Глава 10. Первые искры.
2 апреля 2015 г., 19:20
Можно увидеть и не понять, но понимая — уже трудно не видеть. Вадим Синявский
Если вы когда-нибудь бывали в больницах, то, наверное, знаете это ощущение, когда входишь в двери и попадаешь совершенно в другой мир. Мир, в котором течет совершенно другая жизнь, со своим темпом и правилами, которые приходится как-никак, а соблюдать. И кажется, что линия времени течет как тягучая потока, растягиваясь на минуты, часы… А тебе только и приходится, что ждать. В это время в голову взбредают мысли, некогда обитавшие в самых темных уголках разума. И когда ты от них устаешь, а голова все больше начинает походить на набитый соломой мешок, просто отпускаешь их, и они начинают плыть в своем собственном, беспорядочном порядке. Изредка та или иная мысль выбивается из общего потока и так же быстро тает, принося спокойствие, начавшему усиленно работать мозгу. Мэри же уже потеряла счет времени. Кажется, это уже вошло в привычку — лежать на кровати, уставившись в потолок, погружаясь в хаос мыслей. И было бы счастьем, если бы все они приносили с собой улыбку, а не заставляли хмуриться и недовольно поджимать губы. Тяжелый вздох раздался в комнате, и девушка резко села, подтянув к себе колени. Ей казалось, что она сама себя убивает, но не может остановится и сдержать поток мыслей, обрушившийся сверху словно водопад. Возвращаясь в воспоминаниях на пару дней назад, она обреченно хваталась за голову и кусала губы. Все становилось сложнее… При мысли, что в скором времени придется вернуться в школу и возобновить уборки классов вместе с одной из причин ее угнетённого состояния, бросало в дрожь. Почему-то сейчас, когда злость немного приутихла, но не угасла совсем, вдруг внутри зашевелился червячок вины. Но так просто прощать парня Мэри не собиралась. В тот момент, она на самом деле чуть не сошла с ума, а при воспоминании сердце начинало стучать так быстро, что казалось пробьет хрупкие кости и ускачет, приткнувшись где-нибудь в самом неприметном углу, и станет мелко дрожать от пережитого страха. «Почему я вообще должна его прощать? — сильнее сжав руками колени, раздраженно подумала девушка. — «Он сам виноват, нужно хоть иногда шевелить своей деревянной головой». Казалось, будто девушка пытается оправдать вспыхнувший в тот момент огонь и брошенные: «Я. Тебя. Ненавижу». И закрыв глаза, она старательно гнала от себя мысль о том, что парень по правде не знал причины такого ее поведения. «Ну и что что не знал? — хмыкнула она. — Кто давал ему право так пугать меня? Пусть сам убирает классы, я тут не при чем. Это — сугубо его личные проблемы». Резко встав с кровати, Мэри прошлась по комнате взад-вперед, пока наконец не остановилась около окна. Приоткрыв тонкими пальцами пластины жалюзи, быстрым взглядом окинула двор больницы, задержав его на машине скорой помощи, стремительно выезжающей за ворота госпиталя. И в голове, будто специально кем-то подстроено, прозвучал гул сирены. — К черту! — буркнула девушка, отойдя от окна и обхватив себя за плечи. Мысли медленно перетекли к еще одному человеку, из-за которого ее сон стал тревожным и беспокойным. Марк. Сердце сжалось в тугой комок, стоило только вспомнить добрые глаза бармена…друга. И то, каким она увидела его после. Бледный, холодный, неподвижный. Он вызвал такой поток жалости, что если бы у нее была возможность, она бы дежурила день и ночь у его постели, ожидая, когда встрепенуться ресницы, и он откроет глаза. Сама не заметив, как села на корточки, девушка тихо всхлипнула, запустив руки в волосы и с силой сжав голову. «Это все из-за меня…! Если бы я только…» - мысли давили плотным потоком, ломая волю и подчиняя подсознательному страху, что Марк никогда не откроет свои глаза и не скажет насмешливое: «Эй, Электра». Не подмигнет весело, чтобы вызвать у нее улыбку, не поможет советом, и она никогда не услышит приятный низкий голос с примесью хрипотцы. Голос, который она по-своему успела полюбить, который стал дорогим. Судорожно вздохнув, Мэри утерла предательские слезы, ставшие уже неизменным спутником. Она искренне не понимала, почему ее не пускают в палату. Думают, что начнет истерить на шее у больного пациента? Ха, разбежались. Больше всего на свете она желала ему выздоровления, чтобы сказать то, что было на душе, выразить всю благодарность. Только сейчас, когда ситуация настолько безвыходная, что ненароком начинаешь понимать, сколько всего ты не сказал и не сделал. Когда в последний раз она говорила ему спасибо? Да и просто что-то ободряюще…? Мэри сбилась с шага, пытаясь припомнить, но в голову ничего не приходило, только картина аварии то и дело всплывала в сознании, заставляя свежие раны раскрываться вновь и вновь. Рука сама собой потянулась и сжала футболку в районе груди. Сейчас она уже сменила медицинскую одежду, на принесенные Жоанной вещи. И в своих любимых, потертых тренировочных и футболке с странным психоделичным рисунком, она ощущала себя в безопасности и более уверено. Наконец выйдя из лифта и подойдя к стойке, за которой что-то разбирала уже знакомая сестра, Мэри широко улыбнулась. — Добрый день, — поприветствовала она работницу госпиталя. Та подняла на нее взгляд и тепло улыбнулась. — Добрый, Мэри, — кивнула женщина. Вообще Дона или полное имя — Донатин, была очень приятной женщиной не только по характеру, но и внешне. Невысокая, примерно по плечо Мэри, рост у которой был намного выше среднего у девушек, чуть полноватая, но полнота эта больше вызывала умиление и одновременно хотелось обнять женщину просто потому, что она не могла ассоциироваться с чем-то плохим. Золотистые волосы сейчас были аккуратно убраны под шапочкой с красным крестом, а добрые глаза теплого карего оттенка смотрели с теплотой и радушием. Мериэлле все время хотелось назвать Дону мамой, хотя на ее настоящую мать эта приятная женщина была совершенно не похожа. Но было в ней что-то такое домашнее, уютной и пахнущее свежей выпечкой. — Что делаете? — сунув свой любопытный носик за стойку, спросила голубоволосая. Но окинув взглядом стойку и не увидев ничего интересного, смешно сморщила его. — Заполняю журнал посещений, — подняв, и потреся им в воздухе ответила Дона. — Осталось еще немного. Поможешь? Девушка вздохнула и сложила руки на стойку, пристроив потом на них голову. Сейчас выражение ее лица можно было назвать не иначе как «моськой». Если помните кота в сапогах из мультика «Шрек», когда он так смотрел своими глазками, которым нельзя было отказать? Вот только в исполнении бледнокожей голубоволосой Мэри это выглядело так, что хотелось схватить ее в охапку, привязать к стулу и кормить, кормить, кормить… Дона лишь печально вздохнула. Она догадывалась, почему девушка так стремится попасть в определенную палату на этом этаже. И даже хотела бы помочь, только руководство запретило пускать к больному всех, кроме мед персонала. — Мэри, — сказала она, сочувствующе взглянув на «моську». — Ты же знаешь, я не могу пустить тебя в палату. Мне запрещено, иначе я вылечу отсюда быстрее, чем тебя выпишут, — сделав страшные глаза, наклонилась она и прошептала. — Ну пожалу-уйста, — тоненьким голоском протянула голубоволосая. Ей не хотелось подставлять Дону, но одновременно жаждала попасть к Марку, будто от этого зависела ее жизнь. — Дона-а… Женщина снова взглянула на девушку и прислонила уголок журнала к виску, закусив губу. Не хотелось бы, чтобы руководство вышвырнуло ее с работы, за которую она держалась как утопающий за соломинку, но и оставлять это так… — Значит вот что, — нахмурив брови, сказала она и куда-то потянулась. — Сделаем следующее: я даю тебе свой номер, а ты ждешь от меня звонка, — в пол голоса, так чтобы слышала только Мэри, проговорила она. Начеркав что-то на стикере, она подвинула его к заинтересованно следящей за каждым движением девушке. — Если хочешь, можешь занести номер в мобильный. Быстро спрятав листок, Мэриелла поспешно кивнула, ловя каждое слово. Если это то, о чем она думает, то в следующий поход в больницу надо будет захватить с собой что-нибудь сладкое к чаю. — Вы позвоните? — деловито уточнила она. - Да, — женщина кивнула и сделал жест рукой, заставляя ее наклониться. А затем зашептала: — У нас будет день, почти перед праздниками, когда сотрудники будут немного заняты. У нас тоже бывают корпоративы, — хихикнув, пояснила она, а Мэри в свою очередь улыбнулась, представив эту картину. — Тогда жди моего звонка. А дальше я скажу, что делать. Идет? — Идет, — Мэри кивнула и неожиданно крепко обняла Дону. — Спасибо большое! Вы моя спасительница. Слегка покраснев от такого порыва девушки, сестра легко потрепала непоседу по голове, отчего та стала похожа на взъерошенного, но довольного птенца. — Осторожнее с рукой, — предупредила Дона, когда ее наконец отпустили. Широкая искренняя улыбка, теплом отпечаталась в груди. «Бедная девочка…», — пронеслось в голове, но женщина постаралась отогнать эту мысль подальше. Негоже ей, еще накликает. - Ой, — Мэри махнула рукой и потрясла другой, в гипсе. — Мне теперь ни один маньяк не страшен. Как да-ам по башке, — она показала, как собирается разбираться с теми, кто посягнет на ее девичью честь, да и вообще всеми, кто как-то захочет ее задеть. Дона рассмеялась, спрятавшись за забытым за разговором журналом. Успокоились они только когда остальные работники, да и вообще все, кто проходил в коридоре, начали странно на них коситься. Хихикнув последний раз, девушка утерла выступившие слезы и кивнула. — Спасибо еще раз. Дона кивнула и затем чуть подтолкнула девушку в спину: — Давай, маньяк, иди отдыхай. — Зло не дремлет, — мрачным голосом отозвалась Мэри и не сдержавшись хихикнула. Спустившись на свой этаж она почувствовала облегчение. Наверное, доктора правы и Марку сейчас нужен покой, чтобы он смог быстрее восстановиться. «Лишь бы он пришел в себя», — подумала Мэри, нажав на дверную ручку и ввалившись в комнату. Скоро ее должны выписать и тогда… «К черту Кастиэля, к черту стерву Амбер! Кто они такие, чтобы пытаться что-то мне диктовать », — со злостью подумала она, накрываясь пледом, словно пытаясь спрятаться от поджидавших ее мыслей.***
Резкий звук пронзил пространство, заставляя перепонки чуть ли не лопаться от громкого звука. Следом последовала громкая ругань и, заворочавшись на кровати, парень вытащил из-под подушки ненавистный гаджет. Он почувствовал, как в душе зарождается глухое раздражение от того, что спросонья не мог попасть по маленьким кнопкам. — Чертов телефон, — рыкнул он, наконец найдя нужную клавишу. Музыка перестала насиловать сонный мозг и Кастиэль с облегчением уронил голову на подушку. С недавних пор ему было чуть ли не в приказном тоне объявлено, что отныне либо он моет классы один, либо предстоит явка родителей в школу. А срывать тех с рейса по такой мелкой причине он не хотел, так же, как и лицезреть их слишком часто. Отношения с родителями были не то чтобы напряженными, просто он очень быстро уставал от такой вроде бы типичной родительской заботы и опеки. Однако, он чуть ли не с детства был предоставлен сам себе и уже давно научился обходится без чьей либо помощи. Конечно, как и у любого человека, иногда возникала потребность в том, чтобы кто-то поинтересовался как у него дела или просто посидел рядом. Но кроме одного единственного друга, у него больше никого не было. Только вот Лизандр, мало того, что был странным по меркам нынешнего общества, так еще и немногословен. Часто его советы, сказанные будто куда-то в пространство или изреченные не совсем понятным языком, помогали. Вообще этот парень импонировал Кастиэлю. Если поставить их рядом, все сразу скажут, что они совершенно разные, но у них была одинаковая тяга к музыке. Врожденный талант к сочинительству и приятный голос Лизандра хорошо сочетались с навыками игры на гитаре Кастиэля. Нередко они собирались чтобы создать что-то новое. Музыка, собственноручно созданная, словно обволакивала и увлекала, заставляя все посторонние мысли отойти на второй план. Но возвращаясь к сегодняшнему дню… Перевернувшись на спину, Кастиэль уставился в потолок, сверля его ненавидящим взглядом, словно пытаясь прожечь в нем дыру. Вставать не хотелось, ровно, как и идти куда-либо. Скрежет когтей по полу оповестил о том, что Демон проснулся и надо бы выпустить его на улицу. Выгуливать собственоручно его времени не было. Тяжело поднявшись, он направился в ванную на ходу костеря одну голубовлосую особу на чем свет стоит. «И куда пропала эта истеричка? – встав под горячие струи, подумал он. — Небось дрыхнет спокойно в кровати и в ус не дует. А я должен убираться один? Ха. Только попадись мне Мэри», — мелькнула мрачная мысль и тут же растаяла. Обессиленно облокотившись на выставленные вперед руки, Кастиэль откинул голову. Настроив поток, он теперь с жадностью ловил ртом теплые струи — детская привычка. Он был чертовски зол на девушку, на ее слова. Непринятие ситуации словно волна всколыхнулось где-то в груди. «Что я такого сделал, чтобы она так реагировала? — возмущение, которое он испытал было не передать словами. — Она непохожа на ту, которая так легко испугается какого-то безобидного розыгрыша». Еще немного постояв под душем, он наконец вылез, оборачивая полотенце вокруг бедер. Взглянув на себя в зеркало, он поморщился — слишком жилистый. «Нужно с этим что-то делать», — запихивая щетку в рот, отметил про себя. Встретивший его радостным лаем Демон тут же бросился к двери и Кастиэлю пришлось быстро одеваться, чтобы открыть псу обе двери — входную и подъездную. Проводив ускакавшего с радостным лаем питомца он поежился от холода, и поспешил обратно в квартиру. Бросив взгляд на часы, понял, что останется сегодня без завтрака. До конца отработки ему лучше посещать все занятия, а потом можно снова влиться в прежний режим — он усмехнулся. Дорога до школы не заняла много времени. В этот раз он решил пройти через парк, который сейчас пустовал, и только редкие представители здорового образа жизни встречались то там, то тут, приводя свое тело в тонус. Про себя Кастиэль усмехнулся — уж он то точно не являлся представителем этой касты. Вредная привычка к курению и еде быстрого приготовления не могли способствовать хорошему состоянию его здоровья. Это еще странно, как он может без одышки легко подниматься о лестнице. Не иначе, как хорошие гены или везение. Перейдя дорогу, он поморщился от одного вида школьного здания и учеников, лица которых выражали всемирную скорбь по утраченному сну. Хотя отчасти Кас был с ними согласен, он бы и сам не отказался от дополнительной порции сна. Может, ему удастся поспать на уроке английского…? Шаркая ногами, он брел по коридору и думал о том, что сегодня как раз тот день, когда нужно убирать класс химии, когда услышал знакомое имя. Вскину голову, прищурил глаза, ища взглядом того, кто так неосторожно оборонил имя одной интересующей его особы. «Как и ожидалось», — криво усмехнулся он, наблюдая за тем, как рыжеволосая девушка, с волнением что-то втолковывает однокласснику. Против Алекси он ничего не имел, но в отличие от своего брата, раздражал его своим шумным характером и слишком ярким стилем одежды. На языке у Кастиэля так и вертелось едкое ругательство, которое он старательно сдерживал. «И чего она раскричалась с утра пораньше?» — проходя мимо парочки, раздраженно подумал он. Но, конечно больше его заинтересовало мелькнувшее в разговоре «Мэри». Нахмурив брови он легко взбежал по лестнице и направился в класс. Как и ожидалось — девушки там не было. Как не появилась она и на следующие уроки. Чуть не пыхтя от возмущения он раз за разом задавал себе единственный вопрос: «Какого черта она тогда приходила ко мне, упрашивая на уборку? Какая ей от этого выгода?». А еще этот придурок Натаниэль так и светит своей самодовольной рожей — «Индюк напыщенный!». Уроки тянулись неимоверно долго, к тому же сильно хотелось закурить. Мрачно постукивая по столу тупой стороной карандаша, он окинул класс взглядом. Постные лица его одноклассников так и напрашивались на хорошенький рык, поскольку от этих мин и самому Кастиэлю становилось как-то неуютно. Наконец он, не выдержав гнетущей атмосферы, легко поднял руку в верх. — Да мсье Бенар? — сказал учитель, заметив поднятую в верх руку. — Могу я выйти? Он внимательно оглядел ученика: сложенные на груди руки и иронично изогнутая бровь, говорили о том, что с ним лучше не спорить — себе дороже, да и нервы сбережешь. Учитель Фарез устало потер переносицу — Кастиэль был из тех людей, которые слушают только себя и поступают так, как хотят они сами. — Конечно, — последовал тяжелый вздох. — Только не задерживайтесь. — Конечно, — усмехнулся Кас, поднимаясь со своего места. Наконец он сможет немного расслабиться. И как отметил про себя преподаватель, что этот ученик будет поступать, прислушиваясь только к своим желаниям, так и вышло — вместо того, чтобы как хороший мальчик отправиться в туалет, он свернул к лестнице. И оставалось бы пройти пару пролетов до спасительной крыши, если бы не этот знакомый голос с собственнически-визгливыми нотками! «Черт, только не она», — с тоской подумал он и скрипнул зубами. — Ка-ас, — окликнули его и до плеча дотронулась рука, сплошь увешанная браслетами, которые при малейшем движении начинали громко бряцать. — Иди в класс, Амбер, — огрызнулся красноволосый, дернув плечом. Но девушка только хмыкнула и сложила руки на груди. — А почему тогда ты здесь? — ухмыльнулась она, откинув длинные блондинистые волосы за спину. Кастиэль же с неприязнью оглядел одноклассницу, которая уже с давних времен словно преследует его везде, где бы он не был. Он подозревал, что скорее всего это ее личный интерес, только вот сама Амбер не вызывала у него никаких эмоций, кроме вышеупомянутой неприязни и отвращения. Сколько он помнил себя, она всегда была такой неуравновешенной и вспыльчивой. «Избалованная дочка богатеньких родителей», — усмехнулся про себя Кастиэль. — Какая тебе разница? — сделав шаг к девушке и, нависнув над ней словно змей, прошипел он. Однако та словно и рада была, что он так близко к ней. — А если это важно для меня? — надув губы, вопросила блондинка и попробовала обнять парня за шею. Только ее попытка не увенчалась успехом. Рыкнув, Кастиэль перехватил ее запястья и с силой оттолкнув от себя наглую особу. — С ума сошла? — рявкнул он. Обиженно засопев, Амбер поморщилась, потирая запястья и с каким-то странным выражением посмотрела на него. — Это все из-за нее да? — зло и очень тихо сказала она. — Все из-за этой дуры? — Не понимаю, о чем ты. Кастиэль дернул плечом и развернулся, чтобы наконец избавиться от неприятного общества. Только девушка не хотела оставлять это так. Подскочив к однокласснику, она схватила его за рукав куртки, заставив снова обернуться и посмотреть не нее. — Не заставляй меня произносить ее имя! — взвизгнула Амбер. — Я же сказал тебе — не понимаю, о чем ты! — повысив голос и чеканя каждое слово ответил он, и снова начав движение, с облегчением отметил, что его больше никто не держит. Донёсшийся из-за спины истеричный смех заставил табун мурашек пробежаться по спине. Какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что тучи все сильнее сгущаются над его головой, и вскоре небольшая гроза перерастет в полноценный ураган. Тяжело опершись о перила, нервным движением вытряхнул последнюю сигарету на руку и мрачно повертев ее в пальцах, сунул в зубы. Первый вдох никотина принес с собой облегчение. Глядя на выдыхаемый дым, он подумал, что его жизнь сейчас тоже словно в тумане — не разберешься за каким углом тебя поджидает очередной удар по голове. Казалось, будто проблемы выбрали его в свои любимчики и теперь щедро награждали мешком очередных сложных задачек, которые то и дело вводили его в ступор и приносили с собой ощущение тупика. — Как же все достало, — устало прошептал он, обессилено повесив голову. Пряди волос закрыли его лицо, словно ограждая от остального мира. Сделав последнюю затяжку, он легко отшвырнул пальцами окурок и окинул взглядом территорию школы. В горле словно поселился ком, который теперь неприятно щекотал своими щупальцами, вызывая дикий дискомфорт. И откашлявшись, Кастиэль мрачно подумал, что скорее всего заболевает, никак не ассоциировав это с внутренним напряжением.***
Мэри весело скакала по палате — она едет домой! Ура! Скромные пожитки уже были сложены в рюкзак, который привезла Жоанна. И теперь девушка не находило себе места, лихорадочно наворачивая круги по палате. Две недели она провела в больнице и в общем ее здоровью ничего не угрожало. Единственной проблемой являлась сломанная рука — правая и та, которой она выполняла всю основную работу. А это значит, что придется потом одалживать конспекты у Ирис. Нервное возбуждение грозило перейти во что-то совсем грандиозное, если бы не вовремя появившийся в палате доктор. Кинув на пациентку, которая стала уже известна среди всего мед персонала, он подошел, протягивая ей справки и листы с результатами анализов. — Держи. Здесь все и справка в том числе, — он поочередно протянул ей листы, объяснив, что где написано, а затем легко коснулся плеча. — Ну вот теперь можешь идти. С гипсом придешь через полтора месяца. - Да, да, — Мэри активно закивала головой. Ей не терпелось наконец выйти на улицу и сев в теплый салон такси, отправиться домой. - Ну, беги, — мужчина улыбнулся, следя за тем, как девушка радостно пискнув, подхватывает рюкзак и через минуту в палате уже никого не было. - Мда, — изрек он, прикрывая дверь в палату, — это был ценный опыт. Вылетев из дверей госпиталя, словно ужаленная осой в мягкое место, голубоволосая сначала повисла на шее у работодательницы, а потом они вместе загрузились на заднее сидение. У обеих в глазах был такой восторг и облегчение, что впору было назвать их счастливыми. Жоана крепко обняла девушку, прижимая ее к себе, словно наседка, прижимающая птенца крылом, пытаясь защитить его негатива и опасностей окружающего мира. Мэри со вздохом прижалась к женщине и вскоре, убаюканная гулом работающего мотора и легкой тряски, задремала. — Мэри, просыпайся, — легонько потрясли ее за плечо. Нехотя открыв глаза, она потянулась и с интересом огляделась. Знакомая улица ничуть не изменилась за прошедшее время, только деревья уже почти совсем растеряли все свои листья, и теперь тоскливо тянули свои ветви к небу. Выйдя из машины, она с удовольствием втянула в себя знакомые запахи, от которых тут же закружилась голова. Как же она соскучилась! Поблагодарив таксиста, Мериэлла захлопнула дверь и бодро зашагала ко входу в кафе. Настроение было просто преотличным и, казалось, ничего не сможет омрачить такой торжественный момент… кроме одной вещи. Резко замерев на месте, почувствовала, как сердце пропустило пару сильных ударов и словно замерло. Около обочины, накрытое темной тканью и придавленное парой кирпичей стало что-то, отчего по телу пробежала дрожь. — Жоанна, — хрипло позвала Мэри, наконец справившись с волнением, но голос все равно предательски дрогнул. — Что это? — она указала пальцем на ткань. Женщина остановилась, словно наткнувшись на невидимую преграду. - А, это… — заикаясь начала она. Внимательнее присмотревшись к ней, де Неж заметила, что Жоанна совершенно не смотрит на нее, только пальцы нервно сжали подол юбки, а взгляд суетливо бегает по асфальту. — Жоанна? — со стальными нотками проговорила Мэри и сделала шаг. Послышался вздох, и женщина быстро-быстро затараторила: - Да, это он, Мэри, — срывающимся голосом начала она. — Я не знала, что с ним делать, когда ко мне подошел один из работников. Я думала о том, чтобы сдать его в сплав, но он не мой! — закончила она, закрыв лицо руками и судорожно всхлипнув. Голубоволосая резко опустила руку, убрав ее за спину. Внутри словно что-то жалобно простонало и ухнуло вниз, разбиваясь. Поджав губы, она перекатилась с пятки на носок и кинула быстрый взгляд на работодательницу. — Понятно, — тихо сказала. Она пока еще не была готова встретиться лицом к лицу со своим страхом. Поправив ремешок рюкзака, медленно подошла к Жоанне и отняла от ее лица руку, крепко сжав теплую ладонь в своей. — Пойдем, — сказала, пытаясь изобразить на лице радость и воодушевление. Кафе встретило девушку ошеломляющими новостями — теперь тут работало целых две новых официантки! Джесси и Оливия — сестры-близняшки. У обеих черные как смоль волосы и звонкие, слово перезвон колокольчиков, голоса. — Привет! — поздоровалась одна из чернавок, резво выныривая из-за барной стойки. — Я Оливия, — она протянула руку и улыбнулась, когда Мэри с осторожностью ее пожала. — А это Джесси. Девушка с интересом проводила вторую сестру-близняшку, которая с улыбкой кивнула ей. — Да-а, девчонки, — со смехом протянула Мэри, тряхнув головой, — вас только по фартукам и отличать! Джесси задорно хихикнула и подмигнула. — Это только от непривычки мы похожи, а как сработаемся — станет легче, — перегнувшись, весело сообщила Оливия. Девушка лишь кивнула, скосив глаза на счастливо улыбающуюся Жоанну. «Что за невероятная женщина!», — покачала она головой. — Хорошо поработать, — напоследок пожелала голубоволосая, получив в ответ двойную порцию. Расставшись у лестницы с Жоанной, которая отправилась дальше вести работу, Мэри ласточкой взлетела на второй этаж и со сладким предвкушением влетела в свою комнату. Она даже не заметила того, что в комнате стало на порядок чище и светлее. Ее переполнял такой восторг, что не выдержав она запрыгала зайцем на месте. — Я до-о-ома! — воскликнула девушка, расставив руки в стороны и падая на кровать. Завернувшись в покрывало словно гусеница, она облегчено вздохнула и устроилась поудобнее. Выглядывая из своего кокона, она медленно обвела комнату взглядом, получая невероятное удовольствие от того, что глаза больше не режет белизна больничных стен и в комнате не пахнет медикаментами, от которых Мэри уже была готова шарахаться как от инквизиторского огня. Позднее, через день, который был выделен для того, чтобы она пообвыкла к обстановке, пальцы быстро набирали в телефоне сообщение, в котором девушка договаривалась встретится с подругой около автобусной остановки около школы. От мрачных раздумий, в которых она витала остаток вечера, прервала вибрация телефона и пришедшее от Ирис: — «Смотри у меня! Если узнаю, что шла пешком…». — «Хи-хи, не волнуйся, Ир! Я же обещала поехать на автобусе. Ты же меня знаешь». — «Ну-ну», — пришло в ответ и Мэри даже почудилось, что она слышит недоверчивое хмыканье подружки. Настроение было настолько прекрасным, что казалось, сейчас пробьет потолок и взлетит выше облаков, огибая землю вокруг, а затем вернется обратно, с силой врезавшись в шальную голову. Уже засыпая, Мэри снова подумала о том, что теперь не подпустит крановолосого к себе на милю, а лучше на две. Как там говорят умные люди? — «Нужно отсеивать от себя ненужных людей. Вот я и буду это делать», — злорадно ощерившись, подумала она, уплывая в поток сновидений.***
Первой мыслью Мэри с утра было — «Утро добрым не бывает». И кто станет спорить с ней? Казалось, что за все то время, которое она провела в больнице, она совершено не отдохнула. Напряжение засело где-то в районе шее и не отпускало, вызывая неприятные спазмы мышц. «Такими темпами, скоро глаз начнет дергаться, и левая нога за спину сама себя забросит», — мрачно подвела итог. Но все оказалось еще хуже, стоило ей взглянуть на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрела если не прозрачная, то совершенно худющая девица, больше похожая на утопленницу. — Красотка, — усмехнулась она и ей показалось, что отражение себя любимой как-то злорадно оскалилось в ответ. Любимые джинсы, которые она рассчитывала на себя надеть, теперь были немного великоваты. И в первые в голову взбрела мысль о том, что еще немного, и она заработает себе анорексию. Пришлось натянуть черные лосины, которые так сильно облегали ноги, что делали их похожими на две длинные спички. Раздражено выдохнув сквозь зубы, следом была натянута футболка и длинное худи, которое должно было немного скрыть болезненную худобу. Только вот лицо никак не скроешь и впалые щеки тоже, и глаза, которые как два огромных серых камня выделялись на бледном лице. А если ко всему добавить еще и яркие голубые волосы… В общем, картина была та еще. Косметикой Мэриэлла почти не пользовалась, но тут по воле случая все же пришлось немного замазать синяки под глазами и нанести чуть пудры, добавляя живого румянца. В конечном итоге, в зеркало на себя она смотрела с дикой жалостью и злобой на себя любимую. — Ну что, труп невесты, — на губах растянулась кривая усмешка, — пора в школу? Забежав на секунду на кухню и украв под укоризненным взглядом Жоанны пару булочек, девушка легко выбежала на улицу. В сторону того, что осталось от мотоцикла, прикрытого тканью, она старалась не смотреть. Быстро зашагала к остановке и загрузилась в вовремя подъехавший автобус. Экспериментировать как в первую поездку Мэри не стала, и немного подумав, уселась в середину салона у окна. Проплывающие за окном знакомые пейзажи грели душу. Откинувшись на сиденье, девушка погрузилась в пучину раздумий. Мысли лениво перескакивали с одной на другую, но самые тревожные из них она старалась не подпускать, чтобы зря не накручивать и так взвинченный до предела организм. — Мэри-и, — тихо позвали ее, но девушка не откликнулась, полностью увлечённая само копанием. Грустно вздохнув, блондин поводил рукой перед лицом одноклассницы. Резко моргнув, та перевела на него немного растерянный и удивленный взгляд. — Привет, — улыбнулся Натаниэль. — Привет, — Мэри тоже слегка улыбнулась и кашлянув в кулак, села поудобнее. Она заметила, как Нат с интересом рассматривает ее, на секунду задержав взгляд на загипсованной руке, который не полностью, но скрывался за рукавом. — Неудачно упала, — помахав в воздухе конечностью, просто сказала она, решив, что этого будет достаточно, чтобы убедить мнительного старосту. - Да? — хмыкнул он и в голове у Мэри пронеслось — «Не поверил». — Как ты себя чувствуешь в общем? — перестав пристально пялиться будничным голос спросил он. И сидевшая до этого, словно напряжённая струна девушка расслабилась. — Не скажу, чтобы супер, но жить можно, — немного подумав, ответила, снова отворачиваясь к окну. Обсуждать что-либо со старостой класса не хотелось. Не то, чтобы она испытывала какую-нибудь неприязнь к парню, просто если Натаниэль что-то захочет узнать, он будет копать лопатой до тех пор, пока от человека не останется только обглоданный кусочек мозгов. Пару минут они ехали в тишине, чему-де Неж была несказанно рада. А вот Натаниэля будто напротив что-то распирало, и это было хорошо видно и слышно по тому, как он ерзает на сиденье. Поняв, что дальше так продолжаться не может, Мэри незаметно вздохнула и с улыбкой повернулась к однокласснику: — А у тебя как дела? Как в школе? Люська больше не гоняет? - О, совсем нет, — губы Ната растянулись в ответной улыбке. Девушка мысленно хмыкнула, ну как же, любимец директора как никак. — Ребята на удивление тихие в последнее время и проблем не возникает. Хотя, — на миг выражение его лица стало мрачным, — одна вещь все же злит. Мериэлла удивленно вскинула брови, спросив: — Какая же? — Понимаешь, — быстро затараторил Натаниэль, — недавно директриса вызывала к себе этого зарвавшегося придурка Кастиэля. И выставила ему условие, что он все равно должен отработать наказание, либо его родителей вызовут в школу, — чуть ли не светясь от счастья закончил парень, а у Мэри сложилось стойкое ощущение, что старосте лучше лишнего не болтать. — Да ну? — она изобразила искреннее удивление на лице, ну или хотя бы попыталась. — Ну да, — согласно кивнул парень и мечтательно прищурился, представляя, как красноволосый все же делает непоправимую ошибку и его родителей вызывают в школу. Де Неж его мнение не разделяла. Нахмурившись, она думала о том, что в школе ей все равно придется столкнуться с Кастиэлем, если не в коридоре, то в классе точно. И если он попытается что-то сказать, то она пошлет его на все четыре стороны. - О, наша остановка, — радостно возвестил Нат и как джентльмен протянул однокласснице руку, которую она, фыркнув, грубо проигнорировала. Спрыгнув с последней ступеньки, она уже с предвкушением ждала, как Ирис повиснет у нее на шее, весело что-то щебеча. Так и случилось. Только узрев выходящую из автобуса подругу, она не договорив что-то Алекси, резко бросилась к голубоволосой, заставляя ту согнуться в три погибели. — У-у, Мэри, несносная девчонка, — весело прогудела ей на ухо Ирис. Девушка рассмеялась и тоже прижалась к подруге. — Ты меня задушишь, Ир. — Ну и что, — обижено откликнулась подруга и наконец разорвала объятия. — Как задушу и так обратно вдушу. - Ага, только «вдушивать» там уже будет нечего, — весело рассмеялся подошедший Алекси. Сверкнув зелеными глазами, Ирис больно ткнула друга локтем в бок. — Кто бы говорил! Нарушил идиллию серьезный Натаниэль. Взглянув на часы, он начал подталкивать одноклассников ко входу в школу. - Так, давайте, давайте, урок через десять минут, — тоном не терпящих выражений сказал он. — Зануда, — поморщился Алекси и потянув руку, взъерошил блондинистые волосы одноклассника. И услышав возмущённый вопль, резво поскакал от взбешенного старосты ко входу. Звонко рассмеявшись, девчонки поспешили за ними. Переступив через порог здания школы, девушка перевела дух — все оказалось не так страшно, как ей казалось. Отправив друзей в класс и пообещав не задерживаться, она поспешила к шкафчику, чтобы взять учебник по английскому. Погладив пальцем гладкую поверхность шкафчика, она открыла его и стала искать нужный предмет. Обычно у девушек в шкафчиках все очень чистенько и аккуратно, но если заглянуть именно в этот… на ум приходит только одна фраза: «Гении властвуют над Хаосом». Наконец, радостно пискнув, голубоволосая вытащила учебник по английскому и собиралась закрыть дверцу, как рядом, словно гром среди ясного неба раздался голос, который она меньше всего хотела сейчас слышать. — У-у, какие люди, — язвительно протянули над ухом. Собрав всю волю в кулак, Мэри подняла голову и тут же встретилась взглядом с холодным взглядом серых глаз. На секунду ей показалось, будто на голову вылили ушат ледяной воды, который холодом обжег плечи и спину. — Что тебе нужно, Кастиэль? — стараясь выглядеть спокойной ответила она, хотя внутри все словно дрожало и хотелось просто рявкнуть, чтобы парень от нее отстал. - Мне? — он пожал плечами. — Да в общем-то ничего. — Тогда, адьес, — резко захлопнув дверцу, она повернулась чтобы уйти, и даже уже сделала пару шагов, как ее больно схватили за локоть, заставляя развернуться. — Ты не хочешь ничего сказать? А? — Кастиэль смотрел на нее прищурив глаза и только что не плевался ядом, произнося слово за словом. Мэри попыталась вырваться из захвата, но пальцы, державшие ее, только сильнее сжались. — Отпусти, — приблизив к нему лицо, прошипела девушка. Если бы она умела испепелять взглядом, то от одноклассника сейчас бы осталась только горстка пепла. Но, увы, единственное, что она сейчас могла — это сдерживать себя в руках, чтобы не осложнять ситуацию. Кастиль с минуту смотрел на нее, пытаясь успокоиться. Эта девчонка когда-нибудь и в вправду выведет его из себя! - Да, пожалуйста, — он резко отпустил ее, отчего Мэри по инерции сделала несколько шагов назад. — Нужно больно марать свои руки. Девушка выпрямилась, едва устояв на ногах. Если бы это придурок еще сильнее тянул ее руку на себя, то валялась бы она уже с двумя сломанными руками. Сделав глубокий вдох, она прикрыла глаза, а когда открыла, увидела кривую усмешку на тонких губах. Боже, как он ее бесит! — Ты — самовлюбленный, эгоистичный придурок! — наступая на него и тыча пальцем в грудь, она вымещала все, что накопилось. — Если ты еще раз, скажешь мне хоть слово, посмотришь в мою сторону или я услышу хоть подобие на смешок, ты будешь собирать свои зубы переломанными руками, усек? — рявкнула она. Пару опаздывающих учеников вздрогнула и опасливо косясь на странную сине-красную парочку, поспешила ретироваться от греха подальше. Восхищение напополам с гневом взбунтовались внутри. Никто никогда не смел с ним так разговаривать! Н-и-к-т-о! Губы сами собой расползлись в улыбке, сделав шаг к Мэри, он навис над ней, разглядывая ее лицо. Удивление, промелькнувшее на его лице, от того, что он не заметил сразу бледность и худобы одноклассницы, не осталось незамеченным самой Мериэллой. Горько усмехнувшись, она спросила, глядя прямо ему в глаза: - Что, понравилась? Окинув взглядом девушку, он задержался на руке, на которую на старательно пыталась натянуть рукав и нахмурился. И он бы отстал от девушки, если бы не последние ее слова. Что-то щелкнуло в голове и в своей прежней манере, с интонацией этакого плохого парня, он выдохнул: — А что если да? Глаза напротив широко распахнулись, а приоткрытый рот застыл в немом возмущении. Только сейчас он понял, какую глупость сморозил, но было поздно. Резко оттолкнув его, Мэри развернулась и быстро зашагала к лестнице, на ходу громко бросив: — Придурок! Кастиэль стоял уткнув взгляд в носы своих кед. Громко рыкнув, он ударил рукой по шкафчику, оставив на нем вмятину, и только потом обратил внимание в чьей собственности он был. — Да что за черт?! — громко крикнул в пустой коридор. В душе все словно смешалось. Что он вообще творит? Какой черт дернул его за язык? Поднимаясь по лестнице он костерил себя такими словами, от которых у нормального человека бы уши завяли. Злой как черт, он резко открыл дверь класса и даже не здороваясь, прошел к своему месту, едва удержавшись от того, чтобы не сказать что-нибудь особенно едкое голубоволосой особе, которая еще и позволила себе демонстративно фыркнуть! Рыжеволосая проводила одноклассника задумчивым взглядом, посмотрела на свою подругу, которая осточертело терла ластиком по парте, грозясь протереть в нем дыру и тихо вздохнула. Между этими двумя только искры не летели. Что же происходит между ними? °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° МУЗЫКА: ~> Sixty Long Seconds — Days Go By ~> Sam Tsui — Don't Want An Ending ~> Hedley — I’m not perfect ~> The Cab — Angel With A Shotgun
Примечания:
Всем Доброго часа, дорогие читатели!
Всех с наступившим апрелем! Скоро теплота придет и в наши края, а пока наслаждайтесь главой, пейте горячий чай или шоколад и просто будьте счастливы! :)
С любовью, MeiJ.
P.s. картинки прикреплю чуть позже :)
