Моё море

      Сложно сказать, сколько прошло времени с того дня в кафе. Может неделя, а может и больше. Я не считала. Просто существовала в серых, осенних днях. Информация, которую "нарыл" Игорь (друг Кисляка), оказалась полезной и опасной одновременно. Когда мы только ввязывались в это расследование, я не предполагала, что в моей жизни будет столько неожиданных поворотов. Правда и ее отголоски душили, не давали спокойно жить. Каждый день мы с Андреем чего-то ждали. Чего-то ужасного. И этот страх нас постепенно съедал изнутри.       Возможно, было бы легче переживать это вместе, но в какой-то момент все наши чувства накалились до предела и мы разругались в пух и прах. Андрей признался, что не может продолжать вести расследование с девушкой, которой больше не доверяет. С девушкой, которая предала его, не объяснив причину.       "Я не хочу продолжать искать правду вместе с тобой" - Эту фразу я услышала от Кисляка. И я его понимаю, но, чёрт, это ужасно обидно и больно, когда человек, который тебе не безразличен, не хочет тебя видеть.       Да и нет больше никакого расследования. Мы - два придурка, которые возомнили себя сыщиками вселенского масштаба, а сами даже не смогли разгадать то, что столько времени находилось на поверхности. Это настолько смешно, что от этого становится грустно. И эта грусть плотно поселилась во мне, не давая возможности спокойно вздохнуть. Хочется укутаться в одеяло и читать книги, а не ходить на пары и все время думать о том, о чем нельзя. Я сидела на подоконнике напротив расписания. Кислое величество сегодня утром прислал смс, в котором изъявил желание встретится перед совмещенной парой по психологии и поговорить. Это было утро после того, что мы вчера узнали в кафе. Эта правда окатила нас ледяной водой, заставила трястись от удивления. Или может быть от страха? Не уверена точно. Но мы четко осознали, что прежней наша жизнь уже не будет. Правду говорят, что знание - сила. Сила, которая способна убивать. Взглянув на часы, я вздохнула и подняла голову: представитель семейства цитрусовых, уверенным шагом направлялся ко мне. Я хотела улыбнуться ему и поприветствовать какой-нибудь колкостью, но взглянув на его выражение лица, делать мне это совершенно расхотелось. Грудь сдавило пугающее предчувствие, и я вцепилась пальцами в край подоконника. - Привет, - коротко поздоровался Андрей и уставился на меня. Все его нутро буквально "кричало", что сейчас что-то будет: напряжённые плечи, плотно сжатая челюсть, зло сверкающие серые глаза. Мне стало страшно. И, кажется, даже кровь от лица отхлынула, превратив меня в белое, невзрачное полотно. На его приветствие я лишь кивнула и попыталась выдавить улыбку. Получилось жалко и неправдоподобно. - Ты хотел о чем-то поговорить? Кисляк внимательно оглядел меня, очевидно заметив перемену в моём настроении, секунду помолчал, а затем его глаза встретились с моими и он твердым, уверенным голосом произнес то, что сделало маленький рубец на моём сердце. Сказал то, что ранило. - Я не хочу больше продолжать наше расследование. На данном этапе мы застряли и не сдвинемся с места без помощи твоего отца, - на секунду Андрей замолчал, вглядываясь в моё лицо, но затем все таким же тоном продолжил. - Просить его о помощи ты не собираешься из-за трусости. Ты ведь всегда была трусихой, - нет, не зло, а, скорее, весело ухмыльнулся Андрей. - Ты не представляешь, что будет, если он узнает о нашем расследовании, - полушепотом произнесла я. - Это я уже сто раз от тебя слышал. Но сейчас не об этом. Понимаешь, я не могу тебе больше доверять. Не могу вести с тобой какие-то дела, потому что не смогу на тебя снова положиться. Ты ведь психолог и сама понимаешь почему так получилось. Я закусила губу и кивнула ему. А что еще мне оставалось сделать? Это ведь я порвала с ним отношения, ничего при этом не объяснив. Да, мы с ним хорошо относимся друг к другу, с уважнием. Но когда человека предают без объяснений, как это сделала я, это имеет свои последствия. Доверие - штука скользкая, чтобы его заслужить нужно усердно потрудиться, а чтобы прошляпить, хватит и пары секунд. - Я буду продолжать искать любую информацию и буду ею с тобой делиться. Мы все ещё будем напарниками, но уже в более деловых отношениях. От тебя я жду того же. Ну, как, по рукам? Заправив за ухо прядь волос, я посмотрела собеседнику в глаза. Серые. Сегодня чуть более тёмные, чем обычно. Может из-за его настроения, а быть может это все освещение. За что боролась, на то и напоролась. Я знала, как исправить ситуацию, мне всего-то нужно было рассказать Андрею правду. Но я не могла этого сделать. - По рукам, - согласно кивнула я. - Вот и славно, - ухмыльнулся Кисляк и, развернувшись на 180 градусов, зашагал в сторону нашей аудитории. Я же, борясь с желанием разревется, впилась ногтями в ладонь и приняла решение прогулять оставшиеся пары. Я отправилась домой, где переоделась в спортивный костюм и до позднего вечера выпускала пар. Боролась с собственными эмоциями.       От воспоминаний рана в груди начала болеть. Вот так, из-за собственной глупости я потеряла близкого человека. Нет, я не любила Андрея, также как и он не любил меня. У нас было гораздо большее - уважение. Он уважал меня за мои недостатки и достоинства, а я его. С этого и начались наши чувства друг к другу и, если бы не я, возможно они бы переросли во что-то действительно серьёзное.       В глазах защипало, а воздух в лёгких стал вязким, как патока, мешая мне сделать вздох. О, нет, только не это. Не хватало ещё разрыдаться перед всеми.       Взяв телефон, который лежал рядом со мной, я нашла номер Юли и написала ей коротенькое смс: Кажется, я схожу с ума. Мой мозг или мои чувства решили меня убить, точно не уверена. Помоги мне.       Глаза сами собой нашли каштановую макушку, которая расположилась в средних рядах, рядом с какой-то симпатичной брюнеткой, не моей группы. Внутри что-то больно кольнуло и я понимала, что это неправильно. Я не имею права на ревность. Моя вина в том, что сейчас все так происходит. Моя. И ничья больше.       Телефон, находящийся у меня в руке, завибрировал и я открыла входящее смс: Ань, Антон заберет тебя из института и отвезет к ним домой. Не сопротивляйся и не упрямься, посиди с ребятами, отвлекись от собственных мыслей.       Я не горела особым желанием коротать время в компании Тохи и Оли. Они уже почти семья и не упускают возможности "посюсюкаться" друг с другом. Смотреть на это мне не особо хотелось, но Юля права - это должно отвлечь от собственных мыслей, поэтому я напечатала подруге в ответ смс с обещанием не упрямится и провести этот вечер в компании друзей.       Я благодарна Юле за ее поддержку. Она заменила мне мать и стала настоящим другом. Все это время она всячески поддерживала меня и давала пинки, если мне не хотелось чем-то заниматься. Я была ей за это благодарна. Она - единственный человек, не считая папы, который всегда был рядом со мной.       Потерявшись в своих мыслях, я и не заметила, что продолжаю пялиться в ту сторону, где сидел Кисляк. Он, словно почувствовав, что на него смотрят, обернулся на меня и наши глаза встретились. Я улыбнулась уголками губ, а он лишь сухо кивнул и вернулся к разговору со своей спутницей. А я, взглянув на циферблат часов, с облегчением отметила, что до звонка осталось четыре минуты. А это значит, что скоро свобода. - Привет, малышка, - послышался знакомый голос слева и я обернулась. - А, это ты, - фыркнула я и уставилась на доску, пытаясь вообще вспомнить, какая сейчас лекция и что мы на ней изучаем. - Какая ты невежливая девочка, ни привета ни ответа, - театрально приложив руки к груди, протяжно простонал Никита. - Послушай, у меня нет настроения на перепалки с тобой, - я тяжело вздохнула и мельком взглянула на часы: осталось продержаться две минуты. - Будь человеком, отрекошеть. - Я тут сидел-сидел и заметил, как ты, с видом побитого котенка уставилась на своего экс-бойфренда, - с широкой улыбочкой на лице, произнес блондин. Я зло уставилась на него. - И тут-то до меня дошло, что вы расстались и в голову закрались сомнения: не из-за меня ли?       То ли спрашивал, то ли утверждал назойливый комар по имени Никита. Он, также, как и я, хорошо умел читать людей. И после окончания института, отец наверняка отправит его за границу, где Никита построит себе славную карьеру психолога. У него большое будущее и он будет профессионалом, я уверена. Вот только меня ему не прочитать. - Да-а-а, мир ведь только и вертится вокруг тебя, Никита, - впервые назвав его по имени, ухмыльнулась я. - Семь миллиардов людей во всех уголках планеты озабочены лишь тем, как бы угодить твоему величеству. - Ань, не поясничай, - хмуро отозвался сокурсник. - Мне уже надоело бегать за тобой по пятам, я хочу, чтобы ты меня выслушала. Всю историю от начала и до конца. Где-то внутри меня начала расти злость. Выслушала всю историю? Я итак ее прекрасно знаю. Да, чёрт, как бы это паршиво не звучало, у меня в ней главная роль. - Я тебя не прошу за мной бегать. Надоело - отвали от меня и занимайся своими делами. Зачем тебе тратить свое время, доказывая мне что-то? И зачем мне тратить своё, выслушивая тебя? Хоть мы и разговаривали не громко, чтобы нас не услышали, но я отчётливо уловила, как накалилась между нами атмосфера. Я готова была разнести этот кабинет в щепки, лишь бы избавиться от этих идиотских чувств. Глаза Никиты метали молнии, и по его настрою я поняла, что его желания точь в точь, как и мои. - Потому что я тебя люблю, идиотка, - сквозь плотно сжатые зубы прошипел Никита. - Ты упорно это отрицаешь, потому что боишься, что чувствуешь ко мне то же самое.       Я сжала пальцы в кулак и, если бы не звонок, то хорошенько бы врезала ему. Именно из-за его сейчас вся моя жизнь катится в бездну, из-за него я потеряла дорого для меня человека. Если бы он не приперся в город, все было бы отлично. Мои эмоции не были бы похожи на снежный ком, готовые в любую минуту обрушиться и раздавить меня.       Но где-то на задворках сознания я понимала, что глупо во всем винить только его. Да, он катализатор всего этого безумия, но не он принимал решения, а я, значит и ответственность лежит на мне. - Значит разлюби, - пожала плечами я, и, схватив рюкзак, быстрым шагом направилась к выходу.       Не обращая внимания на то, что Никита шел сзади меня, пытаясь то и дело догнать меня, я уже почти начала бежать по коридору, пока в фойе первого этажа, у самого выхода из института, не увидела Андрея, который, оторвавшись от губ той самой брюнетки, что-то прошептал ей на ухо, а затем, легонько шлепнув её по пятой точке, развернулся и покинул здание нашей "альма матери".       Второй раз за последние полчаса из меня вышибли весь воздух. Глаза ощутимо стали влажными и я, увидев совсем рядом белую макушку Никиты, "прибавила газу" и почти выбежала из здания. Глаза застилала слезная пелена и я, быстро проморгавшись и, стерев влагу, увидела внизу Антипова, который о чем-то разговаривал с Кисляком.       Мне ничего не оставалось, кроме как подойти к ним и натянуть самую широкую улыбку, которую только могла. - Что это с вашими лицами, товарищи медведи? Вам как будто вместо бочки мёда, подсунули бочку дёгтя.       Парни повернулись в мою сторону и две пары глаз уставились на меня. Серые с безразличностью и полным отречением от моей персоны, а карие - изучающе и с теплотой. - Ань, ты что, ревела? - брови Антипова поползли вниз. Да, твою налево, Антон. - Конечно, - как можно более весело ответила я. - Я ведь в институт хожу не за знаниями, а чтобы хорошенько прореветься. - Аня, кому ты заливаешь? - Антон, - предостеригающе сказала я и постаралась перевести тему. - Так, о чем вы тут болтали, м?       Кисляк внимательно оглядел моё лицо, задержавшись чуть дольше на глазах, словно проверяя слова Антипа, и на губах. Вспомнив, что когда-то мои губы касались его губ и какие чувства во мне это вызывало, я залилась румянцем. Но потом реальность настигла меня. Реальность, в которой пару минут назад Кисляк целовал другую девушку. Я первой прервала наш зрительный контакт,опустив глаза вниз. - Да, так, о своём, о девичьем, - ответил на мой вопрос Андрей. - Слушай, Тох, мне п...       Но договорить он не успел. В поле зрения Антона попала блондинистая шевелюра моего сокурсника. - Не понял, что этот баран здесь потерял? Мне стало плохо. В животе образовался тугой узел, не предвещающий ничего хорошего. Вот я дура. Антипов знал Никиту, знал, что между нами произошло. Я сидела на диване в квартире Антиповых, подогнув под себя колени и прикрыв ладонью глаза, не стесняясь, рыдала в голос. Я пришла к Юле пару часов назад, разбитая и униженная. Пришла рассказать, что мое сердце использовали вместо половой тряпки. Хорошенько потоптались по нему, искромсали, разорвали и выбросили в урну за ненадобностью. Я хотела поделиться с ней, какая я жалкая, что со мной встречаться можно только на спор.       Но дома был только Антон, который увидев мое зареванное лицо, буквально затащил меня в квартиру и потребовал объяснений. Но все, что я могла - это всхлипывать и утирать слёзы, градом катящиеся по моим красным то ли от мороза, то ли от слёз щекам.       Я никогда не видела Антона таким испуганным и растерянным, как в тот момент. На его лице читалась растерянность, а глаза метали молнии. Он слишком хорошо меня знал и знал, что по пустякам я реветь не буду. А в тот момент я находилось в состоянии близком к истерике. Он был испуган, потому что в такие моменты в голову лезут самые ужасные мысли. Его пугала я.       Я смутно помню, что было дальше, потому что после такого фееричного убийства моей души и нескольких часов сумасшедших рыданий, я проспала сутки, а когда проснулась, голова раскалывалась на две части, а там, где предположительно, должно находится сердце, не осталось ничего.       Но помню, как Антон помог мне снять пуховик и сапожки, размотал с шеи шарф и бережно снял шапку. Я была не в силах даже пошевелится, позволяя другу управлять собой. Рядом с Антиповым было не страшно, ему я доверяла.       Подхватив меня на руки, Антон затащил меня в гостиную и усадил на диван, не переставая при этом допытываться, что произошло. Я не хотела ему рассказывать, потому что зная вспыльчивость друга, он бы тут же подорвался и познакомил Никиту со своим хуком слева. И даже не один раз. Накинув на меня плед, Антон ушел на кухню и вернулся со стаканом холодной воды и протянул мне. Взяв стакан дрожащей рукой, я сделала пару глотков и поставила стакан на столик, немного расплескав воду. Стало легче. Всего лишь на секунду. - Аня, что случилось? - в сотый раз спросил Антон. - Никита, - прошептала я и слёзы снова покатились по моим щекам. Больше я ему ни слова не сказала. Прорычав что-то, Антон забрался под плед рядом со мной и с силой прижал себе. Я уронила голову ему на грудь и теснее прижалась. Антипов упал на подушку и утянул меня за собой, аккуратно пристроив меня рядом с собой.       Я не была уверена, знал ли Антон, что тогда между мной и Никитой произошло или же он сам додумал. Не думаю, что Юля рассказала что-то Антону, зная его взрывную натуру. Но знал или нет - это не важно, потому что в данный момент все говорило о том, что Антипов готов наброситься на Никиту в любой момент. - Аня, какого хрена этот мудозвон здесь делает? - прорычал Антипов. - Это из-за него ты ревела? - Антон, послушай...       Но он меня уже не слышал. Антипов, оттолкнув Кисляка, быстрым шагом направился к моему сокурснику. Руки при этом были у него сжаты в кулаки. Меня накрыла паника. Если Антипов затеет сейчас драку, для него все закончится очень плохо.       Не раздумывая больше ни секунды, я бросилась вслед за Антоном, надеясь помешать ему сделать глупость. Кислый, видимо тоже, учуяв неладное, выругался себе под нос и пошёл следом за мной.       Я догнала друга в тот момент, когда он грозной скалой навис над Никитой. - Даю тебе последнее слово перед смертью, придурок, - прорычал Антипов и приготовился заткнуть блондина ударом в челюсть раз и навсегда.       Половина института уставились на картину, разворачивающуюся практически у самого входа. Но нам было плевать. Я ухватилась за плечо Антона, пытаясь оттянуть его от Никиты. Но ему хоть бы хны. Я чувствовала, как под моими пальцами напряжены его мышцы. - Аня, убери от меня своего бультерьера, - ухмыльнулся Никита и в эту же секунду кулак Антипова врезался блондину в переносицу.       Двор института ожил. Девушки запищали, парни бросились разнимать Никиту и Антона. Кисляк, который явно охренел от происходящего и вообще не врубался, что нашло на Антипова скрутил вышеупомянутого и оттаскивал его от Никиты, который подымаясь с асфальта, зажимал кровоточащий нос рукой. А после совершил самую большую глупость, открыл свой рот. И если бы не Андрей и не я, которая буквально повисла на руке друга, блондина бы утрамбовали прямо здесь. - Аня, сегодня ты меня назвала по имени, как считаешь, это прогресс в наших отношениях? - озорно улыбнулся Никита и поморщился от боли в носу. - Жду тебя завтра, будем работать дальше над нашими отношениями, любимая.       Я ничего ему не ответила, а вместо этого вцепилась еще сильнее в руку Антона и, умоляюще попросила его не слушать этого идиота. - Кислый, увези нас нахрен отсюда, пока я этому ишаку не затолкал его хребет в глотку, - прорычал Антон.       Я с облегчением вздохнула, когда мы втроем оказались в машине Кисляка. Для полного контроля, Андрей заблокировал все двери в машине и Антип уже отсюда никуда не денется. - А теперь, вы двое, рассказывайте, какого, мать его, хрена сейчас было?       В салоне повисла тишина. Если Андрей и должен был узнать правду, то не так. Но, как всегда, судьба решает все за нас и никуда от этого не дется.