Пантера

ВонШик раздевается следом за котом, решая совместить приятное с полезным, залезая вместе с тем под душ. - Ты чего делаешь? – Старший слишком удивлен таким поведением. Да и их душевая явно не предназначена для совместного купания. - Вместе будем мыться. Заодно осмотрю, вдруг у тебя ссадины. – Шик беззаботно оправдывает себя, прежде всего перед собственной совестью. Однако, при осмотре, не сдержавшись, он поднимает ладонь и проводит по спине, будто намыливая ее. Но все это лишь для того, чтобы ощутить мягкую кожу и сильные мышцы. Лишь на мгновение он позволит себе прикоснуться к этому прекрасному телу. Юноша проводит по старым шрамам, но коту непонятно такое отношение. Резко разворачиваясь, старший оказывается в объятиях, от чего оба замирают на секунду. ВонШик, словно ошпаренный вылетает из душевой, оправдываясь тем, что кажется, телефон звонит. Вон просыпается среди ночи – рядом в судорогах заходится кашлем Тэгун. Младший зовет его, но толка нет, поэтому приходится трясти за плечи, чтобы разбудить его. Но кашель не успокаивается, даже когда тот выбирается из под пледа. Из кошачьих глаз уже текут слезы, но остановиться он не может. - Хен. Дыши, слышишь. Останавливай кашель, дыши, - поняв, что Тэ начинает задыхаться, врач напуган до смерти. Ким запросто узнает сухой кашель, знает, что при этом хочется выплюнуть свои легкие, что кажется, будто готов сам себя выкашлять наизнанку. Он соскакивает на ноги и бежит включать свет, бежит за водой и ищет в холодильнике хоть что-то, что сможет смягчить горло старшего. - Мне страшно, - признается Тэгун. – Я... - он снова начинает задыхаться и судорожно хватать воздух ртом, не выдыхая. Мужчина хочет сказать, что не может дышать, но снова и снова разражается кашлем. Нос заложен и, кажется что гудит. - Дыши ртом, слышишь меня? – Врач начинает показывать, как правильно дышать ртом, стараясь не выдать своего беспокойства, стараясь показывать решимость и уверенность. Скоро кот начинает повторять за ним, но снова появляется кашель. ВонШик думает, что сойдет с ума за эту ночь, едва ли не насильно вливая воду в друга. Он не может оставить его сейчас одного, чтобы бежать в ближайшую круглосуточную аптеку, поэтому обходится базовыми таблетками, что всегда при нем. Юноша не знает какая температура для кота нормальна, но дает ему выпить и жаропонижающее, после того, как видит на градуснике 42,1. Капли для носа, бутылка воды и таблетки – все, что у него сейчас есть. Ким помогает уснуть коту, согревая теплом двух пледов и своего тела. В крепких руках тело постепенно перестает дрожать, а дыхание выравнивается, поэтому доктор выдыхает, шепча, что Тэгун всегда болеет, когда тот готов его пригласить в поездку. Ведь он еле как упросил главного доктора дать ему три выходных, чтобы сводить кота в лес, чтобы погулять с ним. Вместо этого он лечит его, по вечерам вытаскивая в парк на полчаса, давая дышать свежим воздухом. Каждую ночь ВонШик крепко обнимает любимого, не давая дрожать и охлаждая своим телом, а когда тот крепко засыпает, прижавшись спиной к накаченной груди корейца, то позволяет себе поцеловать его в шею. - Что ты делаешь? – снова задается вопросом кот. - Целую. – ВонШик смущен. Он думал, что кот спит, но просчитался. - Зачем? Эти вопросы сводят с ума. Хочется под землю провалиться. Зачем? Да затем, что это та малость, которую он себе позволил. Затем, что уже давно хочется расцеловать все тело полностью и даже больше. Хочется оставить парочку засосов. Хочется доставить такое наслаждение, о котором старший даже не задумывался наверно. - Сам же сказал, что у нас любовь, поэтому я и … - как же трудно. Кот слишком невинный. – а тебе разве не хочется поцеловать меня? - Нет. – Тэгун поворачивается и заглядывает в глаза другу. – А должно? Что значит любовь для тебя? – сон совсем не идет, поэтому кот хочет узнать, версию младшего. Что, если он был слишком маленьким и не так понял отца? - Ну… - у врача вырывается нервный смешок. – Любовь, это когда забота о ком-то превышает мысли о себе. Когда хочется делать все, лишь бы кто-то был счастлив, чтобы вызвать его улыбку. А еще любовь можно выразить поцелуем и … - он как будто запнулся на слове, задумываясь, стоит ли сейчас посвящать кота во все тонкости, готов ли сам к более тесным отношениям. - Что еще? – Раздается тихий голос с соседней подушки. - Ничего. Давай спать. Позже расскажу. И покажу – уже шепотом добавляет последнее Шик, прижимая кота к себе и пряча свои глаза от его взгляда. - Я ушел. – Ким кричит уже в дверях, потому что кот так и не вылез из под одеяла в такую рань. - Подожди, - одеяло встает само по себе, превращаясь в огромную движущуюся гору, надвигающуюся на студента. Когда Тэгун подходит вплотную, то спускает одеяло до плеч и легко чмокает младшего в губы. – Хорошего дня. – Кот в своем коконе плетется обратно, а удивленный ВонШик почти вприпрыжку бежит до остановки. Голову врача постоянно терзают размышления о том, как подготовить Тэгуна, а заодно и себя к сексу. Ясно, что сам Шик пересмотрел уже кучу разных видео про геев, начиная с поцелуев и заканчивая иностранным порно с групповухой. Но не проводить ведь для кота урок сексуального воспитания, а так просто нападать на него будет слишком странно. В этих размышлениях, а так же в постоянных недосыпаниях из-за больницы, Ким даже не замечает, как пролетают недели. Зато сейчас он старается подмечать все изменения в коте, ловить его грусть и порой находить в себе силы, чтобы после трудного дня сходить в парк и сидеть под тем самым деревом. Однажды младший не может справиться сам, поэтому, вернувшись домой поздно вечером, он падает к коту на матрац и просто молча лежит на чужих коленях. В тишине проходит пара минут. «Может…» - начинает кот, но младший резко кладет его рядом. - Просто давай полежим так, - говорит он куда-то в предплечье старшего, закидывая еще и ноги на него. – Он почти на пределе. Рутина поглощает его, высасывает все соки, не оставляя сил даже на улыбку. Хочется расплакаться, как маленькой девочке, хочется пожаловаться, но он ведь мужик. Ким ВонШик – сильный веселый парень, который больше месяца отчаянно борется с депрессией. Единственное, что придает ему сил сейчас – это легкие прикосновения губ любимого с утра и поцелуй в шею перед сном, которые он отвоевал. Поэтому сейчас, чувствуя, что готов зареветь, юноша мысленно просит поддержки, приподнимается на локтях и целует Тэгуна. Сначала просто прижимается губами, как они обычно это делают, но потом, чувствуя, что кот расслабляется, облизывает его нижнюю губу, от чего тот охает и широко открывает глаза. Язык ВонШика быстро проскальзывает в чужой рот, отчего у обоих в головах взрываются фейерверки, особенно когда Шик проводит своим язычком по небу старшего. Он чувствует, как от этого задрожало тело под ним. Руки сами поднимаются наверх и нежно обхватывают красивое кошачье лицо. ВонШик быстро отстраняется, боясь что может потерять голову от мягких и податливых губ. Теперь он ощущает коготки на своей пояснице, чего не почувствовал во время поцелуя, и это ему определенно нравится. Он смотрит на красивое лицо, очерчивает большим пальцем пухленькую верхнюю губу. Каждая деталь неизвестного человечеству существа идеальна. Кошачьи глаза, которые сейчас распахнуты полностью и заглядывают прямо в душу, но одновременно затягивают в свой мир, в свою черноту, заставляя безропотно следовать вперед, оставляя все позади. Его прямой нос, который Шик легонько чмокает, чтобы хоть чуть-чуть зацепиться в реальности, а не утонуть в омуте чужих почерневших глаз. Мягкие пухленькие щечки, которые так приятно гладить, что не хочется отрывать руки ни на что другое. И губы, к которым постоянно возвращаешься. Манящие, сладкие и мягкие. - Вот так целуют когда любят. – Младший уходит в душ, оставляя кота на полу, думать о том, что утром следует целовать его также. Благодаря таким поцелуям, ВонШик держится еще месяц, даже приходит в больницу с хорошим настроением. А Тэгун привыкает к поцелуям, и теперь сам хочет постоянно целовать младшего.