Канат

POV Кацу Смысл или ритм жизни каждый выбирает по-своему, для меня жизнь всего лишь игра - эмулятор, где есть возможность проявить себя. По мне лучше жить, так чтобы простой обыватель восхитился и ощутил укол зависти. Только самое лучшее, только самое ценное, только самое дорогое должно окружать меня. Иначе нельзя. А дальше включается простая схема: вложение сил, энергии и денег. А затем прибыль. Мне везло, к тому же не обделённый талантом, я довольно быстро добился успеха. Просторная квартира была приобретена мной, как только мой журнал стал приносить стабильный и внушительный доход. Каждая деталь, вплоть до простой безделушки, отражала мои желания и вкусы: никакой бульварщины и кричащих тонов, только изящество линий и красота минимализма. Мне нравится ощущение простора, к чему эти заставленные барахлом полки? Или нелепые статуэтки? Нет! Я не против роскоши, но только в меру, так чтобы изящный аквариум только лишь подчёркивал аккуратность паркета. А красное плотное из особой шерсти покрывало для кровати мягко контрастировало с идеально белоснежными занавесками. Красный, белый, чёрный – классика, которая так мила моему взгляду. Простота, удобство, элегантность – вот спутники моего вкуса. А сейчас я вспоминаю, как в мою жизнь ворвался Такаюми, дерзко изменяя всё, к чему я привык и даже раньше оберегал. Помню, как я с ужасом наблюдал за неуправляемым ураганом, который внёс в мой уют хаос и буйство. И что самое страшное, мне нравилось участвовать в разрушении. Странно, но сегодня мне показалось, будто бы темень опустилась на город раньше, чем вчера. Я просто стоял у окна и ожидал, когда же вернётся мой любимый. Вот уже как битый час фонари освещают улицу, а его всё нет и нет... Вот вдоль тротуара пробежала чёрная кошка, которая могла на самом деле быть вовсе не чёрной. В бокале плещется вино, похожее на кровь, но я не тороплюсь отпить даже немного. Разве поможет это мнимое веселье на краткое время, если моё солнце не вернётся ко мне? Это даже смешно, схожий с домохозяйкой, ожидающей гуляку мужа, я торчу у окна и пытаюсь дождаться, чтобы почувствовать облегчение. Ведь тогда всё-таки его выбор окажется в мою пользу, а я уж постараюсь вразумить его, потребую не провоцировать моё терпение подобными выходками. Вот уже заметен резкий спад активности города, всего несколько часов было так душно и шумно, казалось, люди никогда не утихомирятся. Но уже двенадцатый час и становится спокойнее, совсем скоро часть человечества погрузится в сон, а часть поспешит развлекаться в клубы. А Такаюми… Щелчок ключа мгновенно выдернул меня из раздумий, вздрогнув, обернулся, чуть покрепче сжав ножку бокала. А вот, и мой любимый в весьма весёлом распоряжении духа, вероятно пьян, прислонился к двери, рубашка на нём топорщится, пара верхних пуговиц расстёгнуты, на льняных брюках пятно. - Такаюми, почему твой телефон отключён? – поинтересовался я, поставив бокал на столик, не сводя взгляда с лица партнёра. - Ну, это… Кацу, ну, ты такой… такой строгий, так нельзя, - заговорчески прошептал Такаюми, рассмеявшись после сказанной фразы. - А как с тобой иначе? – я слегка наклонил голову, как же сейчас хотелось приложить этого ублюдка пару раз головой об столешницу, - зачем ты напился? - Ха! Ты знал, куда я пойду, и что не мог догадаться, что встреча старых друзей без выпивки не катит?! – ответил вопросом на вопрос Такаюми, раздражающе кривя губы в усмешке. - Я, кажется, разрешил тебе пообщаться с ним пару часов, а не весь день… - мой голос был идеально спокойным и сдержанным, но вот то, что происходило внутри, сдерживать с каждой секундой становилось всё сложнее. Я шагнул к Такаюми, вдыхая с отвращением запах перегара и сигарет, представляя себе, как мой любимый сидел на коленях у фотографа, нежно поглаживает его волосы, подставляя шею для поцелуев. Интересно сколько засосов старый друг успел оставить и сколько всего интересного они успели перепробовать за это время. Расстрелять, вырвать сердце… нет, лучше уж тогда превратить любимого в свою игрушку и держать в клетке, раз оценить меня он не способен. Я отвожу руку для удара, отмечая, как в его зрачках бессознательно пляшет страх, а затем опускаю руку на дверной замок, лишая возможности отхода. Отрезвляет, правда? - А я уже забыл о любимой паранойи Кацу, что последует дальше, мне надо будет носить с собой диктофон, или же наймёшь агента для слежки? Не в твоей власти требовать от меня чего-либо? – Прошипел Такаюми, как же быстро он оправился от недавнего страха, он, не шелохнувшись, смотрел мне глаза, трясь от гнева и раздражения. Даже сейчас пропахший потом, вином и куревом он оставался привлекательным, даже в покрасневших от выпивки и злости щёчках было столько очарования. - Думаешь, не в моей? – я прищурил глаза, хитро усмехаясь, - твоя карьера в моих руках, забыл? - Нашёл чем пугать, - фыркнул Такаюми, отведя взгляд, полный негодования, он слегка сдвинулся, - как будто карьера самое важное для меня… - Тогда, что важно для тебя? - Уж явно не трахаться с каждым встречным! Когда же ты поймёшь, что кроме тебя мне никто не нужен?! – С упрёком воскликнул Такаюми, после его слов укол стыда кольнул меня, но признаться в своей неправоте после стольких часов ожидания… Разве я буду потом сам себя уважать? - Почему же ты задержался? Я ждал…– Я взвыл, хватая Такаюми за плечи. Моё мнимое спокойствие лопнуло, кажется, я слишком сильно прижал парнишку к стене, но ничего переживёт. Наверное, я всё-таки маньяк до чужих эмоций, но сейчас я наслаждался яркой вспышкой боли хрупкого существа, которое едва ли не рассыпалось от моей грубости. Он сморгнул непрощенные слёзы, а потом, запрокинув голову назад, тихо рассмеялся. - Мы просто давние друзья с Хиро, понимаешь? Мы всего лишь общались, пили вино и вспоминали прошлое. Всё! – Горько усмехнулся Такаюми. Не похоже на ложь, может всё-таки я ошибся? – Ты меня ревнуешь ко всем, мне нельзя заводить приятельских отношений, нельзя флиртовать с коллегами, нельзя улыбаться фанатам… А сейчас… ты… нет, ты просто отвратителен! - Между вами ничего не было? – произнёс я подсевшим от волнения голосом. Мне не хотелось услышать утвердительный ответ, только отрицание, я готов был поверить любимому. И боль от моего неверия терзала меня, как же хотелось потерять разом все свои подозрения и просто доверять. Я коснулся шеи любимого, окинув прядку волос за спину, после нервным рывком сдернул с плеч рубашку, оголяя кожу. Чисто, ни малейшего намёка даже на простые поцелуи. Неужели я ошибся... Только лишь отступить, вот что мне оставалось. Я отшагнул от любимого, позволив ему прижаться к стене и поглаживать плечи, на которых, вероятно, появятся скоро синяки. Сейчас мне хотелось поранить себя, хоть как то наказать за этот всплеск. Я отошёл к окну, опустошил оставленный мною бокал с вином. - Конечно, ничего не было! – с жаром воскликнул Такаюми, - мне нужен только ты, запомни, наконец. Он раздражённо скинул рубашку на пол, словно она была постыдным предметом одежды, и шагнул в сторону спальни, планируя играть в обиженного до утра. Я перехватил Такаюми на ходу, взяв его за руку и притянув к себе, заканчивать вечер не помирившись, не входило в мои привычки. - Я повёл себя ужасно, - прошептал я, прижав любимого к себе, с трепетом ощущая жар его тела. Сконцентрироваться в ощущениях и эмоциях, только так можно забыть о моей ошибке и заставить Такаюми забыть моё недоверие. - Вот именно, я спать, - Такаюми дёрнулся в сторону, но я только усилил хватку. - Не спеши, - проворковал я, проведя языком вдоль шеи, пригубив нежную кожу, поцеловал, слегка сжимая зубы, пусть Хиро и остальные видят, что Такаюми мой. - Ты отвратителен, - прошептал Такаюми без былого гнева, даже немного устала, а потом посмотрел на меня, словно решая сопротивляться дальше или сдаться. - Да, пожалуй, - я опустил руки к джинсам Такаюми, коснувшись ощутимого бугорка, - но, ведь ты доволен? - Мы всё-таки так схожи, - томно прошептал Таку, обвив меня руками. Стоять было не очень удобно, поэтому толкнув его на диван, я навис над ним. Не давая времени опомниться, впился поцелуем в чуть сжатые губы, в то же время не забывая освободить из тесной джинсы член любимого. Всегда, после выпивки, Такаюми становился более похотливым и раскованным. Вот уже давно наша одежда укрыла паркет. Его ручонки поглаживали мой член, дразня и обещая что-то лучшее. Как же приятно тонуть в ощущениях, подобно виртуозу, прекрасно играющему свою партию, ласкать тело партнёра, предугадывать его желания и радоваться, когда прочитаны мои мысли. Я касаюсь линии скул любимого, провожу кончиками пальцев вдоль шеи, задеваю сосок. А потом смачиваю пальцы своей слюной и повторяю свой путь до промежности распятого подо мной полубога. А Такаюми ждёт, заметно, как часто он дышит, как нетерпеливо ёрзает, требуя продолжения, но ни одна мольба не сорвётся с покрасневших от поцелуев губ. Да, правила нашей игры таковы. - Ну, же! – Неожиданно воскликнул Такаюми, обняв бёдрами мой стан, - немедли больше ни секунды! Как же удивительно, ещё ни разу за всё время нашего знакомства, он не просил меня ни поторопиться, ни действовать. Слишком много желания, чтобы остановиться и подумать о причинах такого поведения Таку, к тому же... Я прикасаюсь поцелуем к губам Такаюми, и чуть раздвинув ему ноги, ввожу член, слегка морщась от напряжения. Становится жарко и тесно, не к чему останавливаться, мне хочется большего. Сейчас я мало похож на строго директора журнала для геев, я сродни свирепому первобытному хищнику, упивающемуся телом пойманной жертвы. Только вот поверженному нравится такое положение. Такаюми прикрыв глаза, придвинулся чуть ближе ко мне, явно неудовлетворённый моей скоростью и глубиной проникновения, он кусает губы, но не с целью подавить звуки, а чтобы скрыть нетерпение. Мой, похотливый мальчик, всё только начинается. Я прижимаю партнёра к кожаной обивке дивана и больше не сдерживаюсь, всё быстрее и быстрее проникая в Таку. Наши тела стали единым механизмом, я чувствую эмоции Такаюми так ярко, что могу их попробовать на вкус. Желание, нетерпение, страсть, одержимость, властность и дикость. Он растворяется во мне с каждым новым мгновением, нужна ещё совсем лишь малость, чтобы от него не осталось ни остатка. Как же здорово иметь возможность прикоснуться так интимно к человеку, которого любишь. Счастье ведь так близко, нужно просто отдаться друг другу, открыться и не бояться ничего, доверять… Моя любовь и его любовь синтезируют и вот-вот появится плод двух великих чувств, ещё немного… - Таку, взгляни на меня… - шепчу я, не переставая вдалбливаться в тело любимого. - Любимый, - Такаюми приоткрывает глаза, и в них мелькает волнение и что-то ещё. Мы скрепляем поцелуем последний момент нашей близости. POV Такаюми. Кацу не знает, но вот уже вторую ночь я не могу заснуть. Вот он спит рядом после жаркого секса, волосы растрепались, прикрыли сомкнутые веки. Даже самый циничный человек умилился бы, увидев спящим моего партнёра. Посмотрите только, что мы имеем: мужчина среднего роста, с рельефными мышцами, всё-таки не зря пару раз в неделю наведывается в тренажёрный зал. Просто мечта любой женщины, ведь он образец той мужественности, которой у меня некогда не было. А если ещё добавить привычный проницательный, решительный взгляд тёмно-карих глаз, то всё, бояться и ревновать стоит мне, уж не как ни ему. Какую же выходку устроил этот простофиля сегодня, выглядело по-детски. Нельзя обвинять человека без доказательств, это же ясно даже ребёнку. Я присел, обняв ноги руками. И с чего он только взял, что я изменил ему. Разве в таком случае пришёл бы я вечером? Я бы вернулся тогда утром. - Дурак, ты Кацу, - прошептал я, чмокнув его в плечо, а затем мрачно невнятно пробурчал, - Хиро только и делал, что болтал о своей жене и детях. Даже выпивка не помогла. Но ничего... Я взглянул на пол, где в кармане джинсов лежал телефон, там есть номер Хиро.