Падать, чтобы взлетать.

Всю остальную часть пути нам никто не встречался, мы даже пожалели, что не остались с ребятами, которые сейчас не давали противнику отправиться в погоню за нами. Мы бежали по длинному, бесконечному коридору, который уходил всё глубже вниз и, казалось, не имел конца. Но это тупое чувство пропало, когда мы вышли в ещё один громадный зал, и сменился ужасом, который нас не парализовал лишь из-за слияния с нашими Стражами. Эта комната была похожа на гигантскую лабораторию, у стен которой располагалось множество гигантских колб, наполненных какой-то жидкостью, в которой находились люди. Они словно спали, объятые сетью проводов и сенсоров. Вокруг них располагались компьютера, присоединенные к этим колбам, на их мониторах мелькали какие-то изображения, я не мог их понять. А в конце комнаты стояло несколько синхронов, а перед ними - группа человек. Мы медленно подходили к ним, готовые в любой момент атаковать. — А вот и наши гости. Не ожидали, что вы решили разделиться. Главная ваша ошибка. - Мужчина среднего роста скинул с себя капюшон, открывая своё лицо: его естественно-человеческое лицо было словно "прошито" синтетическими нитями, создавая полную картину результата синтеза. Видно, он смог достичь такого результата в "подвальных" условиях. — Ох, получается, вы нас сюда намеренно заманили. - Как-то обреченно произнесла Смитт, что ощущалось даже сквозь механику синхрона. — Всё верно! Мы вас сюда пригласили, чтобы всё-таки попробовать донести до вас ещё раз наши цели. Ведь вы подходите никак лучше! Чтобы стать первыми людьми-синтетиками, как и мы! А с помощью ваших роботов мы бы смогли изменить в одно мгновение весь мир, который и так уже скатился в свою бездну! И ему из неё не выбраться без нас! Эти слова он повторял каждый раз, когда мы пересекались. Он, неизвестно как, узнал про Стражей, а также про то, что и мы частично синтетики. И он в некоторой степени прав - в отличии от обычных людей, мы легче и быстрее могли бы синтезироваться. По его теории. Я не поддерживал их цели, но Тай говорил, что он прав, даже несколько раз предлагал поддержать их. А это означало исчезновение моего Стража, и слова о том, что он будет существовать вместе со мной, меня не радовали. Но мы здесь не для того, чтобы переходить на сторону врага. Послышался выстрел. В одном из участников группировки образовалась дыра, а затем он, пошатнувшись, упал. — Хватит этой вечно повторяющейся бравады. Мне уже надоело каждый раз слышать эти бессмысленные речи о том, чего вам не достигнуть. Мы остановим ваше безумие. Здесь и сейчас. - Произнесла Мичико, убирая свой пистолет обратно в отсек синхрона. — Вот это боевая речь, Мичи. - Ответила ей Смитт, доставая свою винтовку. Мне оставалось лишь молчать. — Что ж. - Мужчина почти никак не отреагировал на смерть товарища. - Если вас не убеждают слова, значит убедят действия. Активируй, надо с ними разобраться и скорее покинуть это место. Его напарник, стоящий по правую его руку, кивнул, а затем сделал какие-то манипуляции, но из-за огромного черного плаща было непонятно, что именно. В следующее мгновение всё стало понятно: где-то вверху раздался приглушенный взрыв, от чего всё строение затряслось. Мы лишь чудом удержали равновесие. Но это потерянное время стоило нам того, что мужчина со своей командой забрался в синхронов. Мне пришлось лишь гадать о том, где произошел выстрел, и кто пострадал. Но и времени не было об этом думать. Роботы противника мгновенно активировались. Я понял, что этот синтез позволял им начинать контролировать синхрона без Стража. У нас была слишком замедленная реакция по сравнению с ними. Пара секунд, а один из них (а их было шестеро, не считая уже убитого) уже налетел на Мичико, целясь из дробовика прямо в кабину пилота. Я не мог позволить этому случиться, поэтому моя атака была направлена на напавшего синхрона. Мои выстрелы врезались в броню робота, оставляя внушительные следы, это не убило его, но заставило отказаться от своей затеи, отпрыгнув в сторону, тем самым сбив одну из колб, разрушив вместе с тем несколько компьютеров. Жидкость, наполнявшая эти высокие емкости, выплеснулась наружу, покрыв тонким слоем пол зала. Моя попытка защитить Мичико обернулась худо для меня: я потерял контроль над своей защитой, поэтому, полившийся на меня град пуль, пробил несколько участков моей брони, задев плоть синхрона. И я чувствовал, как каждая пуля врезалась в тело робота, словно это в меня самого стреляли. Я уже не твердил себе, что это не я, что не моё тело, но боль была. Мне надо было просто принять это. От такого напора я почти что упал, но вовремя переместился в другую часть комнаты, оказавшись позади атаковавших, за одной из колб. В ней была маленькая девочка, которая, кажется, спала. Но что-то мне подсказывало, что она больше не проснется. Как они посмели использовать ребенка в своих жутких экспериментах? Я не мог этого им простить. Извинившись перед ней, я, вложив все свои силы, толкнул эту колбу прямо на роботов. В это время раздался очередной взрыв, что только помог мне. Они не ожидали этого, поэтому не смогли увернуться, и эта махина просто разбилась о них, вылив всю эту жидкость, которая тут же проникла во все щели махин, полностью парализовав. Мне оставалось только добить их. Но мою попытку осуществить задуманное прервал болевой крик синхрона Мичико. Я слишком долго возился со своими противниками, что даже не заметил, как её обступило целых три врага, от которых она еле отбивалась с помощью своих крыльев, которые бесполезны в замкнутом пространстве. Но ей удалось уничтожить одного ценой руки синхрона, но два других не могли упустить момента, один схватил её за горло, а тот, что с дробовиком, выстрелил несколько раз почти в упор, в грудную клетку, это было чуть ниже кабины пилота, но через образовавшуюся рану стал вытекать гель из капсулы. Я, мгновенно рванул к ней, но жижа под ногами замедляла мои движения, а повреждения не позволяли использовать все возможности синхрона. Я пытался хоть как-то отвлечь их внимание своими выстрелами, но они словно не чувствовали. И нанесли последний удар. Несколько прямых выстрелов дробью в кабину пилота подписали смертный приговор девушке. Синхрон несколько раз дернулся, а затем безжизненно обмяк в хватке робота, который просто отбросил её в сторону. Она, ударившись о колбу, упала на пол. Я не мог поверить в это. Я не мог осознать, что всё вот так быстро кончилось. Не мог. Словно ощутив всплеск ярости, я, находясь всё ещё далеко от них, прыгнул вперед и, сумев как-то ускориться прямо в воздухе, как это делала она, налетел на одно из них, выпустив автоматную очередь прямо в кабину пилота, ведь знал её расположение, и лишь после того, как мертвый синхрон начал падать, я переключился на второго, что всё это время стрелял в меня, почти пробивая мою броню насквозь. Но, когда я собирался атаковать и его, в меня что-то врезалось и я навалился на робота, отчего мы вместе упали на пол, который был покрыт уже толстым слоем странной субстанции. Я попытался столкнуть то, что мне помешало, но не смог. Потому что это была Смитт. В её синхроне было много дыр, через которые можно было свободно разглядеть внутреннее строение. Это стало моей очередной оплошностью. Робот подо мной удачно извернулся и просто в упор начал стрелять в нижнюю часть торса синхрона. Это приносило жуткую боль, мне даже казалось, что я не чувствую нижней части тела. Я издал отчаянный рев, но просто так скинуть Смитт я не мог. Но та, видно, поняв в чём дело, извлекла дополнительный кинжал и просто проткнула через бок робота противника, а затем соскользнула на пол. Я медленно поднялся, превозмогая жгучую боль, что растекалась по всему телу. Я чувствовал, что кабина повреждена, и гель постепенно покидал кабину. Если так пойдет и дальше, то я просто умру, ведь я всё ещё в состоянии синхронизации. Смитт была без сознания. Я не мог точно сказать, ведь всё моё внимание было приковано к последнему оставшемуся противнику, что стоял напротив. Сейчас я был самой легкой добычей, но он медлил. Прогремел ещё один взрыв, из-за него я не смог удержаться на ногах, осев на колени. Потолок начал обваливаться, куски падали прямо на колбы, из которых, пробитых шальной пулей, вытекала жидкость. — Вот как всё обернулось. Несмотря на огромный опыт, вы так просто проиграли. - Мужчина покинул кабину своего полуразрушенного синхрона, спрыгнув на пол. Жидкость доставала ему почти до колена. Я хотел, но не мог сказать, что пока жив хоть один, бой не проигран. — Оставаться здесь уже опасно. Мне рассказали, что вы не можете покинуть своего синхрона, пока не разъединитесь со Стражами. Как же ваши ученые об этом не подумали... Он подошел почти вплотную ко мне, что-то начав рассматривать. — А твое тело целехонькое. Это хорошо... У тебя есть выбор: либо умереть здесь, так и не увидев падения этого мира, либо провести синтез со своим Стражем и частично с синхроном. Надеюсь, ты или Страж читали те записи исследований, что вы удачно перехватили? Надеюсь, что да. Я бы предложил это и твоей подруге, но её синхрон не того типа, да и повреждения критические. Ей недолго жить. Запасной выход из этой ловушки там, - он указал в сторону, а затем сам же направился туда. - Я это говорю, потому что интересен конец этой истории. Мы ещё встретимся. Бывай. Я смотрел вслед уходящей фигуры, пока та не скрылась из вида. Я не читал тех записей. Было противно. Один из кусков потолка упал прямо на меня, полностью повалив на пол. Отдавшаяся в голове боль, отправила меня на грань обморока, но я не хотел умирать, но и ничего сделать не мог - выход был завален. Смитт больше не двинулась. Она даже не отвечала. И мне лишь оставалось считать секунды и гадать, умру я от того, что меня завалит или же гель из кабины вытечет быстрее. Я закрыл глаза, уже почти проваливаясь в темноту. И где-то из глубины моего сознания я услышал: "Ты не умрешь".