Мир, в котором есть ты...

       *От лица Сиэля*        Как я уже говорил мои бывшие слуги устроились на работу. Мэйлин пошла инструктором по стрельбе, Финни захотел быть почтальоном, а Бард устроился в итальянский ресторан, нет, не поваром, он развозит блюда людям прямо домой. Это прекрасно, так как иногда, в качестве поощрения, ему дают пиццу или лазанью, или ещё что-либо крайне вкусное.        Но пару дней назад у них закончились отпуска и теперь они возвращаются домой позже обычного.        Я же продолжаю постепенно осваивать Лондон. Не так-то уж легко снова прочувствовать город. Периодически чувствую себя не в своей тарелке, ведь Лондон, хоть и постарался сохранить старое лицо, потерпел колоссальные изменения. И кому, как не мне, это ощущать.

***

       Сегодня у нас было семь уроков. Последний – английский язык. Я хотел было уходить, но учительница меня окликнула:        — Сиэль, пожалуйста задержись ненадолго, хочу тебя кое о чём попросить, — загадочно начала она.        — Понимаешь ли, все родители приходили ко мне познакомиться ещё до начала учёбы. Ты подал документы поздно... Но не суть. Я бы хотела видеть твоих родителей. Ты не переживай, мне просто интересно, что они за люди. А поскольку большинство наших родителей занятые люди, я предупреждаю заранее. Объясни им пожалуйста, что всё в порядке, я просто немного поговорю с ними о программе, о тебе и о школе... Так спросишь когда родители смогут прийти?        — Никогда.        — Что прости? — Эндра действительно меня не поняла.        — Мои родители умерли и не смогут прийти к вам.        — Сожалею, — сказала она, и добавила, — прости, я не хотела тебя обидеть или расстроить...        — Всё в порядке, не берите в голову, — вот терпеть не могу, когда люди начинают долго перед тобой извиняться, конечно ими движет жалость или ещё-то, но в таких случая одного "прости" достаточно, я не глухой – услышу.        Она быстро взяла себя в руки, однако я отметил, что тема смерти для неё болезненна и тяжела. Не пора ли мне писать в блокноте о вас, Мисс Уэллс?        — Тем не менее с кем-то ты ведь живёшь?        И что мне ей сказать? Живу с такими родными, но одновременно абсолютно чужими людьми?        — С дядей, — совершенно спокойно и уверенно произношу я.        Чёрт! Зачем я это сказал?! И кто теперь будет моим дядей? Бард или Танака? Да нет уж, спасибо. Себастьяна попрошу. Он ведь "идеальный дворецкий семьи Фантомхайв", что ему стоит чуть-чуть побыть идеальным дядей.        — Ну вот пусть дядя и приходит.        Ааа! Какой Себастьян, его же нет? Черт! Ну кто меня за язык тянул? А что я мог сделать? Если бы я промолчал, было бы по меньшей мере странно.        — Он не может.        — Что, не найдёт на своего племянника время?        — Просто он сейчас не в Лондоне. Он уехал! — гениально, Сиэль ты просто молодец. Чего улыбаешься, дурак? Это был сарказм. Если он уехал, то...        — Пусть придёт, когда приедет. Когда он возвращается?        Прекрасно, даже преподаватель языка воспользовалась дедукцией, а ты нет!        — Эээ... через неделю.        — Отлично, значит в следующий понедельник, после уроков. До завтра, Сиэль.

***

       Бреду по улице совершенно опустошенный. И где я возьму дядю через неделю? Мне нужно знать где Себастьян. Мне нужен совет. А кто знает всё всегда? Он же бессмертный, вдруг ещё на прежнем месте...?(Бинго!) Как я раньше не додумался заглянуть на огонёк?        Перехожу улицу и сажусь на автобус, следующий в совершенно другом направлений, чем тот, которым я пользуюсь обычно.

***

       Быстрым шагом спешу по улице, но вскоре срываюсь на бег. Останавливаюсь у поворота. Это там, за углом. А если нет? Ну, если нет, значит зря потратил время и одну поездку...        Всё же решаюсь заглянуть и... О да! Вот она, на прежнем месте. Даже вывеска та же! А если не он?... Да что за бред, вывеска та же, а гробовщик не тот? Подбегаю и останавливаюсь у входа. Резко дёргаю ручку двери, точно такой же, как была раньше.        Захожу внутрь и никого. Только колокольчик над дверью извещает владельца о моём приходе. А тут всё так же, по прежнему жутковато. А без Себастьяна вообще плохо.        Слышу легкие шаги... И выходит он. Все мои сомнения сразу улетучились. Это точно он! Кто ещё в двадцать первом веке будет выглядеть подобным образом?        — Оооу... кто ко мне пожаловал? Юный граф. Давненько вас не было видно. Плата та же...        Неожиданно для нас обоих, подлетаю к нему и крепко обнимаю. А он теплый и совсем не страшный...        Он начитает смеяться и я спохватываюсь. Тут же отпускаю его. Мне даже обидно стало - ненавижу когда надо мной смеются. Чувствую себя оскорблённым в лучших чувствах. Он замечает, от его глаз вряд ли что-то скроется...        — Ну не злись, юный граф. Я тоже рад тебя видеть. Но что привело тебя ко мне?        Рассказываю свою историю честно. Ага, честно умолчав о поцелуи и о своём желании видеть Себастьян. Нет, я не хочу его видеть, просто обстоятельства сложились и мне надо.        Он подходит ближе и наклоняется. Путь к отступлению мне отрезал гроб, стоящий позади, и так любезно открытый. Но мне пока рано.        Между тем он внимательно разглядывает мой глаз под разными углами. Вдруг неожиданно проводит чёрным длинным ногтем по щеке вверх к глазу, неприятно надавливая на кожу. Честно, стало не по себе, в тот момент.        — А граф пробовал звать его? Прелестные глазки! Жаль, теперь мне их точно не получить. Впрочем, я давно думал...        Я отпрянул так резко, что споткнулся и точно свалился бы, если бы не те же когти, поймавшие меня. А ведь какие острые... Нужно будет подарить ему маникюрный набор. Интересно, обидится или нет?        — Знаешь, мне мои глазки тоже нравятся, так что не надейся.        — Жаль, очень жаль, — он извлек из-за стола банку, в ней, какой-то жидкости плавали разные глаза зеленых цветов, — смотри.        — Фу! Убери это!        — Ах, граф не ценит прекрасное... Так звал или нет?        — Да, мы говорили о Нём...        — Имя, юный граф, вам нужно имя.        — С чего бы мне звать его по имени, он лишь мой слуга, к тому же теперь бывший. И не придёт, наверное.        Он как-то странно посмотрел на фиолетовый глаз:        — А меня кажется, граф просто боится позвать. Боится произнести его имя.        — Что за бред, — как можно более уверенно произношу я, понимая, что Гробовщик прав. Я боюсь и сознательно подбираю синонимы к слову "Себастьян".        Он вдруг засмеялся.        — Я зайду позже, —говорю и направляюсь к двери.        Сквозь безумный смех слышу:        — Имя, только назови имя.        Это, по истине, самый необычный поход в гости за всю мою жизнь. И, как оказалось потом, один из самых полезных.

***

       В поисках Себастьяна я наматывал круги по старым улицам города. Отправляясь после школы и возвращаясь домой часов в шесть-семь сразу садился за уроки. Так проходили мои будни.        За это время я открыл для себя много всего интересного, а в прошлые выходные потащил своих "родных" в музей. Впрочем, мы быстро разбрелись по нему исходя из интересов и возраста, а точнее... думаю, вы сами поймёте.        Музей Естественной Истории открыт был давно, однако таким количество экспонатов как сейчас не славился никогда. Представьте только, более 70 миллионов, даже в голове не укладывается.        Сначала мы вместе пошли смотреть динозавров. Знаете, когда в музее разрешена фотосъёмка это и хорошо, и плохо одновременно. Народу в зале полно, впрочем об этом можно было судить по километровой очереди, которая на моё удивление рассосалась довольно быстро.        Как я уже говорил, мы разделились: я пошел смотреть коллекцию минералов и палеонтологические раскопки, а остальные бабочек и зверюшек. Мы договорились встретиться около диплодока через два часа.        Когда поднялся на второй этаж, создалось впечатление что в музее два-три человека. Как будто кроме ящериц-переростков смотреть нечего!        Я же нашёл свою экскурсию довольно познавательной. Из-за обилия всего глаза разбегались, но зато каждый здесь мог найти себе зал по вкусу.

***

       А между тем уже подошла среда. А как говорится "среда подошла и неделя прошла", поэтому мне стоило бы поспешить с поисками.