Пути Разума

Бывает так, что очень простые вещи в корне своём открывают чрезвычайно интересные тайны. А ещё случается, что многовековые фамильные секреты – не более чем шутливый фарс или блеф одного из предков. Немногие способны хотя бы одним глазом взглянуть на настоящую правду, саму её сущность. Умный без труда распознает бытовую ложь, но чудо блаженства первозданного раскаяния раскроет себя лишь неискушённому. Неизвестный автор

Солнце настойчиво защемило в веки. 8:23. Пора открывать глаза и вставать, а то Ири вконец обидится, что я снова не пришёл на свидание, а хорошие отношения с ней ещё понадобятся. Алекс жил в съёмной квартире на шестом этаже многоэтажки, его комната единственным своим окном притягивала солнечный свет ровно с восьми утра (в 8:23 лучи обычно достигали его головы) до пяти часов вечера, жара всегда стояла невыносимая, особенно летом, дышать нечем. Хозяйка квартиры не любила своего постояльца, часто попрекала его в «бабьем легкомыслии», любвеобильности, но, в основном, нежелании вовремя платить за съём. Ири, её дочь, постоянно подвергалась донжуанским выходкам и подаркам «Алика», тайно его обожала, несмотря на то, что отлично понимала, что внимание он ей оказывает только, чтобы задержаться в квартире ещё хотя бы на месяцок-другой. Естественно, просьбы о великодушном терпеливом ожидании арендной платы были максимумом её влияния на мать, и арендатор это знал, никогда ни о каком кондиционере, вентиляторе или жалюзи в свою комнату не заикался. Конечно, Алекс и не собирался искать никакую постоянную работу, чтобы вовремя оплачивать жильё, остепеняться; странно уже то, что он находился в этом провинциальном городишке в течение полгода. Обычно суровые мужи тех красавиц, которых он обычно очаровывал (странно, многие эти женщины выходили замуж за горячо любимых людей, но после свадьбы совершенно не желали от них интима и страсти), никогда не понимали благородного желания Алекса удовлетворить, наконец, природную тягу двух полов и гнали на него такие серьёзные местные организации наподобие ФБР, от которых ему приходилось поспешно скрываться, путешествуя по матушке-России. Возможно, ему помогала быстрота поездов, самолётов и собственных ног, а возможно, фортуна благосклонна к свободным от предрассудков людям, идущим по жизни не без смеха. Сам Алекс, конечно, склонялся ко второй версии, считая непостоянство своим главным качеством, ну и к тому же ходил при случае в спортзал. Его прошлое было туманно и беззаконно, настоящее свободно, а будущее… мысли о будущем ещё ни разу не посещали его светлую (считай пустую) голову. – Проснулся уже, шалопай? Твоё, вроде, лови! – хозяйка квартиры, «миссис» Марина, бесцеремонно раскрыла дверь и бросила две пары чистых носков и тоже чистую не поглаженную футболку Алекса ему на колени. Надо сказать, она была тех лет, когда взрослой женщине уже надоели праздность и рабочая повседневность, а мечтания, желания и активность проснулись и начали «бурно деять». Каждый месяц она ходила в салон красоты, по возможности следовала моде, смотрела Малахова, «Модный приговор» и «ЗооТВ», покупала технические новинки, читала автобиографии известных рокеров и романы Эдгара По и третий год собиралась в Великобританию, из-за последнего однажды и была наречена Алексом «миссис». – Вы всё-таки постирали их, как я и просил всего лишь две недели назад? Большое спасибо, моя жизнь теперь наполнится новым счастьем и магией! – смазливо улыбнулся он, натягивая чуть съёжившуюся одежду на своё свежее утреннее тело. – Я хотя бы через две, а ты уже пять недель деньги не несёшь. Ух, если бы не Иришка, гнала бы я тебя взашей. Кстати, я слышала, в этом месяце популярны чёрные бархатные женские галстуки, ты не в курсе? – прищурившись, спросила хозяйка. – Если бы не ваша Иришка, я бы в этом доме и не появился бы. А насчёт галстуков вам лучше пойдёт тёмно-зелёный или в диагональные полосочки. Скоро так все будут ходить. – Ты уверен? А, ладно, чайку пойду сварганю. Тебе надо? – Эм-м-м… – Алекс в этот момент натягивал носок, который совсем не хотел поддаваться. – Д… – Ну я так и знала, что не надо. Тем более, остался один пакетик. Мне. – Так дайте денег, я быстро в супермаркет сбегаю за чаем и чем-нибудь ещё. Туда и обратно, честное слово! – он взглядом Кота в Сапогах посмотрел снизу на крупную фигуру «миссис», возвышающуюся подобно горе Олимп над его головой. Или подобно Шрэку, но это уже вольное отступление. – Ага, денег ему. А ещё кредитную карту, визу и сберегательную книжку, – тётя Марина не доверяла благородству Алекса и думала, что он может спокойно смотаться с её деньгами далеко и надолго, или потратит на свои нужды или девушек. Впрочем, он её и не собирался переубеждать. Завтракал постоялец за столом в своей комнате чаем и бутербродом с копчёной колбасой. Там же стоял его ноут, который он открывал просто для того, чтобы проверить приложения в нескольких соцсетях. Знакомился с девушками по интернету редко, ссылаясь на неправдивость их фотографий и реальную уродливость. После завтрака он выходил на улицу для «охоты» до обеда. Охотился на девиц примерно от двадцати одного до двадцати девяти, возраст умел определять почти безошибочно. Потом, после обеда, проводимого обычно с какой-нибудь девушкой в кафе, «Казанова» шёл на свою временную работу – разносил «Почту России» или еду из «Макдональдса», смотря где нужно было подменить штатного работника. Этот день изначально не был приветлив к юноше. В девять надо было встретиться с Ири на другом конце города, водитель маршрутки, на которой юноша туда ехал и как обычно не взял с собой мелочи на проезд, не принял отговорок типа «Простите меня, я первый раз кошелёк дома забыл» и в качестве наказания катил Алекса до конечной. Естественно, тот уже опаздывал на полчаса. На место встречи у кафешки в местном «Park Hous`е» прибежал запыхавшийся, взъерошенный. Ирины, конечно, и след простыл. С горя, зайдя в ту кафе, он бухнулся за свободный столик, запустив пальцы в волосы. Похоже, недолго осталось ему спокойно снимать комнату. Через минуту он уже горделиво прогуливался, выискивая потенциальных любовниц, но ни одна девушка, даже в торговом центре (который по этой части никогда его не подводил), общаться с ним не хотела. «Обидно. Те самые дни у них у всех, что ли? Или непорочность теперь модна?» – огорчённо думал Алекс по пути в «Макдональдс». Сергей Васильевич – работодатель – сразу нагрузил его множеством «бизнес-ланчей», пицц, гамбургеров и коктейлей. Хорошо, ему доверяют фирменный мотоцикл, как заправским разносчикам пиццы в американских фильмах. Обгоняя очередных застрявших в пробке неудачников, Алекс неожиданно заметил полосатого серо-синего котёнка, сидящего на заборчике между полосами движения. Он пристроился рядом со светофором и отдыхал под его небольшой тенью. Юноша специально перестроился (под крики обозлённых нахальством водителей) так, чтобы остановиться возле животинки, которая, как только он оказался рядом, облизнула себе нос, встрепенулась, спрыгнула со своего спального места и посеменила через дорогу, прямо туда, где встречный поток машин нёсся в спешке, желая побыстрее пропустить светофор и перекрёсток. Алекс, по правде сказать, никогда не любил животных, жёг лупой жучков в детстве как все, иногда издевался над соседской собакой, пугал кур в деревне бабушки и рубал дождевых червей напополам. Но сейчас котёнок ему чем-то приглянулся; должно быть, ощутил в том беспечность, свободолюбивость, независимость – качества, всецело присущие ему самому. Тем временем полосатик выскочил на середину улицы и застопорился там, бешено озираясь по сторонам. «Ну за каким чёртом тебя туда понесло?!» – взбесился Алекс и резко газанул на красный, видя, как котёнок, решившись, побежал по диагонали, петляя между автомобилями, двигавшимися с сумасшедшей скоростью. «Спасатель» в ужасе запетлял между ними теперь сам, но сдаваться не стал и погнался за животным, которое уже успело отмахать около шести зигзагообразных метров. Тут Алекс боковым зрением заметил, что спереди на шоссе завернуло что-то крупное, решил, что лучше будет просто поторапливаться и не смотреть туда. Когда же он наконец поднял голову, то увидел огромный КамАЗ, разогнавшийся, беспощадный и неостановимый. Юноша ощутил себя героем вестерна, вот только он не привязан к рельсам верёвками, а пытается, наоборот, спасти котёнка. Кстати, а где он?! Нигде не мелькает его в меру упитанная тушка и тонкий тёмно-синий хвост! Алекс осознал, что высматривать его поздно, спасать теперь надо уже себя и круто свинтил руль вправо. Мотоцикл повиновался и, накренившись градусов так на сорок, завертелся на месте, сталкиваясь с малиновой десяткой передним колесом. Машина начала перестраиваться левее, прямо под таки настигшее их грузовое отечественное чудо техники… В глазах Алекса просветлело только минут через десять. Он лежал на левом боку в окружении коробок из-под гамбургеров и кусочков битого стекла. Подмышка сильно зудела, но вроде ничего опасного. Сняв мотоциклетный шлем, он понял, что вполне мог и никогда не открыть глаза – каска была сплющена и продавлена во многих местах чуть ли не на три сантиметра. Оглядевшись, он увидел огромную груду металла, в которой проглядывалось много малинового цвета, поток машинного масла, пересекающий всю дорогу, десяток людей и ровно половину своего желтоватого «байка»; в воздухе тянуло жжёной резиной, слышны сирены скорой помощи и полиции… С мыслями «А, к чёртовой бабушке, я жив, в остальном сами разберутся» Алекс всё-таки решился и упал в обморок.