Дрянная девчонка

      Она нагло улыбается мне в лицо. Она знала, она все знала. Еще до того, как я поняла это. Намного раньше, чем я призналась себе в этом, она знала, что Алан мой. Ведь только так можно было понять ее ехидную ухмылку. Придушить ее? Плюнуть в лицо? Надавать пощечин Алану? Кричать? Плакать? Я стояла и не могла вымолвить ни слова. Я как будто приклеилась к земле. Развернуться и уйти, решил мой мозг. Вот только я не могла двинуться с места. Алан смотрит и ждет моей реакции.       - Хейди, может зайдешь к нам? - обращается ко мне Алекса. К нам? Что за черт? Вырвать ей все волосы и заставить жрать землю.       - Зайди в дом, - Алан произносит это таким голосом, что она даже не решилась начать спорить. - Хейди? - я все еще парализована. Он протягивает руку и касается моей ладони. - Ты замерзла. - Я очнулась.       - Ты решил полностью уничтожить меня, Алан. Ты собрал меня по кусочкам, для того чтобы снова убить. Ты единственный человек в мире от которого я не ожидала этого.       - Хейди, - он крепко сжимает мою руку и хочет коснуться ее губами.       - Не смей, - я резко вырываю ее. -Никогда не смей ко мне приближаться. Никогда.

***

      Я уволилась с работы и не собиралась искать новую. Я сидела безвылазно дома. Я не могла сказать, что мое сердце разбито. Но вот душа... от нее отняли кусок, который отвечал за жизнерадостность. Алан, тот человек, который заставил меня поверить, что моя жизнь продолжается, несмотря на то, что из нее ушел Майкл. Рикман заставлял меня улыбаться в самые серые дни. У меня даже мыслей не было, что он мог предать меня. Зачем тогда были все эти признания? Чтобы мне было больнее потом? Он не появлялся и не звонил, только за это я была благодарна, я бы не смогла его видеть и я даже не представляю, чтобы я хотела с ним сделать.       Через две недели моего затворничества на пороге моей квартиры появился человек, которого я меньше всего ожидала увидеть. Моя мама. Она стояла в дверях и не решалась войти. Я молча развернулась и пошла в гостиную. Она побрела за мной.       - Папа очень расстроен, что ты не хочешь с ним говорить.       - Я не хочу говорить ни с кем.       - Хейди... Знаешь сколько раз изменял мне твой отец? - я округлила глаза от удивления и подняла на нее взгляд. - Было три женщины, и это те, про которых я знала. Каждый мужчина, независимо от возраста, профессии и характера рано или поздно изменит. А мудрость женщины в том, что мы должны понять и простить это. - Я хотела возразить, но мать опять начала говорить. - Я понимаю, это сложно, я тоже хотела убить Джека. Пойми, если ты его любишь, то ты будешь жалеть позже, что не дала ему еще один шанс.       - Как можно простить, зная, что его губы целовали другую, а руки ласкали чужое тело... - задумчиво произношу я. - Подожди, - я перевариваю все сказанное мамой. - А откуда ты знаешь, что он изменил мне?       - Провела небольшое расследование, - она чуть натянуто улыбнулась. Из моих глаз хлынули слезы.       - Я все понимаю, ну захотелось тебе потрахаться, ну позвони ты мне. Я же никогда ему не отказывала. Почему с ней? Я только этого не могу понять. Или я так ужасна, тогда зачем я ему? Он говорил, что я полностью устраиваю его в постели. - Мама явно была не готова к такому разговору. - И начинать отношения с измены? Как-то это не правильно.       - Это твоя жизнь, Хейди, и только тебе решать, прощать его или нет. Но если ты его правда любишь, ты должна хорошо все обдумать и взвесить. - Я кое-как успокаиваюсь, изредка всхлипываю.       - Почему ты пришла?       - Потому что я твоя мама.       - Раньше тебя это не беспокоило, - я понимаю, что я груба. Но мне сейчас не до вежливости.       - Я знаю, что была плохой матерью. Это никак не связано с тобой. У меня просто ужасный характер. Но я все же люблю тебя, - говорит мама. Я крепко обняла ее. За последние годы это первый раз, когда я искренне рада её видеть и когда хочется ее обнять.       - Спасибо, мам. Мы с ней пьем чай и молчим. Мама первая прерывает тишину.       - Ты сказала, что давно спишь с ним?       - Я не должна была тебе этого говорить, - я виновато опускаю глаза.       - Дело не в этом. Вы предохраняетесь? - я краснею. Говорить с мамой на такие темы как минимум неудобно.       - Я не думала об этом. Зачем? Ему шестьдесят три.       - А тебе восемнадцать, ты сама ребенок. И тебе рано еще иметь своих детей. Просто предохраняйся, Хейди. - Предостерегает мама. Я киваю и смущенно отворачиваюсь.