Стома
27 января 2015 г., 23:00
Тишина и холод. Это первое, что Псих почувствовал после долгого необъяснимого сна. Проснулся он в тёмном незнакомом помещении. Когда его глаза привыкли к темноте, он, оглядевшись по сторонам, по не особо лицеприятному беспорядку догадался, где находится. На стенах ещё неотмытые следы крови, грязная раковина со старым мылом и нестерильный стол с хирургическим инструментарием. Была невообразимая антисанитария.
Псих не сразу обратил внимание, что ему стало намного проще дышать. Его больше интересовало, как он сюда попал, и зачем его заперли. Он хотел что-то сказать пустоте, но не смог. Но не потому что у него пропал дар речи, или просто ему нечего сказать. У него физически это не получилось. Он приложил свою здоровую руку к горлу: на его шее была привязана странная железная трубка, которая была внутри трахеи и перекрывала голосовые связки. Парень пытался вытащить её, но боль ему не позволяла. Даже было незначительное кровотечение. На секунду ему стало не по себе, но потом он быстро отошёл от шокового состояния, зная, что на излишнее проявление страха у него абсолютно нету времени.
- Мать твою! Что это такое?!
Тут же открылась дверь, и на пороге стоял тот самый психотерапевт.
- Не советую тебе её трогать руками.
Псих обернулся, и на тот момент он был готов его придушить. Док тем временем начал подходить к нему.
- Не волнуйся. Это трахеостома. Обычно её делают тем, у кого серьёзные проблемы с дыханием. Дышать ты будешь, но вряд ли с ней ты будешь говорить вообще.
Парень не выдержал и, вспрыгнув с места, пытался его ударить. Но психолог не пустил его, сильно ударив его в живот. Боли от удара и стомы мучили парня, от чего тот упал на грязный пол. Затем он встал на четвереньки и понял, что операция прошла не без осложнений: мало того, что трубку вставляли в антисанитарных условиях, так она ещё и царапала его трахею после удара. Чтобы кровь не попала в лёгкие, и он не задохнулся, ему пришлось остаться в этом же положении. Мелкие капли выходили из стомы.
Невыносимая боль, стыд и паника. Он толком не мог понять, зачем всё это было сделано. Ведь в последнее время он безропотно выполнял все его указания. И после всего этого Псих получил огромный риск потери своего голоса после этой трубки. Всё это возможно просто так.
Парень пытался перевести свой взгляд на своего доктора, стараясь не поворачивать голову из-за кровоточащей стомы. Он знал, что говорить нормально он не может, но ему нужно было понять, в чём его вина. Выхода не было. Он шёпотом произнёс вопрос:
- За что?
Док сердито взглянул на него. Этот пациент неумелого хирурга уже и забыл, что ляпнул тогда. Психолог подошёл к нему, в порыве гнева резко взял его за волосы и крикнул ему:
- А не хер было языком лишний раз чесать!
Тут же Псих всё вспомнил:
Тогда на последней перевязке во время разговора с медсестрой он задал ей странный вопрос, из-за которого та что-то заподозрила:
- Все ли медицинские работники жестокие?
Она сказала нет, объясняя тем, что это противоречит клятве Гиппократа. Потом спросила его, что случилось. Своим молчанием невротик намекнул, что с ним всё нормально. Медсестре не верилось. По его измученному лицу и бормотанию было видно, что ему срочно нужна помощь психологического характера. После того, как закончила перевязывать больную руку, она посоветовала ему обратиться к психологу.
- НЕТ! - Псих резко отдёрнул руку и отошёл от неё. - Не нужно! Я.. Я в порядке! Со мной всё нормально!
После этих слов он вышел, не зная, что именно так всё и закончится.
Невротик уже не видел смысла решать эту проблему словесно. И всё это даже не из-за стомы. Ему и до неё незаконно лишили право голоса и заставили его пойти на обман и причастность к убийствам, ради того, чтобы без всяческих проблем избавить общество от невинных "бесполезных" людей. У него не возникало ни желание высказаться, ни общаться с кем-либо. Но осознавая весь абсурд и неправильность того, что делал для этого психотерапевта, в нём просыпалось желание избавиться от него.
- Зачем я вообще с тобой связался? - он злобно взглянул на своего психолога и мысленно пытался достучаться до него. - Все эти муки, страдания других людей... Ради того, чтобы удовлетворить твои садистские желания?
- Ну что мы так хмуримся? - Док пытался изобразить фальшивое проявление милосердия. - Жить ты будешь, так и быть... Но раз так всё сложилось, то вряд ли ты вернёшься к полноценной жизни...
- ЗАТКНИСЬ! - Псих тут же кинулся на него и начал его душить.
Сильная ярость дала ему небольшую долю сил, но это ему хватило, чтобы выбить из Дока всё дерьмо. Тот отбивался от него и пытался вытащить из кармана пиджака свой нож.
- НУ ЧТО?! НРАВИТЬСЯ, ДА?! - Псих хотел со всем этим покончить. - ТЫ БЕЗЖАЛОСТНО МУЧИЛ МЕНЯ И ДРУГИХ! А ТЕПЕРЬ ПОРА ПЛАТИТЬ ПО СЧЕТАМ!
Доку с тяжёлым трудом удалось ухватиться за ручку ножа, и он резко прицелился ему в шею. Парень отскочил назад, но получил царапину на щеке. Он отходил от безумного врача, не забывая опускать шею.
- Ты всё ещё слаб! - внушал ему Док. - А я на тебя так надеялся! Теперь ты для меня бесполезен!
От страха Психу всё тянуло назад. Док напал на него, и парень упал на спину. Психолог знал, это конец. Он прицелился ему в сердце, но, как он не старался Псих не давал ему убить его. Постепенно Псих начал чувствовать недомогание, но останавливаться было нельзя. Медленно согнув ногу, он толкнул Дока и выхватил у него нож. Он поднялся и подполз к своему ненавистном доктору, который уже лежал без сознания. Он направил нож ему туда, куда и он же. Напоследок невротик шёпотом ему произнёс:
- Ненавижу тебя...
От слабости он прицелился не туда, куда нужно, от чего пырнул ему в живот (ближе к боку) и повалился лицом на пол. От резкой боли Док очнулся и оттолкнул парня от себя. Затем встал и быстро вытащил свой нож из живота. Рукой держась за кровоточащую рану и чувствуя головокружение, Док с опаской смотрел на лежащего пациента. Он уже хотел выйти, как в эту комнату кто-то зашёл.
Псих пытался поднять голову и посмотреть, что тут происходит. Он не сразу понял, что Дока забирала полиция, а медицинские работники пытались им обоим помочь. Но ему уж было всё равно, ведь с этого момента у него камень с души свалился, и ему стало намного спокойней. Получив от этого некое удовлетворение, он уснул, и ни одна плохая мысль более не приходила ему в голову.