Легенды Камелота

мы неразрывно связаны.итогом житейских дрязг станет: ударь меня и, разделив мою боль, спаси.

Существует в этом мире даже то, что способно повергнуть в ступор даже меня.И я сейчас не говорю о зонтах для собак и даже не о палатке, спрятанной с внешней стороны обуви (бля, кому нужна ебаная палатка в обуви?!), я говорю о вопросе, который мне задал Артур Пендрагон. Вопрос был вполне обычный, просто я нихера не продумала, что на него отвечать.  — Миледи, кто вы? Он сидел ровно напротив меня, на другом конце длинного стола, и все, о чем я сейчас думала — успею ли я добежать до двери, если вскочу прямо сейчас. Ну, окей.Шутки в сторону.Что мне ответить? Однажды, правда, я уже испытывала подобный ступор — когда я сидела, блять, у психолога в семь лет, и не знала, хотят ли мои любящие родители помочь мне, или меня сейчас упекут в психушку к хуям. Не суть. Ситуация была не из легких, и мне, если честно, было стремно.Я попробовала на Артуре свой фирменный щенячий взгляд, на который велся мой отец и старший брат, но вдруг заметила, что он смотрит не на мое лицо, нет.Еще секунду я пыталась осознать, куда он, собственно, смотрит, а потом вспомнила, где и когда я видела подобный взгляд, а потом еще раз вспомнила, что за этим последовало (а последовало за этим попытка изнасилования бухой меня в клубе, но это другая история), и после всего этого, я, страшно краснея, запахнула вырез платья.  — Простите, Ваше Высочество, — я максимально постаралась, чтобы я звучала холодно и уверенно, а еще чтобы голос не дрожал. — Вас разве не учили в детстве, или даже в более зрелых годах, что пялиться на грудь девушки, с которой вы не знакомы, неприлично? Мой возмущенный вопрос его только позабавил.  — Мы знакомы уже почти несколько часов, — сказал он мягко и самодовольно улыбнулся. — Знаете, порой этого достаточно, чтобы полюбить. Мне захотелось его треснуть по улыбальнику.  — Не для меня, — отрезала я и отпила из бокала чего-то сладкого.Интересно, там есть алкоголь?.. — Я считаю, что любовь — это всего лишь выброс гормонов, а тем более, любовь с первого взгляда.Несусветная романтическая чушь, придуманная дурашками-принцессами в период полового созревания. Удивительно, но принц старался сохранить самообладание, и моя речь не лишила его душевного равновесия.Во всяком случае, улыбка никуда не исчезла.  — Возможно, вы просто не нашли того самого, — произнес он и посмотрел на меня в упор.Несмотря на весь мой цинизм, по коже пробежали мурашки, а в груди зародилось что-то теплое и щекочущее (мышь?).  — Ну, тогда это несомненно не вы, — парировала я, сопровождая свои слова нежнейшей из улыбок. — Ведь мы, как вы выразились, знакомы уже несколько часов, а значит, это явно не любовь с первого взгляда. Он не нашелся, что ответить, а потому снова вернулся к тем же баранам.  — Так кто вы, миледи? Благодаря нашему маленькому спору, у меня было достаточно времени, чтобы придумать хоть что-то, и не молчать, как идиотка.Моя мама — женщина, обожающая странные имена, и если мою сестру назвали просто Александрой, потому что это имя и так очень красивое, то меня назвали Ив, но не скажешь же так королю, а потому я быстренько пролистала в голове все английские легенды и предания, и вспомнила, что я все равно нихуя не помню, а потом моя предусмотрительность ухнула куда-то в ебеня, и статусом на ближайшие пару недель стало: «сгорел сарай — гори и хата».  — Я Ив, — произнесла я чуть дрожащим голосом. — Ив Резерфорд.Я из королевства, что лежит на границе между Азией и Европой. Фамилия пришла мне в голову случайно, я вспомнила химика Резерфорда.Совершенно не помню, что он открыл, но сейчас этот самый Резерфорд сослужил мне отличную службу.  — Ив, — очень мягко и ласково, словно вслушиваясь в звуки, повторил принц.Я невольно улыбнулась краем губ, глядя на то, как под лучами солнца его лицо сделалось почти мальчишеским, таким юным и спокойным. — Живая… Я подумала, что ослышалась.  — Простите, что?  — Живая, — пояснил Артур. — Имя Ив означает «живая».  — Я этого не знала, — пожала я плечами. — Впрочем, еще мои сверстники — те, с кем я училась — звали меня «чувством нашего класса».  — В вашем королевстве учат всех вместе? — удивленно поднял на меня глаза Артур.  — Не совсем.Существуют такие учреждения, как школы, где все дети разбиты по классам, в зависимости от их возраста.Там нас обучают всему необходимому.  — Мальчиков и девочек? — недоверчиво тряхнул он головой, отчего золотая прядь упала ему на чистый лоб. — Вы, очевидно, шутите.  — Отнюдь, — сама того не понимая, я перешла на официальный средневековый стиль. — Я не шучу.Дело в том, что раньше было принято считать, что женский ум гораздо менее остер, чем мужской.Но это всего лишь предрассудок, такой же, кстати, как и любовь с первого взгляда.  — О, поверьте мне, Ив, насчет женского и мужского ума я совершенно с вами согласен, — он улыбнулся задорной мальчишеской улыбкой, глядя куда-то поверх моего плеча. — И тому подтверждение — моя сестра Моргана. Я обернулась. Да, видела я на экране Моргану, но на самом деле она оказалась гораздо прекрасней, не побоюсь этого слова.Она улыбнулась мне, я поднялась из уютного резного стула.  — Ив Резерфорд, — представилась я.  — Моргана Пендрагон, воспитанница Утера Пендрагона, — она сердечно посмотрела на меня зелеными глазами, кажется, с искренней симпатией. — Можно просто Моргана, и на «ты».  — Тогда и меня просто Ив, — я тоже разулыбалась. Моргана села за стол вместе с нами.  — Ив, я надеюсь,вы... ты погостишь у нас хотя бы несколько недель? — спросила она, изысканно отправляя в рот кусочек мяса.  — Я не знаю, — честно призналась я. — Дело в том, что я оказалась здесь без средств к существованию, и больше я не смогу вернуться домой, туда путь для меня закрыт.Так что, наверное, мне придется искать работу, такую как служанка, к примеру, или что-то подобное.  — Я думаю, — вдруг подал голос Артур, — Мы можем представить вас отцу как заморскую принцессу…  — …Она приехала изучить быт нашего королевства… — продолжила мысль Моргана.  — …Ей необходим приют…  — …А кто же сможет организовать приют лучше, чем могущественный Утер Пендрагон? Отец ни за что не упустит возможность создать себе отличную репутацию в других странах! — захлопала в ладоши Моргана. — О, Артур, это отличная мысль! Пару минут они обсуждали детали сего гениального плана, пока я сидела слегка в ахуе, оттого, как быстро решается моя судьба.потом пару минут они говорили на отвлеченные темы, а потом Артур вдруг произнес:  — …А вот Ив не верит в любовь, — он посмотрел на меня строго и испытующе.  — Что ж, это ее право, — мягко сказала Моргана.  — Но Ив, послушайте, вы же такая красивая, образованная,живая… — Артур глядел на меня так, словно пытался вытащить что-то из моей души на свет божий. — Неужели вы никогда не любили? Ему удалось. Удалось вырвать наружу то, о чем я мечтала забыть, о чем я почти забыла, что скрылось от меня где-то в закоулках памяти, что только-только перестало причинять мне невыносимую боль. Эксперимент отдает вивисекцией. Перед моими глазами промелькнули сияющие лица тех, кого я любила, да-да, любила.И, кажется, люблю до сих пор.  — Артур! — вскрикнула Моргана, с тревогой глядя на меня. — Что же ты творишь?! Нельзя задавать настолько личные вопросы! Дорогая, — она тонкими нежными пальцами дотронулась до моей руки. — Ты так побледнела…  — Да, Артур, — кажется, первый раз я назвала его по имени. — Я любила.Но лучше бы этого никогда не случалось. Я поднялась.  — Прошу прощения, — сказала я отрывисто. — Мне нехорошо.  — Я провожу тебя до покоев, — легкая рука Морганы легла мне на плечо.Мы вышли из залы. Я чувствовала, как пристально смотрят на меня синие глаза Артура, пока за нами не закрылась тяжелая дверь.