Поздравляю, теперь ты мама!

- Доброе утро, Джудайме, - как всегда бодро прокричал Гокудера, находясь на другом конце улицы и своим криком пробуждая всех её жителей. – Сегодня жарко, не правда ли? – уже подбежав к Дечимо, спросил он. Гокудера улыбнулся, оттягивая галстук и расстегивая верхние пуговицы рубашки – после бега ему стало немного душновато. - Да, ты прав, Гокудера-кун, - Тсуна улыбнулся, но следовать примеру хранителя почему-то не решился. - Хм, а где бейсбольный придурок? – так и не найдя своего любовника, пусть и бывшего, но все равно любимого всеми клеточками тела, спросил Гокудера, и тут же поморщился. – Где он шляется? - Ямамото? Ну, у него же сегодня тренировка с утра, так что он уже должен быть в школе, - Тсуна неловко улыбнулся и направился в сторону школы. Кивнув в ответ, Гокудера последовал за ним. Настроение разговаривать пропало. «Ямамото опять меня избегает, - думал Гокудера на протяжении всего пути в обитель знаний. – Мы же с ним договорились, что останемся друзьями. Трус! - с какой-то болью в сердце обозвал любимого Хаято, непроизвольно сжав кулаки». Flashback. - Гокудера, нужно поговорить, - в класс, где до этого момента находился лишь Хаято, осторожно протиснулся Ямамото. - А? Бейсбольный придурок, чего тебе? – не отрываясь от очень увлекательного занятия - мытья полов, - спросил Гокудера вошедшего. - Я рассказал отцу про нас, - голос мечника звучал расстроенно и тихо. Хаято замер, опираясь на швабру, а затем медленно развернулся к Ямамото: - Что-то я не слышу твоей обычной радости в голосе, бейсбольный придурок. Все настолько ужа… - Нам нужно расстаться, - перебив пепельноволосого, выдал Ямамото, стараясь не смотреть в глаза Хаято, а после добавил. - Прости. Сказанные пару секунд назад слова брюнета повергли Гокудеру в шок, из-за чего сердце пропустило пару ударов. Расстаться? Почему? Зачем? Им же так хорошо вместе! - Э-это шутка, Ямамото?! – откинув швабру к чертовой матери, Гокудера быстрым шагом подошел к собеседнику и схватил того за рубашку. - Что тебе такого наговорил отец, что ты решил кинуть меня? - он потряхивал его после каждого произнесенного слова. - То, что сказал отец – истина, - Ямамото быстро отцепил от себя дрожащие руки Гокудеры. - Он ведь прав! Мы с тобой еще подростки, между нами даже любви не должно быть, лишь влечение и, может быть, влюбленность. Не более. К тому же мы парни, у нас даже семьи нормальной быть не может! И детей никогда не будет, ты и сам это прекрасно понимаешь. К тому же, парень и парень – это как-то неправильно. Гокудере казалось, что Ямамото просто загипнотизировали, и он говорит такие обидные слова не по своей воле. Но от последних его слов Хаято тут же вскипел, взорвался, словно вулкан: - Что-то тебя это не волновало, когда ты вставлял мне! Или ты уже забыл, что у нас секс тоже был?! - Гокудера, успокойся, - как можно тише проговорил Ямамото. - Прости за это, все между нами было ошибкой. Я полностью согласен с отцом, - Гокудера прикусил губу - в глазах предательски защипало. Ошибкой? Ямамото же так не думает, просто основывается на мнении отца. Придурок, папенькин сыночек, который полностью полагается на мнение взрослых! Ребенок, одним словом! Мысли в голове Хаято путались, смешивались. - Ты ведь так не считаешь! – Гокудера уткнулся носом в плечо Ямамото, страшась услышать ответ; голос прозвучал настолько жалко, что Хаято скрипнул зубами – не хватало еще перед этим идиотом унижаться. - Гокудера, ты мне нравишься, правда, но не более. Меня к тебе просто влечет, - зеленоглазому показалось, что Ямамото пытается убедить больше себя, нежели его. - Прости меня, - Хаято почувствовал, как на его макушку легла чужая ладонь и осторожно погладила ее. - Хорошо, - неожиданного для самого себя проговорил Гокудера, отпихивая от себя Ямамото и смотря ему прямо в глаза. - Давай останемся просто друзьями! А что еще ему оставалось делать? Падать на колени перед Такеши, умолять не бросать, плакать? Трижды ха! Никогда в жизни Гокудера так не сделает. Это решение Ямамото, пусть и с подначки его отца. Может быть, в скором времени, Такеши поймет, что совершил ошибку, и вернется к нему, а может быть так и будет слушать отца всю оставшуюся жизнь. Кто знает... А пока Гокудере оставалось лишь заткнуться, приглушить свои чувства, смириться, и надеяться на то, что у Ямамото есть какой-никакой мозг. В ответ темноволосый благодарно улыбнулся, явно радуясь тому, как легко прошел их разговор, и осторожно поцеловал парня в последний раз: - Спасибо, Гокудера. И... прости, - он несколько грустно улыбнулся, за что сразу же получил щелбан. - Главное – не забывай улыбаться, бейсболист хренов, - Гокудера усмехнулся. - И еще - если что, я всегда буду ждать тебя, Ямамото. Надеюсь, ты одумаешься, - и дождавшись ответной улыбки, он развернулся к швабре. - А теперь, раз уж пришел, поможешь мне полы домыть! На самом деле Хаято было больно, но показывать свои слабости он не любил с детства. Поэтому просто стерпел всю сердечную боль, что сейчас была внутри него – все же, он слишком сильно любил, поэтому так легко и отпустил Ямамото. The end of Flashback. Его мысли оборвал радостный голос бейсболиста, стоявшего у крыльца школы. Он бодро размахивал ему и Джудайме руками, продолжая при этом улыбаться. «Или не трус, и все мои обвинения - лишь лепет обиженного человека. Да, так оно и есть!» - Доброе утро, Ямамото, - Тсуна улыбнулся, подойдя ближе к брюнету. - Привет, - кротко поздоровался зеленоглазый, бросив такой же быстрый взгляд на лицо Ямамото, и вновь обратил взор на Дечимо. - Джудайме, сегодня первым уроком контрольная, поэтому стоит поторопиться. Скоро звонок! - Ой, точно! – мгновенно завелся Савада и поглядел на наручные часы. - Я же еще и не подготовился! С этими словами Тсуна рванул к школьной двери, неожиданно даже для самого себя перескакивая сразу через две ступеньки. Ошарашенные такой выходкой босса, хранители в немом шоке смотрели в спину удаляющегося Савады. И вроде все шло просто замечательно, но не тут то было – какой-то школьник, явно не специально, толкнул дверь навстречу испуганному шатену. Встречи лица с деревянной поверхностью было просто невозможно избежать, и спустя пару мгновений Тсуна лежал на полу с шишкой на лбу, в бессознательном состоянии. - Джудайме! – тут же оживился Гокудера и, подлетев к шатену, схватил того за грудки. - Джудайме, скажите что-нибудь! Вы все еще с нами, Джудайме? - Гокудера, ты только хуже сделаешь! Тсуне сейчас покой нужен, а не встряска! – Ямамото мягко убрал руки Хаято от Тсуны. - И в медпункт нужно. Одобряя идею мечника, Гокудера кивнул и поднялся, а мечник ловко подхватил легкого шатена на руки. Как только ребята переступили порог медпункта, раздался звонок, оповещающий о начале нового учебного дня. Шамал, на удивление парней, находился в кабинете и что-то разгребал, стоя на четвереньках: - Эй, не стой раком, привыкнешь, - съязвил пепельноволосый, наблюдая за реакцией своего бывшего учителя – боже, как же он обожал подтрунивать над ним! Шамал, давно привыкнувший к таким подколам, проигнорировал слова парнишки, выпрямился, выкладывая на стол пару-тройку неизвестных вещей, и тут же повернулся к парням: - Чего пришли? У вас урок сейчас! – хотел было начать читать лекции доктор, но заметив, в каком состоянии находится Дечимо, вздохнул. - И что с этой малявкой случилось? Положи его на кушетку. - Не смей называть Джудайме малявкой! – вскипел Гокудера, сжимая кулаки. – Какой-то самоубийца толкнул на него дверь, и Джудайме пострадал! - Да понял я, понял! Не ори только, - Шамал обреченно выдохнул – слишком уж устал препираться. - Ему компресс сделать, и все. К тому же, он уже очнулся. Гокудера глянул на своего любимого Дечимо и засветился: - Как хорошо, что вы почти не пострадали! Не волнуйтесь, я найду того парня, и ему мало не покажется! – сжав кулак в подтверждении своих слов, тараторил Хаято. - Все хорошо, Гокудера-кун, и не стоит беспокоиться об этом. Он же не виноват, что я такой неуклюжий! - Так, парни, займитесь пока чем-нибудь, раз уж урок прогуляли! Вон, плакаты на стене посмотрите, я не знаю, но от койки отойдите! Мне этого… - Шамал осекся, бросив взгляд в сторону Хаято, - Саваду осмотреть нужно! Последовав совету доктора, Гокудера с Ямамото сели на стулья, стоявшие около стола Шамала. Хозяин кабинета в свою очередь принялся осматривать Тсуну, и не заметя ничего смертельного в его шишке, объявил, что с шатен абсолютно в порядке. - А это что еще за фрукт? – Гокудера, которому надоело рассматривать разнообразные настенные плакаты, обратил все свое внимание на весьма интересный плод, лежащий на столе Шамала, - Даже я такой впервые в жизни вижу, и в журнале моем ни разу не встречал. Взяв объект в руки и удивившись, насколько идеальна его форма, пепельноволосый вмиг забыл о том, что рядом с ним сидит Ямамото, а на койке лежит недавно пострадавший Дечимо. Странно, но остальные тоже заинтересовались неизвестным фруктом. - Да я откуда знаю? Нашел его буквально сегодня утром, когда прибраться решил, а вот что и зачем оно, я понятия не имею. Хоть убей, не помню! – доктор пожал плечами, вновь силясь вспомнить целебное свойство этого плода. - Я даже не помню, как оно у меня оказалось, но предполагаю, что принес его кто-то из Вонголы. - Во всяком случае, выглядит он аппетитно, не правда ли? – Тсуна закивал, соглашаясь с хранителем дождя. - Можете его съесть, оно мне даром не нужно, в любом случае отравиться вы не должны, - Шамал, пожав плечами, направился к выходу. - Тсуна, полежи немного, и можешь идти на урок. - Раз Джудайме хочет есть, то я его первым попробую, а то мало ли, - не дождавшись протестов со стороны любимого Дечимо и заставив Шамала застыть в дверях, дабы понаблюдать, что же случиться с его бывшим учеником, Гокудера откусил довольно большой кусок, вмиг прожевывая и глотая его. - Бе, гадость, даже вкуса нет! И наперекор своим словам вновь откусил кусок этого фрукта, сделав такую мордашку, словно он был дегустатором мирового класса: - А нет, тут слабо ощутимый вкус банана и манго, - в третий раз, уже не осознано, вгрызаясь в плод, сделал вывод любитель всего неизведанного. От этого действия Ямамото и Шамал отчего-то засмеялись, а Савада продолжал сидеть с несчастным выражением лица, с завистью наблюдая, как хранитель уплетает его еду. Неожиданно этот самый плод выскользнул из рук Гокудеры, смачно, с противным звуком, приземлившись на пол, А сам подрывник согнулся пополам, до крови прикусывая губу, дабы не закричать. Низ живота словно закололо невидимыми ножам, разворотило чем-то холодным и безумно острым, заскребло, словно песком. Это было невыносимо, дышать стало невероятно тяжело и болезненно. Весь мир быстро погружался во тьму, а сам Гокудера не слышал ничего, кроме бешеного стука сердца, отдающего в висках, и своих нечеловеческих криков боли – терпеть её он уже не мог. Он неосознанно вцепился зубами в руку и царапал ногтями пол. На глаза выступили слезы, и Хаято полностью осознал свою беспомощность и страх – он боялся, что умрет именно сейчас, таким глупым образом. Но боль ушла, растворилась так же быстро, как и нахлынула, на её место пришла пустота, чувство спокойствия, и снова тьма. Все-таки, организм не выдержал, и выбил из Урагана остатки сознания, после чего тот ничком рухнул на пол, ощущая множество теплых прикосновений и слыша редкие вскрики где-то далеко, будто сквозь плотную пелену. Сознание вернулось слишком уж быстро и неожиданно – словно Хаято по голове молотком ударили для того, чтобы в чувство привести. Тело почему-то изнывало, и каждое движение отдавалось слабой, почти неощутимой болью. И это несомненно радовало пепельноволосого – он слишком хорошо запомнил то, что испытывал утром. Но несмотря на это, он был счастлив, что первым опробовал неизвестный плод – не пострадали ни Ямамото, ни, конечно же, Тсуна. С трудом растянув губы в некое подобие улыбки, Гокудера расслабился и прислушивался ко звукам извне. Глаза он до сих пор не открыл, слишком уж трудно было это сделать, к тому же, он был уверен, что находится в кабинете Шамала и, возможно, доктор находится где-то поблизости, а привлекать его внимание как-то не очень хотелось. Гокудера почувствовал, что ему невыносимо жарко. И жарко не из-за духоты и одеяла, что сейчас на нем, а просто жарко. Даже в штанах стало тесно. «Замечательно просто! Да, Гокудера, ты просто мастер попадать в неприятности. Хотя, какая сволочь знала, что тут еще и афродизиак подмешан?! Но, зная Шамала, можно было догадаться». Все еще тяжело дыша, Хаято все же распахнул веки и фокусировал взгляд – как и предполагалось, находился он в кабинете Шамала. На Намимори давно опустился вечер, уничтожающий летную духоту и несущий с собой прохладу. Небо окрасилось в розовый, вперемешку с желтым, цвет, что выглядело весьма необычно и красиво. Но любоваться природой за окном у Гокудеры не было ни времени, ни желания. Сейчас только одна жажда заполняла его – секс, и Хаято ничуть не стыдился этого. Отведя взгляд от окна, рядом с кроватью наш друг обнаружил знакомую брюнетистую макушку, обладатель которой сладко спал, положив голову рядом с рукой Хаято. - Что тут забыл этот придурок? – буквально вскипел Хаято, но тут же остыл, понимая, насколько ему повезло. Он ведь сейчас может провести еще одну ночь с любимым и спихнуть все на афродизиак! Оказывается, этот фрукт в какой-то степени даже полезен! - Ты что творишь?! – Ямамото, проснувшись, никак не ожидал увидеть лицо бывшего возлюбленного перед собой, и явно не ожидал, что тот будет его целовать. - Гокудера, мы с тобой давно расстались, забыл, что ли?! – Такеши был уж слишком взбешен, поэтому из головы тут же вылетело, что пару часов назад Гокудера чуть не умер (по крайне мере так сказал Шамал), и первым делом стоило бы спросить об его самочувствии, нежели орать. Хотя, пепельноволосый сам виноват. - А где «все ли с тобой в порядке, Гокудера-кун?» или «как ты себя чувствуешь, Хаято?» - томным голосом поинтересовался подрывник и лукаво провел пальчиком по ключице мечника, вызывая тем самым негодование со стороны оного. - Что происходит? – Ямамото действительно не понимал, что тут творится, чем в очередной раз убедил Гокудеру в своей тупоголовости. - Объясняю для идиотов, у которых вместо мозгов хер знает что: тот фрукт был напичкан афродизиаком. И, поэтому, объясняю еще доступнее – я хочу, чтобы ты меня трахнул! Прямо здесь и сейчас, и да, меня не заботит, что тебе нужно домой и что мы давно расстались. Считай это за помощь другу в критической ситуации, - Гокудера дышал быстро, прерывисто. Ямамото невольно сглотнул. А почему бы и нет? В школе все равно никого нет, кроме них. К тому же, они ничего плохого не сделают, да и Такеши сам соскучился по энакомому телу: - Будем считать, что это наш последний раз, Хаято, - и, не дождавшись ответа, впился в губы Гокудеры жадным поцелуем, попутно забираясь к тому на койку.