Я буду твоей поддержкой и опорой

Тор проснулся от солнечных лучей, назойливо светивших ему в лицо через развевавшиеся от ветра занавески на окнах. Приоткрыв глаза, он осмотрелся вокруг, пару секунд восстанавливая в памяти события предыдущего вечера, пытаясь вспомнить где он оказался. За год военных походов он привык просыпаться на ледяной земле и видеть перед собой черное небо, затянутое тучами, медленно перемещавшимися по горизонту, и до сих пор иногда открывал глаза с мыслью, что сейчас снова увидит перед собой этот мрачный пейзаж. Полежав пару минут неподвижно в теплой кровати, он хотел присесть, но тут почувствовал, что кто-то крепко обнимает его за живот, не давая подняться. Локи спал на нем, закутавшись в одеяло с головой, так что была видна только макушка. Он обнимал его за пояс, положив щеку ему на грудь и не желая отпускать его от себя. Тор только улыбнулся и аккуратно сдвинув одеяло, погладил его по волосам, перебирая пальцами смоляные локоны. -Дашь мне встать? -Иди... - Локи, не открывая глаз, повернулся на другой бок и снова закрылся одеялом с головой. Тор усмехнулся, подумав, что раньше не замечал чтобы его младший братишка был таким соней. Аккуратно встав с кровати, он стал собирать с пола свою одежду, надеясь, что она не слишком помялась, иначе на церемонии днем ему придется виновато оправдываться перед всеми гостями за то, что он выглядит неподобающе королю. Только одевшись и посмотрев в зеркало на свои парадные доспехи, Тор вспомнил их вчерашний с Локи разговор. Тогда он обещал ему сразу же отправиться на поиски его дитя, отложив коронацию и свадьбу, что сейчас казалось просто безумным. Тор часто замечал за собой особенность в пылу обещаний не долго раздумывать над последствиями, но сейчас задуматься пришлось. Если он сейчас заявится к отцу и скажет, что ему по необъяснимым причинам надо отправиться на край света, отложив коронацию, к которой готовились без малого неделю, отец придет в ярость, а Сиф обидится, подумав, что он еще чего доброго не хочет жениться, да и объяснять все гостям будет ужасно неудобно. Закусив губу, Тор посмотрел на Локи пару минут, раздумывая, как тот отреагирует на просьбу подождать, а затем снова подошел к кровати и потряс брата за плечо. -Проснись... Надо поговорить. -О чем?.. - Локи неохотно стянул одеяло с головы, так что стали видны его глаза. Прищурившись от яркого света, он внимательно посмотрел на брата, стараясь спросонья сообразить, что тот от него хочет. Тор молча присел рядом и, запустив руку под одеяло, погладил его по спине. -Я тут подумал... То что я обещал тебе, я обязательно исполню. Но думаю, что лучше мне отправиться в этот храм после коронации. Сам подумай, когда я стану королем, я сам смогу им приказывать, мне не придется привлекать к этому имя отца, что в любом случае будет надежней, чтобы он ничего не узнал. -Да... Ты наверное прав... - Локи на удивление легко согласился, закрыв глаза и немного выгнув спину, наслаждаясь прикосновениями брата. - Делай, как ты считаешь правильным. Я знаю, ты всегда держишь свои обещания. -Верно. Я люблю тебя... - Тор широко улыбнулся, наклонившись к нему и нежно поцеловав его в лоб. - Тогда мне лучше уйти. Иначе меня скоро станут искать. -Увидимся на церемонии. - Локи снова укутался, свернувшись клубком и закрыв глаза. Встав с кровати, Тор тихо отошел от него и вышел из его покоев, закрыв за собой дверь. Тяжело вздохнув, он понадеялся, что Локи не проспит церемонию. Торжества были великолепны. Шикарно украшенные и без того светящиеся золотом залы дворца, гости в праздничных нарядах, щедро уставленные различными яствами длинные столы. Звуки смеха и звона бокалов наполняли высокие своды и не затихали ни на секунду, образуя законченную атмосферу праздника. Тор с его молодой женой уже не успевали принимать поздравления и подарки. К тому же новому королю это доставляло не столько удовольствия, сколько его супруге. Давать светские приемы и быть на них центральным лицом Тор никогда не любил, но сейчас он понимал, что это тоже будет частью его обязанностей. Временами ловя на себе одобрительный взгляд отца, светящийся гордостью за своего старшего сына и преемника, Тор слабо улыбался и заставлял себя продолжать отвечать на любезности, сыпавшиеся со всех сторон. Но чем дольше все это продолжалось, тем дальше мысли громовержца отстранялись от происходящего. Он все время кого-то высматривал в пестрой толпе, надеясь хоть краем глаза уловить знакомый силуэт или на секунду встретиться глазами с пронизывающим взглядом голубых глаз. Локи исчез куда-то с того момента, как Тор, стоя перед отцом вместе с Сиф, взял ее за руку и Один провозгласил их мужем и женой. В тот момент обернувшись через плечо, Тор увидел, как брат растворился в плотной толпе, стремясь покинуть зал. После этого он ни разу не видел его за вечер. Желание увидеть Локи хоть на минутку саднило в груди, но как на зло, Тор ни на секунду не мог отлучиться. Наконец, когда за окном уже опустилась ночь, а гости выпили достаточно вина и были заняты беседами между собой, громовержец извинился перед женой и, попросив ее подменить его ненадолго, быстро направился к выходу. Выйдя на задний двор дворца, Тор смог вдохнуть полной грудью. Свежий холодный воздух прогнал усталость и легкую дымку в голове от вина. Почему-то он знал где искать Локи и прямо направился в сад, где тот всегда любил уединяться со своими мыслями. Пройдя вперед, Тор внимательно осматривал каждое дерево, как вдруг заметил одинокую фигуру, сидящую на траве вдалеке. Довольно улыбнувшись, он направился туда, тихо подойдя сзади, надеясь, что Локи не сразу заметит его. Тот и не замечал. Прислонившись спиной к стволу дерева, он смотрел куда-то вдаль, сцепив руки вокруг своего колена. Тор аккуратно сел рядом с ним и коснулся плечом его плеча, отчего Локи легонько вздрогнул. -Напугал? - громовержец коснулся кончиками пальцев его руки. Локи опустил глаза, но не отодвинулся в своей обычной раздраженной манере, как когда кто-то резко врывался в его ауру размышлений и уединения. Взяв в ладонь его руку и крепко сжав ее, Тор подумал, что брат сильно изменился. Он больше не был таким как раньше, не был таким сильным, гордым и независимым. Все, что с ним случилось опустошило его, оставив терзаться бесконечными сомнениями и сожалениями, которые становились сильнее с каждым днем, и кажется ничто не могло утешить его. Но что хуже всего, за все это Тор чувствовал свою вину. Как будто угадав его мысли, Локи попытался отвлечь его от них. Расспросив о том, как прошел вечер, он извинился за то, что ушел, сказал, какой красивой была Сиф, и что она будет любить его, и что они будут счастливы. Тор и сам все это знал, но когда он слышал это от Локи, все казалось ему фальшивым и ненастоящим. Любовь Сиф, их совместное счастье. Может все потому, что сам Локи в это не верит, или не хочет верить. Прижав его руку к своим губам, Тор нежно поцеловал его запястье. -Для меня тебя никто никогда не затмит. -Ты ведь всегда держишь обещания. - Локи посмотрел на него, его взгляд был спокойным, но Тор знал, что он на самом деле чувствует. - Я тебе верю. -И я тебя не подведу. - Тор встал с земли, не отпуская его руки. - Вернемся в зал вместе. Прошу, ради меня. Локи поднялся на ноги и слабо улыбнулся ему. -Как скажешь... Мой король... Дни переходили в недели, а недели в месяцы. Тор уже привык к своим новым обязанностям и хорошо справлялся с ними, лишь изредка прибегая к советам отца, помогавшего сыну в начале его правления. Локи отвели роль главного советника и помощника короля. Он обладал множеством полномочий, выше него стоял только брат, который позволял ему делать все по своему усмотрению, что давало ему неограниченное поле деятельности. Однако королевские дела мало занимали внимание принца. Составляя с утра список распоряжений на день, он оставался у себя в покоях до традиционного семейного обеда, после чего возвращался в свой кабинет, где до вечера разбирал приказы, жалобы и прошения, решая что из этого стоит читать королю, а что можно решить и так. Большинство бумаг он подписывал сам, отдавая распоряжения выполнить то или это. И так день ото дня. С Тором они почти не виделись, тот вечно был занят. Разве что за обедом, но это событие для Локи было омрачено тем, что за столом теперь ему досталось место рядом с Сиф. Тор сидел напротив. Сиф обычно занимала всех постоянной беседой, вызывая явное всеобщее одобрение. На ее фоне Локи чувствовал себя серым и угрюмым, как будто лишним во всей этой добродушной обстановке семейного общения. Вяло поковыряв еду вилкой, он благодарил всех и уходил первым, оправдываясь наличием неотложных дел. Иногда они встречались с Тором по вечерам. Тот приходил к нему в покои, обнимал его и целовал в висок или в плечо. Локи крепко обнимал его за шею и шептал ему, как сильно он его любит, что теперь точно никогда не отпустит его, хоть и знал, что как только он уснет, Тор тихо встанет с кровати и уйдет, стараясь его не разбудить. Локи всегда просыпался от этого, но никогда не показывал и не просил его задержаться и побыть с ним еще немного. Он понимал, что так нужно, а значит нечего было лишний раз подставлять брата. Об их встречах никто не должен был знать, Тор и так рисковал, оставаясь с ним до поздней ночи. Пару раз они даже обсуждали возможность прекращения таких свиданий, но в тот же вечер Тор приходил к нему и брал его с еще большей страстью, чем обычно, а Локи только с наслаждением растворялся в его власти, отдавая ему всего себя без остатка. Так было всегда. День за днем. Локи не напоминал Тору об его обещании, он знал, что брат выполнит его, рано или поздно. Просто еще не время. Иногда смотря на себя в зеркало, он замечал, что морщины в уголках глаз и на лбу залегли глубже. Опуская глаза, он только качал головой, говоря себе, что это ничего страшного и все пройдет. Тор обязательно сделает то, что он обещал. Встретившись взглядом со своим отражением, Локи увидел только полного отчаяния лжеца, желающего самого себя обмануть. Его вид был ему противен. Каким жалким он стал, единственное, что ему остается - надежда на то, что Тор когда-нибудь отправится на край мира за плодом собственного позора. Наивно было бы поверить в это. Локи молча отошел от зеркала, начиная готовиться ко сну. Вставать утром было как всегда рано, время, в которое обычно приходил Тор, если приходил, уже прошло. За окнами была поздняя ночь, коридоры дворца давно опустели, вокруг было тихо, так что он мог слышать только собственные шаги и легкий скрип ремешков на одежде, которые он расстегивал. Потерев руками глаза, он глубоко вдохнул с каким-то сожалением, сняв верхнюю часть одежды, как вдруг встрепенулся, услышав тихий стук. Обернувшись на дверь, он подумал, что возможно Тор решил все-таки навестить его, где-то изрядно задержавшись, но у дверей все было тихо. Локи подошел к двери, уже потянув руку к замку, как снова услышал стук где-то за спиной. Звук доносился из-за штор, скрывающих дверь на балкон. Локи с недоверием посмотрел туда, медленно положив руку на живот, проверив небольшой кинжал, спрятанный в складках одежды за поясом. Когда стук снова повторился, он прошел через комнату, отодвинув занавеску и повернув замок. Легко толкнув одну из дверей вперед, он даже отшатнулся назад от неожиданности, когда высокий человек в походном плаще и капюшоне, низко натянутом на лицо, широким шагом выступил из темноты вперед. Крепче сжав пальцами кинжал, но все еще не решаясь его вытащить, Локи внимательно посмотрел незнакомца. В его фигуре было что-то отчетливо знакомое, что мешало ему тут же закричать и позвать стражу на помощь, чтобы избавиться от непрошеного гостя. Тот вел себя крайне спокойно и уверенно. Сняв с плеча туго завязанный большой мешок из грубой ткани, он поставил его на пол и откинул назад с лица капюшон. Локи застыл, расширившимися глазами глядя на него. -Сван... - он тяжело сглотнул, смотря ему в глаза и не зная чего ожидать. Лицо Свана было непроницаемым. Сделав еще шаг вперед, он схватил Локи за руку, прежде чем тот успел отступить назад и выхватить кинжал из-за пояса. Медленно отведя его руку в сторону от оружия, он слабо улыбнулся, взяв его за плечи. -Это тебе ни к чему. -Что?.. Ты думаешь, что так просто можешь сюда прийти? - Локи весь сжался от его прикосновений. Последний раз эти самые руки лежали на его горле и душили его, и он этого не забыл. Если Сван пришел, чтобы закончить свое дело, то сейчас у него на это были все шансы. На этот раз Локи может и не вырваться, но может делать этого и не стоит, может лучше принять смерть, если такова его судьба. Подумав об этом, он решительно понял, что такой смертью умереть не собирается. Успокоившись, он выпрямился, посмотрев в глаза Свану ровным взглядом, придавая себе как можно больше уверенности и желания показать свое безразличие к происходящему . - Как ты сюда попал? -Прошел мимо стражи. Это не сложно, я знаю тут все. Ну а затем залез по дереву на балкон. - Сван усмехнулся, явно довольный собой. -Ты пришел убить меня? - Локи продолжал смотреть ему в глаза, без тени веселья во взгляде. Сван тоже перестал улыбаться. -Убить? - воин молчал пару секунд, изучая его взглядом, но затем покачал головой и убрал руки с его плеч. - Нет. Я здесь за другим. Я принес подарок. -Что ты можешь мне дать? - голос Локи был холоднее, чем когда-либо. Он ненавидел Свана, ненавидел хотя бы за то, что тот явился сюда с такой наглостью. Ему хотелось заставить его уйти. -Прошу... Я шел сюда ради тебя... - Сван опустился перед ним на одно колено, склонив голову и опустив глаза в пол. - Я не достоин больше даже быть твоим слугой. Я предал тебя, мне нет прощения. Но я искупил свою вину кровью... - он медленно вытащил из-за пояса ритуальный кинжал. Локи передернуло при его виде. К горлу подступила тошнота, так что пришлось прикрыть рукой рот, а перед глазами снова пронеслись ужасные воспоминания, которые он пытался забыть все последние месяцы. Он еле сдержался, чтобы не развернуться и не уйти прочь, но Сван продолжал, не замечая его дрожи и не поднимая глаз. - Я убил всех в этом храме. Всех, кто причинил тебе боль. Это для тебя. -Ты тоже причинил мне боль. И делаешь это сейчас. Уходи. Этот кинжал мне не нужен. Оставь его себе и забери коня из моей конюшни. Я приберег его для тебя. Я надеялся, что тебе хватит разума больше никогда здесь не появляться, но ты не так благоразумен. Но сейчас уходи. Мне ничего твоего не надо, только исчезни навсегда... -Это не все. - Сван перебил его и, встав с колен, взялся за мешок. Разрезав кинжалом веревку, он заткнул его за пояс и запустил в мешок руку. В следующий момент у Локи по-настоящему перехватило дыхание. Сван за шкирку вытащил из мешка волчонка. Тот сначала задрыгал лапами в воздухе, пытаясь вырваться, но затем покорно повис без движения, тихо заскулив и облизав языком черный нос. Сван молча протянул его Локи, внимательно смотря ему в глаза. - Это твое. -Ты принес его. - Локи бросился вперед и, взяв волчонка на руки, отвернулся от Свана и, опустив голову, глубоко зарылся носом в черную густую шерсть, с наслаждением вдыхая ее запах. Он не верил своему счастью, впервые искренне засмеявшись, когда волчонок пару раз лизнул его подбородок, слизывая слезы, внезапно ручьем полившиеся по его щекам. Теперь его жизнь обрела новый смысл, теперь он не будет один. Сван... Сван вернул ему его дитя, как он мог ненавидеть его? Теперь надо перед ним извиниться, просить его прощения за то, что он так с ним обошелся и не замечал его, теперь все будет по-другому. Локи широко улыбнулся и обернулся, чтобы крепко обнять Свана и сказать ему как он благодарен ему, но тут неожиданно резкий удар сбил его с ног. Локи рухнул, как подкошенный, кровь брызнула на пол. Зажав руками лицо, он выгнулся от боли, с ужасом увидев окровавленный кинжал у Свана в руке. Захлебываясь собственной кровью, Локи попытался закричать, но Сван раньше схватил его за волосы, дернув со всей силы с пола вверх, и заставил посмотреть себе в глаза. -А ты уже готов был мне поверить и броситься в мои объятья только потому, что я притащил тебе твое отродье... - Сван медленно провел кинжалом ему по глубокой ране на щеке, протянувшейся от уголка рта до уха. - Я говорил тебе, что ты продажная дрянь. Ищешь во всем только выгоду для себя. Теперь твое милое личико уже не будет таким красивым. Даже если бы я оставил тебя в живых, чтобы научить уважению, ты бы каждый день видел на своем лице напоминание о том, что я с тобой сделал. Но я буду милостив. Я убью тебя, чтобы ты мог насладиться забвением, о котором ты всегда мечтал... Локи зажмурился, пытаясь вырваться из его рук, но Сван крепко держал его, приставив острие кинжала к его ребрам. Сильнее сжимая пальцами его волосы и заставляя его не отводить взгляд, он медленно надавил на рукоять, вводя лезвие ему под ребра. Смотря в широко распахнутые от боли и ужаса глаза, Сван чувствовал небывалое наслаждение, какого еще никогда не испытывал ни при одном убийстве. Коснувшись губами окровавленных губ Локи и слыша сдавленный стон отчаяния и боли, он поцеловал его, чувствуя, как тот дрожит, стараясь судорожно вдохнуть воздух, пока его легкие медленно заполнялись кровью. Чувствуя все это, он просто сходил с ума. Целуя его все глубже, Сван закрыл глаза, всецело отдавшись происходящему. Локи уже не вырывался, его кожа стала бледной, все вены отчетливо выступили, а глаза потускнели. Цепляясь пальцами за одежду Свана, он как будто старался цепляться за жизнь, которая уже покидала его тело, но он все еще пытался сказать что-то, упрямо шепча это Свану в губы. На секунду оторвавшись от поцелуя, тот посмотрел на него, раздраженный таким упрямством. Почему даже сейчас он не может просто умереть? Почему снова сражается за свою жизнь, если шансов уже нет? Локи слабо улыбнулся, окровавленными губами, по которым текли все свежие потоки крови. -Ты это сделал, потому что знаешь, что никогда меня не получишь... -Будь ты проклят... - Сван резко выдернул лезвие из его тела, так что из раны обильнее потекла кровь, стекая по одежде Локи на пол и образуя огромную лужу. Локи усмехнулся, рассеченным ртом. Даже сейчас он знал, что преимущество над Сваном оставалось у него. Закрыв глаза, он одними пальцами коснулся его шеи, другой рукой незаметно скользнув под пояс у себя на одежде. -Когда я умру, хочу забрать тебя с собой. - вытащив из-за пояса спрятанный кинжал, он из последних сил пихнул Свана рукой в лицо и всадил лезвие ему в горло, прежде чем тот успел среагировать. Сван поперхнулся кровью, плюнув ей Локи в лицо и, вцепившись в его волосы и плечи, попытался устоять на ногах, но в судорогах рухнул на пол, утянув Локи за собой. Тот с трудом спихнул его с себя и, со стоном отполз в сторону, цепляясь пальцами за скользкий от его собственной крови пол. Ему хотелось закричать, но воздуха в легких уже не осталось, боль перестала чувствоваться, тело онемело. Сван еще несколько минут бился на полу, задыхаясь и хрипя от боли, пытаясь что-то закричать и схватить Локи за одежду, но вскоре все стихло, и он больше не шевелился. Положив голову на холодный мраморный пол, Локи пустым взглядом посмотрел перед собой, думая, что последует после того, как он умрет. Ведь боги не умирают, они перерождаются во что-то новое, но мог ли он все еще относить себя к числу бессмертных? Угасающими чувствами, он еще смог ощутить, как волк стоит рядом с ним, отчаянно вылизывая его окровавленное лицо своим теплым языком, будто умоляя его потерпеть еще немного и побыть с ним. Локи закрыл глаза, сожалея лишь о том, что потерял так много времени, не успев даже насладиться своим дитя. Он не жалел, что отдал ему свою жизнь. Не винил брата за невыполненное в срок обещание. Наверное так и должно было случиться. Наверное так будет лучше. Теряя остатки сознания, Локи видел перед собой черное небо, затянутое тучами и ледяные пустынные равнины, над которыми носился порывистый ветер, протяжно завывая в расщелинах и между хребтами далеких гор. Его тянуло туда необъяснимой силой, которой нельзя было сопротивляться. Будто только именно там всегда было его место, и скоро он должен был вернуться туда, хотя пока сам не знал как и зачем.