Дневники

В последнее время я вся издерганная, усталая, а оттого раздраженная, когда говорю с Дэнни и Такером. Как неприятно! Но я ничего не могу поделать! С тех пор, как Дэнни стал знаменитым, к нему липнут все девчонки! И, проклятье, я же вижу, что многие из них, нет, не красивей меня, но куда эффектнее, потому что одеваются так, красятся так... А ведь он такой ветренный... И влюбился-то в меня совсем недавно, вот тогда, когда все это творилось с астероидом. Да, может, он оттого и влюбился, что мы были все на грани смерти... А раньше он думал то про Валери, то про эту... бря... даже писать не хочется... Да, он целовал меня так чувственно, но... Я знаю, что наверняка он бы весело захохотал, когда увидел бы, что я пишу... Ему смешны всякие сильные чувства, он не такой как я... И мне приходится изображать из себя жесткую, решительную, ни за что не отступающую от своего, даже ради парня. Эх, если бы ему это сказать. Но он не поймет. Ему нужна именно такая - жесткая, неуступчивая. А я иногда готова одеться во что-то яркое, которое я так ненавижу, уже ради того, чтобы привлекать его больше, ведь он же изменит мне, изменит с кем-то из этих... Как я их ненавижу! Вьются и вьются! А раньше сами же смеялись над ним! Пустышки, ни чувств, ни духовности! Одни и те же мысли, одни и те же слова... Как я ненавижу весь этот сброд, всю эту пустоту и пошлость. А он там с ними, улыбается... Как же меня тошнит, но и как я... ревную. Да, ревную! И тут ничего не поделаешь!