Прочерк слева

Шесть часов настали довольно быстро для Хичоля и неприятно быстро для Донхэ. В это время последний уже мыл квартиру первого, которого ещё не было дома. В восьмом часу Донхэ уже прибрал абсолютно все. Зайдя на кухню, он решил посмотреть, чего съедобного есть в холодильнике хозяина. Немного подумав, он решил приготовить что-либо хозяину: во-первых, Хичоль скорее всего будет голоден, когда вернется, во-вторых, может он станет добрее, хорошо поужинав, в-третьих, Донхэ умел готовить, но он уже давно не готовил чего-то действительно шикарного, а здесь были все необходимые продукты и даже больше. Донхэ не знал, как называлось все, что он умел готовить, он просто достал мясо и приготовил его так, как умеет. Стол уже был полностью накрыт, с кухни распространялся аппетитный запах приготовленного мяса на весь дом. Хичоль ещё не шел. Донхэ отправился в другие комнаты с целью чем-нибудь занять себя. Войдя в спальню, он повалился на кровать. Устав смотреть в потолок, он повернулся на бок. Проскользнув по окну взглядом, он наткнулся на прикроватную тумбочку. На ней стояла бутылка вина с пустым бокалом, ниже была полочка, на которой лежало две книги. Одна была закрыта, из неё торчали разноцветные закладки, другая была открыта на середине, на развороте лежала ручка. Ниже была дверца. Просто дверца. Донхэ поднялся с кровати на волне любопытства. Присев перед тумбочкой на пол, он открыл дверцу. Бумаги, бумаги, некий бардак неразберихи. Среди всего он задел взглядом конверт, лежавший самым верхним, из которого немного торчали фотки. На них был кто-то, может Хичоль, может и не он. Рука потянулась к конверту, в это же время раздался шум в коридоре. Хичоль пришел. Донхэ вскочил с пола, захлопнув дверцу, выходя навстречу к Хичолю. Лицо брюнета не выдавало каких-то эмоций, он дал в руки Донхэ пиджак, ни разу не взглянув на него. -Чем пахнет? -Что?... А, это я мясо приготовил. -Мясо? – Хичоль с интересом посмотрел на Донхэ. Тот постарался улыбнуться, но что-то ему помешало, и он смущенно опустил лицо, - странный ты: вчера боялся придти, сегодня даже приготовил мне еды. Что это: попытка отравить или забота? -Мне было нечем заняться. Хичоль прошел в кухню. Стол был накрыт, основное – мясо, бутылка вина, ещё некоторая еда на перекус в небольшом количестве. Донхэ стоял позади него, не зная, лучше он сделал или хуже, приготовив еды. -Отлично, попробуем. Я в душ. Донхэ сел за стол. Хичоль долго в душе не был, придя уже одетый в брюки и расстегнутую белую рубашку. Он сел за стол. Взял в руки приборы. -Имей ввиду, ты ни за что не найдешь моих денег в этой квартире. Донхэ нахмурил брови, пытаясь понять, о чем говорит Хиним. -Даже если ты сможешь от меня избавиться, мою пропажу заметят завтра же, когда я не явлюсь на работу. Хичоль серьезно глядел на Донхэ, призывая его одуматься от того, чего и не было. -И даже не смей что-либо делать с моим телом. -Да нет там ничего. -Как хочешь, я предлагал одуматься, - Хичоль положил приборы на стол, - Садись рядом со мной. Донхэ встал со своего места, садясь на стул, ближний к Хиниму. -Пробуй. Проткнув кусочек мяса вилкой, Донхэ отправил его в рот. Хиним все время за ним внимательно наблюдал, находя в такой простоте некий подвох. Повеселев от такого недоверия, он проглотил мясо, открыв рот на обозрение Хичолю. Веселость тут же улетучилась, как только Хичоль больно схватил прядь волос Донхэ сзади, оттягивая его голову назад. Он проник языком в рот Донхэ, обследуя все места, где могло оказаться мясо. Донхэ в это время смотрел на кожу Хинима. Хичоль опустил волосы Донхэ, прерывая обследование и хватаясь за приборы. Донхэ ещё некоторое время не понимал, что произошло, Хиним, как ни в чем не бывало, ел мясо, порой запивая вином. Он отметил про себя, что парень хорошо готовит, но не счел нужным сообщить ему эту новость. Донхэ наблюдал, как он ел, скользил по его чертам лица, особенно задерживаясь на губах. Эта часть тела ему нравилась в его лице особенно. Порой они казались ему неаккуратным крупным пятном на лице, порой казались недопустимо пухлыми и сексуальными, а порой хорошо очерченным и распухшим розовым цветком, независимо от этого, они всегда казались ему жутко чувственными. Донхэ уже не ощущал, что рассматривает их уже долгое время, прикусив свою губу. Губы шевелились, не давая спокойствия глазам Донхэ. Да что с ним сегодня такое? Кажется, он совсем сдурел от переживания. Хичоль выпил ещё вина. Рука Хичоля сжала бедро Донхэ. Хиним немного приблизился. Донхэ хотел отстраниться от Хинима, но рука последнего притянула его голову ещё ближе к хозяину, который медленно, но жарко коснулся губами губ Донхэ, заставляя кровь перемещаться быстрее. Опять тот вкус алкоголя. Теперь ясно, что это вино. Последовало ещё несколько прикосновений губ, спускаясь к подбородку. Легкие поцелуи, не навязчивые, но пробуждающие приятные мурашки по телу, тянулись к шее. Рука хозяина гладила внутреннюю сторону бедра через джинсы. Немного осмелев, Донхэ попытался убрать руку со своей ноги, но рука с большой силой сжала его ногу, а Хичоль спокойным голосом прошептал на ухо: «Даже не вздумай сопротивляться», затем больно прикусил мочку уха, отчего Донхэ тихо вскрикнул. Рукой пройдясь по ширинке, Хичоль задействовал обе руки, запуская их под рубашку Донхэ, проходя путь по коже до сосков, заставляя парня ощущать тесноту в штанах. Донхэ пытался не поддаваться Хичолю, но одна из частей таза не была с ним солидарна, пытаясь вырваться наружу. Хичоль вытащил руки из под рубашки Донхэ, взяв крепко обеими руками за края воротника, он рванул их в стороны, порвав верхние пуговицы. «Не носи больше эту рубашку» - таков был комментарий к этому действию. Хичоль проложил дорожку поцелуев от плеча до подбородка Донхэ, снова оттягивая его голову за волосы. Встав, он схватил Донхэ за рубашку, таща его за собой в спальню. -Раздевайся. Донхэ сначала просто принял информацию, после, уже обработав её, он застыл в нерешительности. -Давай-давай, - Хиним сложил руки на груди. Несмело Донхэ расстегнул оставшиеся пуговицы рубашки, скидывая её на пол. Ещё более медленно и нервно Донхэ стянул штаны и носки. Потом к нему подошел Хичоль. Он опрокинул его на кровать спиной толчком в грудь. Сев рядом с ним, он рукой спустил немного его трусы, задевая член с слегка ослабшей эрекцией. Проведя пальцами по самому низу живота, он обхватил член Донхэ, парой движений сомкнутых вокруг ствола пальцев приведя его в предельное состояние. Донхэ больно прикусил губу, сдерживая стон. Хичоль склонился над ним, ослабляя хватку руки, державшей член: -Теперь ты сам, Донхэ. Стянув до конца трусы парня и бросив их в сторону, Хичоль сел на кресло возле кровати, ожидая действий со стороны лежащего. Последний неуверенно коснулся своего члена: ему не доводилось ранее трогать этот орган в возбужденном состоянии. Прикрыв глаза, Донхэ решительно обхватил свой член. Проводя вверх сомкнутый круг из пальцев, он резко опустил его вниз. Еще несколько раз это повторенное со стыдом движение заставило его ускорить темп. Выгнув немного спину, Донхэ сильнее прикусил губу. Хиним увлеченно следил за Донхэ, смотрел на худоватое тело парня: оно не было тощим, но и ничего лишнего найти было нельзя, разве что ощущалась небольшая нехватка веса для его возраста, делавшая щеки Донхэ слегка впалыми. В любом случае, в нем было, что пощупать: Хичоль сразу заметил его упругую мягкую попку. Также у него виднелись слабые намеки на мышцы. Миловидное личико тоже устраивало Хичоля, в общем, Донхэ соответствовал всем его внешним стандартам. Хиним смотрел на лицо парня, с нахмуренными бровями закрытых глаз и прикушенной нижней губой, на затвердевшие розовые соски, на чрезмерно набухший член, на нервно стремящуюся к разрядке руку. В момент, когда Донхэ сильнее выгнулся, простонав в голос и пачкая живот своей же спермой, Хиним подошел к нему, усевшись меж его ног и наблюдая за происходящим. Донхэ, придя в себя, открыл глаза, убирая руку с члена. Стыд, исчезнувший несколько минут назад, нахлынул с новой волной, заставляя приливать горячую кровь к щекам. Донхэ старался не смотреть в глаза Хинима. Последний взял его руку, пачкая её пальцы в сперме. -Облизывай свои пальцы, - Хиним пододвинул испачканную руку ко рту парня. Донхэ засунул два пальца в рот, - Смачивай обильнее. Донхэ следовал инструкции Хинима, уже более не занимаясь самодеятельностью. Хозяин взял его за бедра, разводя их широко в стороны и повыше, коленками ближе к лицу Донхэ. -Теперь засунь их в себя. Донхэ чуть не поперхнулся, услышав это. Вынув изо рта пальцы, он не сразу нашел на ощупь анус. Просунув медленно один палец в себя, преодолевая неудобства, он протиснул и второй, но с гораздо более большим усилием. Чувствуя жуткое смущение, он закрыл глаза, лишь бы не смотреть на Хичоля. -Пошевели пальцами. В первый раз за последние часы в Донхэ вспыхнул огонь негодования. Что он делает? Что позволяет себе этот парень? Мало ему над ним надругаться, так теперь Донхэ должен сам ему помочь в этом! А в общем, его недовольство было бесцельным, так как Донхэ уже шевелил пальцами, щадя свой анальный проход. Лучше уж он, чем Хиним. Последний уже потянул его руку, освобождая пальцы из узкого прохода. -Поворачивайся, - Хичоль помог ему повернуться, взяв его за таз, - На колени встань. Хиним надавил на спину Донхэ, заставляя его согнуть руки и опереться локтями на постель. Расстегнув ширинку и выпустив своё возбуждение на волю, Хиним раздвинул ягодицы парня, пристраиваясь членом к дырке, не быстро, но больно из-за узости проникая внутрь. -Расслабься, - Хичоль провел пальцами по позвоночнику парня, немного проталкиваясь внутрь, взял руками за таз, насаживая парня на свой член до предела. Донхэ сжал кулаки и зажмурил глаза, сдерживая боль. Хиним медленно начал двигать тазом, одновременно руками насаживая парня на член, при каждом встречном толчке стараясь войти глубже. Несколько толчков были напряженными, нарушаемыми лишь тяжелым дыханием старшего и сдержанными выдохами младшего. С увеличением количества толчков убыстрялся темп, сильнее руки сжимали таз парня, тяжелее становилось дышать, труднее получалось сдерживать стоны. Донхэ выгнул спину, давая наслаждаться Хиниму его телом и физически, и зрительно. Хиним услышал довольно громкий для первого стон Донхэ. В комнате стало душно и шумно, перемешались вымученные стоны Донхэ, шлепки и слишком тяжелое дыхание Хичоля. На этот раз мозг Донхэ полностью затуманился от удовольствия, и он немного шире раздвинул ноги, чтобы старший мог проникнуть глубже. Хичоль дерзко ухмыльнулся, заметив это движение парня. Он прикусил губу, прикрыв глаза, немного откидывая голову назад, не прекращая рывков, не таких частых, но резких и глубоких. Донхэ ещё сильнее и измученнее застонал, нетерпеливо поддаваясь навстречу в стремлении к желанной до дрожи разрядке, стараясь задерживать феерический момент соприкосновения простаты и члена. Хиним решил все же подсобить Донхэ, изнывающему от близкого, но не наступившего ещё оргазма, сокращая амплитуду толчков в горячем теле, не уходя на далекое расстояние от простаты, часто задевая её. Донхэ протяжнее и громче застонал, сильнее прогибаясь. Ещё несколько мгновений задерживая момент, он устало опрокинулся лицом в подушку, прекратив опираться на локти. Почти следом он почувствовал исчезновение достаточно сильного чувства боли благодаря извлечению члена и горячую жидкость на своей пояснице. Хичоль снял свою рубашку, протирая ею спину и живот обессиленного Донхэ, кидая её на пол. Также он стянул брюки, отправив их туда же, укладываясь на соседнее место с Донхэ, который уже немного пришел в себя, чувствуя жуткое опустошение и неправильность происходящего. Хиним накрылся одеялом, накинув немного на парня, который начал содрогаться от приступа плача. -Теперь каждый раз будешь реветь после секса? К чувствам Донхэ, кроме опустошающего ощущения, что его используют против его воли, прибавилось сильное чувство неправильности подобных событий. Он бессильно заплакал, уткнувшись в подушку. Хичоль запрокинул руки за голову, лежа на спине, он смотрел в потолок, о чем-то думая. Явно не о том, что происходило и происходит в комнате. Немного успокоившись, Донхэ тоже лег на спину, вглядываясь в потолок: -Это все неправильно, я же сказал. -Это ты так думаешь. Этот секс выходит за принятые общественные рамки, созданные неизвестно кем, а ты стараешься держаться в рамках, поэтому тебя это так волнует, - Донхэ удивленно поглядел на Хичоля: тот совершенно точно смог понять, что хотел ему сказать Донхэ, практически ответив на не заданный, но тревожащий его вопрос. -Но дело в том, что я не гей. -Ты гей. Ты бы видел, как ты на меня пялился, вспомни, как у тебя встал на меня, - Донхэ смутился – до данной минуты он думал, что Хичоль ничего не заметил тогда, - Как ты стонал подо мной от удовольствия. Тебе понравилось, не отрицай. Даже не сомневайся в своей гомосексуальности. Прими это и не мучайся. Лицо Хичоля показалось Донхэ грустным. Это казалось немного нереальным, но было действительно так. -Не будешь заложником общества – избавишься от многих проблем. Хиним привстал. Помяв подушку, он прилег на спину, собираясь спать. -И не реви больше. Это на меня никак не действует, разве раздражает, - более холодным тоном произнес Хичоль, закрывая глаза. Донхэ думал над словами Хинима ещё некоторое время. Долго не засыпать не получилось – сказалась физическая и моральная усталость, и Донхэ заснул крепким сном младенца.