Боль - твой наркотик

Прошу у всех читателей прощения за то, что продолжения не было так долго. У Джули началась активная подготовка к ЕГЭ (а это репетиторы, курсы и прочее), поэтому времени на главы практически не оставалось. Однако, фанфик быстро "обрубать" я не собираюсь. Поэтому готовимся к приличному миди, готовим платочки и попкорн. Всем фруктовой жвачки и розовой сахарной ваты)

***

Щека покраснела так, словно полыхала от сильного меткого удара Маргарет. Но боли как таковой я не чувствовала, словно утратила всякую способность к физическому ощущению. Просто смотрела в фиалковые глаза девушки, не ощущая под ногами твердой почвы. Во мне горели ярким пламенем два противоречивых чувства - обида и ненависть. Мадж была первым и единственным человеком, которому я смогла довериться в доме Пита и даже подружиться. Она стала моей поддержкой, и в какой-то момент я могла считать ее союзницей - Ланкастер тоже немало пострадала от блондина. Но теперь все перечеркнуто - она обозначила и раскрыла свои позиции. Лгунья. Леди лгунья. В ней я больше не видела ничего настоящего. Ее кукольное фарфоровое лицо казалось мне таким чужим даже спустя столько дней. Привычные мне задорные фиалковые с голубоватыми вкраплениями казались ненастоящими, слишком холодным и лживыми. Девушка наверняка узнала, как подбираться ко мне - сидела и выслеживала, словно змея. Почему я вдруг в этот раз изменила самой себе? Пускай Маргарет Ланкастер вся из себя такая милая и пушистая, но она выросла в центре Капитолия, впитывая все его пороки и грехи. Уж лучше бы я доверилась Мелларку, чем этой куколке. Злость мгновенно закипает во мне, вытесняя всю обиду и даже слезы. Осознаю, что хочу причинить этой нахальной девице еще больше боли, чем какая-то маленькая пощечина. Просто ударить настолько сильно, чтобы она впредь не пыталась хотя бы своим тонким наманикюренным мизинчиком тронуть мою жизнь. И делаю то, что задумала. Мадж от неожиданности падает на пол. Теперь и на ее щеке алеет след руки, который, кажется, только раззадорил блондинку. Девушка пинает меня в колено, а сама залезает прямо на грудь, сдавливая легкие так, что приходится ловить воздух ртом. На ее лице играть победная улыбка. Такая, словно... Словно она решила не убирать руки с моей шеи до самого конца. Маргарет Ланкастер решила убить меня. Желание жить бьется в грудной клетке так, что я нахожу в себе силы и сталкиваю служанку. Краем уха слышу крик напуганной Роуз, которая отчаянно пытается нас вразумить. Но нет, мольбы вряд ли остановят нас обеих. Я просто принимаю оборонительную позицию и жду, пока Мадж решится снова меня ударить или броситься вперед. Мадж, моя "заклятая" подруга. Чем в этой жизни я заслужила ее такую? Я никогда бы не решилась вот так просто убить кого-либо. Причинить боль и страдания - да, но отнимать жизнь у меня нет никакого права. И даже в этот раз я не стану идти на такой отчаянный шаг, просто вырублю служанку и попрошу других унести ее на кухню. Даже такая, со всеми своими пороками, Маргарет не заслуживает смерти. По крайней мере, от моих рук. Но, словно спасательный круг, вбегает охрана, которая оттаскивает от меня сильно помятую блондинку, которая, извиваясь словно дикая кошка, шипит в мою сторону проклятия и угрозы. Я спасена, но что будет, когда Пит вернется домой и узнает что произошло между нами? Будет мучить Ланкастер, а потом ее и вовсе уволит, повесив на всю семью неимоверное количество долгов, или же все шишки достанутся мне, и я снова стану в этом доме заложницей, а не хозяйкой, не его "миленькой" невестой. Когда комната пустеет, и в ней остаюсь лишь я и рыжая служанка, бессильно падаю на кровать и лежу до тех пор, пока Роуз не начинает рыдая умолять меня подняться и обработать ссадины. А их у меня немало. В зеркале стоит истерзанная девушка: волосы из "ракушки" сбились в непонятный темный клок, в кровоточащей ране на руке виднелись блестящие осколки от фарфоровой посуды, а из губы сочилась темная жидкость, капающая на мое голубое платье. Хочу прогнать даже невинную служанку, остаться одной и напиться. Да, именно напиться. Таким образом, год назад я и снимала стресс, когда впервые увидела Гейла с другой девушкой. Я знала, что так и будет, ведь каждому когда-нибудь захочется завести семью и детей, но только не мне. Даже в детстве меня не прельщала игра в дочки-матери. На мне всегда была и будет ответственной за мою Примроуз, мне хватит и этого груза. Да к тому же, какая из меня мать? Я по своей натуре кукушка - на одном месте вряд ли смогу усидеть долго, что уж тут о муже и детях. Я тихо шиплю, когда Роузи, вытащив все осколки, начинает поливать рану спиртом и ловко перевязывать, морщась при каждом движении. Она делает все быстро и как можно более мягко, но к боли я в последнее время стала по-другому относиться. Каждая ее вспышка заставляет меня вспоминать его поцелуи на коже - грубые, жадные и до искр из глаз болезненные. И эта вспышка словно гипнотизирует меня. Я понимаю, что хочу большего. Резкий удар входной двери заставляет меня встрепенуться, а служанку пискнуть от страха. В комнату входит Пит, на лице которого играет счастливая улыбка, а в руках букет свежих красных роз. И эта улыбка, которую я так редко видела, сходит настолько быстро, словно узор на стекле, смытый дождем. Теперь глаза излучать только беспокойство и..Гнев? -Китнисс, что случилось?-серьезно спрашивает Мелларк, теперь уже злобно уничтожая служанку Роуз. -Это твоя бывшая постаралась,-я строю щенячьи глазки. На войне все средства хороши, почему бы и не воспользоваться такой огромной заботой и любовью моего драгоценного жениха? -Маргарет Ланкастер?-со стальным отблеском в голосе отвечает Пит, поднимаясь в полный рост.-Обработай моей невесте раны и приведи в мою спальню. А я схожу на кухню и проверю как обстоят дела у второй героини драмы. Я не успеваю сказать и слова, как блондин буквально вылетает из помещения, от чего на моей тумбочке разлетается листы с копией нашего брачного договора.

***

POV Пит Когда в последний раз я был так зол, как сейчас? И когда ярость кипела во мне из-за девушки? Прежде, меня мало волновала безопасность кого-либо из моих женщин. Моя первая невеста, Розали Андерс, была любительницей безумных вечеринок и особенно тех, на которых у людей срывало голову, и они начинают просто калечить друг друга просто для смеха. Вот там то и Роз напилась и оторвалась так, что пришла домой с изрезанными руками - подарок какого-то байкера. Я даже бровью не повел. Маргарет Ланкастер. На балах она всегда в танце растягивала лодыжки, нередко падала или же просто травилась совершенно несовместимыми продуктами. Моя мать, Метте-Марит, приходила ее навещать с всякими вкусностями, словно к дочери, и всегда задерживалась допоздна у кровати больной, тогда как я прятался у себя в кабинете и погружался в работу, только бы не видеть ее лицо, так неумело изображающее агонию. С Китнисс все иначе. Привычный Пит, который был жив еще в нашу первую встречу, закурил бы сигару и ушел в свои покои, обозленный тем, что их первая небрачная ночь вновь откладывается на день-два. Я же иду, словно идиот, к Мадж, еле сдерживая порыв злости. Мне бы впиться руками в ее шею и придушить. Никто не смеет трогать эту прекрасную, наглую, саркастичную, непокорную, но, черт возьми, мою Китнисс Эвердин. НИКТО. Блондинка стоит у маленького навесного зеркала, прижимая кружевной платочек со льдом к ушибленному виску, морщась от боли. Боли, которая, по сравнению с тем, что произойдет сейчас, покажется просто раем. Маргарет открывает свои фиалковые глаза, обрамленные густыми пушистыми ресницами, а потом вскрикивает так, словно увидела приведение. Я поспешно прикрываю дверь, моля о том, чтобы она не оказалась дурой и молча стояла, понимая, то, что сейчас произойдет - было неизбежно. -Как ты вообще посмела это сделать?-спокойно говорю я, рефлекторно поправляя волосы. Она кусает губы и отводит взгляд на грязный, местами заляпанный какими-то пятнышками, пол. Потом накручивает прядь своих белокурых волос и робко поднимает голову, словно нашкодивший котенок. Вот только я не сердобольный хозяин, который приласкает животное и простит. Мне прекрасно известны все ее повадки, слишком долго я был с Мадж. Сейчас она смущенно заигрывает, словно прося на это разрешения. -Пит, я...-она переминается с ноги на ногу.-Ты меня же знаешь. И знаешь, как я веду себя в порывах ревности. -Какая ревность?-жестко произношу, хлопая по хлипкому шаткому столику кулаком.-Мы, кажется, все с тобой обсуждали, моя дорогая. Ты здесь - никто. Просто ходишь, как предмет интерьера, и убираешься так, словно тебя тут и нет! -Пит! Ты же знаешь, что я чувствую к тебе! Мне, знаешь ли ты, больно видеть, как эта...вертихвостка вьет из тебя веревки! Да ты чувствительным стал! Ты убил Оуэна только из-за того, что тот отлучился на пару минут, а твоя красотка сбежала!-девушка берет со стола маленькую старую газету и начинает обмахиваться, словно веером. -Я убил его потому, что он не сделал то, что я ему приказал - не был на выходе столько, за сколько я ему плачу!-сверлю Маргарет глазами и благодарю бога, что тот не дал мне жениться на этой дуре.-Китнисс не вертихвостка, мы сразу же обозначили все условия нашего брачного договора. По крайней мере, она мне не клялась в вечной любви, которой и в помине нет, как ты это делаешь сейчас! -Пит, верь мне! Я правда тебя люблю, и даже ты не сможешь заставить меня чувствовать иначе!-кричит так громко, что я с опаской смотрю на дверь. Не успеваю я что-либо сказать или просто же начать кричать в ответ, как мягкие губы блондинки накрывают мои, а руки забираются под пиджак, дразня холодными прикосновениями. Она улыбается сквозь поцелуй, словно победительница, а я впервые в жизни растерялся. Мне приятен этот поцелуй, эти объятия и нежность девушки. Мысленно отмечаю, что вряд ли бы Китнисс сделала когда-либо такое же, даже ради семьи. Мне гадко от себя - я обещал Китнисс больше не совершать похождений. Ну или же просто их скрывать, не делать достоянием общественности и тем более не доносить до ее ушей. Но у этого дома есть уши.

***

POV Китнисс. Два разочарования в день? Жизнь, что ты творишь со мной? Ты превратила мою, как казалось, лучшую подругу просто в подлую змею, а теперь отдаешь ей на развлечение Пита. Что я до сих пор делаю здесь? Я верю, словно школьница и жду чуда. Проснись, Китнисс. Тебе не пять и не семь лет, ты уже взрослый человек, который абсолютно не готов к такой жизни. Может, я и родилась на окраине, работала с 12 лет и даже драться умела, но вот хитрость и другие чувства и навыки, которые господствуют в Капитолии, мне не подвластны. Сейчас, по закону жанра, я обязана выпрыгнуть из-за дверного косяка, закричать не своим голосом и залепить Мелларку пощечину, которую он точно заслужил. Но такое чувство, будто бы тело стало не моим. Ноги сами несут меня куда-то прочь из этой чертовой комнаты наверх, к себе. Я тихо закрываю за собой дверь и ничком падаю на кровать, пытаясь как можно быстрее уснуть. Мир снов для меня сейчас настоящее спасение.

***

Понравилось? Лайк) Нашли ошибку? Выделите, публичная бета включена) Вопросы? Пишем в ЛС или комменты)