Мои любимые детки.

- Пап! Па-ап!! ПА-А-АП!!! - Да что вам надо?! - Ски-инь попи-и-ить!- организованный хор мужских голосов под руководством женского орал достаточно неплохо. Стекла задрожали уже на второй попытке, а на третьей в распахнутом окне третьего этажа появился отец. Он был слегка занят, но высказанная детьми просьба поставила его в ступор, что помешало обматерить весь свет. - Сами зайдите и возьмите!- решил все-таки он, опираясь на подоконник. Дети внизу ехидно захихикали. - А ты не разреши-ил в до-ом заходить!- проорали в ответ законопослушные детки. Иван стукнул себя ладонью по лбу и шумно выдохнул. И отошел куда-то от окна, предварительно снова закрыв окно и зашторив его. Довольный хор остался ждать. Жаркий и погожий летний денек, своей тридцатиградусной жарой никак не вязавшийся со всеми стереотипами о холодном климате России, был весел и прекрасен. Отец выгнал всех до одного на улицу, строго настрого запретив появляться в доме, пока он не закончит все свои дела с иностранными гражданами. Все это немного затянулось, к тому же, постоянно мешали звуки радостных детских игр со двора. Да и гораздо больше хотелось гулять, чем сидеть в темном и душном кабинете, выясняя всякие дела, которые вполне могут подождать. Через несколько минут окно снова открылось, и в нем появился отец с бутылкой воды из холодильника на первом этаже. И кинул ее в окно, явно мечтая убить как минимум троих. Но детки ловко рассыпались по двору, а бутылка упала на землю, с треском отскочив на несколько сантиметров и упав обратно. - И больше не мешайте!- как напутствие прокричал Брагинский-старший, закрывая окно. Дети покивали и стали драться за воду. Игры на свежем воздухе были забавны и просты в исполнении. Сначала это были прятки. Но во дворе, где кроме старой яблони, куста клена, трех тополей и клумбы с подсолнухами ничего выше земли на десять сантиметров не поднималось, играть было сложно. Поэтому решили играть в догонялки. Массовый побег от Московской увенчался тем, что все убежали, а она споткнулась об оставленное ведерко и упала. Но никто не признался, чей же это хитрый был маневр - оставить на пути красное с цветочком ведерко для песочницы. После догонялок всем захотелось пить, а так как пить воду из пруда было негигиенично, а Приморский край отказалась воровать жидкость из дома, пришлось вызывать отца. И вот теперь, когда все, кому хватило и кто успел, напились, надо было думать, что делать дальше. - Ну, мы можем в салочки поиграть...- предложила задумчиво Свердловская область, покачивая пустой тарой, из которой всю воду уже выпили. - И опять захотим пить,- оспорила это великолепное решение Московская, которой не хотелось бегать на солнце. Тем более что водить будет опять она. - Можно в пруду искупаться!- предложил самый маленький член обсуждения выбора игры, намазанный кремом от загара. Никто, конечно, не был против того, чтобы мальчик загорел, но отец настаивал на безопасности. - У нас нет купальников,- скромно заметила Марий Эл, которая отлично играла в прятки и умудрилась залезть на яблоню. Правда, снимать ее пришлось мужчинам в шесть рук, потому что девушка очень боялась и пиналась. - Прямо так!- с присущим всем мальчишкам легкомыслием махнул рукой Магаданский, который согласен был купаться в любой одежде и не обязательно в специальной. - Нет, так нельзя,- решили девушки, особы педантичные и любящие, чтобы в купании не было анархии. Купаться надо было со смыслом, с расстановкой, с настроем и подготовкой. Мальчики этого не понимали, поэтому решили не лезть. - А к нам кто-то идет,- вдруг сообщил Ханты-Мансийский, как-то по-особенному тряхнув головой, будто прислушивающийся пес. Все торопливо отвлеклись от обсуждения и обернулись. Дверь дома России приоткрылась изнутри, сначала немного, а потом полностью, закрываясь за одним из гостей. Невысокая и худая фигура, идеально подстриженные волосы, официальная одежда и оставленная на пороге обувь подсказывали всем, что это Япония. Он приходил на деловые совещания каждый раз с одним и тем же вопросом, и каждый раз ему давали один и тот же ответ. Но он, с упрямством и упорством в достижении цели, продолжал выдвигать какие-то аргументы, приводить факты и все такое. Хотя уже все в доме России наизусть выучили ответ, который он каждый раз сообщал Японии. - Здравствуйте,- вежливым хором, частично охрипшим из-за ора в кабинет отца, поздоровались дети со взрослым, который к ним подошел. Общаться с Японией было сложно - ростом он не вышел, поэтому надо было опускать голову. Почти всем. Кроме Тулы. Ему не хватало нескольких сантиметров до японца. Но он решил относится ко всему наплевательски и просто сидел на спине Тамбовской области. - Здравствуйте,- решил так же вежливо ответить Япония. Разговор застопорился, даже не начавшись. Но японец уходить не спешил, а творить беспредел при нем было как-то стыдно. Но и невежливо выпнуть гостя нельзя. Он все-таки не хухры-мухры, а страна. И не важно что ниже Якутии на две головы. - А что Вам надо?- решил побыть бестактным Магаданский, почесывая себе левую ногу. Но ругать его не стали, а только вежливо уставились на японца. - Я хотел увидеться с Карафуто-куном. Я скучал по нему,- еще более вежливо ответил Япония, безэмоциональными черными глазами ища своего некогда преемника. - Его зовут Сахалин,- поправил гостя Камчатка, в будущем, возможно, покойник, потому что он помял подсолнухи. Случайно, но факт остается фактом. Хотя был шанс, что они как-нибудь сами к концу вечера вернутся в норму. Или Мордовия снизойдет и поможет. - Это неточное и ошибочное "русское" имя Карафуто-куна,- поспорил Япония, который, когда дело доходило до дележа территорий, становился крайне наглым. - Плевать, что неточное, но это его имя,- вежливо ругаться Камчатка умел. Но его залежи терпения тоже не всегда были безграничны. А вышедший из себя маг это всегда опасно для окружающих. - Вы можете думать так,- снизошел Япония до упрямых детей. Все очень возмутились. Московская незначительным движением головы предложила, что, в принципе, будет неплохо, если они гостя подвесят на дерево за какую-нибудь нужную мужскую часть тела. Ленинградский вежливо и осторожно наступил ей ногой на ногу, намекая, что это будет не эстетично и, хоть отец и явно будет рад, может спровоцировать вторую Русско-Японскую войну. - Якутия-кун, можете отдать мне Карафуто-куна?- вернулся к вежливости Япония, требовательно протягивая руку. Якут, держащий младшенького за руку, дабы тот не убежал таки купаться один, нахмурился. Ему японец не нравился. Точнее не нравилось его притязание на младшенького и упорство в дохождении до цели. Конечно, он понимал, что когда-то Сахалин жил с Японией, а точнее рядом с ним, что он жил с ним и после войны, но теперь он живет тут и нечего тянуть сюда свои загребущие лапки. Примерно как-то так Якутия и думал. Хорошо только, что он умел сдерживать отражаемые на лице эмоции. - Нет,- в итоге решил Якутия. Семья стала им гордится. Более каверзная часть семьи отделилась от остальных, ненавязчиво так принимаясь обходить гостя с тыла. - Но я старше тебя, и...- Япония вряд ли ожидал отказа, поэтому возмущенно попытался объяснить свою позицию, очень глупо не глядя по сторонам. - А я выше,- у якута были свои аргументы. Семья, чувствуя, что грядет что-то волнительное и, возможно, с дракой и спецэффектами, молчаливо, и не очень, поддерживала своего кандидата в споре.- И старше. - Я взрослый,- Япония нахмурился, пытаясь выглядеть воинственно, но при этом задирая голову, чтобы видеть лицо оппонента. - Ну и что?- Якутия скрестил руки на груди, вопросительно выгибая бровь. Даже в габаритах и массе тела он был больше японца, что несомненно придавало ему веса в споре. Оппоненту с японской стороны весельчаки как раз нежно и осторожно связывали лентами ноги. - Ты должен меня слушаться. И Карафуто тоже,- заметил Япония, взмахивая рукой. Сахалин, спрятавшийся за старшим братом, прекрасно понимая полезность его, как оборонительной стены, высунулся сбоку, показывая Кику язык. - Я никого не слушаюсь,- усмехнулся Якутия, до боли похожий на отца семейства, что тоже придавало в споре немного плюсов. Главное, чтобы сам оригинал не высунулся из окна. А то может чем-нибудь кинуть. Стулом, например. - Ужасное воспитание,- пробормотал Хонда, решив, что раз словами тут ничего не добьешься, то надо действовать. Правда, получилось явно не так, как он хотел. Красивая лента, позаимствованная у девушек и нежно обмотанная вокруг его ног затянулась сразу после первого шага. Держащие концы Тверской и Новосибирский довольно захихикали, глядя на упавшего плашмя носом в землю гостя. Ловить его, естественно, никто не стал. - А теперь Япония лошадка!- Сахалин радостно прыгнул на поверженного, вдавив его в землю. Толстым мальчик, конечно, не был, но все же не спичка, а весьма откормленное до нормального состояния дите. - Или плот. О, давайте на нем поплаваем!- предложил Магаданский, которому плавать хотелось, а теперь и причина есть. Официально, они, конечно, просто пойдут умыть немного испачкавшегося в земле и крови из носа гостя. - А если он утонет?- скептически поинтересовалась Московская, все еще не уверенная в том, можно ли использовать живых существ в качество плотов. - Он же островное государство. Не утонет!- отмахнулся Якутия, поднимая за шкирку стреноженного и потерявшего сознания японца, закидывая себе на плечо и отправляясь к прудику. Все радостно побежали следом. Россия, через приоткрытые шторы внимательно наблюдавший за всей развернувшейся в саду картиной, только улыбнулся, поплотнее закрывая окно, чтобы крики утопляемого не мешали сосредоточится на работе.