Мои любимые детки.

- Ух ты-ы-ы, танк! Какой он красивенький и блестящий, совсем новый! - Да-а, здоровский танк... А броня какая толстая! И дуло крутое! Я даже могу туда руку засунуть! Ой.. Че-то она застряла... Но танк все равно крутой! - Папа, зачем мы сюда пришли? В твоих интересах сказать быстрее, пока танк еще цел,- с намеком так поинтересовалась Кемерово, которая танком уже налюбовалась, поэтому пришла выяснять, зачем их привели на полигон испытаний новых военных разработок. Их было немного, поэтому, чтобы зря не терять время, тут же решили провести и совместные учения. Совмещались они с Китаем. Сам Китай пока совмещался с заведующими, пытаясь понять, куда ему поставить свои танки, чтобы их не перепутали. - Ну, вообще-то, мне не нужно, чтобы он остался цел,- улыбнулся Россия, который в военной форме выглядел старше лет на пять и страшнее процентов на двадцать. Хотя бы из-за ремня, которым он, конечно, никого не бил, но шансы были. - То есть?- удивилась Кемерово, которая думала, что новая и красивая техника отцу дорога, хотя бы потому, что она дорогая. Стоящий спиной ко всему происходящему и танку Иван пожал плечами. - Износостойкость тоже надо как-то проверять. Но разобрать деткам танк полностью не дали. Китай все-таки договорился насчет места и расположения техники и легкокрылой бабочкой вспорхнул в один из ангаров, где как раз семейство Брагинского мучало технику. - Россия!- щупленький и грациозный Ван попытался обнять необъятного соседа, но, как всегда, не смог. Россия радостно улыбнулся, похлопав друга по плечу. Тот, деловито отряхнув от пыли одежду, заглянул за спину Ивану. - О, и твои милые детки здесь, ару! Дайте старший брат Китай потискает вас за щечки! Как вы выросли, ару! Все растете и растете, скоро будете выше отца, ару! - Да, я буду выше папы!- самый младшенький, радуясь новому лицу и новому развлечению, довольно сидел на руках у Китая, размахивая флажком, который он у кого-то отобрал, пользуясь своей детской милотой. - Не дай Бог,- честно отозвался Россия, глядя на валяющуюся на полу деталь от танка, несомненно важную, но не понятно какую. Ее кто-то все-таки открутил как-то, и теперь надо было придумать, куда ее деть - прикрутить обратно или отпинать в угол. - Кита-ай!- с танка слезли самые упрямые, накинувшись с объятиями на старого знакомого всей семьи. Вскоре самого Вана стало не видно, а едва слышные восклики просили о кислороде и свободе. Россия тихо хихикал в стороне над "старшим братом", не вмешиваясь в бурные проявления нежности. Но все же дети смилостивились и отпустили гостя. Немного помятый и раскрасневшийся от духоты Яо кашлянул, делая вид, что все было именно так и задумано им. - Что ж, раз мы все уже тут, то мы можем начать играть,- улыбнулся Иван, кладя широкую ладонь на худое плечо друга, заставляя того легко дрогнуть от неожиданности. Впрочем, это было не от страха, а скорее от неожиданности. - Не играть, а проводить военные маневры,- поправил Китай Россию,- Между прочим, это очень важное событие, которое поможет армии... - Чур я на танке!- детям скучно было слушать речь, которую им прочитали еще два дня назад, дома, поэтому они побежали занимать места на танках или, кому не достанется техники, в строю. Китай вздохнул и махнул рукой на торжественную речь. Все равно ее никто не слушает, а все нужные поручения бойцам сообщили еще день назад. Учения проводились где-то в пустыне. Хотя на самом деле это была просто равнинная местность, на которой ничего не росло, кроме вялых кустиков колючек и особо стойких растений, а так же было несколько холмов. Потому что играть на идеально ровной поверхности неинтересно. Но, по причине жаркого лета, все ощущали себя будто в пустыне. В форме, красиво песочного цвета с коричневыми пятнами, было еще жарче. Изначально учения должны были быть танковыми и стрелковыми. Но потом начальство сжалилось и разрешило немного авиации. Поэтому счастливый Новосибирский в форме и со своими неизменными пилотскими очками уже сидел на крыле одного из самолетов, болтая ногами. Остальные летчики косились на него, но молчали. Всем деткам танков не хватило. России было не жалко отдать все, но босс твердо сказал, что только десять танков могут быть эксплуатированы для детей. Потому что они их обязательно раздолбают. В прошлый раз, например, один танк утонул в реке. Конечно, это было случайно, и детки пообещали, что больше так не будут, но меры предосторожности все же ввели. - Итак, надеюсь, все знают, что учения от войны отличаются тем, что убивать людей нельзя!- строго гаркнул начальник операции со стороны русских. Все закивали, подтверждая, что усвоили эту простую истину уже давно. Начальник еще немного попилил всех взглядом, а потом кивнул, махнув рукой. Все зашевелилось, зажужжало, загудело, и началась самая масштабная игра в войнушку. Играть было весело. Отряд, условно названный партизанами, одетый в самые лучшие маскировочные костюмы и сверху еще изрядно присыпанные пылью, ползком передвигались по равнине. Вокруг никого не было, но это не означало, что никто откуда не выпрыгнет. Главное, что не было танков, а то они могли их случайно раздавить. Партизанов никто не ожидал во время учений. Наивные китайские соперники думали, что все будет цивилизованно, с предупреждением, холостыми выстрелами и танковыми гонками, как максимум. Но тут их, во время сидения в засаде, совершенно нецивилизованно и без предупреждения хотя бы на русском, хватают за ноги, опрокидывая носами в землю, а потом оглушают рукояткой от пистолета. И все, засада из двадцати человек была демобилизована тремя детьми, подкравшимися незаметно, как кризис. Партизаны стукнулись кулаками и, забрав немного трофеев, чтобы показать свою храбрость и умение внезапно нападать на врага, поползли дальше. Авиация тоже оказалось не такой, как надо. По плану грозные русские истребители, как коршуны в небе, должны были резко и внезапно нападать на врага, а потом подниматься выше и в сторону юга, прячась так, чтобы солнце слепило врага и он их не видел. Новейшая техника прятала самолеты от радаров, а ракеты били с точностью до метра в цель. И вот отряд грозных "ястребов" летит к цели, пикируя, как вдруг один самолет, тот, что самый последний, внезапно разворачивается и начинает набирать высоту. Пилоты, привыкшие действовать командой, пытаются связаться с улетевшим куда-то самолетом. Но вместо пилота в рации слышится только легкая мелодия, напеваемая веселым детским голосом. - Не кочега-ары мы, не плотники, но сожале-ений горьких нет... А мы монта-ажники-высо-отники мы, и с высоты ва-ам шлём привет, трам-парам! И на веселом "трам-парам" самолет пролетает в нескольких метрах над землей, заставляя одну очень храбрую китайскую мотострелковую роту в панике разбежаться по окрестным холмам. Кто-то убежал даже без оружия. - Истребитель номер пять, вернитесь в строй!- орет начальник небольшой стайки самолетов в рацию, от ярости чуть не забывая управлять своим же самолетом. Новосибирский обиженно надувает губы. - Там скучно и нечего делать. А тут я даже своих вижу. Можно поздороваться? - Поздоровайся и живо в строй!!!- разрешил добрый дяденька командир, у которого где-то далеко тоже были свои дети, не всегда выполняющие приказы. Поэтому он знал о том, что лучше разрешить ребенку сделать нечто важное ему, дабы он потом сделал то, что нужно тебе, чем просто орать на него. Иначе ребенок будет плакать. Или драться. А на самолетах это не надо испытывать. Истребитель на бреющем полете выровнялся и полетел в сторону пары одиноких танков, которые кружили по песчаной местности, выбирая, как бы лучше напасть друг на друга. Самолета в своей компании они не ожидали, поэтому, видя стремительно приближающуюся технику, у которой, к тому же, медленно отодвигалось ветровое стекло, являя пилота-каскадера в очках, не предприняли ничего особенного. Из танка, откинув люк, высунулся Иркутский, подняв руку, будто хотел поймать самолетик. Поймать не получилось, но зато парни, один мирно стоящий в танке на земле, а второй пролетающий мимо со скоростью как минимум сто километров в час, если не двести, смогли дать друг другу пять. Иркутского снесло с танка в ближайшие кусты. Авиация стыдливо краснела. И пока в небе отряд адекватных самолетов ловил счастливое дитя, впервые за год дорвавшееся до пульта управления, на земле все было вполне адекватно. Смелый танк, принадлежащий женской половине, а точнее Удмуртии, Мордовии и Татарстану, ехал куда-то вперед. От основных боевых действий они уехали, чтобы случайно не проиграть, и теперь искали себе таких же осторожных соперников. - По-моему, тут уже никого не будет,- предположила Татарстан, приоткрывая люк, чтобы подышать свежим пустынным воздухом. В округе и правда никого не было, но хитрые китайцы никогда не спят. Но они спали. Мотострелковая дивизия лежала на песке и спала. Девушки заинтересованно притормозили около данного действия. Спать во время такой веселой игры казалось кощунством. Хотя, может просто настало время какой-то особой китайской сиесты? - Кажется, тут пахнет снотворным...- принюхалась Удмуртия, высовываясь рядом с Татарстаном, чтобы получше оглядеть обстановку и немного размяться. - Надо забрать их,- заявила Мордовия, добрая душа, но слегка широковатая в плечах и груди, поэтому не рисковавшая и не высовывающаяся в люк. - Все не влезут,- быстренько посчитав, сообщила Удмуртия. Девушки задумались. Трезвый расчет говорил, что если они втроем в танке помещаются не очень комфортно, то двадцать человек туда точно не влезут. Но доброе сердце запрещало бросать людей в беде посреди пустыни. В итоге, пришлось всех взять, конечно. Спящих солдат навалили внутрь, к Татарстану, как самой низкой и худой в команде, навалили немного снаружи, троих привязали к дулу, чтобы не упали. Девушки пешком мирно шли рядом, а танк неспеша ехал к основному китайскому лагерю, чтобы отдать внезапно уснувших и дальше ехать развлекаться. Самыми страшными были пешие солдаты. Детки, обиженные тем, что танков им не хватило, самолетов тоже, да и даже мотоциклы все забрали, бегали пешком очень злые. Подбегать к ним китайцы боялись, так как некоторые уже получили автоматами в живот и теперь страдали. И поэтому было решено задавить детей танком. Но танки оказались не такими верткими, и хоть и выигрывали в скорости, но проигрывали в маневренности. А потом один танк случайно заморозил Камчатка. Хотя честно не целился, и даже не хотел попасть. Глыба льда с танком внутри застыла красивой скульптурной композицией. Прибежал Китай. Полюбовавшись на лед и танк, он грозно насупил брови и повернулся к виноватым. Детки сделали невинные лица. - Верните, как было, ару,- попросил он, тыча пальцем в лед. Камчатка вздохнул, но потом покачал головой. Война есть война. Даже если это учения. - А я вам этот танк отдам,- решил пойти на уступки Ван, потому что танков много, да и вряд ли после такого плена техника сможет работать. Дети согласились и, общими усилиями магии и горячего солнца, растопили лед. Шокированные китайцы вылезли, а радостные дети забились в чужой, большой танк. После пинка и ругани тот даже завелся и, весело тарахтя, поехал вперед. Россия, как помощник главнокомандующего этими учениями, остался в штабе. У него даже была рация, чтобы связываться с Китаем, правда, там всегда кто-то орал на китайском, и ничего не было понятно. Но зато смогли по рации достучаться до Новосибирского и попросили больше облаками на небе ничего не рисовать, перелетных птиц не доставать, ракетами в холмы не попадать и вообще вести себя прилично. Пилот обиделся и решил, что его не ценят. И поэтому полетел таранить чужую авиацию. Китайские самолеты живо разлетались, пытаясь собраться в строй и всей командой поймать и отшлепать парня, но не получалось. Китай, на быстром и мобильном танке примерно через час приехал сдаваться. Аргументировал он это тем, что не может дальше сражаться. Во-первых, половина танков, следуя за еще одним, китайским, но отданным детям танком, куда-то уехали и не вернулись. Во-вторых, всю авиацию демобилизовал Новосибирский. В-третьих, половина людей вообще вырублена тремя партизанами. В-четвертых, становится жарко, и все устали глотать пыль. Иван радостно согласился, что он победил, и щедро обнял проигравшего друга. Яо грустно вздохнул. - А теперь идем всех ловить!- радостно объявил Брагинский, щедро приобнимая китайца за плечи и доставая рацию, включая на канал переговоров авиации.- Новосибирский, живо приземляйся, а то больше полетать не дам!!!