Что скрывает ложь

Так не поранит острый нож, Как ранит подлой сплетни ложь, Причем лишь после обнаружишь, Что сделал это тот, с кем дружишь. Себастьян Брант

Дарагой Бел! Приглашаю тебя на мой 6-й день раждения в среду 24 октября! У нас будит бальшой торт и клоун! Только Актавию с сабой не привади а то она многа ест и ничиго нам не аставит! Твая лутшая падруга Кларк. Кларк! Я с удовольствием прийду на твой день рождения! Но с Октавией облом. Мама с папой хочат придти тоже и взять её с собой! Надеюсь, они будут за ней следить. Твой большой друг каторому 9 лет Белами Блейк. Бел! Ладна, ничиго страшного. Но прикрати хвастаться своим возрастам! Кларк! Это чтобы ты не зазнавалась! А клоун будит что ли тот же самый что и в прошлом и позапрошлом и позапозапрошлом году? Бел! Нет! В позпозапрошлам году был валшебник! Неужели ты забыл?! Кларк! Аааа, тот каторый был ненастоящий? Помню. Мы ещё тогда с Джаспером украли его шляпу. Бел! Да и он очень на вас обидился! В этот раз не нада ничиго воравать! И клоун будит другой! Кароче прихади. Рейвен, Монти, Джаспер будут тоже. Канец связи. *** Моросил мелкий противный дождь. Небо затянули грязные тучи, окончательно захватывая в свой плен солнце, холодало. Дул пронизывающий колючий ветер, заставляя людей кутаться в свои плащи с утроенным усердием. Однако Кларк не замечала разыгравшегося ненастья. Она с полными слёз глазами стояла рядом с отцом, Джейком Гриффином, и с отчаянием смотрела, как чёрные комья земли с глухим стуком падают вниз, в большую яму, покрывая полированную деревянную коробку рыхлым слоем. Коробку, в которой лежала её мама. Коробку, которая носит пугающе-мрачное название "гроб". Место, откуда нет выхода. Девочка сильнее прижалась к отцу, хватая и сжимая его руку. Тот обнял дочь, не в силах отвести взгляда от могилы жены, глотая слёзы и пытаясь сохранить самообладание. Часть его души будто атрофировалась, оказалась похоронена вместе с умершей, и единственным, что согревало его сердце и давало надежду, стала Кларк. Юная Гриффин же снова и снова проматывала последний год у себя в голове, пытаясь найти тот переломный момент, когда вся её жизнь покатилась по наклонной прямиком в ад. И она нашла его. Это случилось после её седьмого дня рождения. Мать девочки давно жаловалась на плохое самочувствие, и с каждым днём оно становилось только хуже. Женщина ослабла, потеряла аппетит, похудела и осунулась, и, в конце концов, муж заставил её пойти на приём к врачу. Уже тогда Кларк стоило обратить внимания на слова, звучащие в её доме всё чаще и чаще: "рак", "не больше двух месяцев", "химиотерапия не поможет", "хирургическое вмешательство" и тому подобное. Однако Гриффин, в силу своего возраста, не могла понять всего ужаса этих слов и продолжала жить в своём детском изолированном мирке: беззаботно играла с Беллами, ходила в школу и иногда навещала мать в больнице. Эбби всегда была рада её видеть. Обычно Кларк садилась рядом, на койку, брала мать за руку и долго с ней разговаривала. Конечно, она не раз интересовалась, когда мама приедет обратно домой, на что женщина отшучивалась и каждый раз уверяла дочь, что идёт на поправку. И девочка с детской наивностью верила этим словам. Однако откуда ей было знать, что взрослые, как и дети, тоже умеют врать, причём более искусно? Юная Гриффин боязливо коснулась каменного холодного надгробия. Земля на могиле ещё не успела остыть, и от неё поднималось еле заметное тепло. Тепло, от которого хотелось сжаться в клубок, тепло, которое проникало в каждую пору кожи, заставляя чувствовать себя восковой фигурой. Зловещее тепло. Кларк рыдала так, как не рыдала никогда до этого. Горько, навзрыд, самозабвенно. Никто не пытался её успокоить, понимая, что это попросту бесполезно, но все искренне жалели ребёнка. Они оставили её одну, думая, что девочке нужно побыть наедине с умершей матерью, и лишь один человек так не считал. - Кларк, - Беллами подкрался к подруге, боясь сделать хоть одно неосторожное движение, - Кларк, не плачь. Гриффин ничего не ответила, лишь с горечью всхлипнула. - Твоя мама сейчас в лучшем месте, - начал неумело утешать её мальчик. - Она на небе, с ангелами, наблюдает за тобой. Не расстраивай её… - Я не понимаю, - девочка мужественно попыталась сдержать слёзы. - Неужели я настолько плохая, что Бог посылает мне такое горе? Мама, мамочка… Кларк разрыдалась с новой силой, размазывая по щекам крупные слёзы. Блейк опустил голову в знак соболезнования, но буквально через пять минут вскинул её, будто осененный какой-то безумной идеей. - Нет! Просто он хочет, чтобы ты стала сильнее, и я помогу тебе в этом. Я тебя не брошу. Никогда-никогда! Мы будем дружить вечно! Гриффин исподлобья взглянула на друга, словно пытаясь найти подвох в его словах. - Обещаешь? - Обещаю! Только не плачь… пожалуйста. Девочка всхлипнула в последний раз и послушно кивнула. - Спасибо, Белл... Мальчик нахмурился и неловко похлопал подругу по плечу. Она медленно перевела взгляд обратно на серое надгробие и, задумавшись, дотронулась до золотистой таблички, надпись на которой гласила: "Эбби Гриффин. Любящая мать и жена". Говорят, золото тёплый металл. Но для Кларк он стал холоднее жидкого гелия. *** - Залезай быстрее! Чего копаешься? - хриплый мальчишеский голос эхом разнесся в тишине чердака. Подросток лет пятнадцати ловко вскарабкался по лестнице на самый верх и осторожно ступил на скрипящие доски. Тряхнул длинными тёмными волосами и самодовольно ухмыльнулся: ему нравилось показывать своё превосходство над слабым полом, то бишь девушками. А если ещё точнее - над Гриффин. Вслед за Беллами, кряхтя и посапывая, на чердак залезла неказистая прыщавая девчушка. Её пшеничные волосы растрепались, а футболка с надписью "AC/DC the best" болталась на тщедушном теле, как на вешалке. Следует заметить, такая же футболка красовалась и на Блейке, но на нём она смотрелась куда более презентабельно. - Уморилась, Принцесска?! - издевательски протянул парень, уперев руки в колени и рассматривая подругу. - Может, тебе ещё водички подать или мазь от радикулита? - Утухни, Блейк! - зло прорычала Кларк, отряхивая джинсы. - И не смей называть меня Принцесской! Я тебе не пони! Белл расхохотался. - Как скажешь… Принцесска. Гриффин смерила друга уничижающим взглядом и, решив что он недостоин её внимания, фыркнула. Блейк, тем временем, достал из кармана помятую пачку "Мальборо" и деловито вытащил одну сигарету. - Эй, мне дай! - возмущенно воскликнула белобрысая, выхватывая сокровище из рук Беллами. Тот сначала было хотел вставить едкий комментарий, но вспомнив, что зажигалка у подруги, резко расхотел это делать. Кларк прикурила сама и дала прикурить парню. Но стоило ей сделать пару затяжек, как она зашлась в приступе кашля. Блейк презрительно скривил губы, выпуская изо рта аккуратную струйку дыма. - Можно я промолчу? - Само собой. Не утруждайся, - Гриффин прочистила горло, затем с сердитым упрямством сунула сигарету обратно в рот и набрала как можно больше дыма в легкие. - Дерзкая Принцесса, - не сдержался Белл. Юная курильщица молча показала ему оттопыренный средний палец и отвернулась. Какое-то время на чердаке царила тишина, каждый думал о своём, лишь изредка раздавались странные поскрипывания или шуршания, какие бывают только на старых чердаках. - Пойдём, - парень бросил тлеющий окурок на пол и придавил его ногой, - а то Октавия начнёт истерить, если нас долго не будет. - Твоя сестра - дьявол во плоти, - вздохнула Кларк и проделала то же действие, что и друг. Беллами согласно хмыкнул. - Не спорю. Подростки проворно сползли вниз и, весьма довольные собой, направились домой. Однако счастье их длилось недолго… Тайное ведь всегда становится явным. *** - Прими мои соболезнования, - прошептала девушка лет шестнадцати, опустив глаза в пол и сцепив руки в замок. Поодаль от неё, безотрывно глядя в окно, стоял парень, которому и адресовывались эти слова. Сначала он никак не отреагировал, а затем, будто пробудившись от долгого сна, лишь поджал губы и еле заметно кивнул. Кларк задержала дыхание, почти физически ощущая нестерпимую боль, творящуюся сейчас в душе у друга. Зловещая симфония агонии заполняла комнату беззвучными аккордами, и, чтобы услышать её, вовсе не требовалось музыкального слуха. Гриффин нерешительно шагнула вперёд, в упор глядя на напряженную спину Беллами, и замерла, колеблясь. Боялась, что прогонит. Он ненавидел казаться слабым. - Что теперь будет? - она всё-таки нашла в себе смелость задать мучающий её вопрос. - Мы уедем, - резко вдохнул Блейк, - в Лондон. Там живут наши с Октавией родственники, дядя и тётя. Они готовы взять опеку надо мной и сестрой. Девушка зажмурилась, пытаясь сдержать подступающие слёзы. Вся её жизнь рушилась, как карточный домик. Ей казалось, что какое-то неведомое проклятие следует за ней по пятам. Она не могла поверить, что авария, в которую попала семья Блейков, - просто случайность. Всё это казалось злой шуткой кого-то свыше. - Кларк, пожалуйста, сходи к Октавии, - вдруг прохрипел парень. - Ей нужна поддержка. - А тебе? - Я в порядке. Да, конечно, он всегда в порядке. Только вот Кларк знала, что стоит ей покинуть комнату, как маска каменного безразличия спадёт с лица друга. Он закроет ладонями глаза и сядет в кресло, пытаясь унять еле видимую дрожь и разъедающую пелену слёз. - Кларк… уходи, - в голосе Беллами появились стальные нотки. Он развернулся и почти враждебно взглянул на Гриффин. - Хорошо, - поспешно пролепетала она, - но сначала я хочу кое-что сделать. Девушка сжала кулаки, пытаясь этим прибавить себе решимости, а затем в два шага оказалась возле парня и крепко обняла его за широкие плечи. Блейк опешил от внезапного проявления нежности, но когда он сообразил, что следовало бы ответить на объятия, подруги уже не было. Он растерянно поморгал, а затем сел на диван и закрыл лицо ладонями. В голове тут же всплыли образы умерших родителей, и Белл со всех сил попытался удержать в памяти тёплую улыбку матери и серьёзный, но добрый взгляд отца. - С днём рождения меня, - с горечью произнёс парень, полубезумно усмехаясь и чувствуя, как прежняя беззаботная жизнь превращается в пепел. *** Солнце только-только всходило над Бостоном, освещая город ещё слабым, будто прозрачным светом. Улицы пустовали, лишь изредка по мокрому, будто покрытому лаком шоссе проезжали одинокие машины, или же проходил заблудший пешеход. Остальные же жители, даже самые ярые жаворонки, безмятежно спали в своих кроватях, набираясь сил перед рабочим днём. В эту предутреннюю идиллию никак не вписывалась одна из улиц на окраине Бостона. Баланс нарушили парень и девушка, неспешно шагающие по пустому тротуару, держась за руки. Они тихо разговаривали и изредка трепетно дотрагивались друг до друга. Эти неловкие движения выглядели мило, и даже самый бесчувственный человек, взглянув на молодых людей, сказал бы, что они влюблены. Пара дошла до ворот величественного особняка, окруженного фруктовым садом и выделяющегося в общей серой картине. Он стоял почти у самого леса, будто сказочный замок, и поражал своей красотой: каменный, с широкой парадной лестницей, красной крышей и обширной территорией, на которой извивались тропинки из гравия, пестрели клумбы и приятно журчал небольшой фонтанчик. Сомнений не было: дом принадлежал богатому и влиятельному человеку. Девушка боязливо оглянулась, поспешно скинула с плеч куртку, передала её парню и, прежде чем он успел опомниться, быстро прильнула к его губам в чувственном поцелуе. - Тебе пора, - прошептала она, отстранившись. - Уходи быстрее, иначе нас кто-нибудь заметит. - Как же я не хочу с тобой расставаться, - молодой человек нежно дотронулся до щеки своей спутницы, - Кларк… - Мы скоро увидимся, забыл? - губы Гриффин тронула мимолётная улыбка, но через мгновение взгляд девушки посерьёзнел. - Я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, - прошептал парень, намереваясь поцеловать подругу снова. - Прости, но у нас больше не осталось времени, мне пора, - Кларк приложила ключи к сенсору на воротах. Пипикнув, они открылись. Гриффин юркнула внутрь, на территорию особняка, и в последний раз улыбнулась своему бойфренду. - До скорого, Финн. Спасибо тебе за прекрасное свидание. - До скорого, - эхом повторил её спутник. Девушка крадучись направилась к коттеджу, стараясь прятаться за деревьями и кустами. Добравшись до входной двери, она тихонько постучала ровно три раза. Почти сразу же щелкнул замок, и её втянула в дом чья-то смуглая рука. - Ты совсем с ума сошла?! - прошипел чей-то очень злой голос. - Ты видела, сколько времени?! - Рей, успокойся, - закатила глаза беглянка. - Всё под контролем. - Какое под контролем! Я уже продумывала варианты объяснений твоему отцу, почему тебя нет дома! И новую работу заодно искала! - возмущенно прошептала темноволосая девушка спортивного телосложения с выразительными карими глазами и живой мимикой. - Спокойствие! Я уже здесь, - Гриффин негромко рассмеялась и положила руки на плечи подруге: - Всё хорошо, видишь? - Оптимизм зашкаливает, - вздохнула Рейес. - Ох, уж эти влюбленные… - Не будь букой. - Как свидание прошло хоть? - окончательно признала своё поражение горничная. - Чудесно… - мечтательно протянула Кларк. - Рей, он такой классный! Ты просто не представляешь! - Не представляю, - хмыкнула та. - По мне так вполне обычный мальчик, работающий на твоего отца. Вот и всё. - Ты слишком узко мыслишь. - Это ты слишком широко. Внезапно обе девушки замерли, услышав шаги на втором этаже. Гриффин побледнела. - На кухню! - Рей схватила растерявшуюся подругу за руку и потащила вглубь дома. Только-только они юркнули за нужную дверь, как следом за ними зашёл хозяин особняка, Джейк Гриффин. - Девушки? - он вопросительно приподнял белесые брови. - Не ожидал вас встретить здесь в пол шестого. Почему вы так рано встали? - У меня бессоница всю ночь, - пришла в себя Кларк. - А Рейвен проснулась за компанию. - Д-да, - выдавила нервный смешок Рейес: она всегда немного побаивалась этого видного полноватого бизнесмена, носящего исключительно белоснежные, хорошо отглаженные рубашки и тщательно укладывающего волосы, хоть он и выглядел вполне себе безобидно. - Что ж, в любом случае - доброе утро, - добродушно улыбнулся мужчина и сел за стол. - Рей, раз уж ты проснулась, сделай нам с Кларк по кофе, пожалуйста. - Конечно, - девушка с охотой принялась выполнять просьбу. Гриффин же присела напротив отца и задумчиво дотронулась до солонки, стараясь принять беззаботный вид. - Как дела в университете? - заботливо поинтересовался Джейк. - Пап, семестр закончился, у меня каникулы, - укоризненно взглянула на него дочь. - Ах, да, конечно… совсем забыл. За столом воцарилось молчание: никто просто не знал, о чём можно ещё поговорить. Впрочем, так повторялось изо дня в день, поэтому ничего удивительного не было. Гриффин старший, хоть и безгранично любил дочь, совсем не находил с ней общего языка, да и, в принципе, не нуждался в этом, слишком увлекаясь работой. - Вот ваш кофе, - горничная с добродушной улыбкой поставила на стол две чашки с дымящимся напитком и тарелку с небольшими круассанами. Бизнесмен улыбнулся в ответ и с аппетитом принялся за еду. Кларк же нехотя притянула к себе чашку, отпила немного и поставила обратно. - Рей, давай с нами, - поманил мужчина к себе Рейес. - Сделай себе тоже чего-нибудь и садись. - Нет, спасибо, я… Девушка не успела договорить. Раздался мелодичный звонок в дверь, и она тут же бросилась открывать. Гриффин напряглась. - Всем доброе утро, - в кухню чинно зашёл скромный, чуть-чуть меланхоличный парень. Невысокого роста, у него были тёмные отросшие волосы, немного девичьи черты лица и робкая улыбка. На нём был надет чистенький опрятный костюм, который совсем ему не шёл, а в руках он держал блестящий кожаный кейс. Гость пытался держаться представительно, но образ клерка ему абсолютно не подходил, и поэтому он выглядел несколько комично, но никого это, по-видимому, не смущало. - О, Финн! Ты сегодня что-то рано, - удивился Джейк. - Так не терпится начать трудиться? - Я просто вспомнил, что у нас осталось много незаконченной бумажной работы, да и, к тому же, мы должны посетить несколько важных деловых встреч, - сохраняя спокойствие, ответил Коллинз, однако взгляд его на мгновение пересекся со взглядом Кларк, чего стало достаточно, чтобы растерять часть самообладания. - Чёрт бы её побрал! - пробормотал бизнесмен. - Пошли в мой кабинет. Секретарь кивнул и послушно последовал за своим работодателем. Гриффин же резко выдохнула и закрыла лицо руками. - Это больше не может так продолжаться, - прошептала она. - Я расскажу! - Успокойся, - осадила её Рейвен. - Во-первых, твой отец и так догадывается, а во-вторых, хочешь, чтобы твоего бойфренда вышвырнули, как побитого щенка? - Я не понимаю! Если отцу плевать на меня, то почему ему не плевать, с кем я встречаюсь?! С чего он взял, что имеет право… - Он любит тебя, - возразила Рейес, - и он не хочет, чтобы тобой манипулировали, как игрушкой из-за твоих денег. - Финн не манипулятор! - Уже слышали, - скептически заметила горничная. - Слушай, я, конечно, всё понимаю: любовь-морковь и все дела… Но подумай ты рационально! Деньги и положение - вот что важно в этом мире. Особенно выходцу из простой семьи. Он будет пытаться самоутвердиться всеми способами. А вот богатый человек… ему это не нужно. - Как же я ненавижу это бездушное существование, основанное лишь на деньгах! - не выдержала и вспылила Гриффин. - Ненавижу! Что ж теперь, раз не богат, значит, не человек? Так по-вашему? - Я этого не говорила! - Ты это подразумевала! Вы рассматриваете отсутствие денег как порок, но это не так! По мне, так лучше небогатый, но самостоятельный и надежный парень, чем избалованный мальчишка с завышенной самооценкой и маниакальной влюбленностью в капитал! И хочу тебе напомнить: ты не богатейка, поэтому, я полагаю, тебе не следует рассуждать о таких вещах. - Кларк, ты неверно меня поняла, - спокойно попыталась оправдаться Рей. - Я не имела в виду, что все малообеспеченные люди - отбросы общества. Я говорила о конкретном представителе, о Финне! Он карьерист до мозга и костей! - Ты его не знаешь! - Собственных наблюдений мне хватило, поверь. Это его подхалимство, старание услужить… - Он просто добрый и скромный! - Или хитрый. - Прошу, давай закончим этот разговор, - на повышенном тоне потребовала Гриффин. - Довольно! - О'кей, как скажешь, - пожала плечами Рейес и принялась убирать со стола. Кларк, нахмурившись, молча следила за её движениями, что означало, что она обижена, но вскоре не выдержала и пробормотала: - Прости. - Да ладно, забыли, - добродушно махнула рукой горничная, не сумев, однако, скрыть удовлетворенной усмешки. Кларк кивнула и грустно проговорила: - Может быть, ты права… Но знаешь, лучше быть жертвой искусного манипулятора и чувствовать себя любимой, нежели терпеть боль от человека, который действительно тебе дорог. Был дорог… - Ты говоришь о Беллами? - осторожно, с толикой удивления спросила Рей: впервые за три года Гриффин заговорила о нём сама. - Так странно… - проигнорировав её вопрос, пробормотала та. - Быть лучшими друзьями с самого детства, а потом в один прекрасный момент просто оборвать все связи. - Но ведь ты сменила номер телефона, а пароль от почтового ящика забыла. - Всё ещё есть письма… - Так ведь Белл присылал тебе открытки на день рождения, Рождество, День Благодарения… - Нет. Эти открытки были совместные, то есть от Блейков. Не от него лично. И что-то мне подсказывает, что их отправляла Октавия, а он сам не участвовал в этом. - Ну, мало ли что у него случилось. Может, проблемы какие… - Все три года? - скептически заметила Кларк. - Не думаю. - А может… - Ладно, я собираюсь в город, - резко перевела тему Гриффин и встала из-за стола: - Давай больше не будем вспоминать о прошлом, хорошо? - Хм... я, конечно, могу сделать вид, что ничего не случилось, но ты, надеюсь, понимаешь, что тебе от него не скрыться? - Нет надобности, - немного помолчав, проговорила девушка. - Оно меня не преследует. Кларк принужденно улыбнулась и вышла из кухни, но уже в коридоре её звонко окликнула Рейвен. - Ты по нему скучаешь? Гриффин замерла, не ожидая услышать такой вопрос, и поджала губы. Её взгляд самопроизвольно погрустнел, но она тут же взяла себя в руки и с особой жесткостью ответила: - Нет. *** В город Кларк идти вовсе не собиралась. Это была лишь отговорка, чтобы не развивать тему о друге детства, о котором Рейес так хотела поболтать. Девушке стоило больших усилий, чтобы внушить себе, что дружба с Блейком была лишь детской забавой, милой, но ничего не значащей. Так было легче. Со временем боль от утраты притупилась, и сердце не ёкало каждый раз, когда кто-то произносил имя парня. Осталось лишь неприятное чувство в душе, будто старый шрам или ржавчина, въевшаяся почти до самого основания. Беллами потерял своё место в сердце Гриффин. Кларк взяла с полки пару учебников и села за чисто убранный стол. В глаза тут же бросилась фотография, обрамленная кокетливой рамочкой: парень и девушка, корчащие весёлые рожицы и, по-видимому, лучшие друзья. Кларк прикусила губу, разглядывая снимок, а затем как ураган подскочила со своего места, хватая фотку. Размашистым движением открыв тумбочку, Гриффин собралась запихнуть фотоснимок в самую глубь, но на пол пути её рука замерла. Секунда, две, три… Глухо прорычав, осознавая своё поражение, девушка грубо поставила рамку обратно на стол и с досадой уставилась в окно. "Когда же отцепишься от меня, Беллами Блейк?" - пронеслись в голове раздражающие мысли. Кларк бросилась на кровать, стараясь заглушить воспоминания, и сконцентрировалась на мыслях о Финне. На её губах заиграла светлая улыбка, а глаза приняли мечтательный оттенок. Нет, всё же она ничуть не жалела, что старого друга сейчас нет рядом и не было всё это время. Зная его невыносимый характер, неуравновешенный темперамент и острый язык, девушка могла поспорить на всё, что угодно, что Блейк высмеял бы Коллинза, как только он бы переступил порог дома, мешая, тем самым, разглядеть в секретаре положительные качества, коих было не мало. Послышался шум машины, выезжающей со двора. Отец и Финн уехали на встречу. Кларк окинула комнату тоскливым взглядом и обречённо вздохнула: жизнь входила в привычное русло безделья и скуки. *** Вечерело. Рейвен весело бегала по дому, смахивая пыль с картин и статуэток, напевая себе под нос незамысловатую песенку. Изредка она прошмыгивала мимо Гриффин, сидящей на диванчике в гостиной, и совала нос в книгу, которую читала девушка, за что каждый раз получала игривый щелчок по лбу. На кухне с каким-то безграничным наслаждением гремела посудой повариха: готовила ужин. Всё это сливалось в непривычную атмосферу уюта, но, тем не менее, Кларк чувствовала напряжение, витающее в воздухе, похожее на ожидание чего-то, и ей это не нравилось. Джейк и Коллинз уже давно вернулись и теперь сидели в кабинете, решая очередные производственные вопросы. Девушка с нетерпением ждала, когда они спустятся к ужину, чтобы увидеть возлюбленного, и уже предвкушала приятные разговоры, а затем, если повезет, и спасительное уединение. С Финном, естественно. Планы нарушил оглушительный клаксон автомобиля, по-видимому, припарковавшегося у ворот дома. - Кто это там? - удивленно поинтересовался мистер Гриффин, спускаясь вместе со своим секретарем вниз по лестнице. - Кого это принесло на ночь глядя? - Видимо, кто-то знакомый, - пробормотала Рейес и, накинув куртку, выскочила на улицу, дабы проверить свою версию. Кларк мгновенно потеряла интерес к происходящему, так как Коллинз зашёл в гостиную и, присев рядом с ней, незаметно коснулся её руки. Гриффин улыбнулась кончиками губ и смущенно опустила глаза. За всем этим с недовольным видом наблюдал отец девушки и даже собирался сказать что-то, но в последний момент передумал, снисходительно ухмыльнувшись. Немую сцену прервала вихрем ворвавшаяся в комнату Рейвен. Её грудь бурно подымалась и опускалась, щеки покрылись красными пятнами, а глаза горели лихорадочным огнём. Взглянув на горничную в первый раз, можно было подумать, что у неё припадок, или она, как минимум, увидела привидение, но всё оказалось куда более проще, но, в то же время, фатальнее. - Рей, что такое?! - все люди, находящиеся в комнате, резко встали и уставились на девушку. Она замахала руками, пытаясь восстановить дыхание, а затем звонко, чуть ли не лопаясь от восторга, прокричала: - Они здесь! Беллами и Октавия Блейк! Кларк вздрогнула, чувствуя, как сердце пропустило удар…