По буквам

Курсивом смс Сухо… Безумие длится третью неделю… С изрядным постоянством запираюсь в любом свободном гостиничном номере, в туалетах телекомпаний, мои стоны не слышны разве что в Европе… Привычка носить с собой бумажные салфетки приводит всех в недоумение. Пока ребята копаются со своими сумками и плетутся к выходу, наплевав на обязанности лидера, бегу в фургон и, закрыв все двери, достаю из кармана телефон. Чунмен 5 минут назад прислал смс о том, что свободен и мы можем продолжить изучение тазобедренных косточек, так некстати упиравшихся в мои бедра два дня назад. Виртуально упиравшихся… Я не успеваю набрать его номер, как экран озаряется новым сообщением. Нет, на этот раз ммс. Забыл, как дышать, в горле что-то щекочущее и сладкое, всеми силами упирается лапками в стенки гортани и не дает потоку воздуха влиться в легкие. Он прислал мне фотографию своего обнаженного живота. Я не могу сосредоточиться и прочесть запись, взгляд упирается в пупок и едва различимую дорожку волос, интригующе теряющуюся под дорогим кожаным ремнем. Дверь машины пытаются открыть, но тщетно, дергают снова и снова, резкие звуки заевшей ручки отрезвляют. Сранный минивэн, слишком шумный. Тянусь и разблокировываю двери. Чен смотрит странным взглядом и тихо шепчет: - Ты совсем охренел, да? Зачем заперся? - взгляд падает на телефон, и я молюсь, чтобы экран потух и не выдал меня с потрохами. Кореец разглядывает меня и выдает. - У тебя такое лицо сейчас… хищное, будто ты готов трахнуть первого встречного. Я все еще окончательно не пришел в себя, но попавший в точку смысл его слов медленно проникает в мозг, я натянуто улыбаюсь: - Угадал, я именно этого сейчас и хочу… Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза, мне на самом деле нужно держать себя в руках, но это просто нереально. Сухо играет моими чувствами, затрагивает все необходимые точки и выводит меня из себя. И если раньше, я просто умирал от постоянного чувства отчаяния и тревоги, то теперь я хочу его 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Мой мозг функционирует на уровне животных инстинктов, я уверен, что долго просто не протяну, сорвусь и сотворю что-нибудь... Все эти сводящие с ума разговоры, фотографии разных частей тела и безумные смс - это естественно, без этого не может быть отношений на расстоянии. Но в конце концов тебя просто сносит волной похоти, и единственная, выжившая после бури мысль - кого-нибудь трахнуть. Закрывая глаза, пытаясь не вдыхать запаха неродного тела, потому что не хочешь марать память ненужными воспоминаниями, потому что иногда просто хочется сделать вид, что сейчас под тобой именно он, и именно он выгибается и просит разрешить ему кончить. "Чунмен-а, не делай больше этого, иначе я не сдержусь, ты не представляешь, что со мной творится…" Ребята галдят всю дорогу, Тао почему-то опять обтирается с Ченом и мне ужасно смешно смотреть на жалкие потуги отрепетировать их теоретический, но очень страстный фансервис. Я разглядываю макнэ, прикидывая каким бы он был в постели, но тут же отсекаю всякие мысли о подобном и едко, в шутку, замечаю: - Ты забыл, кому принадлежишь, смертный? В машине стоит невообразимый хохот, менеджер подмигивает мне и заводит разговор о чем-то другом. Мне больше неинтересно, я вообще не на планете Земля, рвусь поближе к солнцу, пролетая миллионы километров и тысячи звездных препятствий. Gravity don't mean too much to me… Жар… Тело охвачено им постоянно. Понимаю, гормоны; понимаю, странные, нетрадиционные чувства; понимаю, что мне просто жизненно необходимо ощутить тепло одного единственного человека, способного своим тихим голосом привести меня в чувство, каждый раз когда я начинаю идиотничать. Я все понимаю, но... Он отвечает только через три часа, когда я пытаюсь прибить залетевшую на кухню невообразимо огромную муху. Телефон вибрирует слишком громко, карман брюк, словно отдельное существо с плоским сердцем. Перед глазами снова Чен, он будто преследует меня, не давая относительного в наших условиях жизни личного пространства. - Скажи, ты с кем-то встречаешься, да? - вновь шепотом, чтобы никто не услышал. - А тебе какое дело, Чен-Чен? - Интересно… Кто это? Только честно, это же парень? Что?! Чего он только что промямлил? Какого такого хрена? Спокойно, не нужно поддаваться на провокации: - Очень смешно, конечно, парень, разве я могу посмотреть на кого-то другого? - Не паясничай, лидер, я слишком проницательный, и вижу все, что мне видеть совершенно не нужно, но я не могу отмахнуться от данности. Думаю, я знаю, кто это, будьте осторожны, если заметил я, там тоже заметят, и неизвестно как скоро донесут менеджеру, а потом… Ну, сам понимаешь. Я ошарашенно выслушиваю тираду корейца, понимая, что он абсолютно не сомневается в своих словах, это не блеф. Я никогда не ценил его поразительную возможность быть там, где нужно, подставляя плечо и тепло, обезоруживающе улыбаясь. Вот и сейчас, он меня просто огорошил своими догадками и почему-то понимающей улыбкой… Наконец, закрывшись в комнате, читаю смс: "Со мной то же самое, я больше так не могу… Это все слишком, меня разрывает от ощущений…" Внутри все отмирает, я не могу… Не могу! Я ничего не могу сделать, мы заперты каждый в своем мирке, завалены кирпичами и отчаянно скользим влажными ладонями по острым краям, пытаясь выбраться наружу и дать волю своим желаниям. "Я хочу приехать, не знаю как, не знаю когда, но если не увижу тебя, просто умру!" "Ты забыл? Мы через два дня летим в Лондон, а у вас… я знаю, Макао". I got a bulletproof heart... Нужно успокоиться, но так и хочется запустить чем-нибудь увесистым в кого-нибудь, во что-нибудь… Раздолбать невыносимые боль и тоску внутри. Я не буду кричать, не стану крыть матом эту хуевую жизнь, как раньше не стану впадать в бездну отчаяния, я постараюсь ради него.