От дружбы до...

      Напряженно прислушиваясь к шуму воды из ванной, Джонхен сцепил пальцы в замок, чувствуя, как от подскочившего градуса волнения взмокли ладони. Еще немного — и самому придется в душ идти. Сейчас бы стакан чего покрепче накатить для успокоения нервов.       Они с Ки встречались уже пару недель, если так можно было обозвать несколько неловких свиданий, и дальше неглубоких, почти целомудренных поцелуев не заходили. И что-то Джонхену подсказывало, что в словах Кибома: «Поднимешься на чашечку чая?» — крылся более глубокий смысл. Иначе, зачем бы тот, едва поднявшись в квартиру, скрылся в ванной, кинув через плечо озадаченному парню: «Только посмей сбежать. Найду — кастрирую»?       — Будь мужиком, — пресекая попытки к бегству, выдохнул Джонг и, встав с места, беспокойно заходил взад-вперед по комнате.       Что и как делать, он решительно не знал, а попытки ознакомиться с интересующей темой в Интернете обернулись ночными кошмарами и впечатавшимся в память образом какого-то потного мужика в кожаной маске, вооружившегося странного вида предметами, назначение которых Джонг даже предполагать боялся. Во избежание психических расстройств и прочих нежелательных последствий, парень стремительно захлопнул крышку ноута и потом еще неделю не приближался к нему ближе, чем на метр…       Поток беспокойных мыслей оборвал тихий шелест шагов за спиной. Вдоль позвоночника прокатилась волна веселых мурашек, и перепуганный парень в прыжке обернулся на звук. В последнее время его напрягали заходы с тыла.       — Это что еще за акробатика? — скептически приподнял бровь Кибом, окидывая неосознанно пятившегося от него Джонхена недоуменным взглядом. К облегчению последнего, в руках Ки не обнаружилось ничего страшнее полотенца, да и сам блондин выглядел вполне безобидно, но мало ли какие тараканы водились в этой симпатичной крашеной головке.       Поглощенный паническими мыслями, Джонг запнулся за край подло подвернувшегося под ноги дивана и неуклюже растянулся на нем, попав в коварный мягкий плен.       — Чего это ты развалился, я не понял?! — скрестив руки на груди, поинтересовался Кибом, наблюдая за провальными попытками парня раствориться в диване или хотя бы слиться с его поверхностью.       — Бомми, — умоляюще протянул Джонхен, кинув на него глубоко несчастный взгляд, и, сминая ткань джинсов на ногах, стыдливо свел колени, — будь нежным, ладно? Это мой первый раз все-таки.       — Х-хорошо, — непонимающе выдохнул Кибом, ошарашенно хлопая ресницами и еще не до конца понимая, что имеет в виду Джонг.       Не долго думая, тот перевернулся на живот, зажмурился и затаился. Ну хорошо хоть — штаны не спустил.       Поджав нижнюю губу, Кибом в неверии ударил себя рукой по лбу. Он оценил жертвенность Джонга, но… Все романтизированные представления о том, как его страстно припрут к стенке, неистово сдерут одежду и жестко возьмут на первой же горизонтальной поверхности, безжалостно рассыпались в прах. Не так он представлял их первый раз.       — Вообще-то, я хотел, чтобы ты меня взял, — нехотя пояснил он, готовый провалиться сквозь пол от смущения. Раньше ему такое пояснять не приходилось — все получалось само собой. Как же с этими натуралами сложно!       — Куда? — глухо откликнулся Джонг, уткнувшись в сложенные руки.       — Куда-куда? Известно куда! — взорвался Кибом. — Ты совсем дурак или удачно прикидываешься?       — Бомми. — Джонхен приподнялся на локтях и таращился на Ки, пытаясь уловить, почему тот сердится.       — Все должно было быть не так… С меня хватит! Ты мне весь романтический настрой убил. Выметайся нафиг! — Ки размашисто указал на выход, продолжая причитать в полголоса, по какой такой ошибке мироздания питает слабость к идиотам. Но как ни парадоксально, отчасти именно за некоторую придурковатость Джонга Кибом его и любил. Но сейчас ему было дико страшно. Так, что зуб на зуб не попадал. А вдруг у них вообще ничего не получится?       — Ки, — мягко позвал его Джонг. Он вдруг оказался в зоне досягаемости и, мягко приподняв его лицо за подбородок, преданно заглянул в глаза. — Я ведь не нарочно.       В больших красивых глазах плескались вина и нежность. А чуть позже, нарастая с каждой секундой, загоралось больше искорок желания. Его рука, чувственно скользнувшая вдоль лопаток, притянула Ки ближе, выдавая предвкушение и трепет. «Не все потеряно», — подумал Кибом, подаваясь навстречу и оттаивая. Джонхен хотел его — и это главное. Просто нужно немного времени, капелька терпения и деликатности.       — Ты ведь поможешь? — пробил Ки насквозь хриплый шепот на ухо.       — Просто поцелуй меня, — запинаясь, выдал тот, осторожно положив руки на плечи Джонхена и, сомкнув их за его шеей, ласково погладил коротко стриженный затылок. — А дальше разберемся.