Холодное Сердце Железных Королевств

— У тебя не хадорское имя, — Анна нашла ещё одну странность в проводнике и тут же решила её прояснить. — Почему тебя назвали не Иваном? Или, скажем, Олегом? — Прадеду обязан. В его честь, — парень понял, что эта барышня от него не отстанет, пока не добьётся своего. А так как каждый факт из его биографии вызывал целый каскад новых вопросов, старался отвечать развёрнуто. — Он и был не хадорцем, а ордским наёмником. Во время Первой Торнвудской сражался за Сигнар и попал в плен. Выкуп за него никто не заплатил, разумеется, потому его и сослали под Скиров, присудив десять лет каторги на лесоповале. А когда отработал каторгу-то, никуда не уехал. Дома его никто не ждал. Так вот, прадед срубил себе избу в поселении таких же бывших каторжан, нашёл жену из местных, да так и жил, пока его Морроу к себе не забрал. А мне страдай из-за имени. Ладно в деревне все меня знали, а господам полицейским поди объясни, что я не сигнарский шпион. — А Скиров — это где? — переспросила Анна у своего проводника. — Далеко от Корска? А что там интересного? — Севернее. Да я ж не в самом Скирове жил, а в Скировской волости, а она ой какая большая, — терпеливо объяснял особенности географии и топонимики своей малой родины Кристофф. — Наша деревня считай на берегу Могильного озера, а от него до Скирова вёрст двести ещё. Интересного… не знаю. Летом-то в поле все работают, одно развлечение грибы с ягодами в лесу собирать, а зимой кто охотился, а кто на заработки подавался. Я Скиров всего два раза и видел, когда отец брал меня с артелью. Мы пилили лёд с озера, и на санях отвозили в Скиров. — И там был спрос на лёд? — усмехнулась юная герцогиня. — Даже зимой? — А то, — подтвердил Кристофф. — Наш-то лёд чистый, как воздух. Без копоти и заводской сажи, которой засыпано всё в Корске и Хардове. Его даже по железной дороге в столицу везли. Чтобы было что добавлять в напитки благородным господам да кайязям. Так-то. — А где ты берёшь лёд в Аренделле? — поинтересовалась Анна. Вопрос не давал ей покоя всё последнее время. Уже минут десять. — И тем более летом. — С ледника Седой горы, — не стал скрывать Кристофф коммерческую тайну. — Там же и озеро, где лёд удобнее всего по зиме нарезать. Оттуда ещё речка вытекает. Ну та, что через город проходит. — Знаю-знаю, — поспешно отмахнулась Анна, увлечённая необычным зрелищем. — Ты только посмотри! Девушка затаила дыхание от одного вида той красоты, которая их окружала. Они вышли к замёрзшему водопаду, который соединял бассейн у ледника с озером. И любовались ледяными каскадами. Казалось, будто вода замёрзла мгновенно, так и оставшись висеть в воздухе потоками чистейшего льда. Кристофф только кивнул. Он тоже был поражён красотой замёрзшего водопада посреди заснеженного леса. С улыбкой он провёл рукой по ивовым веткам, низко свисавшим под грузом намёрзшего льда, будто здесь пролился ледяной дождь. Потревоженные им веточки пришли в движение, издавая мелодичный звон десятков и сотен маленьких ледяных капелек, более похожих на крохотные стеклянные колокольчики. Свен же просто наслаждался окружающим великолепием, бегая от одного дерева до другого. Но, услышав перезвон ледяных веточек, потревоженных Кристоффом, поспешил к иве. Где и принялся с азартом мотать головой, так что его рога, цепляясь за ветки, создавали ещё больше мелодичного перезвона. — Не думала, что зима может быть такой… — Анне было сложно подобрать слова, чтобы описать увиденное. — Такой красивой. — Конечно она красивая, — ответил ей кто-то. — Но почему зима должна быть такой белой? *** Юная герцогиня переглянулась с проводником, после чего оба продолжили движение. Но на этот раз оглядываясь по сторонам. Кристофф даже положил руку на топор. А Анна открыла застёжку кобуры, освобождая свой пистолет. Так, на всякий случай. — Почему бы не добавить цвета? Сюда бы алого, салатового или жёлтого, — продолжал рассуждения голос. — Нет! Жёлтый на снегу? Брр! Ужас! Анна осторожно положила ладонь на рукоятку пистолета, на дюйм вытащив его из кобуры. Кристофф же достал топор из-за пояса. — Хы-гы-гы-гы, — рассмеялся голос совсем рядом. Анна и Кристофф медленно повернулись, посмотрев друг на друга. После чего одновременно опустили глаза, увидев стоящего между ними снеговика метр ростом. От неожиданности Кристофф замер как столб, а Анна ойкнула. Снеговик повернулся к ней и спросил: — Согласны? — А-а-а-а! — в ужасе закричала герцогиня Аренделл, вскидывая руки. От неожиданности она и думать забыла о пистолете. Чтобы хоть как-то отбиться от этого наваждения, от души пнула этого монстра. От удара голова снеговика отделилась от туловища, и, пролетев по высокой дуге, упала прямо в руки Кристоффу. Который уронил топор и застыл, глядя кусок живого снега. — Привет, — дружелюбно сказала голова снеговика. — Скорее пока! — хадорец отбросил говорящий кусок снега с бегающими глазками и пучком веток вместо волос. Прямо в руки Анны. — Ах! — воскликнула юная герцогиня, поймав голову. И сразу кинула её обратно. — Мне не надо! — Не уроните, — успел вставить снеговик, пока его голова находилась в полёте. Кристофф, в руках которого снова оказался болтливый ком снега, кинул его обратно. — Лови! — Не надо! — крикнула Анна, опять поймав голову. И тотчас отбросила обратно. — Постойте, — снова подал голос снеговик. — Да это же просто голова, — с улыбкой сказал Кристофф, который поймал голову. И опять кинул её Анне. — Да хватит! — возмутилась Анна. Герцогиня поняла, что хадорец просто развлекается, издеваясь над ней. — Давайте начнём сначала, — предложила голова снеговика в её руках. — Ой, фу! Чудовище! — воскликнула девушка, преисполненная отвращения. Понимая, что только так может прекратить это безобразие, Анна что есть силы метнула голову прямо в туловище снеговика, которое бегало между нею и Кристоффом. От удара снеговик повалился навзничь, откатившись где-то на пол метра. После чего поднялся на ноги, осматривая людей и присоединившегося к ним северного оленя, чьи рога были обильно увиты намотавшимися на них ивовыми веточками. — Ой! Что тут происходит? — спросил снеговик, пристально изучая их. И то, что его голова была прикреплена к телу перевёрнутой, его не смущало. — Вы что тут, играете в летучих мышей? — Э-э, — Анна поняла, что это существо безобидно. Более того, она находила его смутно знакомым. Только вот было в нём что-то не правильное. Голова? — Сейчас. Одну секунду. Она подошла к снеговику, сняла голову, перевернула в нормальное положение, и водрузила обратно. — Оу! Спасибо! — радостно сказал снеговик. — Пожалуйста, — Анна улыбнулась. Чем бы оно ни было, это создание её определённо забавляло. — Я идеален! — гордо сообщил снеговик, осматривая себя, свои камни-пуговицы и руки-веточки. — Вся моя жизнь будто бы перевернулась. — Хм. Ну, почти, — Анна вытащила из сумки очищенную морковку, которую не съела на завтрак. Улучив момент, юная воткнула корнеплод в голову снеговика. Как раз туда, где должен быть нос. От волнения она перестаралась и морковь почти вся ушла в снег. Да так, что её обратная сторона оказалась торчащей из затылка. — Ой. Прости. Перестаралась. Прости. Прости. Тебе больно? — в ужасе затараторила Анна. — Оу! Голова... — произнёс снеговик, концентрируя взгляд на получившемся носу-морковке. После чего начал прыгать, махать руками, и другими способами демонстрировать счастье. — Ты издеваешься? Я просто в восторге! Такой хорошенький! Такой аккуратненький! Единооо… Договорить снеговик не успел. Потому что Анна воспользовалась моментом, и вдавила обратный конец морковки в затылок этого создания, придавая ему более привычный вид. — Ой! О! — сфокусировав взгляд, снеговик пару секунд изучал свой новый здоровенный красный нос. После чего вынес заключение: — Так тоже чудесно! Анна и Кристоф переглянулись и хихикнули. — Итак, друзья, давайте знакомится, — снеговик успокоился. С широкой улыбкой, он обратился к людям и оленю, растопырив свои руки-палочки. — Здравствуйте. Я Олаф. И я люблю жаркие объятья. — Олаф? —Анна удивлённо взглянула снеговика. Она точно помнила это имя. С ним было связано воспоминание из детства. Но какое? Кем был этот Олаф? Другом? Пажом? Кем-то ещё? Присмотревшись к снеговику, девушка вспомнила далёкое детство. Вспомнила, как она дурачилась вместе с Эльзой в зимнем саду. Как они слепили точно такого же снеговика. И как старшая сестра произнесла ту же фразу, которую снеговик повторил слово в слово. — Ну конечно! Олаф! — А вы, значится? — Олаф, похоже, устал дожидаться, пока Анна разберётся в своих воспоминаниях. — Оу. Эм, — девушка поняла, что опять забыла о правилах приличия. — Я Анна. — А что у вас за осёл такой странный? — спросил в пол тона тише снеговик, делая шаг в её сторону и смотря на Кристоффа и Свена. — Это Свен, — представила северного оленя Анна. — Понятно, — кивнул снеговик. — А оленя как зовут? — Свен, — на этот раз герцогиня показала рукой на северного оленя. Который уже вовсю принюхивался к запаху моркови. — А, понятно. Ладно. Меньше надо запоминать, — Олаф, похоже, вообще не умел унывать. В следующую секунду он очень своевременно отпрыгнул от Свена, который наконец-то понял, откуда пахнет морковью, и попытался откусить кусочек носа Олафа. Но снеговик и глазом не моргнул. — А! В нос меня хотел чмокнуть? Какой шалун! — Олаф, тебя Эльза сделала? — спросила Анна. Снеговики не умеют разговаривать и ходить, а это значит, что тут замешана магия. Вряд ли в Аренделле есть ещё одна колдунья. — Да, а что? — Олаф уставился на девушку. — Невероятно… — Кристофф выдернул из снеговика руку-палочки принялся её крутить и разглядывать со всех сторон. — Ты знаешь, где она? — с надеждой в голосе спросила Анна. — Да, а что? — всё так же ответил ей Олаф. — А можешь к ней отвести? — герцогиня не верила везению. Неужели ей посчастливится найти Эльзу, не обходя всю Седую гору от основания до вершины? — В чём же секрет? — спросил Кристофф, сгибая руку Олафа. Палка не только не сломалась, но и разогнулась обратно, снова став совершенно прямой. А потом резко дёрнулась, ударив хадорца по лицу. — Ай! — Хватит, Свен! Тут разговор важный! — крикнул возмущённый снеговик, вырывая свою руку из ладоней Кристоффа. Воткнув её обратно, продолжил отвечать как ни в чём не бывало. — Да, а что? — Я скажу что, — ответил проводник раньше, чем его нанимательница успела открыть рот. — Эльза должна вернуть лето. — Лето? — Угу, — кивнула Анна, подтверждая слова хадорца. — О-о! — залился в восторге снеговик, вызвав немалое удивление у присутствующих. — Не знаю почему, но я всегда млею, когда думаю о лете. И о солнце. И обо всём горячем. — Да ну! — усмехнулся Кристофф. — Похоже, ты никогда не сталкивался с жарой. — Нет, — искренне ответил Олаф. — Но иногда я люблю закрыть глаза и мечтать о том, что будет, когда придёт лето… Снеговик головой окунулся в мир грёз. Анна и Кристофф с удивлением слушали рассказ, состоящий из самых дивных и радужный мечтаний, какие только можно было сочинить. А Олаф всё продолжал и продолжал нахваливать лето. — Разочаруем? — с ухмылкой предложил Кристофф, смотря на снеговика, распинающегося в пляске своего воображения. — Только попробуй! — пригрозила Анна, ткнув хадорца локтем в бок. Так, для убедительности. — А сказать-то надо, — произнёс проводник тише, чтобы не отвлекать Олафа от его фантазий. — Скажешь — пристрелю! — так же тихо ответила девушка, метнув на спутника убийственный взгляд. — Скорее! К Эльзе! Сюда! — внезапно воскликнул Олаф, возвращаясь из мира фантазий и грёз к суровой реальности. — Давайте же вернём лето! — Я иду! — весело ответила Анна, пускаясь бегом за снеговиком, который оказался весьма проворным и очень быстро перебирал своими коротенькими ножками. — Пристрелит, — Кристофф обернулся к Свену, который так и остался стоять рядом с хозяином. — Только сказать-то всё равно надо будет.