршали, снова склоняя головы и будто тоже скорбя. - Ну, если она не успеет, то мы можем ей что-нибудь привести! Кусок поля!- Удмуртия, не выносившая меланхолии, грусти и бездействия, стукнула кулаком по ладони. Все настроение есть пирожные, читать книги и любоваться цветами пропало. Однако, с планами у нее обычно все было плохо, поэтому требовалось подключение какого-то стороннего вектора. - Нельзя увозить кусок поля, это городская земля, а не наша,- умно заметила Саратовская, которая внемла совету по непереживанию, а поэтому открыла коробочку с пирожными и взяла оттуда одно, особо кремистое и немного аляповатое. - Хорошо, увезем метафорический кусок!- Чувашия тоже была из тех, кто быстро загорался идеей, но, в отличии от рыжей и кудрявой, она обладала способностью сочинять превосходные планы. Не всегда легкие, практически всегда запутанные, иногда ведущие в бездну, а не к решению проблемы, но зато планы. И иногда их минусы даже становились плюсами. Особенно в игре в прятки. - Ну и какой?- Мордовия обычно планы не придумывала, она их утверждала. Или действовала без них, но эти времена давно прошли и упоминать о них считалось дурным тоном. Она была критиком, хорошим и опытным, и более того - уважаемым. - Может жуков? Она любит жуков?- Ульяновская почему-то решила, что именно сейчас ей нужно наконец-то очнуться, сесть, деловито сложить ноги по-турецки и вклиниться в обсуждение. Впрочем, никто не был против. К странностям соседки, которые не имели объяснения и шли из самого детства, насколько ее все помнили, давно уже привыкли. - Не так сильно, чтобы хотеть видеть их у себя на работе,- справедливо заметила Кировская под дикое кивание Марий Эл, которая жуков не любила вообще. Могла их переносить, конечно, но любви у нее от этого к ним не появлялось. Правда, ненависти тоже, поэтому она не была полна кармических сил, которые помогали бы ей убивать тараканов и комаров. В общем, все с жуками было сложно там, где была Марий Эл. - Мы можем нарвать ей цветов...- немного сквозь тесто и крем, которые слиплись на зубах, пробормотала Саратовская, ища термос с чаем, дабы расплавить сладкую массу. Удмуртия подкинула жертве сахарозы термос и почесала в лохматом затылке. - Ну а че, мысльтьфф-тьфу!- налетевший в этот раз с другой стороны ударил в затылок и рыжая копна кудряшек веселой ватагой полетела вперед, в глаза, рот, уши и нос Удмуртии и сидящей рядом Чувашии. Девушки вынужденно отвлеклись на выпутывание. - Да, цветы это красиво. К тому же, займет не так много времени. Перекусим и за прогулкой как раз можем и собрать,- Мордовия пожала плечами, открывая прикрытую коробочку и доставая еще одно пирожное. Девушки согласно закивали и решили, что план утвержден и можно переходить к стадии отдыха перед выполнением. Облака словно опустились немного ниже, быстрее побежав по серому небосводу. Где-то над лесом начали скапливаться темно-серые тучи, понемногу захватывая все небо, ветер становился холоднее и сильнее, но светло-серый блик солнца все еще улыбался сквозь завесу облаков. Ульяновская первой закончила есть пироженку и, не имея как таковой страсти к чтению, встала со скатерти, принимаясь бродить по округе. Большая ей футболка трепетала от налетающих потоков, длинная коса недовольно трепетала, а челку сносило с лица, открывая веснушчатое круглое лицо со следами летнего загара и обгоревшей кожи. Она то и дело прищуривалась, глядя на тучи и на цветы. И в какой-то момент, обернувшись, она замахала рукой, зовя всех. Заметившая знак Кировская вздохнула и потянулась, поправляя платок на плечах. - Йе-е-ех, я б еще посидела... - Ну, скоро дождь начнется. Ехать в мокрой одежде такое себе,- покачала Мордовия головой, вставая и подбирая пустую коробку из-под пирожных и почти пустой термос, чтобы сложить их в рюкзак. Чувашия стряхнула со скатерти крошки, а Марий Эл встряхнула ее в воздух, позволяя ветру играться среди складок ткани. Мелкие травинки и букашки полетели прочь, увлекаемые силой потоков, а Удмуртия принялась помогать ловить ткань обратно в сверток. - А какие цветы любит Татарстан?- Чувашия задумчиво сорвала травинку, засовывая ее в уголок губ и посасывая.- Ну, из полевых. - Всякие... - Лишь бы ярко было!- Ульяновская подбежала к ним, весело подпрыгивая на месте и не обращая внимания на ветер, что игрался с одеждой и волосами.- Давайте скорее! Искать цветы не приходилось. Их яркие головки среди зеленой и желтоватой травы привлекали внимание, а мощные стебли гнулись к земле чуть хуже, чем легкие травинки. Ромашки белели, словно отражая блеклое сейчас солнце. Розовыми звездами выделялся чертополох, непригодный для букетов и только липнувший к одежде. Чистотел пачкал пальцы и пах чем-то аптечным, целебным и горьким, заставляющим неприятно морщить нос. Желтые цветочки ветреницы выглядывали скромно из пышной зелени своих листьев, а рядом ярко и обильно рос луговой чай, такой же ярко-желтый, как солнце. Васильки уже начинали закрываться, готовясь пережидать дождь и спрятать свои тонкие пластинки голубых лепестков от тяжелых каплей. Лютики едва заметно колыхались от ветра где-то низко, у самых лодыжек, заставляя приседать и обламывать тонкие стебельки почти у самой земли. Где-то далеко-далеко пронесся раскат грома. - Вы все?!- Чувашия помахала рукой, привлекая других девочек. В ее руках, играемые ветром, трепыхались лютики и ветреницы вместе с зелеными длинными стеблями травы. - Уже идем!- Удмуртия оттащила Ульяновскую от очень интересного муравейника, не давая познакомиться с убегающими от дождя муравьями так близко, как хотелось бы. Кировская фыркнула, удивляясь чужому неуемному любопытству, а потом с нежностью пригладила лепестки васильков. Марий Эл с букетиком розовых, как ее глаза, цветов улыбнулась, держа в свободной руке скомканные юбки, чтобы те не цеплялись за многочисленные травы. Дождь застучал по крыше машины, когда они уже начали отъезжать от поля. Чувашия легким щелчком включила дворники, добавив к шуму начинающегося дождя чуть машинного скрипа резины по стеклу. Удмуртия открыла окно около сидения водителя, довольно подставляя лицо порывам ветра и мелким редким каплям. Сидящая прямо за ней на заднем сидении Мордовия недовольно нахмурилась, но ничего не сказала. Машина забуксовала на песке колеи, но потом выровнялась и с тяжелым уханьем и переваливанием с кочки на кочку поползла в сторону асфальтированной федеральной трассы. В городе дождя еще не было, но им уже тонко пахло где-то между оконных рам и среди длинных дворов. Немного заляпанная грязью машина, явно много видевшая на своем веку, притормозила на парковке высокого офисного здания. Тут располагались те части производства, которые не требовали двухтонных станков и помещений с потолками под двенадцать метров. Охранник пропустил их после волшебной фразы о том, что они идут в гости к кому-то местному, а лифт забавно дзинькнул на пятом этаже здания. Белые двери были аккуратно подписаны золотыми табличками, чтобы исключить из работы тот веселый элемент угадывания кто за какой дверью сидит. Девочкам это не то чтобы нравилось, но сейчас мотаться по разным кабинетом значило возможность нажить себе неприятности. А это не то, за чем они пришли. - Давай, стучись!..- шепотом подтолкнули Кировскую к двери, потому что в лифте она проспорила в камень-ножницы-бумага и должна была стучать. Дробный и четкий звук прокатился по коридору, а затем из-за двери раздалось едва слышное, но четкое разрешение. - Сюрпри-и-и-из!- девушки ввалились в кабинет, держа букет перед собой. Пестрый и аккуратно, в силу возможностей, подровненный, он дышал лугом, горьковатым травяным соком и дождем. Татарстан, сидящая за столом с ручкой в руке удивленно замерла. Брови ее удивленно поднялись вверх. - Э-э... - Радуйся, сестра!- суфлером подсказала Ульяновская, вставая на цыпочки, чтобы высунуться из-за спин более высоких сестер. - Это тебе,- смущенно кивнула Марий Эл в мятой юбке, на которой в машине посидели все обитатели заднего сидения. Саратовская уверенно закивала в честь согласия. - Дурочки,- буркнула татарка, отодвигая стул от стола с противным скрежещущим звуком.- Я бы и сама могла... Она подошла к букету, подхватывая его под множество зеленых стеблей и прижимая к груди. Луговой запах наполнил, казалось, все вокруг, вытесняя и чужие духи, и бумаги, и чернила. Беловатая и желтая пыльца осел на лацкане черного пиджака, оставляя тонкие и невесомые следы. Мордовия улыбнулась, заправляя прядь волос за ухо. - Ну, мы пойдем?.. С шипением за окном ливанул дождь. Капли весело застучали по подоконнику, выбивая радостный гимн, ветер ударил в приоткрытое окно, встрепенув жалюзи и заставив их испуганно перестукиваться. Зашумела листва деревьев под окнами, едва слышно донеслись до офиса чьи-то радостные возгласы. - Оставайтесь уж. Как раз и меня потом до дома подкинете,- пробурчала Татарстан, кивая головой в сторону небольшого ряда стульев у стены, а сама пошла искать в шкафу среди документов и папок вазу. Букет у груди тонко запах дождем и летней, немного пасмурной свежестью.