Развей мою тьму

Я целую тебя под ключицу. Кожа – теплое молоко. Как ты можешь со мной приключиться Так внезапно и так легко? Ветру в косы бессмертник вплету я - Пусть он флейтой своей поет. А в груди твоей сердце бунтует Так похожее на мое.

      Проснулся он от боевого сигнала. Приоткрыв глаза, увидел, как эльф вскакивает с кровати, быстро одевается и выбегает из шатра в предрассветные сумерки. Полежав с минуту, вглядываясь в темноту, он решил, что можно поспать еще. Второй раз он проснулся, когда сквозь щели входа в шатер проникали солнечные лучи. Потянулся, чувствуя в теле легкость. Картинки прошедшей ночи замелькали перед глазами, и Зорат стиснул кулаки. Его поимели, как какую-то девку. Щеки залились румянцем, а дыхание участилось. Если бы эльф сейчас оказался перед ним, он бы кинулся на него с кулаками. Но злился больше на себя, за то, что так быстро уступил, не оказав должного сопротивления. Да, у него скованы руки, и он был ранен и ослаблен, а жажда крови затуманила разум. Но сейчас, при свете дня, это казалось лишь отговорками. Вампир загнул руку за спину и провел рукой по дырочке. Она была слегка припухшая, и палец легко скользнул внутрь. Чуть-чуть щипало, но сильных болевых ощущений не было, сказалась порция крови, что усилила регенерацию. Зорат прикрыл глаза, вспоминая ее потрясающий вкус. Он лишь однажды, не считая мамы с папой, пил кровь у живого существа - это была человеческая куртизанка. Но ее вкус не шел ни в какое сравнение с кровью рыжего. Вампиры до десяти лет кормили своих отпрысков собственной кровью, взрослые питались специально подготовленной сывороткой в магических шарах. Пить кровь друг у друга было сравнимо с признанием в любви. А брать насильно у живого существа было дурным тоном, да и не так она насыщала, как отданная добровольно. Ведь кроме физической, она имела еще и ментальную составляющую. Поэтому Зорат с десяти лет питался как взрослый, пока девушка для своего интереса не попросила укусить ее. Видимо, наслушалась каких-то романтических бредней про вампиров. Тогда он не испытал ничего особенного, просто было чуть вкуснее и волнительнее. Но после сегодняшней ночи, ему казалось, что у него началась ломка - так хотелось почувствовать еще раз вкус крови эльфа. Или все дело было в сексе и оргазме? Да, скорее всего в этом. Организм находился в эйфории, и в крови было много гормонов счастья. Поэтому Зорат был так впечатлен. Он вынул палец из своей попы и стал ходить по шкурам туда-сюда, насколько позволяла цепь. Наткнулся на свои штаны, решил натянуть их, заодно стянул ненужные уже бинты. Осмотрел плечо - на морде дракона, что был вытатуирован на руке, остался небольшой шрам. К вечеру уже ощутимо хотелось есть и пить. Эльф вернулся далеко за полночь и наткнулся на недовольный взгляд вампира. - Что? - спросил он с порога, снимая запыленный плащ. - Ты по мне соскучился? Не дождавшись ответа, разделся до штанов и сел за стол, достав из шкафчика кувшин с вином, хлеб, сыр, фрукты. Уже поднося кусок ко рту, словил взгляд вампира. - Точно! Ты же голодный! Сложив на тарелку половину своего ужина, протянул ее Зорату. Тот помедлил пару секунд, но все же взял подношение. Вернувшись к столу, налил стакан вина и поставил на пол рядом с пленником. Ужинали они молча. Как только эльф отставил пустую тарелку, Зорат напрягся, неосознанно поджимая ноги и скаля клыки. - Только не делай такой грозный вид. Признайся, тебе же понравилось. Вампир зашипел, выражая этим свое презрение. - Расслабься, я сегодня слишком устал. Эльф потушил лампу и лег на кровать. Зорат еще несколько минут сидел, вглядываясь в неподвижный силуэт, но вскоре расслабился, понимая, что его сегодня трогать не собираются. Весь следующий день Шантиэль провел в шатре, изредка куда-то отлучаясь. Он читал книги, пил вино, почти не обращая внимания на своего пленника. Правда, кормить его не забывал, посмеявшись над кислой миной юноши, увидевшего очередные овощи-фрукты. Эльф знал, что вампиры предпочитают мясо, но ради него не собирался менять свое меню. Когда начало смеркаться, пленник начал ловить на себе все более заинтересованные взгляды. На самом деле за весь день он уже умаялся со скуки, попросить книгу не позволяла гордость. И вампиру ничего не оставалось, кроме как наблюдать за своим врагом, поэтому перемену его настроения он заметил сразу. Шантиэль отложил книгу и потянулся, отчего рубашка задралась, показывая подтянутый живот с небольшими кубиками на прессе. Зорат с неудовольствием признал, что эльф очень даже красив. У него была гладкая кожа, подтянутое мускулистое тело и приятный запах. Засмотревшись на оголенный живот, он не сразу обратил внимание на пристальный взгляд. А когда они пересеклись, эльф встал с кровати и вальяжной походкой хищника стал приближаться к нему. Но вампир на этот раз был настроен решительно, встав на ноги, удлинил когти и обнажил зубы. Шантиэль лишь усмехнулся. - Не хочешь сдаваться? Прошлой ночью я был почти нежен с тобой, но все может быть иначе. - Ты всего лишь отморозок, не способный получить любовь добровольно. - Любовь? Кто говорит о любви? Поверь, мне вполне достаточно влюбленных мальчишек, что бегают за мной хвостами и готовы отдаться по первому зову. - Тогда что тебе надо от меня? - вздернул бровь вампир, выражая свое недоумение. - Ты интересная зверушка, с которой весело играть. Еще на поле боя ты поразил меня. Своими движениями, техникой мастерства, силой, равной моей. И теперь, когда ты в моих руках, я сломаю тебя, как игрушку. - Ты больной! Тебе проще убить меня, чем сломать. - Посмотрим. Эльф с безумной улыбкой подошел вплотную. Зорат взмахнул связанными руками, целясь когтями в глаза, но движение было перехвачено. Больно сжав его запястья, Шантиэль дернул руки вниз и попытался придавить телом. Тут же получил ногой в живот, но рук не выпустил, перекручиваясь и падая вниз вместе с соперником. Они валялись на шкурах, перекатываясь и кусаясь, как дикие звери. Эльф был уже весь в крови и царапинах, нанесенных острыми зубами и клыками. Вампир дрался с яростью раненого животного, но скованные руки не давали ему биться в полную силу. Он получал сильные удары кулаками и коленями. Наконец, длинноухому удалось прижать его лицом к шкурам, зажав руки под его же животом. Тяжелое тело соперника не давало вампиру пошевелиться, да и сил почти не осталось. Не дав ему и себе отдышаться, эльф рванул с него штаны, разрывая по кусочкам. Одной рукой он нажимал на спину, не давая Зорату подняться и скинуть его с себя, второй смочил пальцы слюной и вставил сразу два в узкий проход. Юноша не сдержал вскрика, зажимаясь сильнее и принося себя еще больше боли. Но Шантиэль был беспощаден, двигая пальцами внутри. Через минуту он вытащил их, и вампир вновь задергался, пытаясь освободиться. Но тут же замер, пронзенный болью, когда любовник одним движением ворвался внутрь, на всю длину, преодолевая тесноту и сопротивление мышц. Замерев лишь на секунду, он начал двигаться, размашисто, грубо, вбиваясь до конца. Он уже не видел открытого в беззвучном крике рта юноши, и слез, непроизвольно вытекающих из глаз. Слышал лишь хриплое дыхание, и чувствовал напряженное, словно струна, тело. Сколько это продолжалось, Зорат не знал. Боль уже притупилась, и даже проблескивало что-то вроде удовольствия. Он чувствовал горячую и твердую плоть, скользящую внутри него, растягивающую и заставляющую выгибаться и приподнимать зад, чтобы слабые импульсы, как от маленьких молний, прошивали все тело. Шантиэль перестал давить сверху, наоборот, поддерживал за живот и начал рукой массировать его член. Сделав еще несколько сильных и глубоких толчков, эльф излился внутрь. Зорат почувствовал облегчение, когда он вышел из него, но вот собственный член был напряжен до предела. Любовник развернул его на спину и склонился к самому лицу. - Поцелуешь меня, и я помогу тебе кончить. - Иди ты... - сдавленно прошептал вампир, отворачиваясь от него. Эльф улыбнулся и скользнул вниз, беря член в рот и заглатывая почти целиком. Юноша застонал, не сдерживаясь, и почти тут же сотрясся в оргазме. Шантиэль проглотил все до капли, вылизав напоследок ставшей чувствительной головку. Пока Зорат приходил в себя, он подтянулся выше и впился в его губы, нагло раздвигая их языком. Вампир почувствовал свой вкус, чуть перебиваемый полынной горечью губ эльфа, и это несколько шокировало его, но никакого отвращения он не испытал. Зато ощутил, как его задница саднит и пульсирует. Тут же стиснул зубы, мстительно кусая за губу. Эльф отпрянул. - Тварюга кусачая. Он встал, схватил полотенце и вышел на улицу. Вернулся уже весь в капельках воды, стекающих по обнаженному телу, и кинул мокрое полотенце пленнику. - Вытрись, а то выглядишь как шлюха. Вампир зашипел, сверкая клыками и злобным взглядом, но эльф не обратил на это никакого внимания, выключив свет и улегшись в кровать. - Сука! - сказал пришедший в себя вампир, но его нагло продолжали игнорировать. Полночи он опять не мог уснуть, вертелся и вздыхал, и Шантиэль злился, грозясь связать его как гусеницу, чтоб не мог даже пошевелиться и вставить что-нибудь в зад по самые гланды, чтоб наверняка. Зорат притих ненадолго, но бессонница и чувство обиды гложили его, и он вновь зашевелился, надеясь, что эльф спит уже крепким сном. Но его надежда не оправдалась: Шантиэль подскочил на кровати и открыл сундук, что-то там выискивая. Вампир застыл, наблюдая, как эльф приближается к нему с веревкой и огурцом в руках. Второе напугало его больше, чем первое. Молниеносно, словно кошка, длинноухий кинулся на него, быстро скрутив. Уткнув лицом в шкуры, он протянул его руки под животом между ног и привязал их чуть выше колен. - Доигрался, сучонок. - Что ты делаешь? Прекрати! Я убью тебя! - заорал кровосос, почувствовав, как его ягодицы раздвигают и плюют прямо на дырочку. Затем что-то твердое и пупырчатое начинает с силой проникать в его растянутый проход, и Зорат догадался, что это зеленый овощ. - Скотина! - Так ты будешь спокойнее, - прошептал эльф, вогнав огурец до конца, и облизнув натянутое колечко мышц вокруг. - Если ты будешь молчать, я освобожу тебя утром. А если нет, то ты пролежишь так целый день. Понял? - Ненавижу! - Я спросил, ты понял? - Да. Удовлетворенный, Шантиэль вернулся на кровать. Зорат застыл в неудобной позе, максимально расслабившись, но в заднице все равно ощутимо тянуло, и, как ни странно, его член начал проявлять признаки возбуждения. Он шумно выдохнул через зубы. - Еще один звук, и в тебя поместится еще один огурец. Промучавшись еще с час, вампир все же смог задремать. Всепоглощающая тьма утянула его в свои объятья, он вроде и не спал, но ничего вокруг не видел, словно падая в бесконечную бездну.