Дочь тьмы

Странная ненавязчивая боль в голове, стук сердца, готового вот-вот вырваться из груди, странный шёпот на краю сознания. Всё это слилось в один монотонный гул, будто бы у всего этого была веская причина. Словно от меня что-то требовалось, но… постоянно отгораживая себя ото всех раздражителей, я вновь и вновь проваливалась в забытье. Перед глазами опять появилась знакомая лесная поляна. Мне уже не первый раз снится именно этот сон. Вот я снова наблюдаю за кем-то. Незнакомка кружилась на месте, то и дело кидая вверх самые разнообразные цветочные лепестки. Яркие рыжие волосы на солнце начинали переливаться оттенками меда… Вскоре она наконец бросила свое занятие, видно ей уже порядком это надоело. Повернувшись ко мне, девушка сделала несколько шагов вперед. Последнее, что я увидела, прежде чем сон оборвался — печальные глаза цвета травы после дождя… Резко вздохнув, я села на кровати. Странная пустота в голове заставляла усиленно пытаться о чем-то вспомнить. Она казалась такой… неправильной. Будто бы я должна что-то вспомнить… Резкая боль в голове заставила меня откинуться обратно на подушку. Разглядывать до боли знакомый потолок было невыносимо, что-то ускользало от меня. Пару дней назад мне снился такой чудесный, я бы даже сказала волшебный сон. Он казался мне таким реалистичным — я уехала в какое-то странное место после того как выяснилось, что я не такая как все. В том сне я была… — Ничего не помню, — прошептала я в пустоту и, не желая терпеть этого ни одной секундой больше, я вскочила с кровати и, быстро переодевшись, едва ли не бегом покинула эту комнату. — Доброе утро, миссис Фигг. Поздоровавшись со старушкой и получив очередное задание, я вышла из дома и направилась в магазин. Кинув мимолетный взгляд на дом напротив, я приняла решение практически мгновенно — сбегаю в магазин и зайду за Дадли, не хочу больше дома сидеть. Так я и сделала. Занеся покупки домой, я подошла к четвертому дому по Тисовой улице и позвонила в дверь. — Кого это еще принесло? — услышала я громкие возмущения Мистера Дурсля и невольно улыбнулась, увидев его лицо, когда он открыл дверь, но улыбка сразу же сменилась на непонимание. — Ты? — Эм… Дядя Вернон? — с голосом что-то резко случилось, и я едва ли не пропищала эту фразу. — А Дадли пойдет гулять? — Дадли сейчас в школе. За городом, — сухо ответил мужчина и едва ли не захлопнул дверь. — Что-то еще? — Извините за беспокойство, — я довольно быстро свернула разговор и решила уйти подальше от этого дома. Если Дадли сейчас в школе, то сейчас уже учебный год. Но… почему я ничего не помню? — Джейн, что ты тут делаешь? — с легким испугом проговорила неожиданно подошедшая Петунья. — Ты не должна здесь находиться. — Тетя, что-то произошло? — я и вправду ничего не понимала. — Тунья, а какой сейчас месяц? Я в последнее время стала такой забывчивой… Ага, а ведь это и вправду. Я. Не. Помню. Причем не одну какую-то деталь, а будто бы длительный отрезок времени. И судя по резко белеющему лицу Миссис Дурсль, она что-то знала. — Не смей здесь говорить о подобном! — панически переходя на визг, проговорила она. — Ты не должна быть как он! Гарри не говорит о всяких странных вещах, и ты не смей! Из-за Лили я и так обязана смотреть за вами. А теперь уходи! Сейчас же! Я немало удивилась такому отношению тёти и теперь едва сдерживалась от бесполезной истерики. Ретировавшись подальше от этого дома, я забежала в дом напротив и заперлась в своей комнате. Заперев дверь изнутри, я принялась внимательно осматривать комнату. Первым делом я бросилась к календарю. И вот тогда мне стало реально страшно. Для начала — на дворе 1994 год, весна. Конец мая, если быть точнее, и то, наверное, уже начало июня, кто его знает. Как получилось так, что я не помню целый год? Может, где-то в шкафу или в сумке найду хоть что-то полезное? Ведь увы, Миссис Фигг вряд ли что-то скажет, мои тетя и дядя — тоже. Что же произошло? И снова эта резкая боль в голове! Облокотившись об стену, я слегка прикусила губу. Где-то точно будут ответы на все мои вопросы. Наверное, придётся сделать как обычно, надеюсь библиотека уже открыта. Хотя неважно, для начала нужно осмотреть все здесь. Распахнув шкаф, я присела на корточки и стала вытаскивать оттуда нелегкие коробки. Множество пыльных книжек и старые блокноты. Как же давно я не доставала эту коробку, уже ничего не помню. Открыв единственную лежащую там папку, я бегло пробежалась по ее содержимому и сразу же кинула эти бесполезные клочки макулатуры обратно. Я не хотела вспоминать о столь давних моментах моей жизни, особенно спустя столько лет. Блокноты я сразу же кинула следом, не забыв скомкать первый попавшийся лист бумаги. Ненавижу. Всегда мечтала забыть эту часть своего прошлого. Заглянув в соседнюю коробку, я на грани истерики ударила кулаком по полу. Я же столько раз перебила весь шкаф, почему я до сих пор не избавилась от этих коробок? Ненавижу. Обязательно сожгу все к Мерлину! Не желая терпеть не секундой более, я наглухо закрыла коробку с кубками и призовыми статуэтками. Почему нельзя взять и стереть эти мгновенья из моей памяти? Это она… ничтожество Я думал, она будет старше! Сейчас она никто. Она-то самая юная победительница столь почетного конкурса? Какая забавная — бросить вызов системе. Посмотрим, что из этого выйдет. Упав на пятую точку, я ногой отпихнула коробки в глубину шкафа. Захлопнув последний, я беспомощно отползла прочь от него и закрыла руки ушами. Голоса из воспоминаний монотонно твердили свое. Все на одну тему. Терпеть не могу эту часть своей жизни. Вот бы я просто смогла все это сжечь. Просто взять и выжечь из своей жизни. Из своей памяти. Все это было огромной ошибкой — самой большой в моей жизни. Лишь жар пламени и запах дыма смогли отрезвить меня. Все, что я могла — беспомощно наблюдать за медленно разгорающимися дверьми шкафа. Почему… Рванув к дверям, я рывком распахнула их настежь. Источником пожара были именно коробки. — Нет, пожалуйста… Хватит! Вытащив коробки, я накрыла их первой попавшейся плотной тканью. Лишь бы это сбило языки пламени — скоро сработает пожарная сигнализация. И как я это объясню? Запустив пальцы в волосы, я, опять же на грани истерики, стала перебирать их в хаотичном порядке. Пускай спутаются. И пусть мне будет больно их дергать, может, хоть боль приведет меня в чувство? Я должна во всем разобраться. Просто обязана. — Да ничего и никому ты не обязана, — со стальными нотками в голосе проговорил кто-то, медленно подходя ко мне со спины. Слезы застилали глаза, а противный звон тишины в ушах мешал мне сосредоточиться на чем-либо. Как он… нет, она — это точно был женский голос, как она сюда попала? Почувствовав прохладную ладонь на своей макушке, сначала я резко дернулась в сторону и лишь потом обернулась на подошедшую. — Дженни? — О, так ты меня-таки помнишь? Отлично, не придется начинать все с нуля. Поднявшись на ноги, я кинула испуганный взгляд на коробку, ни дыма, ни пламени - ровным счетом ничего. Какого Мордреда здесь происходит… стоп, кого-кого… резко мотнув головой, я подняла свой взгляд на Дженни. Та все так же неподвижно стояла на месте и буравила меня довольно-таки хмурым взглядом. — Идиотка. Вот надо было тебе лезть на рожон? — Что прости? Я совершенно не понимала, что сейчас происходит. Передо мной стояла не та Джен, которую я помню — темно-синяя рубашка в клетку, куртка из черной джинсовой ткани, юбка на ладонь выше колена, причем сделанная явно не из дешевого материала и упрощенные армейские сапоги со шнуровкой. Боже, сколько я спала? — О чем ты, Джен, я не понимаю тебя, — слегка неразборчиво пробубнила я, будучи уверенной в том, что она меня услышит. — Иди за мной и вот только попробуй начать задавать свои бесполезные вопросы, поверь на слово — пожалеешь об этом, — едва ли не шипя, приказала, да-да, именно приказала, двойник и сразу же покинула комнату. End POV Jane Evans Идти пришлось довольно долго, девушки обошли весь Литтл-Уиндинг, и причем одна из них была готова поспорить, что далеко не один раз. Под конец пути Эванс уже просто валилась с ног, а вот вторая девушка, видимо, была готова пройти подобное расстояние еще несколько десятков раз. — Слушай, а ты точно человек? Девушка остановилась и взглянула на Дженнифер как на умалишенную. — Тебя, видимо, не хило пришибло, я — стопроцентно не человек. И даже не живая. Джейн застыла как вкопанная. Странное чувство дежавю, легкое и мимолетное, посетило девушку лишь на пару секунд. Слегка осмелев, Эванс дважды обошла по кругу свою собеседницу. — Но как это возможно? Ты в точности как живая, более того тебе скажу — мы выглядим так, будто бы мы две стороны зеркала! — негодуя, воскликнула рыжеволосая. — Дженни, прошу — объясни мне, что происходит. Особо не церемонясь, Дженни дала щелбан своей «недалекой подруге». — Альбус явно перестарался. У тебя так легко разрушились все ментальные щиты, мне даже жалко тебя. Любое заклятье в твой адрес и до тебя даже не дойдет, что с тобой что-то произошло, — брезгливо проговорила двойник и в одно мгновенье оказалась возле младшей наследницы Поттеров, схватив ту за руку, мгновенно аппарировала подальше от этого места. Лишь оказавшись на твердом асфальте, девушка смогла открыть глаза и взглянуть на Дженни. Рыжие волосы, явно искупавшиеся в пыли и грязи, стали блекнуть и менять своё цвет прямо на глазах. С рыжего на черный. С чёрного на серый. Зеленые глаза девушки тоже потерпели подобные метаморфозы. С зеленого на янтарный. С карего на грязно-карий. Девушка поперхнулась воздухом и судорожно сжала руки в кулаки. Глаза то и дело метались из стороны в сторону, придавая ей вид несколько сумасшедшей. Копия, казалось, была очень довольна подобным результатом. — Тебя признала даже родовая магия Блэков, — садясь на корточки, медленно проводя рукой по щеке Джейн, проговорила двойник. — Такие способности и у такой идиотки. Но Альбус поплатится — родовой дар Блэков не должен пробуждаться в таком возрасте. Вставай. Последнее слово было брошено уже через плечо — копия резко поднялась на ноги и стала удаляться от того места, где её "подруга" сходила с ума, вернее, пыталась прийти в себя после не самого приятного перемещения. — Мордред с тобой. Вингардиум Левиоса! Тело девушки медленно поплыло по воздуху, следуя тенью за волшебницей. Джейн наблюдала за всем будто бы со стороны. Она чувствовала небывалую легкость, свободу и странное предвкушение. Она видела каждое движение Дженни, видела как летит её тело. Каждое движение было ватным, но желание понять происходящее было в разы сильнее. Дженни замерла напротив полуразрушенного коттеджного домика. В глазах рябило и Эванс никак не могла сосредоточить свое внимание на здании перед ней — картинка постоянно менялась. Сгоревший домик сразу же становился целым и новым, а после вновь оказывался полуразрушенным. В груди девочки болезненно кольнуло. Хотелось плакать от непонятной обиды. И повинуясь какому-то интуитивному чувству, Джейн дала волю слезам. Перед глазами проносились самые различные картинки. Она не знала чему верить, а на что можно было и вовсе не обращать внимания. Невысокая миловидная девушка шла вприпрыжку. Огненно-рыжие волосы вскидывались вверх при каждом её шаге. На лице горела жизнерадостная улыбка. Она была счастлива и наверняка несла домой не менее радостные новости. Мягкий осенний шарф, теплая куртка и обыкновенные джинсы. Что же в ней было такого особенного? Джейн и сама не могла ответить на этот вопрос, она словно ребенок тянулась к чему-то, может быть теплому (и такому родному) свету, исходящему от этой, такой же рыжеволосой, красавицы. Минутой позже она замедлила свой ход и обычным шагом подошла к тому самому (ещё целому в этом времени) коттеджу. Дверь приоткрылась и оттуда, с веселой улыбкой, вышел высокий молодой мужчина лет двадцати. Озорные карие глаза с нежностью смотрели на эту девушку. — Лили, любовь моя, я волновался, — с легкой насмешкой, озорным голосом, проговорил Джеймс Поттер. — И тебе привет, Джеймс, — сухо поздоровалась девушка. Все настроение как рукой сняло и Джейн могла лишь удивиться такой резкой смене настроения. — Джеймс Карлус Поттер, кажется я ясным языком сказала тебе не показаться мне на глаза. — Неужели ты все ещё держишь на меня обиду? — устало спросил нынешний глава семьи. Лили никак не отреагировала на слова мужа и с полным безразличием на лице зашла в дом. Неожиданно проснувшееся любопытство не дало Эванс ни единого шанса, дабы та смогла устоять на одном месте, и подросток, только лишь почувствовав твёрдую землю под ногами, быстро прошмыгнула в дом, следом за незнакомкой. Раздраженный взгляд мужчины, брошенный в след жёнушке, остался для обеих девушек незамеченным. Лилиан, так ведьма была записана по официальным документам, скинула на диван свою куртку и быстро расстегнула сапоги. Несколько быстрых шагов, и разделяющих её с Джеймсом метров словно и не бывало. Непутевая леди тотчас оказалась прижатой к ближайшей стене. — И как мне это понять, а, ведьмочка моя? — слегка сжав шею волшебницы, проговорил парень. — Как встреча с Нюниусом? А может быть Малфоем? Петтигрю? Или, возможно, в этот раз ты была с кем-то другим? Точный удар коленом в солнечное сплетение, а после ещё один, столь же точный, только уже в область паха, не заставили себя ждать. Девушке хватило секунды чтобы вырваться из хватки непутевого супруга и теперь оба волшебника были на равных, ну, почти. — Экспеллиармус! Депульсо! Оглохни! Подобная связка из, пускай и простеньких чар, в руках столь сильной волшебницы была исполнена на славу. Ловко преодолев лестницу, магесса скрылась за ближайшей дверью, послышались самые разнообразные фразировки заклинаний. Джейн, будучи парализованной от страха, так и не осмелилась сделать хотя бы шаг от порога… POV Джейн И тогда я словно очнулась от долгого сна. Никогда не любила такие дома, слишком уютно и тихо. Приторно-сладкая атмосфера. Мне уже давно не пять лет и я не верю, что хоть что-то может быть идеально, а стычка этой молодой пары напрямую доказывала эту теорию. Я не знаю, что только что произошло. Я понятия не имею о том, где я сейчас нахожусь. И я уверена только в одном — я не хочу здесь оставаться, хотя любопытство и уговаривало узнать окончание этой истории. Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я кинула короткий взгляд на вход в коттедж. Стук в дверь? А после и взрыв, из-за которого дверь сейчас валялась в другом конце комнаты. В прихожую зашел силуэт в черном балахоне и, играючи палочкой на перевес, обратился к обездвиженному, вернее, уже отошедшему от действия чар, мужчине: — Я даю тебе последний шанс, Поттер. Отдай мне своих детей, и я, милостивый Лорд Волан-де-морт, одарю тебя правом жить после этой встречи. Где они? Голос, впрочем как и сам человек, мне совершенно не нравился, такой же шипящий, как у гадюк в зоопарке Литтл-Ундинга. — Ты не получишь его. Я не отдам тебе своего сына. Тот факт, что незваный гость требовал детей, а вступился Поттер лишь за своего сына, заставил меня фыркнуть. Этому человеку явно не стать отцом года. А после прямо в руки парня влетела палочка. Странно всё это: тут люди колдуют, а мне хоть бы хны, несмотря на то, что это перечёркивает почти все законы физику. Впрочем, существование Дженни, тоже. Возвращаясь к представшей перед моими глазами картиной, хочу сказать, что делаю ставки на Лорда Волан-де-Морта. Почему? Так мне сказала интуиция, ну и ещё глубокие трещены н очках Поттера. Интересно, он хоть что-нибудь видит — Экспульсо! Флиппендо! Петрификус тоталус! Бомбарда максимум! Я едва успела отскочить от осколков стены, разлетевшихся по всей гостиной. Взбежав по лестнице, я наткнулась на взгляд двух зеленых глаз, чья обладательница беспомощно наблюдала за боем из дверной щелки. Хотя, я почему-то сомневалась, что она наблюдала просто так. Выжидала? Только вот чего именно? Парень, не дожидаясь реакции противника, бросился вверх по лестнице. — Лили, хватай Гарри и беги от... — он запнулся на полуслове заметив в дверном проеме названую девушку, лед в её глазах заставил Джеймса замереть на месте. — Лили... это ведь из-за того случая? — Я не стану этого отрицать, мистер Поттер, — девушка вновь скрылась за дверью и стала шептать очередные непонятные мне слова. — Авада Кедавра! Тело Поттера, словно мешок картошки, раскинулось на ступенях. — Такой молодой, потенциально сильный волшебник, но попался на удочку этого старика. Жаль терять такой кадр, — перешагивая тело, пробормотал колдун. Комнатная дверь не продержалась и двадцати секунд. Я вошла в комнату следом за Волан-де-Мортом, а после картинка перед моими глазами поплыла и моему взору вновь предстал полуразрушенный дом.