Как влюбить в себя связующего или Я буду лучшей девушкой для тебя!

«Ты уже спишь?». Кагеяма перевернулся на другой бок, протянув руку к маленькой прикроватной тумбе. Мигание и негромкое жужжание телефона раздавалось каждые пятнадцать-десять минут, начиная с того самого момента, когда они с Хинатой расстались на автобусной остановке напротив его дома. Если первые шесть сообщений еще можно было объяснить желанием проверить связь и обычной вежливостью, следующие тридцать – выбором места и времени встречи, то для оставшегося потока сообщений приличного объяснения не было. Тобио потер глаза, снова уставившись на яркий экран. В самом углу невозмутимые пиксели складывалось в цифры. Второй час ночи, о чем только думает этот дурак? «Да». «Ого! И отвечаешь мне во сне?! Я так много значу для тебя, да?». «Нет». «Не будь таким жестоким! Мне не спится, давай поговорим?». «Нет. Посмотри на часы». «Я видел. Ну хоть немного! Я никак не могу уснуть». «Зато я могу. И я выключу телефон, если ты продолжишь писать мне». Недолгая пауза, во время которой Кагеяма успел два раза повернуться с одного бока на другой и три раза пожалеть о своем ответе. В конце концов, его сердце радостно подпрыгивало каждый раз, когда телефон принимал очередное сообщение, можно было и не отвечать Шоё так резко. Теперь уже сон не хотел принимать его обратно в свои мягкие объятия, шла минута за минутой, а телефон все еще пялился пустым экраном в темноту комнаты. Когда пинки совести стали чувствительными настолько, что Кагеяма уже набирал лаконичное «до завтра, приятных снов», аппарат запрыгал в его руках. Входящий вызов. - Ты совсем рехнулся?! Второй час ночи! У меня уже все спят! Голос Хинаты сбивался в дрожащий ком: - Н-не злись! Ты обещал отключиться, если я буду писать тебе дальше, что мне еще оставалось?! - Лечь под одеяло и уснуть. - Я не могу уснуть! Не могу успокоиться. Все время думаю о тебе, твоих словах, о нашем завтрашнем свидании. Как ты можешь быть таким спокойным, а?! Тобио удобней устроился на подушке, прикрыв глаза. Слышать сбившийся от волнения голос Хинаты в своей спальне - что могло быть более странным и более приятным одновременно? - Что ты так волнуешься? Мы же были уже с тобой один раз на свидании. - После которого ты целый день притворялся, что меня не существует?! Нет, я хочу, чтобы в этот раз все прошло нормально! - Для того, чтобы завтра все прошло нормально, мы должны хотя бы выспаться, как ты считаешь? - Я настолько тебе противен, да? – Голос Хинаты сорвался на тусклый и нервный шепот, словно он был устрицей, из которой вырвали единственную жемчужину. – Ну признайся же: я раздражаю тебя настолько, что ты только и мечтаешь, как бы я отстал от тебя и больше не приставал со своими глупостями, ведь так? Я вообще не понимаю, почему ты продолжаешь со мной общаться… - Может, потому что ты мне нравишься? – Кагеяма мог оправдать себя только тем, что к двум часам ночи его голова уже соображала плохо. Иначе с чего бы ему вдруг снова говорить Хинате такие глупые вещи? Да еще и по телефону. – Я не стал бы встречаться с человеком, который мне не нравится. Даже неделю. . - Но я совсем не чувствую, что что-то изменилось в нашем общении! Ты продолжаешь вести себя со мной так же, как и раньше, обзываться, пинать меня, делать страшные рожи. Я все еще чувствую себя беспомощным идиотом рядом с тобой… - Это оттого, что ты и есть беспомощный идиот! – У Тобио уже начинали болеть виски, он плохо понимал причину, по которой голос Хинаты так дрожал и срывался. – Если тебе станет от этого лучше, то я тоже волнуюсь из-за завтрашнего свидания! - Н-но ты совсем не выглядишь человеком, который беспокоится из-за таких вещей! - Тупой Хината, это потому, что я знаю тебя и знаю, что ты мне нравишься! Зачем мне беспокоиться из-за тебя и нашего свидания? Что бы не произошло завтра, какая бы ни была погода и чем бы мы не решили заняться, если это будет с тобой – это нормально. Любая глупость с тобой – нормально. Любое времяпровождение – сгодится. Когда ты уже поймешь такие очевидные вещи? Липкий вздох Хинаты гулко отдается в пустой голове Тобио. - И даже говорить со мной по телефону? - И даже такая чушь. - То есть, ты рад сейчас слышать меня? - Да. – Одеяло с головой накрывает связующего, но он продолжает вжиматься щекой в телефон. Чертов Хината, ну что ему неймется в такое время?! – Рад. - Ох! К-кажется, я опять немного… извини! Уже поздно и ты так устал… просто я не мог уснуть, зная, что могу поговорить с тобой хоть немного. Т-так глупо, да? Спокойной ночи, Кагеяма! - И тебе. – Тобио не спешил нажимать на кнопку, прислушиваясь к дыханию Шоё на том конце линии. Такой успокаивающий ровный звук, и если зажмурить глаза и плотней закутаться в одеяло, можно представить, что Хината находится рядом с ним в этой комнате… - Ну, я спать. Клади трубку. - Сам клади. - Ты шутишь, что ли?! Ведь ты же кричал, что хочешь спать! - Я хочу. Ты позвонил первый, ты и клади. - Это что за ребячество? Ты в старшей школе или как? - Тупой Хината, просто нажми кнопку и все! - Я не могу! Я все еще хочу говорить с тобой! - Ты уже попрощался! Сколько можно?! - Хорошо, хорошо! Давай вместе! На счет «три». - Ладно. Раз, два… - Нет! Нет, подожди, не клади, пожалуйста, еще немножко! Я передумал! - Ну что на этот раз?! - Давай просто поговорим еще чуть-чуть! - О чем можно говорить во втором часу ночи? Мы уже все обсудили. - Пожалуйста. Что угодно. Любая тема. - Хорошо. – Кагеяма закрыл глаза, удобнее устраиваясь на подушке. За окном дождь все еще продолжал маршировать по асфальту и крышам, убаюкивая своим перестуком и шорохом. Ночная прохлада, разбавленная свежестью воды, уютное одеяло и мягкий сумрак комнаты, которым хотелось поделиться хоть с кем-то. Если бы только Хината и правда мог оказаться с ним в одной комнате в эту минуту. - О чем будем говорить? – Шоё сейчас улыбнулся. Кагеяма мог сказать это с уверенностью, просто вслушавшись в его дыхание. - Расскажи мне, как ты тренировался в средней школе. Думаю, это быстро нагонит на меня сон. - Черт бы тебя побрал, вот только мне кажется, что ты начал вести себя как нормальный человек… - Будешь обзываться – я повешу трубку. - Хорошо, ладно! В общем, на втором году средней школы, только не смейся, сразу предупреждаю… Серебристая стена дождя надежно скрывала их голоса. *** «Мне очень стыдно, но я проспал и опаздываю!». «Только не убивай меня!». Кагеяма скрипнул зубами, крепко зажмуриваясь и сдерживая ругательства. Проливной дождь не прекращался вторые сутки, он порядком натерпелся от холодных капель и глубоких луж, пока добирался до этой улицы. Перекресток, на котором они с Хинатой договорились встретиться, был тихим безлюдным местом недалеко от парка. Тут не было ни автобусной остановки, на которой можно было переждать непогоду, ни бакалейной лавки или забегаловки. Кагеяма впервые пал жертвой своей пунктуальности: безалаберный Шоё проспал, валяясь в кровати, пока Тобио хмуро разглядывал свои синяки под глазами в ванной и пытался прожевать завтрак. Легкое воодушевление от предстоящей встречи испарилось, прошла вторая четверть часа гордого одиночества под проливным ливнем, гнев Кагеямы уже стал принимать весьма конкретные формы, когда из-за угла, запыхавшись от быстрого бега, показалась взъерошенная и растрепанная приманка Карасуно. Хината выглядел так, словно до парка и этой улочки он добирался буквально вплавь, сражаясь с гигантскими кальмарами, расческами и акулами. - О, черт, Кагеяма, я все могу объяснить: у меня просто на выходных не заведен будильник, а мама даже не в курсе была, что мне нужно куда-то уходить! Сколько ты уже тут стоишь?! Я страшно извиняюсь, пожалуйста, хочешь – ударь меня, только не надо так угрожающе молчать и смотреть! - Ты издеваешься надо мной?! Нет, ты серьезно издеваешься? Ты мне вчера весь мозг выел своим нытьем и переживанием из-за сегодняшнего свидания, и для чего?! Чтобы проспать и опоздать на него?! - Прости! – Хината схватился за голову, его губы тряслись. – Я как знал, что все испорчу и… - Заткнись. – Ссориться невообразимым образом расхотелось, глыба сырого льда в сердце Кагеямы дала течь, понемногу уступая место прожорливой теплоте: щеки Хинаты горели так, что одного взгляда на его лицо хватило бы, чтобы согреться. – Ладно, нам нужно зайти куда-нибудь, где бы ты смог обсохнуть. - Может быть, пойдем в кино? Там же можно будет и перекусить в торговом центре напротив. - Мне все равно, пойдем. - Эй, эй, подожди! – Хината схватил его за рукав темно-синей ветровки. – Ты не мог бы закрыть глаза? - Зачем? - Я хочу извиниться за опоздание! Ну, давай быстрей! - Я не буду целоваться с тобой посреди улицы, Хината. Хватит постоянно придумывать какие-то глупости. Тут вообще-то живут и ходят люди. - А…а если мы будем в безлюдном месте? - Другое дело. - Или… или если там будет темно и никто не обратит на нас внимания? - Ты о чем это? - Н-ну, кинозал, например… в фильмах часто показывают парочки на задних рядах, которые приходят туда вовсе не ради зрелищ… - Мы не идем в кино, я передумал. - Ну уж нет! – Шоё повис на его руке, сверкая глазами. – У тебя есть хоть остатки совести?! На улице нельзя, в раздевалке нельзя, а где тогда можно?! Мы ведь даже не живем вместе… - Ты еще и жить со мной хочешь?! - Конечно! Когда мы закончим школу… - Щеки Хинаты стыдливо вспыхнули, он уставился на пятна луж под ногами. – А т-ты бы не хотел? Только представь, как это было бы здорово! Дар речи окончательно покинул Кагеяму Тобио, будущее, до этого безопасное и спокойное, продуманное и спланированное, внезапно дало трещину и стало расплываться в нечитаемое пятно ярко-рыжего и синего цвета.