Мои любимые детки.

- Так, двигатель готов? - Нет, двигатель устал сидеть и ушел пить сок. - Двигатель! Двигатель, вернись! - настойчиво проорал Новосибирский в сторону окон дома. По причине летней жары окна открывались днем и закрывались на ночь. И ветер прохладный, да и вдруг какой-нибудь глупый вор решит залезть, а все спят и некому будет его развлечь. - Чего вам?- раздался приглушенный голос с окон первого этажа, как раз оттуда, где была кухня. Прозрачные занавески с красивым узором из непонятных завитков и закорючек плавно покачивались на ветру. - Ты нам нужен! - прокричал в ответ вдохновленный Новосибирский, пытаясь обогнуть кусты и как-то заглянуть в окно. - Очень срочно?- поинтересовались из окна, а потом наружу высунулось лицо Якутии, который держал в руках стакан, судя по рисунку принадлежавший Вологодской области.- Или не очень, как в те три раза? - На этот раз железобетонно!- пообещал Новосибирский, отдавая честь "двигателю". Якут закатил глаза и спрятался обратно на кухню. Идея построить самолет из дивана принадлежала общественности. Общественность в лице Сахалина и Новосибирского сделала очень умоляющие глаза и попросила отца не выкидывать с чердака старый-старый пыльный диван. Отец поддался и отдал мебель на общественное пользование. Диван, как оказалось, сохранил в себе остатки пружин, пару тараканов и тонну пыли, а так же был идеален для реконструкции в самолет. Сообщил об этом Новосибирский, а ему предпочли поверить. Крылья сделали из распиленной пополам гладильной доски, пропеллер где-то откопал Сахалин, а шасси позаимствовали у старой игрушечной коляски. Позже шасси решили заменить на колеса от маленького велосипеда, так как предыдущие грозили не выдержать веса самолета. Двигатель сначала хотели украсть у машины, почти новой и еще катающейся машины одного из министров, недавно резко ударившегося в здоровый образ жизни и разъезжание в общественном транспорте. Но потом решили, что слишком уж там двигатель тяжелый, а общий вес их самолета вместе с содержимым и так большой, поэтому двигателем решили сделать живую нелошадиную силу. На этом самолет НВ-1 с мощностью в одну якутскую силу был почти готов. Осталось только приклеить куда-нибудь бумажку с названием и донести это чудо до ближайшего холма, откуда он должен будет полететь в небеса. Или в лес, там как получится. - А нельзя было сразу строить это там? - поинтересовался Якутия, пыхтя. Самолет ему пришлось нести вместе с Новосибирским. Сахалин радостно скакал рядом. Кемеровская область что-то читала на листочке. Она была ответственна за математические расчеты и вычисление места посадки этой инженерной мысли. Ну и за компанию пошла, из интереса. - Тебе все равно бы пришлось его тащить, так какая разница сейчас или тогда?- поинтересовался в ответ Новосибирский, шмыгнув носом. Путь вверх был труден и полон всяких сложностей вроде грязи после вчерашнего дождя, кустов и камней. Но медленно и уверенно самолет, а так же его пилот, пассажир, двигатель и зритель поднимались наверх, освещаемые теплыми лучами предзакатного солнца. Деревья плавно качались от ветра, трава ласково гладила ноги, камешки заботливо забивались в сандалии, а грузчики-испытатели натружено пыхтели, иногда тихо чертыхаясь. И вот холм преодолен. С вершины его открывается великолепный вид на лес, какое-то поле вдалеке, на горизонте и небольшой с этой высоты дом Брагинского справа. Новосибирский вдохнул свежий воздух полной грудью. - Здорово!- сообщил он всем остальным. Якутия устало привалился к спинке дивана, предварительно поставив около его колес камешки, чтобы не дай бог это чудо не поехало без них. А то будет просто ужасно. - Так-с, вот, в общем, план такой,- Кемеровская область достала из нагрудного кармана карандаш и постучала им по блокноту, где был нарисован план с вкраплением физических формул, расчетов и скупым выводом "Бред это все". - Якутия толкает этот... объект с холма, но сам не залезает, потому что тогда ничего не получится. Сахалин и Новосибирский уже в нем. Потом, если вы все хорошо примотали изолентой и двусторонним скотчем, ветер должен немного приподнять это чудо авиации над землей и, возможно, даже оторвать от нее. Если что, там вон камень, постарайтесь на него наткнуться, сработает как трамплин,- Кемеровская область кивнула на большой и довольно гладкий булыжник, заросший мхом,- Потом Новосибирский создает поток направленных вверх гравитационных частиц прямо под днищем дивана, и вы взлетаете. По идее, если сможете снова поймать поток частиц, а сами никуда не повернете из-за ветра, то приземлится должны либо на ту поляну, либо около нее. - Сложноватый план,- почесал макушку Новосибирский, планы которого обычно дальше двух пунктов не заходили. А тут так сложно, с вариациями и критикой. Сахалин мало что понял, но решил прикинуться умным, а то еще не возьмут полетать. - Ладно, как-нибудь управимся,- потер ладони Якутия,- Залезайте, камикадзе... - Ура!- пилот тут же отвлекся от раздумий над планом и уселся на диван недалеко от пропеллера, который гордо украшал символический перед самолета. Сахалин уселся сзади, покрепче вцепившись в спинку дивана, так как особо держаться было не за что. Новосибирский гордо нацепил на глаза очки и поднял большой палец. - От винта!- скомандовал он двигателю. Двигатель напоследок вздохнул и, разбежавшись, с силой толкнул чудо инженерной мысли, разгоняя его и разбегаясь вместе с ним. Сахалин радостно завизжал. В какой-то момент Якутии пришлось отпустить диван, отправляя его в бешеную гонку вниз с вершины холма. Набирая скорость на колесиках от велосипеда, тот уверенно приближался к камню. И вот, шасси врезаются в камень, благодаря скользкому мху проезжая дальше, а сильный порыв ветра подхватывает крылья бедного "самолета", заставляя его оторваться от земли в пафосном прыжке с импровизированного трамплина. Новосибирский радостно закричал. Диван, будто попавший под струю фена шарик из бумаги, взмыл резко вверх. Пилот и пассажир еле успели вцепится в обивку, чтобы не слететь. Крылья отломало силой ветра. Диван стал неуправляем. - Им капец,- лаконично сообщила Кемерово, наблюдая за тем, как "самолет" с уверенность метеорита летит к лесу. - Ну может они...- рискнул предположить Якутия. Диван снова попал под направленный поток, вновь взмывая вверх слишком резким движением, чуть не скидывая с себя Новосибирского, но потом вновь начиная падать. - Нет,- закончила его мысль Кемеровская область. Диван поравнялся с верхушками деревьев в совсем другой стороне от предполагаемого места посадки. Якутия выдохнул. Диван ему было жалко. Пассажира тоже. Пилота не очень. Кажется, от удара изобретения Новосибирского о землю вздрогнула как минимум половина леса. Ничего не загорелось и уже хорошо, хотя для зрелищности это было бы неплохо. Якутия и Кемерово синхронно вздохнули и пошли спускаться с холма, дабы найти место приземления, лишь бы не упокоения, группы и дивана. Идти по лесу было сложно - уже начинало темнеть, да и ориентироваться приходилось лишь по солнцу, а потом по сломанным ветвям и сучьям на земле. Местом посадки оказалось небольшое болотце, смахивающее на огромную лужу, в котором некогда наверняка кто-то водился, но сейчас сбежал, шокированные таким знаменательным событием, как приземление фиг знает чего с неба. - Нда-а... Метко вы попали,- покачала головой Кемерово, глядя на гордо возвышающийся из лужи край дивана, на котором сидел Сахалин, болтая ногами. Якутия огляделся, но следов деятельности пилота рядом не обнаружил. - А где Новосибирский?- рискнул спросить он у пассажира, который как раз собрался слезать и думал, как бы это сделать так, чтобы не промокнуть. - Я тут!- раздался голос откуда-то сверху. Троица задрала головы. На суку одинокой и старой березы крайне удобно расположился Новосибирский, больше походя на коврик, вывешенный для сушки белья. Судя по состоянию, сломал он себе как минимум ногу, если еще не руки. А это значит, что пора, пора начинать лечится, снова накладывать ему гипс, а потом доставать его старую инвалидную коляску и отправлять ее в длительный полет с крыши вместе с содержимым.