Always Got Your Back.

♫ Muse – Time Is Running Out

If all else perished, and he remained, I should still continue to be; and if all else remained, and he were annihilated, the universe would turn to a mighty stranger.

День Икс настал. Сигнал о входящем текстовом сообщении, и Мориарти тотчас же помчался на зов Шерлока, попутно раздав поручения трем своим людям — часть плана. Но не ему, он в планы почему-то на этот раз не входит. Даже не взглянул в его сторону, проходя мимо... Морану не нужен приказ, чтобы молча отправиться следом. «Чертов Холмс, — поджимая от злости губы, думает он. — Однажды он доиграется, что я не выдержу, лично пущу ему пулю в лоб. И почему босс так на нем зациклился?» Джим вряд ли одобрил бы подобное вмешательство в свою тщательно спланированную игру, и пулю в лоб, чего доброго, получил бы уже его первый помощник, лично из рук начальника. Себастьяну плевать. Он быстрым движением застегивает молнию черной толстовки, опускает капюшон и, подхватив футляр с неизменно сопровождающей его еще со времен службы в Ираке Barrett M82A3*, отправляется к госпиталю Святого Варфоломея. Торопливо поднимается на крышу здания по другую сторону дороги, перепрыгивая через ступеньку. Всего три лестничных пролета, и дыхание по-прежнему ровное. Только сердце невидимым молотом нещадно бьется в груди, словно пытается проломить себе путь наружу. Нехорошее предчувствие не желает покидать полковника, а он привык доверять своим инстинктам. Джеймс не отдавал ему никаких приказов, значит, фактически он ничего и не нарушает — нарушать нечего. Лишний повод для беспокойства: Мориарти самые важные поручения доверяет только своей «правой руке». Почему сегодняшний день вдруг стал исключением? Слабо верится, что случай с детективом в дурацкой шляпе, на который Джим угробил столько времени и нервов, не относится к категории важных. Странно всё это... Моран бережно вынимает из футляра разобранную винтовку, выверенными движениями соединяя холодящие пальцы металлические запчасти. Устанавливает M82A3 на бетонном парапете, окаймляющем крышу, осторожно придерживая. Принимает устойчивое положение, предварительно свернув снятую толстовку в рулон и подложив ее для большего удобства под колено, на которое опирается. И, настроив прицел, смотрит сквозь него на крышу больницы, где без труда находит две фигуры в черном. — Чертов Холмс, — тихо, сквозь зубы чертыхается мужчина, когда его взгляд на долю секунды останавливается на Рейхенбахском герое. «Тоже мне, герой», — фыркает он. И Джим. Джим стоит к нему спиной, так что разглядеть выражение его лица не представляется возможным. Что ты задумал на этот раз, босс? Щека плотно прижата к магазину с десятью патронами, приклад упирается в плечо. Указательный палец Себастьяна уверенно ложится на спусковой крючок. Что бы там ни задумывал король криминального мира, если что-то пойдет не так... если его жизни будет что-нибудь или кто-нибудь угрожать... он мигом спустит курок и вышибет чертовому Холмсу мозги. Вот только он не успевает ничего и понять, как Мориарти выхватывает из кармана пальто пистолет, сует тот себе в рот и стреляет. Падает, как сбитый неосторожным движением оловянный солдатик, и темная лужа крови ужасающим нимбом растекается над его головой... Моран убивал бессчетное количество раз. На войне и после нее. На службе у единственного человека, на которого согласился работать. Тихо, четко, чисто «убирал» объект за объектом, словно те были всего лишь неодушевленными картонными мишенями. А вот сейчас у него задрожали руки от лицезрения чужой смерти, хоть причиной той был и не он... Он отпускает винтовку, закрывая ладонями лицо. Нет, этого просто не могло случиться. Ему показалось. Идеальное зрение по неведомым причинам внезапно его подвело... это всё какой-то оптический обман. Не может быть. Ни в коем случае. — Чертов Холмс, — рычит снайпер, отводя ладони от лица и открывая глаза, но за М82А3 берется со спокойствием ледяной глыбы. Чтобы не промазать, нужно быть всегда собранным. Даже тогда, когда сердце рвется на части и клокочущая лава ярости переполняет всё твое существо. Он никогда не промахивается, не промахнется и сейчас... Нет. Слишком поздно. Чертов Холмс его опередил. Его уже нет на крыше, и когда Себастьян поворачивает прицел в поисках заклятого врага Джеймса, обнаруживает бездыханное тело того распластавшимся на тротуаре в окружении толпы зевак. Он уж собирается опустить руки и взвыть от бессилия вкупе с отчаянием, заскулить, будто брошенный хозяином старый пес, когда взгляд Морана фокусируется на одном из окон госпиталя. К стеклу прикреплен белоснежный лист бумаги, на котором с помощью черного маркера знакомым почерком выведено «Hello, tiger». С фирменным смайлом внутри буквы «о». — Что за черт? — непонимающе бормочет мужчина, ведь несколькими минутами ранее на этом месте ничего не было. Он бы обязательно заметил. На его плечо опускается чья-то ладонь, и сердце предательски замирает. — Я так и знал, что ты не сможешь не вмешаться, Бастиан. Бархатный голос, к концу фразы звучащий выше и звонче. Слегка капризный тон с меняющейся в течение одной реплики интонацией. Ни с чьим другим не спутать. Пальцы чуть сильнее сжимают его плечо, и полковник, бросая винтовку, резко оборачивается. — Как? — единственное, что может произнести он, не зная, стоит ли верить своим глазам. — Как — что? Как прошел мой день? Как у меня дела и настроение? Как приготовить коктейль Молотова в домашних условиях? — растягивая слова и театрально корча рожицы, разводит руками Джим, но встретившись с живой сталью морановского взгляда, вздыхает и прекращает паясничать. — Меня там, — кивает в сторону госпиталя Святого Варфоломея, — не было. Его помощник недоумевающе хмурит брови, титаническими усилиями продолжая держать себя в руках. — Скажем так, на крыше был мой дублер, — поясняет Джеймс, всем своим видом показывая, что начинает терять терпение. Будто бы Моран сам должен обо всем догадаться и не сверлить его взглядом, раздражая немыми вопросами. — Очень похожий и сильно мне задолжавший. Ты видел лицо Холмса? Если не видел, у меня есть видео, — Мориарти довольно хихикает, выуживая из кармана мобильный и принимаясь что-то в нем искать. — Я использовал новый передатчик, который ты на прошлой неделе для меня достал, чтобы диктовать тому олуху ответные реплики. А камеры, заключенные в его линзы, всё снимали. Не представляешь, как это было весело! — И ты... — снайпер судорожно сглатывает, прежде чем закончить свой вопрос. — Ты не посчитал нужным рассказать о своем плане мне? — О, это было бы та-а-ак ску-у-учн... Джим не успевает договорить, потому что Себастьян молниеносно хватает его обеими руками за лацканы пальто и яростно вжимает в бетонный парапет, нависая сверху. — Никогда. Больше. Так. Не. Делай, — выделяя каждое слово, почти шепотом, словно ему адски больно говорить, произносит полковник. А затем, сжимая в кулаках плотную черную ткань, притягивает босса еще ближе к себе и впивается в его губы настойчивым поцелуем.