Пантера

За три дня парням удалось глобально преобразить свой дом. Стены украсили снимки с полароида и разные афиши, которые умудрялся таскать ВонШик по вечерам из города. Появились два пледа и разноцветная посуда, вносящая краски в комнату. Даже не понятно откуда, взялся плюшевый медведь, но, позже выяснилось, что младший привез его с собой из дома. Повсюду были распиханы разнообразные головные уборы Кима и многочисленные толстовки. Кажется, Шик смог бы выжить и на необитаемом острове, используя даже силу ветра и солнца. Все это время Тэгун привыкает к новому месту и плохо спит по ночам из-за шума вне их маленького мирка и пыльного матраца. Они все еще делят его на двоих, согреваясь больше от близости тел, чем от дешевых пледов из универмага. Каждое утро младший, полностью укутавшись своим пледом, бредет в туалет, не поднимая глаз. И потом не может заставить себя поднять взгляд, примерно до обеда. В магазин Шик ходит по вечерам, потому что скидки, а старший отказывается выходить из их закуточка. Когда он остается один, то смотрит в большое окно на улицу, но не видит ни леса, ни даже парка. Дверь распахивается слишком резко, заставляя кота вздрогнуть. В комнату влетает слишком возбужденный младший и не может сдерживать радость, поэтому его голос громче, чем обычно. - Хен! Сакура цветет! Первая сакура! Я видел! Одевайся, ты тоже должен увидеть первое цветение! – Он кидает весь пакет с покупками в холодильник и прыгает от переполняющих его чувств, пока друг натягивает безразмерную кофту с капюшоном и огромными рукавами. Как маленький ребенок Ким чуть не срывается на бег, таща кота за собой. На улице уже мало людей – лишь влюбленные парочки прогуливаются неспешно. У обоих сбивается дыхание, но они бегут все быстрее, минуют магазин, заворачивают за угол и глазам Тэ открывается парк. От вида зелени губы сами расползаются в улыбке. Открывается второе дыхание, и юноши успешно добираются до озерца где-то в глубине парка. ВонШик задыхается от бега и почти складывается пополам от нехватки воздуха, а кот не обращает на это внимания. Вся его жизнь раньше состояла из бега. Он бегал утром, днем и вечером по своему лесу. Теперь он смотрит во все глаза, пытаясь выглядеть цветущую сакуру, но не может. Кот не понимает, но верит другу, поэтому хлопает его по все еще согнутой спине. - Вон, смотри, там справа, - младший тыкает пальцем в воздух, поняв без вопроса старшего. Первый цветочек, уже закрывшийся на ночь, но уже нежно-розовый и беззащитный на ветру, расположился очень близко к пруду. Обладатель черных ушек заворожено смотрит на крохотное соцветие нежности. Сейчас ему спокойно и радостно. Как будто он видит начало новой жизни. А будущий врач любуется им, своим личным чудом. Все люди пойдут смотреть завтра на цветение вишни, а двое гостей страны успели первее всех. Это придает маленькому цветочку дополнительное значение. Завтра они тоже придут сюда, даже дважды: утром, чтобы видеть как их цветочек раскроется, и ночью, чтобы избежать толпы людей. Ночью деревья подсвечиваются, создавая волшебное настроение. В парке они всего лишь один раз натыкаются на влюбленную парочку, которые сворачивают на другую дорожку. Парни доходят до того самого дерева у пруда, и садятся возле его основания, опираясь спинами на широкий ствол старого дерева. Сейчас можно расслабиться обоим. Можно сидеть, переплетя пальцы и закрыв глаза. - Спасибо, Тэгун-хен. – Пока красивое существо рядом сидит с закрытыми глазами, ВонШик решается на маленький подарок для себя – наклоняется и быстро чмокает его в щеку. Тут же, словно украл миллион долларов, возвращается на свое место, вжимаясь в дерево и успокаивая сердце. А Тэгун даже не открывает глаза. Ему спокойно на душе. Благодаря этой ночной вылазке, его шрамы, оставленные городом, излечивались. Из памяти стиралось все плохое, оставляя место счастливым воспоминаниям. Этот вечер останется навсегда в их сердцах. Но это всего лишь одна ночь. После которой следуют жестокие будни, в которых младший утром уходит на учебу, а приходит под вечер. Первую неделю они разговаривали по вечерам, восполняя недостаток ВонШика в кошачьей жизни. Еще пару раз они гуляют в том парке. Ходят по запутанным дорожкам. Тогда у необычного существа пропадают все сомнения, успевшие накопиться во время вынужденного одиночества, ведь пока младший усердно учится, он не знает чем себя занять. Кот либо смотрит в окно, либо на их фотографии, сделанные на чудесный фотоаппарат. Спустя неделю ВонШик радостно сообщает, что его перевели в неотложную помощь. Тэгун хмурится, потому что не знает, что это, но улыбается в ответ на сияющего студента. Теперь младший приходит домой значительно позже, порой даже после полуночи. Вскоре с его лица исчезает улыбка, но кореец не смеет жаловаться. Шик видит, что объект его обожания неимоверно грустит, но ничего не может поделать, ведь даже на самого себя сил не хватает. Все, что он может – это доползти до матрасика, иногда забывая про остывший ужин. На его глазах кот словно становится серее, под стать их комнате, за это Ким проклинает себя, ненавидит свою учебу, больных, весь мир. Однажды он возвращается, когда кот уже спит, поэтому аккуратно ложится рядом и прижимается к теплому телу, обнимая и прося шепотом прощения. Зная, что его не услышат, говорить легче, поэтому младший не может сдержать слов в себе и шепчет, что сможет вернуться к тому снова. Он не замечает, что с глаз текут слезы бессилия и отчаяния, и засыпает под собственное бурчание. Кот чувствует тяжесть во сне. Открывает глаза, медленно возвращая сознание, и понимает, что его обнимают. Это непривычно, необычно и немного неудобно, так как Тэгун теперь старается не шевелиться, как люди, когда на коленях засыпает кошка. Забавно, но сейчас ситуация противоположная. Проходят дни, сменяя друг друга, а кот наблюдает как встает и садится солнце лишь из окна. Ему хочется пробежаться, взобраться на дерево, гоняться за птицей, нырнуть в ледяное, но прозрачное озеро. ВонШику же не хватает веселья. Не хватает его шумных друзей, даже собственных улыбок. Он соскучился по прежнему себе. Сейчас он ничтожен – лишь жалеет постоянно свое жалкое существование. Парень проклинает себя за то, что кот грустит. Ему кажется, что тот жалеет об этой поездке, отчего становится только хуже. Оба знают, что счастливы быть вместе, засыпать на маленьком матрасике, чувствовать близость друг друга. Но это перекрывает одиночество, которое несут на себе оба, не готовые признать своих истинных чувств. Эгоизм срабатывает раньше остальных чувств, поэтому двое грустят в одиночестве, утопая в собственных мыслях. От одиночества и грустных мыслей старший начинает серьезно грустить, подставляя свой организм всему плохому, что может предложить город. Он не замечает, что второй день подряд болит голова, что ноют все кости, списывая это тоске по лесу и вольной жизни. Все, что кот замечает, это зависимость от ВонШика. Слишком сильно он позволил себе привязаться к человеку. Теперь он закрыт в бетонной коробке, но каждый вечер терпеливо ждет друга, чтобы не дать ему уснуть голодным. Кот прижимается горячим лбом к холодному стеклу окна. Его тянет на улицу. Легкие требуют уличного воздуха, и не просто через открытое окно, а полноценный поток свежести, что сможет наполнить и взбодрить организм. Тэгун отгоняет страх в сторону и резко поднимается на ноги. Не обращая внимания на легкое головокружение и дрожь в коленках, житель леса хватает ту самую безразмерную кофту с капюшоном, в которой он любовался сакурой с младшим. Он помнит как дойти до парка, поэтому без труда добирается, но в самом парке он не может найти ту самую сакуру. Бродя по одинаковым запутанным узким дорожкам, бедолага не хочет признаться себе в том, что заблудился. Но, спустя какое-то время сдается, просто падая на траву и закрывая глаза, бросаясь в лапы страху. Он не знает японский язык, не знает адрес, ничего не знает. Единственное, что он знает, так это то, что хочет к ВонШику. Только теперь, оказавшись в трудной ситуации, кот признается, что зависим от друга, что это не просто дружеская зависимость, а нечто большее. Чувства к младшему действительно очень сильные. Сейчас у него есть время и смелость думать и осмыслить их общение. Наконец-то он может признаться, что хочет, чтобы кореец всегда был только с ним, чтобы улыбался, чтобы обнимал по ночам. Тэ медленно успокаивается от этих мыслей. Как будто все стает на свои места. Он расслабляется и вспоминает их поцелуи – в лесном домике, и тот, в щечку, под сакурой. Теперь существо понимает, что испытывал в тот вечер не спокойствие, а самое настоящее счастье. Парень верит, что его найдут. Надо лишь подождать, и лучше не сдвигаясь с места, чтобы не заблудиться еще сильнее. Он дождется. ВонШик отпрашивается пораньше, потому что беспокоится за друга, который стонал всю ночь, и был горячее печки в зимнюю пору. Он бежит до дома, но не находит того. Зрачки мгновенно заполняют все глазное яблоко. Из рук выскальзывает пакет с красной рыбой, а ноги подкашиваются. За секунду мозг подкидывает самые пугающие мысли, но единственное, в чем Шик становится уверен сквозь бегущую строку самых страшных происшествий с его любимым другом, так это то, что кот ушел. Ким теряет время на размышление, самобичевание и беспомощные слезы, прежде чем его мозг начинает работать адекватно, говоря ему, что Тэгун, его Тэгун, боящийся города, пропал в этом аду, построенном из бетона и железа. Его любимый Тэгун, чувствительный ко всему, все еще вздрагивающий ночами от сирен сейчас где-то один. Юноша бросается в погоню, на всякий случай забежав в универмаг, что они посещали. Он кричит во все горло, зовя кота по имени, спрашивает у прохожих, подробно описывая. Но откуда им знать, ведь если они и видели, то им он показался бродягой в поношеной одежде и скрывающий лицо, наверное, некоторые считали его даже хулиганом, вором или наркоманом. Вдруг в голову врача приходит мысль, что кота могли рассекретить. Что ветер мог сорвать капюшон и люди могли увидеть его ушки. Сознание подкидывает ему картину, как самого дорогого ему человека увозят в какую-нибудь лабораторию, как привязывают цепями, надевают ошейник. Этого не перенести. Ким останавливается и встряхивает головой. Он уже добежал до ворот парка. ВонШик успокаивал себя тем, что старший не мог пойти никуда, кроме этого участка зелени, среди серости стен. Первым делом, он бежит к пруду. Он зовет, но не получает ответа. Парень пинает дерево, выпуская свой гнев. Падает на колени и хочет рвать на себе волосы от бессилия. На секунду, когда его всхлипы затихают, кажется, что он слышит как шипит Тэгун. Шик немедленно подрывается, и предельно напрягая слух, бежит по газонам, невзирая на кусты, продираясь сквозь них, не желая тратить время. Все правильно. Шипение усиливается, а к нему добавляется громкий собачий лай. И когда шум становится громким, сквозь слезы и пот, младший видит, как огромная черная собака прижимает кота к земле. Это все вокруг видят взрослого мужчину, струсившего перед безобидной собакой, но не Ким. Он видит маленького котенка, нежного и беззащитного под огромным черным зверем. Хрупкая девушка изо всех сил тянет за поводок свою псину, но ей не по силам тягаться со взрослым лабрадором. Кореец подходит к собаке осторожно, боясь, что та начнет атаковать и укусит его красивого кота. Он зовет ее, отвлекая внимание на себя. Приходится перебороть страх за долю секунды, улыбаясь оскалившейся пасти и уверенно приближая к ней открытую ладонь. За себя ВонШик не переживает, собак он никогда в жизни не боялся. Когда рука достигает носа пса, тот умеревает свою злобу, но с добычи не слазит. Собака чувствует кошачий дух, а это ее главной враг. Пользуясь моментом, Шик пинает боком ноги собаку по бедру, отчего та отходит на пару шагов назад и переключает полное внимание на нового неприятеля. Юноша идет прямо на нее, заставляя пятится назад, и останавливается лишь когда кот полностью оказывается за его спиной. Лабрадор готов наброситься, но парень ведет себя непонятно собачьему мозгу, снова протягивая руку. Пусть даже ему это будет стоить пальцев, но Ким ВонШик никогда не причинит вреда живому существу. Он врач, и он спасает жизни, и не калечит их. Немного подумав, понюхав потную ладонь, пес уходит, напоследок все-таки кидая грозный оскал в сторону кота. Люди расходятся, получив представление, а Тэгун все еще лежит на траве. Несмотря на сильнейший испуг, сейчас он чувствует себя счастливым. Потому что ВонШик пришел за ним, нашел и спас. А тот обессилено падает рядом, заканчивая свой мини-кошмар. Живой. Главное, что старший не в руках чужих людей. Отдышавшись минут десять, они поворачиваются друг к другу, улыбаясь. Теперь они снова могут сплести пальцы. - Я потерялся. Я просто хотел свежего воздуха. - Ничего, хен, все хорошо. - Я думал. Много думал, пока на меня не набросился тот пес. Может я ошибаюсь, но мне кажется, что это именно то, о чем говорил отец. – Его голос совершенно спокоен, не смотря на пережитые за вечер приключения. ВонШик вопросительно вздернул бровь, ожидая продолжения. - Он говорил, что у каждого существа на планете должен быть любимый человек. Может и у нас любовь? – Тэгун не понимает, насколько глубоко сейчас копнул, а младший едва не задыхается, пропуская несколько вдохов и выдохов. Мозг будущего врача взрывается, извергая кучу вопросов. «Теперь мне его можно поцеловать? Что я могу сейчас делать? Как теперь себя вести? Но мы итак живем вместе, спим вместе и даже целовались… Можно ли его поцеловать? Теперь хэппи энд? Как в фильме? И мы будем счастливы навеки?». Но вдруг он вспоминает, что именно с поцелуя все и началось, поэтому решает, что момент настал. - А почему ты меня тогда поцеловал, хен? - Папа говорил, что поцелуй – это высшая форма благодарности. «А про то, что мужчин целовать не надо, тебе папочка забыл упомянуть?» - Тогда ты пришел мне на помощь, когда она требовалась, вылечив спину и даря заботу. Я был благодарен. - А когда я тебе паспорт сделал, почему не поцеловал? – ВонШик вдруг понимает, что озвучил это, поэтому стеснительно отвернулся. – Прости. Вырвалось. – А кот задумался. Действительно, почему? - Ладно, пошли домой, а то простудиться можем на земле.