Баста!

iamamiwhoami — Shadowshow (на повтор включаем)       Раннее утро. Все как всегда в самой известной психиатрической больнице города Сеула. Медсестры еще спят в специально отведенных им покоях, санитары на посту ерундой маются. Большая часть больных находится в глубоком сне под действием снотворных препаратов, а остальная часть пребывает в иллюзиях — на таких больных, как правило, экономят. Все как обычно, ничего не предзнаменовало опасности. Только Тао и Кай так не считали. Они трусили перед поступком, боялись последствий проваленного плана, ведь на кон поставлено многое, а главное — свобода. И, как на зло, шестое чувство куда-то пропало, оставляя в неизвестности и страхе перед предстоящим.       Темень в больнице была сейчас хоть глаз выколи, а без фонаря дело ничего не стоит.       — Я прихватил, — в руке брюнета еле выделялся лунным свечением из окна продолговатый серебристый, пластиковый корпус фонаря.       — Откуда? — с облегчением интересовался Тао. Конечно, он корил себя за то, что истерикой уговорил Чонина в эту же ночь осуществить побег, почти никак к нему не подготовившись, но времени и правда было в обрез. Он не смог бы дальше сидеть, сложа ручки, пока психиатр и, казалось, лучший друг вьют из него веревки, как у марионетки.       — Это так важно? — вопросом на вопрос отвечал Кай. Вся эта ситуация его просто сводила с ума. С одной стороны запропастившийся неведомо куда Дио, с другой — тяга защитить упертого китайца, с третьей — постепенно овладевающий разумом страх. Ему, как никому другому, известны поучительные наказания для несносных пациентов или, точнее сказать, жестокая расправа, психологическая атака, иногда доставляющая даже физическую боль, помимо душевной. О Сехун был тем еще извращенцем, изощренно пытая многочисленными психологическими уловками своих загнанных в угол жертв. И самое ужасное то, что он каким-то образом стирал память, посему ни один пострадавший не мог вспомнить ни боль, ни причинившего боль человека. Он любил такие игры. К счастью, на Кая не подействовала ни одна его ловушка, везло же не попасться за все время в психиатрии.       Кай еще помнил инцидент между Луханем и врачом, как вчерашнее происшествие, но не говорит об этом соседу по палате. Что это изменит? Наоборот, приведет к худшему. Внутри себя он таил подозрения, об очередной жертве доктора. Лухан вполне мог стать жертвой, к тому же, если парень был особенным для этого помешанного психиатра. Но раз уж Лухан до сих пор не питает отличимых чувств к шатену, а лишь терпит его, то, значит, не такой уж Сехун и способный «гипнотизер», не представляет сильной угрозы.       — Уже и спросить нельзя? — негодовал красноволосый, но на оглашенный вопрос ответа не послышалось. Тао притих. Санитары люди чуткие, один неверный шаг — и парней закроют надежно в клетке.       Как долго они решались переступить порог палаты? Однозначно долго. Парни то одергивали друг друга, то продумывали наспех составленный план вновь и вновь. За окном все так же темно. Санитары пока в неведении, что готовится побег. Соседи осторожничают.       — Ну? Мы это сделаем когда-нибудь?! — громким шепотом сказал Тао брюнету. В голосе проскальзывала раздраженность.       — Да подожди ты, что-то неладное, — будто подозревая подвох, отвечал Кай.       — Что там?       — Санитаров нет на посту. — Тишина лишь изредка прерывалась копошением и другими посторонними звуками из соседних палат. Стены были тонкие, слышимость большая, но как же это некстати в данный момент…       — Как нет? Вообще нет, что ли? — Тао изумленно покусился на тайную трещину в стене, через которую можно было полностью разглядеть и оценить обстановку поста медработников.       — Да, Панда. Либо это наш шанс, либо… — но Чонину не дали договорить, хватая резко за руку и таща из палаты. — Ты сумасшедший? Стой! Ты?‥       - Это наш шанс, Кай, это наш шанс, и мы обязаны им воспользоваться сегодня. ― Предусмотрительно сняв шумные шлепанцы, два человека в больничных пижамах продвигались вдоль стены к спасительному месту ― сортиру. Именно там сейчас можно было в последний раз спокойно обсудить дальнейшие действия и подкорректировать стратегию. Кай медленно открывает дверь (велика вероятность скрипа) и протискивается в небольшую щель. За ним и красноволосый, точно так же, как Кай, прикрывая дверцу.       ― Фув.       ― Это еще только начало. Ты уверен, что именно сегодня? ― брюнет прижимает его к стене, высказывая прямо в ухо следующее. ― Дорога назад еще есть.       ― Нет, ― отчеканил Тао, отрицательно кивая головой. ― Мы не должны отступать.       ― Ладно, ― встал на одной стороне рядом с тем, вздыхая от невозможности переубедить от опрометчивого поступка соседа. Конечно, Кай сам был не в восторге от больницы, и будь возможность, он бы не раздумывая пустился вон, но, к сожалению, он уже знал, что такое «исправительная камера пыток».

***

      Целый день Крис тратит на поиски хоть какой-то информации о Тао, узнать что-то действительно полезное еще не удалось. Потирая тыльной стороной ладони уставшие и покрасневшие глаза, он возвращается к монитору.       Тао особо-то и не скрывал свое происхождение, место обучения и наподобие этой информацию, что немного облегчило бы поиск. «Так, ― размышлял мужчина. ― Родители уже больше полугода не связывались со своим сыном. Хотя откуда мне знать, какие у него отношения с семьей? В принципе, он вполне мог и не ладить с ними… Но факт остается фактом ― в родовом гнезде его нет. Колледж, хм… Академ на неизвестный срок, тоже ни зацепки. Даже Лухан не посещает пары, что значит, все дороги ведут к нему. Похоже, мне не остается выбора», ― заключает русоволосый, закрывая ноутбук.       — Без Лухана ситуация значительно усложняется, - вслух, скорее убеждая себя, произносит он. — Это будет нелегко.       Приподнявшись с мягкого кресла, Крис раздвигает тяжелые занавешенные шторы с панорамного окна, любуясь видом Сеула. Ручные часы на левой руке показывают ровно четыре утра, но ждать совсем не в стиле делового мужчины. Он принимает решение наведываться в гости к бывшему любовнику прямо с утреца. И раз уж у Ханя было какое-то дело к Ифаню (а то зачем еще требовать встречи в главном офисе?), то тот не станет возражать внезапному визиту.

***

      Найдя неподалеку валявшийся камень, Кай подобрал его, чуть заметно вырисовывая карту на полу, где отсутствовала плитка. Он нарисовал ту территорию, которую сегодня они должны были пройти, стараясь не вляпаться в неприятности и не наткнуться на преграды.       Парень показывал рукой весь наспех состроенный план, объясняя все до мелочей.       — Запомнил, Панда? — подытожил старший.       — Да. Главное, не растеряться…       — Держи себя в руках, — посоветовал брюнет. — Так, я думаю, было бы проще и легче сначала забрать документы, — указал на нарисованное помещение, обозначенное как «Кабинет О Сехуна», — потом отсюда переберемся в подвал, заберем необходимую одежду, — провел пальцем тот путь, — затем я отвлекаю вот тут охранников, и ты выбираешься с территории больницы через этот проход в воротах. Дальше посветлеет, и ты сам заметишь тропинку через лес.       — Понятно.       — И, Тао, — Чонин как-то странно поглядел на красноволосого. — Ни в коем случае не иди этой тропой. Иди строго вдоль леса, не сворачивая.

***

      Не медля ни минуты, друзья проследовали точно по составленному плану. Времени оставалось очень мало, они запоздались. За окном светало быстро. Постепенно улица осияла первыми лучами восходящего солнца. Небо окрашивалось в более светлые тона, птицы запевали свою трель новому дню, животные просыпались ото сна. Как и в больнице, время вело к пробуждению. Еще через несколько минут будильники медработников зазвучали протяжным звоном, а работники ночной смены заменялись вновь прибывшими санитарами. Такой распорядок дня: пройдет еще полчаса-час, и начнутся первые процедуры, подъем, завтрак.       Наши герои в панике оглядывались, как бы их не заметили. Конечности взяла дрожь, а проходить бесшумно становилось гораздо труднее, и малейшая оплошность — ребят жестоко проучат.       — Мы у кабинета. Что делать дальше прикажешь? У тебя где-то за пазухой ключи припрятаны? — явно нервничающий Тао теребил свою рубаху.       — Я их достану. Жди тут, — пригрозил Кай. Для бедного юноши это показалось вечностью. Пока фигура соседа удалялась за поворотом, пока ожидал его возвращения. «Шанса на ошибку нет и не будет, нужно действовать решительно», — подбадривал себя он. Вскоре, брюнет все же вернулся с ключом и без хвоста в виде разъяренных санитаров.       — Обошлось? — точно моля, спрашивал красноволосый.       — Обошлось, — успокаивал того брюнет, мельком улыбнувшись.       Доселе они действовали слаженно, без помех и строго по схеме. Документы были успешно вручены их хозяину, следы заметались умело. Оставалось еще два незавершенных пункта: раздевалка и, собственно, само вызволение Цзытао из дурки.       Серые стены, грязные белые потолки, серый пол; грязные стены, серые потолки и стены – похоже, этому не было конца. Так считал Хуан. Он шел по пятам за соседом. Тао не понимал, как Чонину удалось выучить все лазейки и помещения, просто не понимал. Ведь они в принципе не отличались друг от друга.       — Эй, нам туда! — возразил Кай, когда парень уже заворачивал не в нужную сторону. В больнице все чаще стали слышны топот и шепот проходящих мимо людей. Ребятам чудом удавалось избежать столкновения с ними, разоблачения и просчитывать следующие ходы.       Очередной раз, стоя в засаде, Тао обратился к юноше напротив:       — Вечно мы не можем здесь сидеть, Кай, — слегка дотронулся до плеча.       — Да знаю я, — моментально среагировав. — Подожди еще немного.       Обойдя небольшое столпление медперсонала, парни вышли в темную каморку. Брюнет в спешке перебирал вещи в каком-то темно-коричневом комоде, который так не сочетался со стенами и другими элементами интерьера.       — Нашел! — оповестил друга сосед, с улыбкой подходя к тому в притык и демонстрируя медный ключ.       — Нам почти удалось, мы почти сделали это! — не переставали радоваться ребята.       — Так, Пандочка, — сменив выражение лица на серьезное, начал парень. — Это наш последний разговор в такой обстановке. Не выдастся возможности поговорить.       Почти одновременно они коснулись лиц друг друга, навсегда запоминая этот момент. Тао чуть ли не рыдал от смешанных чувств, а Кай, как и полагается старшему, сдерживался от слез и других бурных эмоций. Даже так, печаль читалась в карих бездонных глазах.       — Стоп, погоди минутку, — вдруг Тао отпрянул от друга, всматриваясь в шкаф в поиске чего-то. Потом, восторженно взяв в руки наконец-то найденный фломастер, подошел обратно к удивленному брюнету.       — Дай свою ладонь, на ней я напишу тебе номер, чтобы ты всегда мог со мной связаться. Добраться до телефона в этой больнице для тебя ведь не составит проблем, да? — с застывшим фломастером наготове в воздухе говорил красноволосый.       — Зависит от желания, а в этом ты не сомневайся, — парировал Кай с натянутой улыбкой. Ему было грустно расставаться с Пандой. За все дни он успел сильно привязаться к этому забавному китайцу.       Черный фломастер под руководством Цзытао аккуратно и красиво выводил одиннадцатизначное число на прохладной большой ладони Кима.       — Все, я буду ждать твоего звонка, Кай.       — Я буду ждать тебя.       Мгновение, и ребята обнялись, так сильно прижимаясь, так отчетливо улавливая эту атмосферу прощания. Мимолетом прошлась мысль, что они никогда больше не увидятся. Все это в последний раз.       — Я люблю тебя, друг. Прости меня за все, — тихое сорвалось с губ Чонина.       — Я тоже люблю тебя, — одними губами проговорил, и уткнулся в плечо. — Мне будет зверски не хватать тебя, но обещаю, что никогда не забуду тебя. Мы обязательно встретимся вновь.       — Давай не будем загадывать наперед. Не хочу наступать на те же грабли, — обхватил длинными руками талию соседа.       И как гром среди ясного неба…       — ПОПАЛИСЬ! — проревел медбрат с кривым лицом что есть мочи. Человек застал их врасплох. Тысяча холодных мурашек пронеслись по спине и конечностям, дыбом поднимая волосы.       Кай, недолго думая, сунул ключи Тао, толкая в сторону раздевалки. Там и выход как раз.       — Беги! Я задержу, — пояснял он. Тао замялся. С одной стороны свобода, с другой — друг, которого не хотелось предавать. Он топтался на месте, пока брюнет сражался с подошедшей подмогой.       Хотя он не заставил себя долго ждать и тоже ринулся в драку, только Кай все отталкивал и оттаскивал разбуянившегося соседа.       — Скажи мне, как я могу оставить тебя в беде?!       — Беги, Тао, мы обязательно встретимся.       Этого хватило, чтобы красноволосый скрылся в раздевалке, напяливая на себя свои же вещи и выбегая на пустую еще улицу. Ворота недалеко, он успеет.

***

      Мужчина расстроился, выйдя на улицу. Еще недавно, выглянув в окно своей квартиры, он видел слабые лучи солнца, ясное небо, а спустя час это ясное небо покрыли серые, мрачные тучи. Крис не любил яркое солнце, но и пасмурному дню не спешил радоваться. В воздухе ощущалась влага, на улице заметно похолодало. Это тоже в планы русоволосого не входило. Хотя перед уходом он даже не потрудился посмотреть прогноз погоды. Ну что ж, так тому и быть.       — Буду надеяться, что Хань меня отогреет, — бубнил про себя мужчина.       Солнца не было, однако Крис не снимал солнцезащитные очки. Его глаза они спасали не только от настырных световых лучей. Черная кожаная куртка и такие же кожаные, облегающие джинсы — Ву, как всегда, одет строго по сезону. Это был его стиль. Не глядя, он отключил сигнализацию на своем личном дорогом автомобиле ровными, длинными пальцами. Ифань боится. Боится, что опять все это напрасная трата времени. Его, кстати, все меньше и меньше. Время, как песок, просачивается сквозь пальцы, оставляя за собой лишь крупинки воспоминаний, тут же вгоняющих в неимоверную тоску. Быстро сев в салон и захлопнув дверцу, он завел двигатель, вставив ключ в замок зажигания. Машина сразу пустила вибро-волны, ожидая, когда ей наконец дадут сигнал. Крис долго не заставил ждать, плавно надавливая на педаль и прокручивая руль. Он скоротечно вырулил со стоянки и на большой скорости понесся в ту самую квартиру, в которой так давно не бывал.       Место назначения: квартира Лу Ханя.

***

      Красноволосый, изнемогая от пробирающего холода, шел вдоль леса. Парень хорошо знал Сеул, поскольку на протяжении долгих лет учился в одной из сеульских средних школ, но в таком месте был впервые. Смешанные чувства мучили его. То страх за Кая, то неизвестная, загадочная местность, то резко изменившаяся погода. Тао молил богов, чтобы увидеть за поворотом знакомые улицы. Оттуда-то он сможет добраться до Лухана. А уж потом… Возьмет у предавшего друга деньги на билет и как можно скорее отправится домой.       «Лухан… Почему он предал меня так внезапно? Ведь мы были не разлей вода с самого детского сада. Я верил ему, доверял все свои сокровенные тайны и драгоценные сбережения. Так плохо на душе мне еще никогда не было… Что же такое произошло, Лу-Лу, что ты променял друга на что-то большее? И чем же это является? Или кем?‥» — размышлял по пути Хуан. Он действительно был разочарован в друге, он был разочарован во многом, на что тратил свою жизнь. Сначала Крис, потом Лухан… Да и мало ли людей предали юношу до них? Отчаяние постепенно накрывало с головой. Тао бы прямо сейчас разрыдался от безысходности, но холод не позволял предаваться слезам, протрезвляя разум от дурных мыслей.       — Боже, я не знаю, что мне делать! — твердил куда-то ввысь, в очередной раз убеждаясь, что за поворотом продолжение того же густого леса. Вокруг ни души. Машины изредка, разгоняясь, проезжали, даже не замечаяя сжавшегося парня у края дороги. Тао и не приходило в голову добраться до Лухана автостопом, хотя это бы облегчило положение. Правда людей, которым можно доверять, в нашем непроглядном мире единицы. Везде ложь, обман, лицемерие, подлость. После осознания, кем же на самом деле являлся все это время Лу, Тао замкнулся. Его сердце дало трещину и покрылось непробиваемой корочкой. Реакция самозащиты. Хуан уже тысячу раз пожалел, что сбежал из больницы, не прихватив с собой Кая.       Это было последним ударом. Тао в судорогах опустился на корточки. Грудь дрожала, выдавая один всхлип за другим. Он не сдержался. Слезы хлынули, принося небольшое облегчение в душе.       Цзытао непременно найдет этого До Кенсу и выскажет ему все в лицо, но для начала он так проделает с Луханом. Как долго Хань врал Тао? С каких лет? Он все узнает.       Единственное, что парень для себя уже решил, так это то, что дружбе вновь между ними не быть. Никогда больше.       Сделав уверенный шаг на дорогу, красноволосый протянул руку, в надежде, что хорошие люди остановятся и помогут ему. Но почему-то сам он в это почти не верил. Хорошие люди? Хорошие люди такие, как Кай, а Кая он, считай, так же предал. Тао ничем не отличается от всех них. Вот, что он понял.       Где-то вдалеке показались приближающиеся ярко горящие фары черного автомобиля недорогой марки. Хуан просто отключил мозг, чтобы не накручивать себя. Машина проехала, так и не остановившись. Высоко над деревьями послышался вороний гул. Парень вытер слезы с уже безэмоционального лица и вновь протянул руку. Вторая машина, третья — все они проехали, не обратив внимания на легко одетого в такую-то погоду парня. Тао почти бросил это дело, пока не увидел еще одну машину, быстро приближающуюся к нему. Дорогой темный автомобиль с затонированными окнами остановился возле красноволосого, от чего тот даже отшатнулся в страхе. Темное окно по велению водителя опустилась, представляя возможность собеседникам заглянуть в лица.       — Тао? — первым заговорил водитель.       Глаза округлились, распознав знакомый мужской силуэт. Тао откинул все плохие мыслишки в сторону и просто пустил все на самотек.       — Каннам, — коротко ответил Хуан.       — Садись, — приоткрыл дверцу парень с забавно торчащими ушами.

***

Включаем музыку: hindan — не уходи, не сегодня.       Дождь некстати полил прямо тогда, когда Крис выходил из своего авто. Предчувствие было дурновато. Наверное, от Лухана он мало чего добьется сегодня.       Шумно выдохнув, Ву произнес:       — Попытка — не пытка, я должен это сделать.       Шаг, второй навстречу заветной двери. Ничего не изменилось. Может только то, что Крис больше не пользуется красивой куколкой-Луханом. К слову, тот не подозревает о неожиданном визите Ифаня. Мужчине не хотелось предупреждать того. Мало ли.       Пройти каких-то шесть этажей получилось как-то слишком быстро. Странно. И вот, он уже стоит у той самой двери в квартиру Ханя. Не медля ни минуты, Крис стал настырно звонить хозяину, чтобы тот как можно скорее впустил внутрь.       — Черт, кто ломится в такую рань?! — ворчали за дверьми.       — Лу, открой. Это я.       Последовала протяжная пауза, сопровождающаяся гнетущей тишиной. Дверь одним поворотом ключа открылась, демонстрируя Крису заспанную фигуру старого знакомого.       — Крис?!‥ — неуверенно, словно моля о чем-то, спрашивал хозяин квартиры.       — Нужно поговорить.

***

      — Тао? Я не знаю где он, Ифань. Я не общался с ним целую вечность, — без запинки проговорил парень, поднося к журнальному столику чашку кофе, воды и сладкое. — Угощайся, если хочешь.       — Спасибо, — русоволосый взялся за кружку с водой, будто за спасательный круг. Он пил долго и небольшими глотками.       — Фань, я давно хотел сказать тебе… — не отвлекаясь, Крис покосился на собеседника. — Я очень давно люблю тебя, только тебя одного. Прошу, давай начнем все сначала. Мне без тебя очень плохо…       От неожиданности, Крис обронил кружку. У него и так было нестабильное состояние, а тут еще это.       — Прости меня, пожалуйста, — на кукольном лице появились две дорожки от слез, а белая рубашка Ву взмокла от пролившейся воды. Русоволосый так и остался сидеть в ступоре, пока Хань дрожащими руками расстегивал рубашку, дабы заменить ее на чистую.       — …Люблю тебя… — что-то там шептал Лухан и мелко целовал бледное лицо. — Мне никто не нужен кроме тебя, пожалуйста, Ифань. Тогда китаец попытался увлечь поцелуем безэмоциональное лицо возлюбленного.       Скрип от двери нарушил тишину в квартире, и на Ифаня словно ведро с ледяной водой опрокинули.       — Т-т… — пытался сказать Крис с неестественно округлившимися от испуга и удивления глазами, задыхаясь от недостатка воздуха.       — Я так и знал. Лухан, какая же ты ****… — прозвучало тихое с порога. Цзытао, весь в слезах, еле стоял на месте, не отрывая взгляда от карих глаз Ву. Он не знает, что с ним происходит. Представлять измену совсем другое, нежели узреть ее воочию.       — НЕТ, ТАО, НЕТ! — прорвалось у Криса. — Не уходи, не сегодня!!!       Лухан был отброшен куда-то в сторону. Ифань уже ничего не соображал. Прямо сейчас Тао может исчезнуть из его жизни опять, но уже навсегда.       — Заткнись, — кинул напоследок красноволосый и захлопнул тяжелые двери снаружи.