Новый восход Вонголы

Следующий день начался для всех по-разному: Шин и Тоши, одухотворенные и обрадованные своими успехами, пусть не очень мощными и значительными, но важными для них самих, вместе отправились в школу; Тсуна, спокойно и крепко спавший этой ночью, проснулся бодрый и веселый. Его Хранители Десятого занимались каждый своими делами, получив от босса информацию об успешном начале тренировок. Раньше он наверняка бы не смог отделаться от них так просто: Гокудера, который хвостом вился за Савадой, без устали предлагал бы свою помощь, огрызаясь на присоединившегося Ямамото. Сейчас его подчиненные выросли и достаточно было одного вежливого слова просьбы, чтобы те не беспокоились и понимали, что все под контролем. На запах утреннего кофе, как по сигналу, появился Реборн. Тсуна встретил его с улыбкой, без особых раздумий ставя перед бывшим репетитором чашку свежезаваренного эспрессо. За долгие годы Десятый выучил предпочтения киллера и мог совершенно точно сказать, что ему нравится, а что он терпеть не может, хотя узнать это было сложнее, ведь даже будучи в облике ребенка, Реборн тщательно скрывал свое отвращение к чему-либо, стараясь оставаться нейтральным ко всему. — Ты ведь не просто так пришел, верно? — Тсуна уселся за стол и, отхлебнув из чашки, поднял глаза на бывшего репетитора. — Дино уезжает обратно в Италию, — без предисловий начал Реборн. — Нужно оповестить альянс семей о том, что найден будущий босс клана Вонгола. — Но почему Дино? — перебил Савада. — Не быстрее бы получилось, если бы это сообщение передала Вария? К тому же, они относятся к Вонголе и имеют достаточное влияние в Италии. — Вария скрывается. Большая часть Семей ополчились против Занзаса, подозревая его в подготовке бунта против последнего босса. Так что, даже несмотря на все их влияние, пока проводится расследование по делу Девятнадцатого Вонголы, Вария вынуждена сидеть смирно и ожидать результатов, — киллер смаковал кофе после каждого предложения, заставляя бывшего ученика недовольно сверкать в свою сторону глазами. — А Семья Каваллоне… — Десятый понял свой промах, на радостях совершенно забыв о тех событиях. Он сам впоследствии неоднократно связывался с Варией, дабы узнать подробности, хотя верил в непричастность элитного отряда убийц к добровольному отказу Девятнадцатого Вонголы от поста босса. — А Семья Каваллоне, — продолжил за Тсуну Реборн, не дав тому договорить, — в альянсе вторая по влиятельности после Вонголы. Поэтому Дино поверят больше, так как знают, что он разделяет интересы других семей в восстановлении Вонголы на позициях лидера и связующего звена альянса, а также его внутреннем укреплении. — Но, Реборн, — снова не соглашался Савада, — чем может грозить нам такая спешка? Может, стоило подождать, пока парни пройдут через тренировку? Нам и так придется предстать перед Примо с не готовыми к принятию колец Хранителями, да и то в неполном составе. — Нет, — возразил киллер. — Чем дольше мы будем ждать, тем больше увеличится масштаб конфликтов внутри альянса. Некоторые Семьи уже заявляют о своей готовности возглавить альянс. Другие (а таковых большинство) противостоят этому, понимая, что смена власти может только усугубить сложившуюся ситуацию. На протяжении многих лет Вонгола была сильнейшим кланом, который сохранил за собой право на лидерство в альянсе, и с этим никто до сих пор не спорил. Традиции постепенно стали терять важность, особенно в связи с последними событиями. Взбунтовавшиеся Семьи считают, что раз Вонгола не может разобраться со своими боссами, то значит, о делах альянса, которые тоже на данный момент находятся в плачевном состоянии, не сумеет позаботиться. — И как весть о новом кандидате на роль босса Вонголы сможет погасить бунт? — недоверчиво и немного устало спросил Тсуна, заглядывая в пустую чашку. — Сделай мне еще кофе, — сказал киллер. Савада кивнул, забрал со стола обе чашки и принялся готовить новую порцию, не прекращая внимательно слушать Реборна. Тот положил одну руку на спинку стула, чуть развернувшись, и продолжил: — Ты слишком отдаешься воспоминаниям. Не заглушай свою интуицию. Я не собираюсь всю оставшуюся жизнь говорить тебе те вещи, которые ты сам понимаешь, но по какой-то причине не даешь этому пониманию добраться до твоего разума. Здесь перечить Десятый не стал. Он и сам заметил, что в последнее время все чаще предается сравнению новых кандидатов в Хранители с собой и своими друзьями в далеком прошлом. Видимо, это оказывало на него сильное влияние, раз он все реже стал слышать голос гиперинтуиции. Любопытно, открыл ли в себе Тоши этот дар? Ведь и Первый, и он, Десятый босс Вонголы, имеют его. Раз парнишка обладает такой огромной, по словам Реборна, силой, то интуиция у него должна быть развита не хуже, чем у Тсуны. Впрочем, развитие Тоши шло по совершенно другому принципу, нежели когда-то было у Савады. Но Тсуна продолжал не терять надежду. — А вообще, ты отчасти прав в своем скептическом отношении к этому, — после некоторой паузы снова зазвучал голос Реборна. — Погасить бунт эта весть не сможет, однако даст надежду всей Вонголе и наиболее близким к ней кланам, а также на время успокоит основной очаг хаоса в альянсе. Особенно, если все узнают про успехи нового кандидата на пост босса. Поверь, Тсуна, так будет лучше для всех. Десятый вздохнул, понимая, что хорошее настроение быстро улетучилось и возвращаться пока не собирается. Он в очередной раз поставил перед Реборном чашку с кофе и плюхнулся на стул следом.

***

Во время обеда Шин и Тоши разговорились о вчерашней тренировке. — Я чувствовал себя невероятно! — восхищенно делился впечатлениями Шин. Он яростно жестикулировал, показывая наиболее запомнившиеся ему моменты. Как он умудрился не разбросать содержимое своего бенто — осталось загадкой для Тоши, но он все же с большим упоением наблюдал за товарищем. Иногда прерывая восторженные восклицания парня тихим смехом, Тоши пытался доесть свой обед, но сам не заметил, как начал рассказывать то, что осталось в памяти после необычной тренировки. Работа в паре удивила Тоши едва ли не больше основных заданий. Такой вид тренировки означал упор на полное взаимодействие с напарником. Тот факт, что киллер поставил их в пару на первой же тренировке, говорил о том, что он тоже увидел крепкую связь между друзьями и решил использовать как помощь парням. «Ваша основная задача — концентрация, — звучали в голове слова Реборна. — Если вы не будете концентрироваться, пострадает ваш напарник. В настоящем бою поблажек никто делать не станет. Старайтесь оставлять ошибки здесь и сейчас, чтобы потом не совершить их снова и пожалеть об этом.» Тогда Тоши обратил все внимание на слова о настоящем бое. Паника неприятным колючим комком начала разрастаться где-то внутри. Из-за этого провалилась попытка сконцентрироваться, и его отбросило мощным потоком неуправляемой энергии. Она прошла по всему телу, словно ток, на какое-то время даже парализовав парня. Было страшно и необычно. Таких эмоций он еще не испытывал никогда раньше. Друг долго извинялся за это, но потом они уже вдвоем радовались такому успеху Шина. Вся суть тренировки оказалась проста: Реборн хотел таким образом вызволить из плена нерешительности и немощности как можно больше силы, а также натолкнуть парней на мысль о том, что можно использовать взаимодействие для открытия всего потенциала, скрытого в них. Задача заключалась в концентрации, но, конечно, сразу с этим справиться было трудно, поэтому допущенные ошибки стали для парней хорошим подспорьем для дальнейших попыток. Как альпинист, карабкающийся вверх без страховки, осторожно и с особым вниманием выбирающий каждый камушек, за который он может зацепиться и на который может наступить, так и оба друга старались искать наиболее удачные позиции, от которых можно будет оттолкнуться, чтобы освободить энергию. С каждой новой попыткой получались вспышки мощнее предыдущих, но пока что это были всего лишь вспышки. Однако никто из парней не отчаивался. Наоборот — они только сильнее загорелись этим, стараясь показать себя и добиться как можно больше. — Как думаешь, что придумает Реборн-сан для нас сегодня? — изучая крошки, оставшиеся от обеда, спросил Тоши. — Ничего. Будем продолжать то, что вчера начали, — с тихим вздохом ответил Шин. — Мне показалось, что он был не очень доволен нами, хотя Савада-сан, в отличие от него, таким не выглядел. — Да, — согласился Тоши. — Савада-сан, похоже, был обрадован. По крайней мере, мне так показалось. Он так искренне переживает… — Он хороший человек. И я думаю, он поможет нам не меньше, чем Реборн-сан, — улыбнулся Шин, похлопав друга по плечу. — Идем, сейчас начнется урок.

***

На вечерней тренировке все складывалось куда лучше, чем вчера. Реборн озабоченно наблюдал, вставляя замечания, Тсуна напряженно следил за каждым движением парней. Он так сосредоточился, что даже не заметил, как киллер дал новое задание, тем сам подытожив все пройденные ранее. Решив, что вряд ли и дальше его присутствие будет необходимо, Десятый отправился на свое привычное место — на ступени храма. На удивление, сидеть на них оказалось очень удобно, так что Савада не терял возможности напрасно и отдыхал именно там. Поначалу все было спокойно. Слегка наклонив голову вбок, Тсуна продолжал наблюдать за ужесточившейся тренировкой. Реборн невозмутимо стоял неподалеку от учеников, спиной к Десятому. Он не двигался, не показывал лица, но даже в его замершей, статичной фигуре чувствовались непоколебимая гордость и яркая сила, завораживающая мощь и почтительная строгость, и даже в каждом незаметном жесте читалось уверенное превосходство. А вот рядом его новые ученики. Пока что они как маленькие огоньки лампы — только начинают тихонько разгораться, но скоро, совсем скоро обещают превратиться в настоящее пламя, пылающее для врагов — опасно и мощно, словно пожар, охвативший необъятный лес; для друзей — тепло и уютно, как в домашнем камине. Внезапно размышления Тсуны прервал странный шорох откуда-то сбоку. Быстрый взгляд — в кустах показалась тень. Савада готов был поклясться чем угодно, что это была та самая тень, которая появлялась вчера. Вот только сейчас она не двигалась, будто не заметив, что за ней наблюдают. Но вот тень едва заметно дернулась и переместилась. Однако быстрые реакции помогли Десятому проследить за ней. Но тень, видимо, уверенная, что ее не видно, оставалась на месте. Тсуна постарался сделать незаинтересованный вид и отвернулся в сторону парней, которые сидели прямо на выложенной камнем площадке перед храмом и слушали наставления Реборна. Краем глаза Десятый продолжал следить за странной тенью. Просидев так пару минут, он не выдержал наглости тени, которая подобралась совсем близко, но так, что все еще оставалась тенью, не давая узнать человека. Савада поднялся и как ни в чем не бывало подошел к аркобалено, который к этому моменту закончил упрекать учеников и теперь вновь стоял чуть поодаль. — Реборн, — вкрадчиво позвал Тсуна. — Мне кажется, за нами кто-то следит. Там, справа от храма, между деревьев чья-то тень. Киллер бросил острый взгляд в сторону, указанную бывшим учеником, и еле заметно усмехнулся. — Эй, выходи! — крикнул мужчина, опуская ранее сложенные на груди руки. Тень, кажется, глубоко вздохнула, насколько позволяло видеть Десятому его зрение. Затем на узорчатую площадку из травы ступила нога, облаченная в тяжелый кожаный сапог. К ней присоединилась вторая, подобно птичьему крылу мелькнула черная ткань длинного плаща. Из тени от широкой кроны дерева показалось самовлюбленное лицо незнакомца. Взгляд черных, как две бездны, глаз утопал в смешливом блеске, а бледная кожа придавала сходство с мертвецом, только что вставшим из гроба. В облаченных кожаными перчатками без пальцев незнакомец держал длинный посох из темного дерева, украшенный небольшим черепом. Из-под плаща выглядывали черная рубашка и такого же цвета штаны, заправленные в сапоги. Колорита добавляли черные, с синеватым отливом волосы, аккуратно убранные в два длинных хвоста, которыми незнакомец чудом не умудрялся подметать землю. Небольшой «хохолок» на затылке и странный двойной пробор так же украшали голову. Довершала образ черная аура вокруг всей фигуры человека. Тсуна удивленно ахнул: перед ним стояла хорошо загримированная копия Мукуро. Если не сам Мукуро. Это уже было бы слишком. — Приветик! — со странным звуком, напоминающим смешок сквозь слово, поздоровалось появившееся нечто. У незнакомца был довольно приятный тенор, который изредка в некоторых словах срывался едва ли не на фальцет. — Это Хранитель Тумана, которого я нашел, — опережая все вопросы, которые пока что даже не планировались задаваться ввиду общего шока, постигшего чересчур впечатлительных зрителей, представил незнакомца Реборн. У него самого было такое выражение лица, которое Десятый ни разу не видел у бывшего репетитора: тот словно кило лимонов разом съел, но мужественно делал вид, что с ним все в порядке. — Р-реборн, — начал приходить в себя Тсуна, хоть и много повидавший, но этот человек все равно каким-то непонятным образом заставлял удивляться себе. — Ты не находишь, что он кое-кого напоминает? Новый Хранитель, уловив повышенное внимание к своей персоне, приосанился и широко улыбнулся. Реборн внимательно пригляделся к нему: на вид ему лет двадцать с небольшим, одет чересчур мрачно, хохолок есть. — На Мукуро чем-то похож, — утвердительно кивнул киллер. Тсуна готов был сквозь землю провалиться. — Плохо скрываешься, — упрекнул Реборн нового Хранителя. Тот, продолжая улыбаться, замахал рукой. — Что вы, что вы, — парень смущенно потупился. — Если бы я хотел скрыться, вы бы не заметили меня, стой я в полушаге от вас. А это я так, в тенечке отдыхал! У Тсуны задергался глаз. Шин ошарашенно пялился на наглеца, не зная, сделать едкое замечание или возмутиться. Тоши просто грел пятой точкой каменную кладку, находясь под сильным впечатлением от столь пафосного появления. Аура, к слову, быстро развеялась, и стоило парню подойти ближе, как от нее уже не осталось и следа. Один Реборн стоял, скривив губы в усмешке. Когда первый шок начал проходить, а заскучавший Хранитель принялся напевать какую-то веселую песенку, киллер решил добить всех своих учеников. — Он сильнейший иллюзионист из всех, кого я когда-либо знал. Хохолок на макушке дернулся, а его обладатель скромно хрюкнул в кулачок. Наступила немая сцена. У Тсуны задергался второй глаз. Он поймал себя на том, что работа сильно расшатала нервы, и надо бы поехать куда-нибудь отдохнуть от всего. — Ах да, — хлопнул себя по лбу парень, оставив на лбу красноватый след от широкого ободка перстня с каким-то чудовищем. — Я не представился! Меня зовут… Все дружно приготовились выслушать невероятно сложную комбинацию из всех букв алфавита, перемешанных в неопределенном порядке. -…Орфео Буджардини, — представился Хранитель на европейский манер. Реборн довольно хмыкнул, остальные потеряли челюсти где-то на земле. — А это, я так понимаю, претендент на роль Двадцатого босса клана Вонгола? — Орфео ткнул пальцем с крашенным черным лаком ногтем в Тоши. Тот испуганно отшатнулся, потому что палец едва не попал ему в глаз. — Он самый, — кивнул Реборн, отвечая за будто проглотившего язык Тоши. Тот честно ответил бы сам, но осознание того, что ЭТО будет одним из его Хранителей, повергло парня в ужас. Орфео постучал по лбу будущего босса кончиком пальца и выпрямился. — Есть потенциал! — известил он, кинул смеющийся взгляд Шину и обратился к Реборну: — Вы знаете, где меня найти. Бай-бай! Послав воздушный поцелуй, Хранитель Тумана исчез, оставив после себя темное дымчатое облако. — Это что за сбежавшее с фестиваля готов нечто? — окончательно оправившись, наконец смог спросить Тсуна. Реборн пожал плечами. — Новый Хранитель Тумана Вонголы. — Эффектный, ничего не скажешь, — почесав в затылке, прокомментировал Шин и принялся помогать другу подняться. Тоши все еще смотрел в то место, откуда испарился странный парень. После себя он оставил странные чувства. Глаза затягивали, как черные дыры, а ощущения от прикосновения остались как от случайного мазка вязкой смолой. Помимо этого от его ауры веяло ледяным холодом и смертью. Очень странный парень. Он строил из себя клоуна, а сущность его кричала об ужасе и жестокости этого человека. Это с натяжкой можно было назвать двуличием, скорее маской — криво и чересчур ярко раскрашенной сумасшедшим художником. Шин сохранял нейтральность, хотя новый Хранитель задел и его. Парнишка испытывал смесь какого-то непонятного страха перед неизвестностью, скрывавшейся в этом человеке, и презрения к нему, к этим выходкам. Но и не покидало его чувство опасности, о которой говорило все в облике Орфео, начиная от черепа на посохе и заканчивая черной аурой, неспроста появившейся вокруг Хранителя. Однако Тоши чувствовал еще и его силу. Она напоминала жидкую, густую тьму, в которой будто купался этот парень. Он управлял ей как хотел, контролировал, подчинял себе. Нечто не просто жуткое, а по-настоящему адское бежало вместо крови по венам Орфео. Реборн, как оказалось, не шутил, когда говорил о том, что этот парень — сильнейший иллюзионист. И это поражало еще больше. — Поздравляю, — внезапно сказал Реборн, обратившись к Тоши. Тот удивленно захлопал глазами. — Ты только что открыл в себе новый дар. Чувствовать силу другого человека — это может только наследник Вонголы. — Развитие гиперинтуиции, — вырвалось у Тсуны, а киллер удовлетворенно кивнул в подтверждение слов бывшего ученика. Тоши в удивлении вперемешку с восхищением прижал ладонь к груди, пытаясь осмыслить это, а Шин стоял рядом, изобразив на лице довольную полуулыбку.

***

Прерванная тренировка уже подходила к концу. Солнце давно село за горизонт, а поздний вечер получал полноправную власть, накрывая Намимори темно-синей пеленой. Парни выглядели уставшими, но решили выполнить задание до конца, насколько хватало сил. Неожиданно Реборн почувствовал что-то странное. Словно из него рвалось что-то наружу, грозя разбить тело на куски, а окружающее превратить в пыль. — Неужели так скоро… — прошептал он. Тсуна, заметивший странное поведение бывшего репетитора, подскочил к нему. — Что случилось, Реборн? — обеспокоенно спросил Десятый, краем глаза взглянув на пока что ничего не подозревающих мальчишек. — Кажется, проклятье возвращается, — еще тише ответил киллер, хватаясь за Саваду, так как ноги отказывались его держать. Больше того — мужчина их вообще не чувствовал. Голова начала кружиться, как будто его раскрутили на самой быстрой карусели в мире. Реборн почувствовал, как теряет связь с реальностью. Тсуна отпрянул назад, едва не натолкнувшись на почуявших неладное парней. Сделать что-либо Десятый не мог. Приходилось просто ждать. Тело киллера окутало желтоватое облако, а затем через несколько мгновений на месте взрослого Реборна появился он же, но уже в облике ребенка. Некоторое время понадобилось мальчикам, чтобы оправиться от нового приступа шока и чтобы выслушать объяснения всему произошедшему. — Аркобалено… Я слышал об этом от отца, но считал детской сказкой, — задумчиво произнес Шин, когда рассказ о проклятье закончился. Тоши пораженно молчал. — Этот образ не помешает мне тренировать вас, — уверенно ответил Реборн. — У нас совсем нет времени. Пока что идите домой. Продолжим позже. Когда парни попрощались и ушли, киллер запрыгнул на плечо Тсуне. — Вот и показались все главные персонажи. Теперь дело за малым, — произнес репетитор, всем своим видом показывая, что сейчас вопросы будут излишни и вскоре Десятый сам все увидит. — Идем домой, Тсуна.