Мои любимые детки.

- Да когда ж уже наконец... Что это за разнообразие массовой пытки!.. Эй, у нас есть статья за массовые пытки? - Да вроде нет... - Нужно ввести!- недовольно бурчал Ростовский, кутаясь в плед и зыркая по сторонам вредным воробьем. Его активно поддержали киванием и чрезвычайно согласным бульканьем чая, потому что как это так - явление есть, а статьи уголовного кодекса нет. Непорядок. Дом Брагинских стоял вдали от города. Сам по себе, в окружении леса и пары мелких прудиков, предоставленный дождям, снегам и прочим падающим с небес агрегатным состояниям различных веществ, в общегородском списке он учитывался как частный закрытый детский дом. Почти каждые несколько лет к ним приходили тетеньки или дяденьки и вежливыми голосами рассказывали, как здорово будет, если в дом установят частный бойлер. Такой большой, в подвал размером, очень красивый, итальянский, белый и сверкающий. И как будет тепло, и как сразу появится горячая вода в трубах и батареях, как славно будет детям и как прелестно будет ЖКХ, в ведомости которого они находились. Отец каждый раз мотал головой, переходя уже на вторую страницу своего списка отрицаний данной идеи, а грустные дяденьки-тетеньки уходили ни с чем. И если обычно дети поддерживали такое решение, ведь как можно лишить общественность возможности страдать и чувствовать единение с народом, то в особо холодные дни сентября уверенность масс постепенно падала. Но Россия все также был непреклонен. Он знал, что случается с красивыми белыми итальянскими бойлерами, если его нет дома. А денег на второй бойлер точно не будет. - Еще три дня потерпите,- подала Московская голос с дивана. Она была одной из парламентерш в городской ЖКХ, потому что ей хватало взрослого вида, чтобы прийти, грозно нахмурить брови и тоном Гоголя спросить "Доколе?!". Остальные пока только тренировались. Но терпеть все равно не желали. - Год холодный, чего они тянут-то?- Мордовия ворчала. Это было теперь ее основное времяпровождение, которое сопровождало все остальные виды деятельности. Готовя блинчики по утрам, она ворчала на слабую подачу газа, плохое замешанное тесто и Пензенского. Поедая кашу, после того, как все съели блинчики, она ворчала на твердое масло, почти кончившийся хлеб и Пензенского. Надевая теплый свитер, она ворчала на сквозняк из окон, неумелых родственников и Пензенского. Гуляя по прекрасному золотому лесу, она ворчала на птиц, белок и Пензенского. В общем, ворчание плотно вошло в распорядок ее дня, ровно как и Пензенский, которого она таскала за собой, чтобы ей было на кого ворчать, если все вокруг вдруг станет хорошо. Комната Приволжья пыталась игнорировать, а все остальные сочувственно кивали и иногда даже поддакивали. Иногда настолько сильно, что стихийно образовывался клуб "Всем недовольных старичков", как его называли за глаза. - Нам и так раньше дадут, потому что мы идем по документам как детское учреждение. Радуйтесь,- Ленинградский был гласом справедливости со стороны ЖКХ. Он привык к прохладным большим домам, превосходно себя чувствовал на сквозняке и был настолько храбр, что даже отдал свое одеяло мерзнущей ночью Белгородской. И потому находил в себе силы оправдывать коммунальное хозяйство. - Они вечно про нас забывают,- пробурчал Ростовский, немного перекладывая в сторону ноги. Официально они собрались в зале совсем не для того, чтобы недовольно ворчать, делиться идеями о дополнении уголовного кодекса и придумывать разнообразные пытки. На самом деле, все были приглашены в игру "Подушечный МегаСуперДуперГород", в котором главный архитектор и единственный житель Сахалин строил из всех одеял и всех подушек дома себе большое убежище. И так как удобнее всего для закрепления вещей было использовать родственников и их части тела, архитектор позвал всех. Тех, кто был бы против сидеть под одеялом или с подушкой, практически не нашлось. А кое-кого даже сморила легкая дрема, из-за чего они сползали с дивана или прочих поверхностей и исчезли в МегаСуперДуперГороде навсегда. Вот такой небольшой подтекст игры в жанре хоррор. - А ребята в песочнице говорили, что им мамы говорили, что в садике уже тепло!- поделился Сахалин новостью из города. Ребятами из песочницы совокупно называли всех детей, с которыми мог познакомиться младший член семейства, не взирая на место, где он их нашел. От них часто поступала важная информация, вроде сообщений о праздниках, концертах или новом открытом ледовом катке. И так как источник считался надежным, не верить ему поводов не было. - Вот! У людей все как... Как... - Как у людей,- загробным голосом подсказал Псковский, упавший в подушечный город еще полчаса назад, пригревшийся там и вполне серьезно засыпающий, просыпаясь только от особо громких выкриков. Ростовский благодарно кивнул в сторону кучи одеял. - Ну хватит вам ныть,- в который раз отвлеклась столиценосная сестра, пытающаяся читать новости в телефоне.- Побегайте, попрыгайте и теплее станет. - Папа сказал, если мы еще раз начнем все вместе прыгать, пол не выдержит,- покачал головой Бурятия. Ему, в общем, было неплохо и без отопления, все-таки, сибирская кровь обязывала быть морозостойким, но за коллектив парень волновался. Точнее, за подозрительно чихающего младшего брата. Иркутский, утром по недоразумению вдохнувший примерно ложку муки, предпочитал притворяться, что действительно заболел, чем рассказывать, как так вышло, что его засунули лицом в бадью с прелестным белым порошком. - А на улице еще холоднее,- проворчала Мордовия, получше запахивая домашнюю фланелевую рубашку на груди. Она уже давно согрелась, по колени накрытая одеялом, но ничего не останавливало ее недовольство реальностью. Пензенский рядом вздохнул. - Вы просто отлыниваете,- протянула Московская, сосредоточенно тыкая пальцем в телефон.- Девочки вон занимаются, и ничего... Она махнула рукой наверх. Все как-то боязливо подняли глаза и не рискнули оспорить данное высказывание. Наверху, на втором этаже, располагался временно открытый клуб "Агрессивно-активное потепление", суть которого состояла в бесконечном повторе танцев с элементами тхэквандо, которые должны были помочь согреться. Способ явно работал, жалоб из пустой комнаты бывшего танцевального зала не было, но туда один раз сходил Хабаровский, а вернулся с фингалом, поэтому клуб был признан опасным. К тому же, концентрирование в одной комнате таких людей как Тверской, Смоленский, Магаданский, Новосибирский, Ульяновская, Удмуртия, Калмыкия, Татарстан и еще пары личностей, а потом возглавление это все Приморской вряд ли могло довести идею клуба до чего-то спокойного. Но вроде трупов пока не выносили. - У нас есть способ лучше,- гордо заявил Новгородский, вольготно расположившийся на значительном куске дивана, который ему в наследство без своего ведома оставил Псковский, уснув на полу.- У нас есть чай! - Был,- поправил Тула из своего уголка на полу, окруженного подушками, которые призваны были отобразить башню. Все подозрительно покосились на местного чаеуправленца. - В смысле, был?- недовольно сощурилась Кемерово, которой чая не досталось, ведь она только поставила чашку, чтобы сесть поудобнее, как ее украли в качестве жертвы "болеющему" Иркутскому. - Этот последний,- обнимая свою большую чашку и умно не выпуская ее из рук поделился туляк грустными новостями. Зал тут же загудел, как разозленный улей. - Нет, ну надо что-то делать!- возмущался Ростовский, который пил свой чай слишком щедро, не зная о внезапно вставшей перед ними проблеме. - Отправим кого-нибудь в магазин,- попытался Ленинградский успокоить народные волнения, так как проблема лишалась очень быстро и легко. С его, не замерзшей точки зрения. - Московскую! Она заодно еще раз в ЖКХ сходит!- народный бунт получил своего главу в лице Курганского, потому что все знают, что в бунтах главными становятся те, кто первый крикнет, что во всем виновата столичная власть. Довольный гул зала подтвердил исторически сложившуюся правду. - А у меня кофе есть!- показала девушка язык и, как любой мудрый руководитель, поспешила занырнуть на дно, теряясь в громаде подушечного города. Толпа зароптала - виноватый спрятался слишком быстро. - Тогда Тюменский, у него машина есть!- решив стать идейным вдохновителем, а именно тем, кто орет идеи громче всех, показала Вологодская на сибиряка с Урала. Спокойно поедающий бутерброд и ни о чем не думающий Тюменский удивленно поднял брови. - Да пошли вы нах..! - Тюменский!- рявкнула Свердловская гласом пролетариата, заботящегося о нравственности населения. - На ххх... На хлебзавод!- выкрутился парень, доедая бутерброд и всем своим видом показывая, что он никуда не пойдет. Сидящий рядом Ханты-Мансийский притворился подушкой и его, утепленного большой толстовкой, никто не заметил. Не мерзнущий благодаря шапке Ямало-Ненецкий тоже на всякий случай решил быть незаметным. - А у Самарского тоже тачка,- вспомнил Оренбургский, но без запала русского бессмысленного и беспощадного бунта. Потому что вязал свитер, а в этом деле нельзя было отвлекаться от подсчета петель на какие-то там эмоции. - Он чай плохой покупает,- недовольно пробурчала Марий Эл, зная о проблеме некоторых своих родственников в покупке более дорогого, но более вкусного продукта. Парень в ответ только пожал плечами, как бы говоря, что все в этом мире подвластно отнюдь не ему. И даже не АвтоВАЗу. - Ну, тогда надо послать Тулу...- робко подал голос Пензенский, но тут же передумал после посланного на него тяжелого взгляда.- Или я... Давайте... Схожу там, да... - Сиди уж,- прижгла его вторым пронзающим зырком Мордовия, не желающая терять такого удобного для ворчания брата. А ведь с него станется потеряться по пути. - Давайте просто пошлем Якутию,- из-под подушек поступили предложения от Московской, которая поняла, что в построенном в зале доме сложно дышать, а поэтому высунула лицо. - А аргументы?- якут не любил, когда его хотели куда-нибудь послать. Чудилось ему в этом что-то якутофобное. А вся якутофобия уничтожалась особо жестоким путем им лично, с применением кирки или подручных средств. - Ты сильный и не замерзнешь,- поддержал Бурятия предложение.- И сможешь принести больше чая. - А вы не можете его из трав там сделать?..- со вздохом спросил парень. Он не то чтобы действительно был против сходить в магазин, внутренний девиз Якутии гласил "Быстрее сделаешь - быстрее отдохнешь", но какая-то лень все-таки присутствовала. - Мы их только на просушку положили!- возмутилась Липецкая чужими посягательствами на ее сокровища. Якут вздохнул, вылез из-под мэрии подушечного города и отправился одеваться. Все радостно успокоились, ведь бунт был урегулирован сторонними силами и все пришло к консенсусу. - Так вот. Про массовые пытки,- вновь завел разговор Ростовский, но внезапно прервался, делая загадочное лицо и глядя куда-то вдаль. Комочками, закутанными в пледы рядом с ним, на него посмотрели другие южане. Их парламентер, единственный способный достать руки из тепла и использовать их для выражения эмоций, не должен был молчать. Потому что иначе в себе моральные силы находил Адыгея, а это никому не нужно было. - Ну?- поторопила его Кемерово, очень желающая рассмотреть этот вопрос получше и применить, желательно в сторону ворующих чай бурятов. - Хмм, теплее что ли стало?..- задумчиво протянул парень. Все тоже застыли, внимательнее прислушиваясь к собственным ощущениям. Сидящие ближе всего к батареям, почуяв возможную радость, чуть ли не гурьбой врезались в ребристое железное сооружение природы. - Холодные...- разочарованно простонал Карелия, которого силой общественного энтузиазма хорошенько так вжало в батарею. Энтузиазм виновато похлопал его по плечу и помог вернуться обратно на подушки на полу. - Поорали и согрелись,- скептически заметила Московская, чертиком выглядывающая из-под подушечного города.- А я говорила! - Точно, можно еще покричать и станет еще теплее!- прелестную в своей логической составляющей идею предложил Красноярский, подкидывая вверх китенка, которого ему доверили хранить на время, пока главный архитектор будет занят. - Ага, а можете еще подраться,- заметил проходящий мимо в меховой толстовке Якутия, на ходу подсчитывая по головам количество необходимых пачек чая и отправляясь натягивать кроссовки. Сахалин, выскользнув из одеял и пледов, побежал провожать. - Точно!- в подушковом царстве завозился Псковский, мощным пинком стягивая с себя часть накидок и являя на свет свою растрепанную макушку.- А помните время, когда Красноярского звали Екатеринодарским?! - ЭТО БЫЛ КРАСНОДАРСКИЙ! Призванная разогреть население драка вспыхнула мгновенно. Царство подушек полетело во все стороны, вынужденно увлекая все его живые составные части в процесс: Сахалин яростно прыгнул бомбочкой, намереваясь причинить ущерб, сопоставимый с атомным взрывом, и отомстить за поломанное искусство, Московскую придавило, а укутанных до обездвиживания южан начали использовать как живые щиты. Кемерово налетела на воров чая, северяне попытались капитулировать и не преуспели, Тюменский радостно подавился новым бутербродом. Ростовский начал растаскивать драчунов, Липецкая побежала за пластырями, надеясь на худшее, а Мордовия начала активно ворчать. И как-то сразу стало теплее. Хотя, может, все-таки отопление дали?..