Глава 1. Пять лет спустя.
16 марта 2015 г., 21:02
Примечания:
Вот наконец глава проверена и я смело могу её выложить. Ошибки конечно вполне возможны и я надеюсь, что вы укажите мне их. Я прошу ВАС Дорогие Читатели - оставляйте отзывы с пожеланиями и замечаниями. Ставьте лайки, короче покажите своё отношение к моей первой работе. Прошу вас об этом!
Десятое октября является годовщиной великой трагедии, это день Памяти и Скорби. Именно в этот день пять лет назад на Конохагакуре но Сато, одну из Пяти Великих Скрытых Деревень, напал Девятихвостый Демон-лис — Кьюби. Множество шиноби пало смертью храбрых, но они не смогли остановить Демона. Лишь один шиноби — Минато Намикадзе смог победить его, запечатав в новорожденного ребёнка.
Самым грустным было то, что запечатал он Демона в собственном сыне, родившемся за пару часов до того, как Лиса вытащили из предыдущего джинчурики — матери ребёнка Узумаки Кушины. Вместо того, чтобы сделать жизнь ребёнка как можно лучше, то есть исключить все угрозы, холить и лелеять, все его... ненавидят. Они видят не ребёнка с глазами цвета неба и светлыми волосами, а Демона, сосудом для которого и является юный Наруто Узумаки. Считается, что Узумаки Наруто не существует — есть лишь Девятихвостый Демон-лис в его теле. Люди глупы и не понимают, что, руша тюрьму, то есть пытаясь убить юного джинчурики, они приближают свободу Демона. Ведь воля ребёнка пока ещё слаба и... он может поддаться влиянию Демона и дать ему своё тело, чтобы отомстить обидчикам!
О том, что юный Узумаки последний из своего клана являлся джинчурики, было запрещено говорить указом Хокаге, но люди узнали это. И стали затравливать малыша, как дикого зверя, — ведь для них это страшнейший Демон, тот, кто убил их близких. Третий издал новый закон, по которому никто не должен был рассказывать Наруто и другим детям о том, что произошло в день его рождения и каким именно способом Четвёртый Хокаге победил Демона.
Самым страшным временем для Наруто было десятое октября, ибо в этот день по непонятной для него причине его старались... убить. Например, в свой третий день рождения малыш попал в больницу с чудовищными ожогами — люди решили предать его огню, но он выжил. Две недели провёл в коме, но через неделю все его раны исчезли без всякого следа. Ещё неделю шёл какой-то странный процесс в теле маленького джинчурики. Что это был за процесс, узнала медсестра, которая хотела сварить ребёнка в отместку за смерть трёх своих детей. Вместо того, чтобы умереть, ребёнок начал улыбаться, плескаясь в ванночке с кипятком.
Самым лучшим временем жизни для Узумаки Наруто были первые полтора года. Он не помнил этого, но чувствовал, что тогда боли не было. Это счастливое время он провёл в клановых владениях Учиха. Кто-то заботился о нём. Засыпая в своей комнате общежития, выданной ему после исполнения трёх лет, Наруто вспоминал лицо красивой и доброй женщины с нежной улыбкой и длинными чёрными волосами. На сердце становилось легче, он знал, что о нём когда-то кто-то беспокоился и любил. Три года это детский возраст, но... дети шиноби быстро взрослели, особенно те, кто являлся изгоями.
День в преддверии праздника был солнечным и ясным. Люди ходили по улицам Конохи, приветствовали друг друга, торговались и выражали друг другу свои соболезнования, ибо редкий человек не потерял близких в день нападения Кьюби.
Ничего, вы ещё меня признаете, когда я стану Хокаге!
POV Узумаки Наруто
Опять эти взгляды. Куда не посмотри, видишь одно — НЕНАВИСТЬ! Я часто спрашиваю себя, почему? Что я сделал, что меня так ненавидят? Но никто и никогда не отвечал на мои вопросы. Всё это началось после того, как я покинул приют, — меня стали травить всевозможными способами. Травля — забавное слово, которое я вычитал в библиотеке. Интересно, что бы они сказали, если бы узнали, что я научился писать и читать уже к своему трёхлетию?! Тогда... ещё два года назад люди не относились ко мне как к бешеному зверю, даже помогали! Старик-библиотекарь помог изучить письмо, научил читать и писать. Потом он выгнал меня — это было всего лишь полгода назад, так что боль немного утихла. Иногда мне кажется, что я видел слёзы в его глазах — будто поступить иначе он не мог. Всю свою жизнь, что помню, я был один. У меня нет родственников и друзей. Я помню смутно лицо красивой красноволосой женщины, которая улыбается мне, и нежную улыбку другой женщины, которая обо мне заботится, но с каждым днём их лица всё больше стираются из памяти. Может быть, у меня была семья, но почему я оказался в приюте? Они погибли? Боюсь, что мне никогда не узнать правды с таким отношением окружающих. Лишь старик Третий относится ко мне хорошо — всё время улыбается и хвалит! Он такой хороший! Также он даёт деньги на жизнь. Но сейчас нужно купить поесть и пойти домой. В этот день мне лучше не появляться на улице — в прошлом году научили пьяницы... Сегодня десятое октября — День Памяти и Скорби. Этот день всегда с самого утра в центре деревни начинается с панихиды по павшим воинам, а затем торжественный карнавал вечером — в честь победы над Монстром! Уже наученный горьким опытом я не пойду на карнавал, хотя так хочется! Я с самого детства восхищался Хокаге, а после того, как прочитал о них в библиотеке, захотел стать Хокаге — тогда меня признают и, может быть, перестанут ненавидеть, а кто-нибудь и полюбит. Но опять всё прошло не так, как я думал, какой-то шиноби попытался меня выкинуть с панихиды и побить, но полицейский из клана Учиха спас меня... Спасибо ему! Сейчас же нужно было быстро сходить в магазин, но не получилось: я вдруг услышал сзади какой-то звук. Оборачиваюсь, и свет меркнет, а голова раскалывается от чудовищной боли...***
Чёрт! Что произошло? Почему у меня так болит голова? Наконец пелена прояснилась, темнота отошла, и в глаза ударил яркий свет. Сквозь слёзы вижу очертание комнаты — подвала, наверное, и несколько фигур у дальней стены. — Очнулся, демоново отродье? — спросил мужской голос, по-видимому, принадлежавший одной из находящихся в помещении фигур. — Что... Что это всё значит? Отпустите меня! — почувствовав, что руки и ноги к чему-то прикованы, я задал вопрос неизвестному: — Что я вам сделал??? — Ты ДЕМОН, и этим всё сказано! Сегодня Четвёртый будет отмщён! Если у глав кланов, Хокаге и старейшин не хватает духу убить тебя, то это сделаем МЫ!!! — истерично закричал старик, брызгая слюной; одет он был в добротную одежду горожанина, обладающего средним достатком. — Ты умрёшь так же, как и твои жертвы! — продолжил речь другой — средних лет мужчина в жилете чунина. А старик всё продолжал верещать, брызгая слюной. Затем, успокоившись, он сказал: — Пришло время умирать! — сказав это, побежал куда-то мне за спину. До ушей донёсся какой-то звук... характерный для ходьбы человека по лестнице! Затем послышался звук, напоминающий тот, когда зажигаешь огонь! Боль всё ещё туманила разум, поэтому я не видел и не мог видеть, что он делает, но почувствовал запах... гари. Понимаю безнадёжность ситуации, но всё равно кричу: — Я ничего не сделал, так что отпустите меня!!! Помогите! Помогите! Пожалуйста, спасите! — Никто не услышит тебя, Демон! Мой дом стоит на окраине деревни. Этот подвал вообще не пропускает звуки наружу. Дом окружает иллюзорный барьер — никто ничего не увидит! — Сначала сгорит второй этаж, затем огонь перекинется на первый, здание сложится из-за обрушившихся стен первого, а ты будешь погребён здесь так же, как и моя семья пять лет назад! Я иду к вам, мои дорогие! — закончив свой монолог, старик взял со стоящего рядом стола прямой тонкий кинжал и... вспорол себе живот! Несмотря на это, я шокировано вспоминал, что писали в книгах про самоубийство путём вскрытия живота: "Сеппуку — ритуальное самоубийство методом вспарывания живота, принятое среди всего самурайского состава страны Железа, а также во всех Великих и Малых странах в те времена, когда самураи вместо шиноби охраняли границы стран. Ритуальное самоубийство совершалось с помощью ритуального прямого тонкого кинжала — кусунгобу. Харакири или сеппуку совершалось по приказу господина или добровольно (искупление грехов, знак верности и т. д.)..." — там было написано что-то ещё, но я не могу вспомнить. Вдруг мужчина, стоявший рядом с чунином, бросился ко мне, выхватив из ножен короткий клинок. Я уже приготовился к смерти, но почему-то она не приходила, а мужчина двигался очень медленно, как будто воздух оказывал ему большое сопротивление. Странно... я вижу, как контур меча движется в мою сторону, он всё ближе и ближе... Мгновение — и я чувствую, что руки свободны. Ещё мгновение — и я падаю на пол, еле успев выставить руки, чтобы не удариться лицом. Медленно встаю, преодолевая сопротивление воздуха. Тут всё прекратилось — зрение стало менее чётким, а люди стали двигаться с нормальной скоростью. И всё тело обожгло болью — оказалось, что меня избили капитально... — Что ты творишь, самурай? Как ты можешь заступаться за Демона? — резко сказал голос, принадлежавший человеку, первому со мной заговорившему. Присмотревшись, увидел: полный мужчина с красным лицом в богатой одежде стоял около стены. Хм, кажется, он специально встал так, чтобы между самураем и ним находился чунин. — Предатель! Спасаешь Демона, из-за которого погибла твоя семья! — осудил бывшего товарища шиноби. — Вы сумасшедшие, если считаете невинного ребёнка, оказавшегося не в том месте и не в то время, виновником всех своих бед! Да, моя семья, семья которую я обрёл в этой Деревне погибла, — на этом спокойный голос спасшего меня самурая дрогнул, — погибла во время нападения Кьюби на деревню! Но этот ребёнок ни в чём не виноват! Главный виновник - это Кьюби!!! - пытался донести до бывших товарищей свой взгляд старый самурай. - Наруто, берегись! — слышу предупреждение спасителя, но поздно — шиноби приблизился ко мне на расстояние удара. Вдруг мир опять изменил краски: движения шиноби стали медленней, и я увидел контур его тела, как тогда с мечом. Если я тогда предвидел место удара... то сейчас, если пригну голову, сдвинув её чуть-чуть влево, то удар кунаем не причинит мне вреда. Эти мысли проносятся в моей голове за секунды. Тело неосознанно через боль начинает движение. Боль. Боль. Всепожирающая боль во всем теле, а шиноби вновь готов к удару, чтобы отнять мою жизнь. Движения вновь стали нормальными, я же без ускорения с болью во всём теле не смогу уклониться, но шиноби дёрнулся и... упал. Из его затылка виднелась звёздочка, в которой я по описанию узнал сюрикен. Глаза закрываются, и меня окутывает темнота...End of POV Узумаки Наруто
В этот день, десятого октября, шиноби поминали умершего ради деревни Хокаге и сотни других шиноби, погибших в сражении с Девятихвостым Демоном-лисом. За порядком следили патрули полиции, состоящие из представителей великого клана Учиха. Множество шиноби и простых людей, живущих в Конохе (гражданских), предпочитало заливать своё горе крепким саке, и нередко возникали конфликты на этой почве. Полиция предотвращала данное безобразие и не давала неадекватным шиноби разнести Деревню. Обычно патруль состоял из четырёх-пяти человек — двух джонинов и трёх чунинов, но один из патрулей был уникален — он состоял всего из двух шиноби. Это были два юных гения клана — Итачи и Шисуи Учиха, двенадцати и пятнадцати лет соответственно. Они слишком рано увидели, что такое жизнь шиноби и что такое война, именно поэтому они хотели защитить свою родную деревню и свой клан. Несмотря на возраст, они были джонинами и смогли почувствовать странный всплеск чакры — благо они находились неподалёку от источника. — Ты тоже почувствовал? — спросил Шисуи своего друга. — Да. Очень похоже на активацию нашего додзюцу. Но кто? Всплеск странный, как будто из-за угрозы смерти, — задумчиво проговорил старший сын главы клана Учиха, Итачи. — Ты сенсор, веди! — Командуешь? Но ты прав, нужно спешить! — Источник где-то здесь, — сказал Шисуи, когда друзья оказались на окраине Конохи. — Тот дом! Внизу! — резко повернувшись в сторону приличного двухэтажного особняка. Не теряя времени, шиноби бросились к особняку. Преодолев окружающий особняк забор, они поняли, что второй этаж горит, но никто не видит этого! — Вокруг особняка стоит барьер гендзюцу — с той стороны никто не увидит и не почувствует пожара! Сейчас очень сложно добыть печати с таким барьером, так что интересно, зачем окружать им дом, поджигать его... — тут гении переглянулись. — Всплеск активации нашего додзюцу! Скорее всего, кто-то воспользовался праздником и похитил малыша! Вперёд, пока не поздно! — озвучил мысли, мелькнувшие в их головах, Итачи. Больше ничего не говоря, шиноби активировали свой шаринган и понеслись к дому. Мгновение — и удар, усиленный чакрой земли, выбил дверь дома. Осторожно ступая, джонины, разделившись, пошли осматривать дом. Итачи пошёл наверх, а Шисуи — в сторону подвала. Стараясь не шуметь, парень начал осторожно спускаться по каменной лестнице. Благодаря своим сенсорным способностям Шисуи чувствовал присутствие шиноби, активировавшего шаринган. Закончив спуск, он услышал конец разговора: — Наруто, берегись! "Наруто? Наруто Узумаки? Джинчурики Кьюби! Что он здесь делает, и где Учиха?" — думал про себя сильнейший мастер гендзюцу клана Учиха. Мастер гендзюцу! Как известно, погрузить в гендзюцу можно только глядя в глаза, а сейчас зрительного контакта не было... поэтому Шисуи, чтобы спасти Узумаки, метнул сюрикен в голову нападавшего. Тело шиноби упало, и гений остолбенел. Ибо то, что он увидел, не могло быть правдой!POV Итачи Учиха
А день так хорошо начинался! Праздник победы над Кьюби был ежегодным, но в этом году он пошёл не по сценарию. Мы с Шисуи обладали небольшим даром сенсоров, именно поэтому смогли почувствовать всплеск чакры, характерный для активации шарингана... Осознав, что кто-то похитил и насильно удерживал маленького Учиху, мы пришли в бешенство! Вот мы с братом быстро проникли на участок, скрытый иллюзией. Выбив дверь, вошли: я пошёл осматривать второй этаж, а Шисуи — в подвал. Наверху не было никого живого... вообще никого, только огонь, который мне удалось потушить с помощью техники суитона, чтобы дом не обрушился. После этого я решил присоединиться к Шисуи. Когда я спустился, всё было уже кончено: горожанин был мёртв — самурай с вакидзаси в руках прервал жизненный путь человека; шиноби в жилете чунина заваливался вперёд, падая на светловолосого мальчика с шестью полосками на щеках. Но не это вызвало шок Шисуи, а теперь и мой. Шаринган с двумя томоэ у Наруто! Он же не из клана Учиха! Откуда же тогда у него наше додзюцу? Пробудил из-за опасности? Откуда у него гены Учих?End of POV Итачи Учиха
Наруто всё же не обучался использовать свои глаза и поэтому не увидел, как второй кунай вошёл ему в правый бок... Шисуи подхватил закрывшего глаза пацана и стал его осматривать, чувствуя, как во всем теле парня движется мощнейшая чакра... — Спасибо, что помогли, юные Учихи! Если бы не вы, этот ублюдок убил бы парня, — спокойно проговорил самурай, вытирая свой вакидзаси о лежащий перед ним труп. — Учиха Итачи. — Учиха Шисуи. Не за что — это наша работа! — Моё имя Кэндзи Ямамото. Я бывший самурай страны Железа. — Что тут вообще произошло? Почему тут Он? — спросил старший из Учих. — Куроки-сама хотел отомстить за смерть своей семьи! Он поджёг дом так, чтобы он обрушился и засыпал подвал, — наконец-то очистив меч от крови и вставив в ножны, проговорил самурай. — Глупцы! Он же ребёнок! В чём его вина!? — в ярости спросил наследник легендарного клана. — Вы ведь не просто так пришли? — О чём Вы говорите, Ямамото-сан? — напрягшись, спросил Итачи, переглядываясь с другом. — Вы поняли, что я хотел сказать, — спокойно ответил самурай. — Я никому ничего не скажу, но... вы должны взять его на обучение! Ему очень пригодится сила в будущем! Я готов обучить его пути меча, но я не владею техниками шиноби... — Зачем нам делать это? — спросил Шисуи. — Я хорошо разбираюсь в людях. Этот парень... его ждёт великое будущее! Путь, по которому он пойдёт, зависит от окружающих, а отношение деревенских подтолкнёт его к пути мести и ненависти. Если... — ... не направить его на верный путь, дать надежду на лучшее, что когда-нибудь всё изменится, — закончил Итачи. — И зачем Вам ЭТО? — насмешливо спросил Шисуи. "Наверное, хочет привязать к себе джинчурики заботой и лаской и использовать для своих целей!" — подумал он про себя. — Он похож на него... моего младшего сына... погибшего десять лет назад. К тому же, я хочу передать своё искусство достойному. Кто может быть достойней сына и наследника химе клана Узумаки и Йондайме Хокаге, к тому же, пробудившего шаринган... — Что? Как вы узнали?! — резко перебил самурая Итачи. — ... как и его отец, в столь раннем возрасте. К тому же, джинчурики сильнейшего биджу! — Как и отец!? Вы хотите сказать, что у Четвёртого Хокаге — Жёлтой Молнии Конохи был шаринган? — потрясённо спросил Шисуи. — Но медики осматривали тела после смерти! Они бы узнали! — Итачи-сан, не будьте наивны. Вы говорите про лидера Деревни шиноби так, что нет ничего удивительного в том, что он унёс свой секрет в могилу, — ответил наследнику великого клана самурай. — Ладно, мы тут разговорились, а у нас раненый ребёнок на руках! Нужно отнести его в больницу, а лучше к нам — в госпитале Наруто не любят, — закончил дискуссию Шисуи. — У меня есть дом на другой окраине Конохи, давайте отнесём его туда, — предложил самурай. — Думаю, что он сам оправится — вот рана от куная затянулась. — Хорошо, — согласились Учихи. Итачи взял паренька на руки и понёс к выходу. Шисуи наложил гендзюцу, чтобы никто не увидел среди них маленького джинчурики, поскольку было уже за полночь и народ успел принять на грудь. Некоторые уже пошли искать того, кого они считают виновником смерти своих близких...***
В ворота деревни, празднующей своё спасение от Демона-лиса и поминающей павших в той великой битве, прошёл мужчина средних лет в жилете джонина и с повязкой Конохи. Этот мужчина не был в родной деревне почти четыре года, и ему было очень интересно, что и в какую сторону изменилось с тех пор. Если взглянешь ему в лицо, то сразу поймёшь, что ты видишь перед собой змеиного санина Орочимару — одного из учеников Третьего Хокаге, члена Легендарной Троицы. Больше всего санина интересовало, как проживает крестник его лучшего друга (в чём он никогда не сознается другим) и сын Минато Намикадзе. В воротах скучали два шиноби. Это были вечные чунины и друзья: Изумо и Котецу. Они практически заснули, но услышали сигнал барьера, символизирующий приближение к деревне сильного шиноби — практически Каге. — Стой! Кто идёт? — грозно спросил один из них. — Ну, допустим, это Я! Пропустите? — Кто я? Шутки с нами вздумал шутить? — резко спросил второй, недовольный тем, что его сон прервали. — Ты чего творишь, идиот?! Вы можете проходить, Орочимару-сама! — одёрнул своего товарища первый из заговоривших караульных. — Котецу, думай, что говоришь! — уже напарнику сказал чунин. — Как поживает деревня? Всё ли в порядке? — спросил змеиный санин. — В деревне всё в порядке, сейчас праздник в честь победы Четвёртого над Демоном и День Памяти всех павших! На дневную панихиду к мемориалу павших вновь припёрся этот выродок!!! Его чуть там и не убили — Учихи успокоили население и забрали Демона с собой! — Какой Демон? Выродок? — удивлённо спросил Орочимару. "Я, что, так много пропустил?" — удивлённо подумал санин. — Демон - Узумаки Наруто! — Что? Узумаки? Почему? — Ну, Вы же, наверное, знаете, что Четвёртый запечатал в него Кьюби, — увидев подтверждающий кивок, чунин продолжил: — Он не пережил запечатывания, и сейчас Кьюби управляет его телом! — Кто вам сказал этот бред?! Это во-первых. Во-вторых, если мне не изменяет память, то на собрании глав кланов Сарутоби-сенсей должен был запретить раскрывать личность джинчурики! Откуда вы знаете, и кто знает ещё??? — с резким шипением проговорил Белый Змей. — Мы ни в чём не виноваты, Орочимару-сама! Прошёл такой слух, что Четвёртый запечатал Демона ценой жизни, но изначально, никто не знал, в кого. Через три года прошёл слух, что джинчурики — это Узумаки Наруто, а потом сказали, что Демон уничтожил сознание ребёнка и это Демон! — поспешно ответил Изумо. — Вы идиоты! Четвёртый — мастер печатей, обучавшийся в клане Узумаки! Его печать просто-напросто отсекла сознание Демона от сознания джинчурики! Кьюби сейчас вообще спит, так что вы травите, а это, наверняка, так, ни в чём не повинного ребёнка! — разъярился обычно безэмоциональный санин. — Ками-сама, о чём вообще с вами можно говорить! Сказав это, Орочимару вошёл в деревню и, больше не оглядываясь, направился на окраину, где у него был дом.***
Где-то через час, когда санин уже практически был у своего дома, он почувствовал сильную чакру с примесью жутких эманаций. Решив проверить, на всякий случай, — вдруг враг, санин двинулся в сторону источника чакры. Выйдя из-за дома, он увидел странную компанию: двое Учих в форме джонинов из полиции и пожилой мужчина с ножнами для двух клинков на спине. "Хм, интересно, что здесь забыл самурай?" — подумал про себя змеиный санин. — Регенерация у него, конечно, хорошая, в этом нет сомнения, но нужно осмотреть его с помощью техники мистической руки, — донёсся до него обрывок разговора. Говорившим был, по-видимому, самурай. "Хорошо, что я стал медиком — пусть и не S-ранг, как Цунаде или Первый, а всего лишь A, но это тоже немало. Сын Четвёртого и Кушины-химе... интересненько, а Джирайя знает, как обращаются с его крестником?" — облизнувшись, подумал про себя Орочимару, а затем, используя свои знания, замаскировался и стал ждать, пока они подойдут...POV Кэндзи Ямамото
Моё имя Кэндзи Ямамото. Самурай. Родился в Узушиогакуре но Сато почти пять десятков лет назад. Первые годы жизни я посвятил тренировкам под руководством мастеров клана, где каждый должен был овладеть одним из искусств самурая: кюдзицу, кендзюцу и яйджитсу. Кюдзицу — это искусство стрельбы из юми (лука). Данное боевое искусство было очень популярно во времена господства самураев на поле боя. Тогда армии феодалов, используемые для междоусобной войны и новых завоеваний, имели в своём составе лучников. В своё время меня поразило то, что такое оружие, как юми, было забыто! Это ведь оружие, с помощью которого противника можно держать на расстоянии, что сократило бы боевые потери. Но кто-то постарался, чтобы это оружие забыли. Как хорошо, что в Узушио ещё помнят о нём, — вот будет сюрприз врагам. Кендзюцу — это искусство, охватывающее все виды техник, исполняемых мечом. Стиль боя этого искусства нацелен на поиск слабых мест в защите противника и один-два удара, итогом которых будет смерть противника. По данным, найденным мной в библиотеке нашего клана и Узушио, мечами пользуются только Семь Великих Мечников Тумана и ниндзя Страны Грома, но они используют чакру для увеличения длины мечей и поражающей силы. Самураи Страны Железа так же используют мечи, нагинаты и т. д. Яйджицу — это искусство мгновенной концентрации при переходе от пассивного состояния к мгновенной атаке. То есть воин, владеющий этим искусством, из спокойного состояния (когда оружие в ножнах) способен перейти к атаке. Обычно это один смертельный удар. В современном мире это искусство вообще незаменимо, как я считаю. В сочетании с владением мечом это будет смерть в чистом виде! Ведь помимо основного оружия — катаны или вакидзаси, шиноби или самурай носит с собой танто или какое-то другое короткое клинковое оружие, которым можно воспользоваться, чтобы убить врага наверняка. К тому же, если не владеешь этим искусством, невозможно защититься от неожиданного удара мастера яйджитсу. За пятнадцать лет обучения я стал мастером в этих искусствах боя, но это не помогло защитить мой дом. Узушио пало, несмотря на усилия защитников, мощнейшие доспехи—артефакты, которые могли себе позволить только главы кланов и сильнейшие клановые воины. Амулеты, создающие личное защитное поле, множество печатей фуиндзюцу... После того, как деревня была разрушена, я покинул Страну Водоворота и направился в Страну Железа. Со мной была моя верная катана, вакидзаси и юми, — всё производства Узумаки. Доспехи, даже не пострадавшие в бою, и амулет — благодаря им я остался жив во время бойни. На тот момент мне было около двадцати лет... Затем я стал самураем сёгуна Страны Железа. Во время службы я узнал, что помимо меня были выжившие — спасшиеся из Узушио. Часть из них оказалась в Конохе — большей частью это были Узумаки и последний из Намикадзе, часть оказалась в Тумане — клан Юки. Но самое невероятное я узнал через пять лет — это то, что мой клан — клан самураев Ямамото, который был создан Узукаге Кенджи Узумаки. Меня избрали главой клана, как ученика предыдущего главы. После этого мой господин женил меня на своей внучке и у нас родились прекрасные дети... Но произошла гражданская война, и мы были вынуждены бежать, не оглядываясь, — ведь моя жена была потомком сёгуна, как и наши дети! А это угроза для решившего взять власть в свои руки. Благо, что я был знаком с Джираей — учеником Третьего Хокаге, поэтому мне было куда уйти из Страны Железа. Так я с сыном стал жить в Конохе. Жена и дочь погибли от предательства — нас заманили кланы самураев, которых я считал дружественными, а они предали нас... меня... мою семью... они потеряли свою честь, как самураи. Все мои воины, жена, дочь и младший сын погибли, пока мы выбирались из ловушки и добирались до Страны Огня. Я стал обучать кендзюцу молодых шиноби Конохи. Всё было хорошо, но Третья Великая Война шиноби отняла у меня сына. Старшего сына и единственного из моих детей, что выжили после гражданской войны в Стране Железа и предательства. Я остался совсем один, но я был нужен и поэтому не сломался. Война закончилась, и Минато Намикадзе — мой первый ученик, который начал обучение ещё в Узушио, а закончил после того, как я стал жить в Конохе, стал Хокаге. Тогда я смог узнать, что часть моих самураев выжила и служит новому сёгуну — Сэберо Ямамото, моему младшему сыну. Я... я был потрясён тем, что он выжил и клан тоже. Я был счастлив от осознания того, что не все мои дети мертвы... Только через два года я смог отправиться в Страну Железа, через месяц после прибытия мне удалось повидать сёгуна. Сын... он сделал то, чего не смог сделать я — он простил меня за смерть матери, сестры и брата. По возвращении меня ждала смерть и разруха — Деревня, Скрытая в Листве была полуразрушена Кьюби. Минато и Кушина погибли, и было неизвестно, что стало с их ребёнком! Семья, что я обрёл придя в эту Деревню погибла в тот страшный день. Два года... два страшных года я не мог ничего узнать о нём, но по Конохе стали ходить странные слухи о Кьюби в обличье ребёнка. Потом, разговорив тех, кто предпочитал заливать горе саке, я был в шоке! Оказалось, что Четвёртый ради спасения своей Деревни запечатал Демона в новорожденного сына — Наруто Узумаки. Именно так химе и Йондайме хотели назвать своего первенца! Да и Кьюби мог вырваться только в том случае, если Кушина-химе рожала, — именно тогда печать джинчурики так ослабевает. Всё-таки из-за библиотеки Узушио я кое-что смыслю в искусстве шиноби. Третий год после их смерти. Я шёл по улице к своему дому после того, как помянул ИХ — всех дорогих мне людей, и увидел, как трое неадекватных шиноби преследовали какого-то пацана. Побежал за ними в тупик, куда тот свернул. Видел, как они его избивали. Разогнать это пьяное быдло — дело пяти секунд. Смотрел на спасённого паренька и не верил своим глазам — он был вылитый Минато в детстве! "Так вот какой ты, Узумаки Наруто, мой будущий ученик". Н-да. Сколько живу, но людей, которые винят в смерти своих близких джинчурики Кьюби, я не пойму никогда! Год я следил за ним, пытался его оберегать, но тайно. Благо, что моя амуниция помогает мне скрываться от АНБУ, следящих за пацаном, а за ним ходит не менее шести шиноби, но они не вмешиваются, когда парня избивают... Ответ прост: руководству, наверняка, нужен мальчик для битья, а если Кьюби пробудится и уничтожит кого-то из жителей, то его могут извлечь или взять в АНБУ, или, что хуже, в Корень. Пятый год после нападения Кьюби прошёл практически так же, как и предыдущий... Только... в этот раз всё было серьёзнее — шиноби и несколько гражданских решили его похитить и убить. Часть из них отвлекла АНБУ, что само по себе очень странно, остальные похитили мальца. Я уже был знаком со стариком Куроки — бывшим самураем Страны Железа, и поэтому смог пойти с ними. Он знал, что я обучал Минато, и думал, что я хочу отомстить за его смерть. Теперь же события стали развиваться — мальчик из-за смертельной опасности смог пробудить шаринган, плюс два гения клана Учиха. Они довольно талантливы и не заносчивы, как большинство из их клана, поэтому они помогут его обучить! — Если в этом есть необходимость, я могу провести осмотр мальчика, — сказал кто-то, стоявший за моей спиной. Резко оборачиваюсь, выхватывая вакидзаси, наношу удар за спину, и на землю падают куски земли, имевшие человеческие очертания. Мне уже приходилось встречаться в бою с шиноби Ивы, поэтому технику земляного клона я узнал сразу. — Я пришёл с миром и просто хочу предложить свою помощь в осмотре ребёнка, — прошипел незнакомец... опять из-за моей спины! — Орочимару-сама, мы, конечно, будем благодарны Вашей помощи, но в следующий раз не подкрадывайтесь ко мне со спины! — наконец-то узнав предлагавшего помощь, сказал я.End of Pov Кэндзи Ямамото
Учихи очень удивились знакомствам своего невольного попутчика. Но сейчас оно было кстати — ребёнок был в плену, ранен и избит. До дома самурая было недалеко, поэтому процессия направилась к нему. — Ну, всё! Я обследовал его с помощью медицинской чакры — с ним всё в порядке. Хм. Хвалёная регенерация клана Узумаки плюс Кьюби творят чудеса! От ран не осталось никаких следов! — через полчаса в доме самурая сказал санин после обследования ребёнка. — Это хорошо, но всё же его следует отнести домой, иначе будут проблемы с верхушкой деревни, — сказал самурай. — Я отнесу его домой, и ещё одно... завтра я предложу ему заниматься со мной. — И чем же Вы, Кэндзи-сан, хотите заниматься с джинчурики? Запрет касается всех — "Никто не должен иметь влияния на джинчурики! Никто не должен его обучать!" — Я наблюдал за ним последние три года — его ДОЛЖНЫ были охранять АНБУ, но они ничего не делали с избиениями, как будто их цель — пробудить Кьюби в джинчурики! — в сердцах воскликнул самурай. — Я хочу обучить его для того, чтобы он смог постоять за себя и не вступил на путь ненависти и мести — путь вечного бегства от реальности, который в конце концов заведёт его глубоко во ТЬМУ! — Я согласен с этим. Мы поможем Вам, Ямамото-сан. Наруто мне как младший братишка, ведь он прожил полтора года в нашей семье! — сказал Итачи, переглянувшись с Шисуи. — Меня примете в свою компанию? — весело спросил санин. Учихи и Ямамото переглянулись, а затем кивнули в знак согласия.***
Дом Узумаки они искали ещё час, пока не нашли АНБУ, который должен был присматривать за джинчурики. Поведав тому о нападении на ребёнка, они пообещали доложить о произошедшем Хокаге и удалились в сторону общежития. Комната джинчурики напоминала помойку. Вещи были свалены в кучу: грязные, чистые — неважно, все они были на полу! На кухне, вернее в углу, который исполнял эту роль, была куча немытой посуды, на плите стояла кастрюля со странно пахнущей едой. Переглянувшись, шиноби и самурай пришли к одному и тому же мнению: нужно учить парня жить. Иначе он просто сдохнет от недоедания! — Запрет на тренировки джинчурики не снят до сих пор, поэтому мы будем тренировать Наруто тайно, — как более старший, озвучил своё мнение Кэндзи Ямамото. — Согласен. У меня есть лаборатория, находящаяся под Конохой. Можно тренировать мальца там — я нашёл её, когда был ребёнком, там очень много места. Есть даже тренировочный полигон! — задумчиво сказал санин. — Для тренировок будем использовать полигон №16 — Лес Смерти и Вашу лабораторию. У нас в клане есть пара барьерных печатей, так что никто не почувствует его чакру. Сейчас же оставляем записку и уходим. Ямамото-сан, сходите, пожалуйста, к Хокаге и уведомьте его о произошедших событиях, — подвёл итог дискуссии Итачи Учиха. "Здравствуй, Узумаки Наруто! Если хочешь стать сильным и стать Хокаге, чтобы добиться признания то приходи на полигон №16 близ Леса Смерти к 11:00. Кэндзи Ямамото — самурай. Надеюсь, твой будущий друг и сенсей".***
Деревня Скрытого Листа просыпалась ото сна и отходила от праздника, посвящённого победе Четвёртого Хокаге над Кьюби. Яркие солнечные лучи проникли сквозь незакрытое окно в комнату общежития и заиграли на сонной мордашке Узумаки Наруто. Он поморщился от бьющего света и открыл свои заспанные, но ясные голубые глазки. Сейчас Наруто был очень удивлён: он же помнил, что его поймали какие-то жители и пытались убить! Также помнил своё спасение старым самураем и... БОЛЬ! При воспоминании о боли по телу ребёнка пробежала волна мурашек. Он приготовился к тому, что сейчас ощутит всю полноту любви жителей к нему. Но боли НЕ БЫЛО! Хотя такое уже бывало раньше — его тогда в первый раз побили так, что он еле смог добраться до своего дома. На следующее утро всё было в порядке. На теле не было ни одного синяка, и оно не болело. Осторожно встав, Наруто посмотрел на свой будильник: он показывал 10:30. Затем ребёнок пошёл в угол, выполняющий функции ванной комнаты, отгороженный деревянной перегородкой. Быстро исполнив утренние гигиенические процедуры, Узумаки вернулся в комнату и стал искать, что бы поесть. Найдя чистую посудину и упаковку с заварным раменом, Наруто быстро заварил свою любимую лапшу. Поев, он не стал мыть посуду и положил её в и так заваленную раковину. Решив одеться, он обнаружил на столе записку. — Неужели кто-то согласится стать моим учителем? — потрясённо спросил сам у себя блондин, прочитав записку.***
Через полчаса Наруто стоял пред входом на полигон №16. — Ну, и где он? Уже 11:00! — возмущённо спросил блондин сам себя. — Если ты не видишь, это не значит, что никого нет! — раздалось откуда-то из-за спины. Не ожидавший такого ребёнок подпрыгнул на месте, а затем развернулся. Как оказалось, он не заметил четырёх человек, стоявших спиной к Лесу Смерти! — Ты какой-то нервный, Наруто-кун! — сказал немного шипящим голосом странный человек с бледной кожей. — А как я ещё должен реагировать? Четверо неизвестных назначают мне встречу за пределами деревни! Если учесть, что вчера меня чуть не убили, если бы не этот тип, — серьёзно проговорил маленький блондин, хотя в глазах бесились чёртики. — Повеселились и хватит, — закончил дискуссию самурай, — для начала представимся! Я Ямамото Кэндзи, бывший самурай Страны Железа. Родился и вырос в Узушиогакуре но Сато — деревне Скрытого Водоворота. Учитель кендзюцу Четвёртого Хокаге. Мастер: кендзюцу, кюдзицу, яйджитсу, — это всё искусства боя с помощью холодного оружия и юми. — Учиха Итачи — старший сын главы клана Учиха. Мастер гендзюцу, Катона и Суитона. — Учиха Шисуи. Мастер гендзюцу, владею ниндзюцу Катона и Дотона. — Орочимару — ученик Третьего Хокаге. Мастер ниндзюцу Дотона и Футона, немного владею ирьениндзюцу и фуиндзюцу. — Э-э-э, — растерялся блондин. — Я Узумаки Наруто, житель деревни Скрытого Листа. Хочу стать самым сильным шиноби — Хокаге и превзойти всех предыдущих! — Я наблюдал за тобой в течение двух последних лет и вынужден констатировать факт, что ты совершенно не можешь постоять за себя. По тому, что мы видели у тебя дома, могу сказать, что ты не умеешь готовить и не знаешь обычных бытовых вещей! — продолжил самурай. — Я предлагаю тебе стать моим учеником для начала, ибо для ниндзюцу ты ещё слишком мал. Орочимару-сан поможет тебе освоить медицинские техники, но потом — не сейчас. — В принципе... я не против Вашего плана, Ямамото-сан, — высказался санин, видя, что Учихи согласны. — Наруто-кун, ты согласен, чтобы мы тебя тренировали? — Я... я согласен! Спасибо Вам! — воскликнул ребёнок, а затем сделал уважительный поклон в сторону тех, кто захотел стать его учителями. Желаю своей первой бете и сокурснице - Eun_Hye поправится и вернуться в строй. Желаю своей второй бете - Bronwe.... написать мне, что с ней и когда она сможет приступить у работе над ошибками. Хочу сказать своей третьей и надеюсь постоянной бете JiU СПАСИБО! Надеюсь, что ВЫ будете проверять главы моего первого фф до его конца. Просто я не хочу, чтобы мои беты повторяли судьбу профессоров Защиты от Тёмных Искусств в не без известном романе Гарри Поттер.
