Лабиринт начинающего сталкера

Земля тряслась, мелкая пыль поднималась в воздух и кружилась в замысловатых вихрях. Небо полыхало багрянцем, словно кровавый закат. Молнии жалили землю, и грохот вторил им. Ветер набирал силу, и вот уже не просто пыль вилась над землёй, а целые тучи мусора, поднятые вверх аномальной стихией. То и дело что-то ударяло по крышке канализационного люка. Звук эхом отдавался по короткому отрезку тоннеля. С потолка сыпалась бетонная крошка, забивая нос, мир плясал и двоился перед глазами, мерзкий писк ультразвука, заставляло зажимать уши, но это не очень помогало. Парниша сосредоточенно смотрел в пол, стараясь удержать содержимое желудка в пределах своего организма. Особого толку от принятой таблетки Даня не видел, он предпочёл бы потерять сознание, а не переживать действие Выброса на себе, ощущая каждую секунду давящую боль в голове, отголоски каких-то голосов. Наверху продолжало грохотать. Раскаты постепенно становились тише и наконец, мир перестал двоиться, на тело навалилась жуткая слабость, начало клонить в сон. Парниша не заметил, как привалившись к стене задремал. Сколько он спал, он не знал, но проснулся от привычного «подъём». Даня продрал глаза. — Хреново ты Выброс переносишь, — заметил Призрак, поднимаясь и кидая парню рюкзак. — Ты в состоянии, сам дойти до Кордона? — Нет, — быстро ответил Парниша, ловя рюкзак и немного растерянно смотря на него. — Это был не вопрос. Бандитов немного помяли, так что пока можно пройти по дороге почти без приключений. Мне с тобой нянькаться некогда. Парниша немного обиделся на такие слова, как это с ним «нянчиться»? Он же сталкер! Пусть пока и новичок, но вслух только спросил: — А откуда мой рюкзак? — А! Это ты Выдру благодарить должен, — ответил Призрак. — И если встретитесь с ним, то извинить, ты таких ему хлопот доставил, — продолжил он, подходя к лестнице. Даня последовал за ним на поверхность. В небе кружились хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи, давившие солнце своей тяжестью. Светило, как будто растерявшись, совсем скрылось за их тяжёлыми боками. Закрапал мелкий дождь. Дане так не хотелось оставаться одному, но это было неизбежно, и вскоре он уже шагал по дороге в сторону Кордона. Косые струи моросящего дождя проникали под капюшон. Было холодно и страшно. То и дело слышались отзвуки далёкой перестрелки, голоса мутантов. Даня хотел как можно быстрее добраться до КПП на котором, когда-то провёл свою первую ночь в Зоне прошлого. Вспомнился дом, друзья, мама. Как же она? Наверняка переживает. Даня не завидовал организаторам экскурсии, полиции и прочим людям, которые как-либо замешаны в деле о его пропаже. Мама у него боевая, которая в обычное «мирное» время постоянно с кем-то воевала, то с коммунальщиками, то с директорами магазинов, сотрудниками банков, а сейчас у неё пропало единственное и всецело любимое чадо. Даня улыбнулся, представив маму в её боевой позиции, с которой она обычно начинала свои претензии. Но в тоже время на душе стало совсем как-то тоскливо. А друзья? Эту мысль Парниша додумать не успел. В мгновение он ощутил напряжение, а затем им будто бы их рогатки выстрелили. Вскрикнуть духу не хватило, он только видел, как под ним проносится земля, приближаясь с угрожающей скоростью, в этот момент, до него дошло, что не плохо бы что-то предпринять, например, сгруппироваться. Последнее, что видел парниша, до того, как закрыл голову руками и зажмурился, было поле камышей, а после он долго ничего не помнил. «Время вещь странная. Я думаю, тебе будет полезно об этом узнать. Оно устойчиво к изменениям тех, кто является частью истории. Например, если кто-то в две тысячи шестом узнает, что произойдёт, то у него нет абсолютно ни малейшей возможности не помешать возникновению Зоны. Это может сделать человек, который не принадлежит данному времени. Всё пребывание кого-то в прошлом ломает законы Вселенной. Но в Зоне с ними и так нелады. Для того, чтобы абстрагироваться я пока не буду переходить на личности. Тебе нужно общее представление. Человек вне своего времени не оставляет следа в истории. Он как случайный фактор действует на окружающих (на его месте мог быть, кто угодно и поступить так же), но он имеет определённую цель, вектор движения, как белый бильярдный шар. Он не должен попасть в лузу, но способствует, чтобы там оказались другие шары. Надеюсь, ты понял моё сравнение. Поэтому продолжу объяснять, но уже конкретно на твоём примере. Я киль, который предал тебе, «моему» шару, ускорение и направление. Ты же попадаешь по прицельному шару, который приводит в движение остальные шары. Мой противник — История в этом моменте. Ей угодно, чтобы шар летел в намеченную предыдущими ходами лузу. Моя соперница сильна и умеет просчитывать траектории всех шаров и их «случайных» столкновений и проводит элегантные удары. Я же могу бить только прямой наводкой, пытаясь исказить её комбинации, надеясь, что шар отскочит в нужную мне сторону, и что я вообще не промахнусь. Каждый шар на пути это событие или человек. Луза — ключевое событие, цель жизни. Мы не можем промахнуться, иначе игра повториться и тот, кто вновь представиться тебе Хозяином не сможет сказать, где допустил ошибку, не сможет вспомнить. Время имеет много вариантов, и все они осуществляются единовременно, порождая бесконечное число возможностей. Одни из них более вероятны, другие менее, а шанс выпадения третьих ничтожен. Я (мы) нашли для тебя самый благоприятный путь, но не можем влиять на каждое момент времени, и ты сам вихляешь по неровному сукну. Пример из анекдота-баяна, про новичка, который замечтался и не заметил оврага, а после попал на обед контролёру. Шанс упасть, не обратить внимания на что-то выше, когда ты «отсутствуешь», но в тоже время герой этого анекдота, мог почувствовать, увидеть, что впереди овраг или услышать зомби, на это меньше шансов. И что совсем маловероятно, на него мог упасть в этот момент метеорит. Конечно, здесь я немного утрирую. Я хочу донести до тебя мысль, что везение это выпадение меньшего шанса. Кому-то «везёт», потому что он сам неосознанно избегает риски неблагоприятных более вероятных событий и создаёт дополнительные условия, чтобы уменьшить шанс их выпадения. Другим «везёт», потому что «Зона над ними издевается», не воспринимай прямом смысле, просто я не могу объяснить абсолютно всё. Мы многое сами не до конца понимает. И третье чья-то воля. Здесь много игроков, которые из своих соображений делают что-то. Все они как при давке в транспорте, пошевелился один, почувствовали все. Поэтому те, кто это делают, задают лишь общее направление и редко кто-то влияет на определённое событие. Здесь доходит иногда до смешного. Все события, особенно в Зоне, взаимосвязаны… Ты что так и продолжишь, здесь валятся?»