Дрянная девчонка

      В течение недели мы с Аланом появляемся на трех подряд мероприятиях вместе. Это вызывает фурор. Все пытаются взять у нас интервью, всех интересует, спит ли мистер Рикман с дочерью премьер-министра Хейди Джонс. Алан постоянно отмалчивается, и улыбаясь машет в камеры и поклонникам. Он не отходит от меня ни на шаг. И крепко держит меня за руку. В некоторых газетах появляются небольшие статейки, с предположениями о наших отношениях. Но настоящей сенсации с подтверждениями у журналистов нет. И вот на последней церемонии награждений какой-то премией, Алан соглашается дать ответы на вопросы какой-то молоденькой журналистки. Она отводит его в сторону.       - Мистер Рикман. Вы с мисс Джонс являетесь парой?       - Разумеется, мы пара. Мы же пришли сюда вдвоем. Но мы дружеская пара.       - Вы хотите сказать, вы верите в дружбу между мужчиной и женщиной? Тем более, когда речь идет о такой молодой и привлекательной женщине?       - Честно говоря не верил, пока несколько недель назад, не познакомился с мисс Джонс. Спасибо, - он коротко кивает и отходит от девушки, возвращается ко мне. Он ободряюще сжимает мою руку.       - Что ты ей сказал?       - Правду, - говорит он, а я в это время я округлила глаза.       Правду?!       - Я сказал, что мы дружим, - поясняет он, а я заметно расслабляюсь и улыбаюсь.       - Отец убьет меня, когда до него это дойдет.

***

      Утро начинается с диких криков моей матери. Она врывается в мою комнату, я в непонятках отрываюсь от подушки. Что такое? Третья мировая, апокалипсис? Она кричит на меня так, что трясутся окна, а до меня никак не доходит, что я опять натворила.       - Как ты могла? Отец столько делает для тебя. А ты... ты снова...       - Что я сделала опять? - я спускаю ноги с кровати и сонно тру глаза.       - Ты встречаешься со взрослым мужиком, еще и не скрываешь этого, - брызжа слюной кричит мать.       - Ну во-первых, я имею право встречаться с кем хочу, а во-вторых, в данный момент я ни с кем не встречаюсь, - я осмысливаю услышанное, подскакиваю с кровати, накидываю халат и бегу в кабинет отца, стараясь не слушать крики матери позади себя.       - Папа, - я пытаюсь отдышаться.       - Давай позже.       - Нет, сейчас. Прости меня, я не думала, что как-то смогу навредить тебе.       - А кто тебе это сказал? - с недоумением говорит он, я закатываю глаза.       - Моя мамочка, - говорю я, а отец усаживает меня в кресло.       - Прочитав сегодняшнюю статью, я огорчился. Но это никак не может повлиять на меня. В конце концов, Алан приличный человек.       - Тогда почему ты огорчился? - он сел рядом со мной и попытался пригладить мои ужасно непослушные волосы.       - Ну, не такого мужчину я вижу со своей дочерью, Хейди. Тебе восемнадцать, ему уже за шестьдясят. Что у тебя с ним может быть общего?       - Не переживай, пап, - я обнимаю его за плечи. - Мы с ним просто друзья. Мне нравится проводить с ним время, но я обещаю тебе, что я не влюблюсь в него, - говорю я. Папа улыбается.       - Для меня главное, чтобы ты была счастлива, - он целует меня в макушку.       Я возвращаюсь в комнату и начинаю собираться на работу. На глаза попадается газета, которую бросила на пол мать. Быстро пробегаю глазами по статье, слова Алана, что мы лишь друзья. А ниже фото, где мы обнимаемся. И он нежно целует меня в щеку. Очень по-дружески. Я продолжаю сборы и уже через час оказываюсь на работе. На меня набрасывается Алекса, девушка-официантка - единственный нормальный человек из нашего ресторана, с кем я могу общаться на равных.       - Ты встречаешься с Аланом Рикманом? - ее глаза горят.       - Нет, - твердо произношу я.       - Но ваши фото в газетах...       - Мы друзья, а все остальное выдумки журналистов, - я говорю грубым тоном, показывая, что я не хочу общаться на данную тему.       - Это даже хорошо. Хейди, познакомь меня с ним, - я закашливаюсь, а потом начинаю смеяться.       - Что? Как ты себе это представляешь? Зачем тебе это вообще?       - Я всегда любила этого актера.       - Ну... - задумываюсь я. - Могу принести тебе его автограф.       - Спасибо, - девушка обиженно надувает губы.       - Ну ладно, я что-нибудь придумаю, Алекса.