Rara avis

Губа разбита, но совсем не больно, Слышны в ночи одни мои шаги. Дурак, решил признаться, что ж доволен Ты тем, что растоптал свои мечты? Урод – пропащий винтик из системы, Ты знал об этом, но надеждой жил. Ты верил раньше в то, что синий – синий, Себе же верить больше нету сил. Ты раньше думал, что любовь желанна, Любую девушку ты покоришь на раз, Но сердцу не прикажешь, как ни странно, Теперь лишь на мальчишек падок глаз. Неправильно все это, чуешь кожей, Неправильно, но сам пошёл к нему, В глаза его смотрел, искал хоть что-то, И на весь класс сказал ему: «Люблю». Разбитая губа уже не ноет, И разум поглотил твой алкоголь. Хотел быть рыцарем, любимым быть героем, А стал отверженным скитальцем под Луной. Не прав, а в голове сплошные взгляды, И в лицах видишь надпись: «Затравить». Быть не таким, как все – это награда? Чушь… Я не знаю, как мне дальше быть. И в голове, как рой, поток из мыслей, И вновь вопросы, но ответа нет. Напиться, да, хотел я лишь напиться, Но, кажется, обрел вновь жизни свет. Я сам не знал, куда ведёт дорога, Я просто шёл, не зная ни о чём. Но тут из бара, что неподалеку, Мужчина вышел и ко мне пошёл. Он пьян был точно, и его шатало, А волосы его качались в такт. Был невысок, но это не пугало, Красив, хоть не держался на ногах. Он был как сон, как поутру похмелье: Обещанная сладость, после – ложь. И всё, что видел я – его улыбку, И в тот момент мне тело била дрожь. Как Мона Лиза, что терзает взоры, Улыбку чью не в силах разгадать, Я видел лишь его, глупец, не спорю, Но даже не пытался убежать. «Есть восемнадцать?» – ты спросил, надеясь. Хихикнул про себя, а, может, вслух. Но ты был пьян, я – пьян, и всё решилось, Когда моих коснулись губы губ. И вот тогда нашлись на всё ответы, Я осознал, что я не одинок. И под лучами лампового света Сошлись боль, похоть и ещё… любовь?