Злой хитрый лис по имени Ши

Хотя по Мишкиным ощущениям уже давно должно было наступить утро, когда удовлетворившийся парень нелюбезно выпихнул его за дверь, всучив честно заработанную непосильным трудом емкость с бензином, на улице, тем не менее, была глубокая ночь и кромешная тьма, хоть глаз выколи. Луна спряталась в черных тучах. Охая и постанывая, Мишка, морщась от боли, побрел туда, где стояла их машина. Ребята спали. Мишка осторожно постучал в окно, Антон тут же проснулся, вышел из машины и, поглядев на часы, недоверчиво покачал головой. - Ты что, на ракете долетел? - То есть? - Во. – Антон ткнул ему часы. – Сорок минут прошло всего. Где ты бензин взял? Мишка ошалело потряс головой. - Как сорок минут? - Так. Сорок минут. Вить, на твоих сколько? - Полдвенадцатого. – Мишкин брат тоже вылез из машины. – Да, Миш, где ты бензин-то взял? - На заправке. Там, где старый дом еще стоит, тот, с крылечком. - Ты че, Миш? Переутомился что ли, с дороги? Откуда в этом лесу заправка? - Значит, построили. - Миш, - брат посмотрел на него с недоверчивым испугом. – Я по этой дороге неделю назад проезжал. Никакой заправки там нет. Там вообще ничего нет. Пустырь. - Но вот же… бензин. И у меня… - Мишка хотел сказать «задница болит», но вовремя спохватился. - Вон, волдырь на пальце. Натер, когда шел. Десять километров, как-никак. Антон нервно щелкнул зажигалкой, чтобы посветить себе, и несколько секунд с видимым отвращением разглядывал Мишкину честную и несколько бледную от испуга физиономию. Потом тоном человека, готового потерять терпение, сказал: - Знаешь что, Мишаня, девкам голову морочить будешь. Это какой-то очередной твой прикол, шутник ты недоделанный? - Какой еще прикол? - в отчаянии возопил Мишка. - Это не прикол! Это вообще хрен его знает что. Ну не могло пройти сорок минут, не могло! Я ведь километров десять протопал до той заправки, не меньше. А потом обратно столько же. Наверное, с вашими часами что-то не так, пацаны. Антон полез в машину, вытащил из кармана Серегиной куртки его мобильник и ткнул Мишке под нос. - Видал? Полдвенадцатого. Что, у всех троих время неправильное? - Не знаю, не знаю... - Мишка ошалело крутил головой. - А я знаю. Никуда ты не ходил. Спрятал, наверное, вчера в кустах канистру с бензином? Петросян хренов. - Это я был бы совсем дурак. Ну была там заправка, ну честное слово! Щас будем проезжать, сами все увидите. - Хорошо. - Антон больше не стал спорить. - Садись в машину. Сами все увидим. Через двадцать минут Антон остановил машину. - Здесь, что ли? - Здесь... - тихо сказал Мишка. Никакой заправки на пустыре не было. Был старый полуразвалившийся дом, с покосившимся от старости крыльцом, пустыми черными глазницами окон и распахнутой настежь дверью, болтавшейся на ржавой петле. Позади дома темнел запущенный дикий сад, давно превратившийся в непролазные дебри. - Я слышал, тут нашли повешенного лет пятнадцать назад. Прямо за этим домом, болтался на яблоне. Долго провисел, так что опознать его не смогли, - тихонько сказал Витька. - Ничего удивительного. Время ведь тогда какое было? Наверное, бандюки с кем-то из своих должников разобрались. - Антон внимательно посмотрел на Мишку. - А ты, значит, заправку здесь нашел? - Да... - Мишка едва мог говорить от страха. Антону и Витьке тоже было не по себе, хоть они старались не подавать виду. Одному Сергею все было нипочем - он спокойно продолжал храпеть на заднем сидении, укрывшись своей курткой. - И мы этим бензином машину заправили... - Выходит, так. - Мишань, а ты точно не разводишь нас? - Витька повернулся к Мишке, сидевшему на заднем сидении. Тот посмотрел на брата белыми от ужаса глазами. - Да, непохоже. Тош, он, по-моему, не врет. Вон, белый весь сидит от страха. - Да ебись оно все конем! - Антон резко развернул машину, так, что её даже слегка занесло. - Не знаю, Мишка, что ты там видел - мертвяков, призраков, или глюки у тебя, или ты просто стебешь нас по-идиотски, но мы едем домой. Места здесь и впрямь стремные какие-то. Ну её нахер, эту вечеринку. Мишку высадили возле его дома. - Ты только никому больше не рассказывай о том, что там видел, - на прощание посоветовал ему брат. – Над тобой все ржать будут. Понял? Антон, и ты тоже молчи. - Да мы сами завтра над этим ржать будем, - к Антону вдали от проклятого дома и страшного пустыря быстро вернулась его храбрость. Но Мишке было совсем не до смеха. Дома он в первую очередь тщательно обработал раны на спине и предплечьях. Длинные, глубокие царапины совсем не иллюзорно болели и были оставлены чем-то, больше всего напоминающим звериные когти. Страшно было оставаться одному в темноте. Мишка впервые с шестилетнего возраста не стал выключать ночник, укладываясь в постель. Он долго не мог заснуть – не только от страха, но еще и от боли. Царапины, ссадины и синяки на теле болели так, что у Мишки при всем его желании не получилось бы убедить себя в том, что и автозаправочная станция, и странное существо в синей форме ему пригрезились. Мишка боялся, что это существо, оставившие на нем свои метки, придет за ним и сюда, в его городскую квартиру. В том, что это был не человек, Майк не сомневался ни минуты. Но никто не явился в его дом. Царапины вскоре затянулись и зажили, оставив только тонкие белые шрамы. Мишка, как ни странно, почти не вспоминал о том, что с ним случилось – ему словно что-то мешало это делать. Пока не пришло время покинуть родной город и вернуться в областной центр, чтобы продолжить там грызть гранит науки и получать высшее образование. Начинался новый учебный год.