88

Coming through the alley trying to walk without a sound It doesn’t matter ’cause there ain’t no one around… …Yesterday was suckin’ and tomorrow’s looking bad Who knew that today was the only thing I had? (Eels - Hospital Food)

19 апреля. 10:59 На улице было прохладно, но это не мешало Вайлет выйти наружу и поспешно скрыться за стенами больницы, чтобы уйти подальше от главного входа, где была основная масса пациентов, вышедших на прогулку после завтрака. Невзрачное здание из серого кирпича возвышалось над девушкой своими пятью этажами, рядом пристроилась деревянная будка, похожая на сарай, где, видимо, хранился инвентарь для уборки территории и прочий хлам. Хоть Вай и видела территорию больницы из окон, но, выйдя на улицу, она представила картину четче. Белую статую посреди двора и несколько лавок вдоль аллеи, находящиеся перед главным входом, Вай рассмотрела мельком, оставляя это на «потом». Сейчас её целью были более укромные места. Исследование территории должно было принести свои плоды, Хармон надеялась найти какую-нибудь лазейку или хоть крошечную дырочку в заборе, которая позволила бы выбраться отсюда. На случай, если этого не удастся, она будет искать альтернативные варианты, например, побег в машине, привозящей провизию. И откуда только все эти мысли и идеи, словно она героиня блокбастера и будет убегать от погони всеми возможными путями, отстреливаясь от неё из пистолета? Девушка разочарованно замедлила шаг, когда увидела вместо забора бетонную стену, спрятанную за редкими кустарниками. Прогуливаясь вдоль этой высокой стены, по верху которой проходила колючая проволока, Вайлет понимала, что шансы её медленно, но верно сходят на «нет», и слова Джей не пустой звук. Никаких промежутков и намеков на запасной выход. Видимо, охрана территории здесь продумана хорошо. Девушка осознала вдруг, что такие стены возведены не зря. Какие же экземпляры и яркие представители человеческого безумия окружали её и на что они были способны? Она ведь все эти дни была занята своими мыслями и жаждой одиночества. Еще ни разу Вай не находилась в одном помещении с другими пациентами больше десяти минут и не наблюдала полную картину. От этих мыслей ей стало не по себе, Хармон съёжилась и подошла ближе к стене, дотрагиваясь до неё рукой и заглядывая в крошечную щель между двумя бетонными плитами. – Что, собралась бежать отсюда? – послышался мягкий низкий голос, с нотами сочувствия и насмешки. Вайлет резко обернулась на говорящего. Уже второй человек раскусил её, это возмутительно! – Я бы попросил тебя взять меня с собой, будь твой план безупречен, – снова усмехнулся парень. Это он… «Не смотри на него. Не говори ничего. Веди себя с ним, как со всеми», - начала повторять про себя Вай, отворачиваясь, а белокурый юноша продолжил. – Я наблюдал за тобой. Видно было, что ты изучаешь обстановку, но уж больно серьезно и тщательно. Так делают, когда ищут пути отступления, – объяснил молодой человек, – только вряд ли что-то выйдет, ты не одна мечтаешь о побеге. И пока, все пациенты здесь всё еще на месте. Хармон как обычно скрестила руки на груди и двинулась по маленькой тропинке вдоль стены, по двум сторонам от которой стояли редкие низкие деревца. Незваный гость пристроился рядом, аккуратно ступая по прошлогодней высохшей траве. – Значит, ты всё-таки из «молчунов»? У нас здесь есть несколько таких, вам определенно нужно познакомиться, – усмехнулся парень, стараясь поймать взгляд девушки. – Очень жаль. А я надеялся, что, наконец, появился кто-то, с кем можно нормально поговорить… Ты ведь понимаешь меня, да? Можешь просто кивнуть… – Я, по-твоему, на отсталую похожа? – не выдержала Вайлет и остановилась, вскинув брови, заглянув в лицо навязчивому спутнику. Его ярко-черные глаза отражали весенний парк больницы и стоящую на тропе девушку, которая застыла на месте, смотря в них. Волосы парня были не просто светлыми - из-за отсутствия яркого солнца во время зимы некоторые локоны стали темнее. Они немного загораживали брови, которые делали его взгляд пронизывающим и дерзким, но в то же время мягким благодаря улыбке на губах. Юноша широко улыбнулся, и на щеках его появились ямочки, которые привлекали взгляд не хуже, чем глаза. – О, Боги, свершилось чудо! – весело воскликнул молодой человек, вскидывая руки к небесам. – Я заставил говорить это прекрасное создание! Я вылечил тебя! Теперь, ты моя должница, – парень озорно прищурился, разглядывая Вай, заставляя её смутиться и нахмуриться. «Он назвал меня прекрасным созданием, я ничего не путаю?» – Вай изумленно смотрела на загадочного молодого человека. – «Нет, он не псих… Вполне нормальный… Но, может, это только видимость?» – Тейт! Иди сюда, ты нам нужен! – послышалось издалека. Кто-то из персонала звал юношу из-за угла здания. – Мне пора, – сказал блондин, тряхнув головой, чтобы убрать челку с глаз. – Я Тейт, кстати, – парень выжидающе взглянул на собеседницу, но та снова стала немой. – Ладно, увидимся, – улыбнувшись, как и всегда, Тейт зашагал по направлению к входу в здание, но, сделав несколько шагов, обернулся. – Имя! – крикнул он вдруг. Хармон непонимающе уставилась на странного парнишку. – Ты должна будешь мне своё имя, – пояснил он и, направив на девушку указательный палец, как бы говоря «помни, за тобой должок», снова двинулся к зданию. 12:44 Близилось время обеда. Вайлет расположилась на подоконнике у дальнего окна коридора четвертого этажа. На своём она уже всё осмотрела, и ей там надоело, а здесь были стены приятного лилового цвета, которые действовали на девушку успокаивающе. Рассматривая, как люди с коробками в руках сновали туда сюда от грузовика, который приехал, чтобы доставить продукты питания, к входу в больницу, Вай прислонила лоб к стеклу и старалась отвлечься от ненужных мыслей. А ненужными они были, во-первых, потому что заставляли её сомневаться в успехе плана с побегом, а во-вторых, потому что образ парня, который назвался Тейтом, упрямо не желал покидать голову Хармон. И что ещё хуже, она знала, что он придет за своим долгом (хотя, по сути, она ничего ему не должна!) и захочет с ней говорить… – Привет… – услышала Вайлет тихий голос. Повернувшись, она увидела ту девушку-«русалку», что сфотографировала её в столовой. – Я хотела извиниться, что напугала тебя своей вспышкой, надеюсь, это не сказалось на твоём самочувствии? Здесь люди очень чувствительны, так что… Ты не говоришь, я знаю, но… – Ты не первая, кто думает, что я немая, – невесело усмехнулась Вайлет. Несчастный и виноватый вид девушки растопил лёд её недоверия. В конечном счете, раз уж разум ставил под сомнение возможность побега, Вай нужен был хоть кто-то, с кем можно перекинуться парой слов и узнать побольше о больнице. – Ой, ну вот, я снова… Прости, – улыбнулась «Ариэль». – Всё в порядке, забудь, – уверила её Вайлет и позволила сесть рядом на подоконник. Эта особа хоть и была пациенткой, но кроме лисьих глаз, которые, словно льдинки мерцали какой-то пустотой и отчуждением и их неправильного контраста с дружелюбной мягкой улыбкой, в ней не было ничего странного. «Здесь вообще есть психи? Или только те, кого я не ожидала встретить в таком месте?» – Я Мойра, – представилась девушка, протягивая руку. – Мойра О’Хара. – Вайлет Хармон, – пожав руку, Вай отвернулась, смотря, как кто-то из пациентов ведет увлекательную беседу со стеной коридора. – Я, вообще-то не часто без разрешения фотографирую, просто ракурс был такой удачный… Никогда не увлекалась фотографиями... Случайно вышло так, что у меня появился этот аппарат. И возникла идея. Хочу собрать альбом с пациентами нашей больницы: фото, информация, ну, знаешь, типа досье, чтобы был хоть какой-то смысл в моем существовании, – девушка издала смешок. – Первые страницы уже готовятся. – Интересная задумка… Про себя тоже напишешь? – Ммм… Если и надумаю, то в последнюю очередь. – За что ты здесь? – Ха, спрашиваешь, словно мы срок мотаем, – усмехнулась Мойра, – хотя, в принципе, так и есть. Я здесь из-за третьей попытки суицида, – сказала она спокойно, словно после третьей попытки эта игра со смертью начала казаться ей забавной. – Ох… Я… – Можешь ничего не говорить, все нормально. – Да, похоже, что не совсем нормально, если ты три раза пыталась… – аккуратно сказала Вайлет, глядя на новую знакомую. – О, я уже жду, когда представится возможность для четвертого, – тихо засмеялась Мойра, хотя глаза её оставались пустыми. Натягивая рукава своей темно-синей кофты, она сжала их в кулаках. Вайлет была озадачена. Девушка веселилась, рассказывая о своем желании умереть. Хотя, чему удивляться, они же в психиатрической больнице. «Может, она не такая адекватная, как кажется?», – Вайлет с сомнением взглянула на собеседницу. – Ну, а ты? – спросила О’Хара. – Ну, говорят, я тоже самоубийца… – ответила Вай, смотря в пол. – В смысле, «говорят»? А ты не уверена? – Мойра удивленно вскинула брови. – Я не помню… – Так ты память потеряла? – восторженно прошептала новая знакомая Вайлет, повернувшись к ней всем корпусом. – Вот это да! Хотела бы я оказаться на твоём месте… – И врагу не пожелала бы такого. Это отстой, – тихо сказала Вайлет, всё больше удивляясь суждениям собеседницы. – Жизнь - вот что отстой. И забыть её к черту – высшее наслаждение для больного разума… – Больного? Считаешь себя больной? – Мы все больны, Вайлет, оглянись вокруг, – засмеялась Мойра, убирая пышные красные волосы за ухо. – Я себя чувствую вполне в своем уме, так что… – Значит, поймешь всё, когда вспомнишь. – Надеюсь… Почему ты хотела… – Вай не знала, как лучше задать вопрос. – Убить себя? Я по уши погрязла в дерьме, знаешь ли… Жить так невыносимо, – Мойра спрыгнула с подоконника, поставила на него локти. – Не хочу тебя грузить сейчас, как-нибудь поведаю на досуге, если тебе всё ещё будет интересно. Здесь не велик выбор собеседников, если позволишь иногда болтать с тобой, может, и мне, и тебе станет легче. – Да… Хорошо, – закивала Вайлет, наблюдая за «русалкой». – Ну, увидимся ещё. У меня сеанс с «психом», ну в смысле, с психологом. Если опоздаю, они меня заставят лишний час сидеть под лампой. – Где, прости? – О, так ты ещё не в курсе, – сжав губы, девушка сочувственно склонила голову. – Узнаешь. Думаю, тебе это тоже предстоит. И лишний час – это стрёмно, поверь мне, – махнув рукой, Мойра двинулась вдоль коридора, притягивая взгляд своей женственной походкой, но вдруг остановилась. – Кстати, насчет фотографии. Не знаю, когда она будет готова, так как здесь сложно кого-то уговорить отнести пленку на проявку. Но как только получу её, отдам тебе. Улыбнувшись, О’Хара отвернулась и зашагала прочь. Вайлет смотрела ей вслед, пытаясь разложить новую информацию по полочкам в своей голове. Она всегда думала, что в таких заведениях психи и неадекватные, испорченные и «грязные» во всех смыслах слова пациенты кишат сплошь и рядом. Но за то короткое время, что она находилась здесь, девушка встретила уже второго человека, который вовсе не походил на рядового сумасшедшего. Вайлет думала, что ей не место среди всех этих людей, но теперь девушке приходилось смотреть на всё изнутри и заглядывать в ситуацию всё глубже и глубже. Не все люди здесь – демоны. Некоторые лишь заблудились или отчаялись… Теперь её представление о подходящем месте для таких, как она, искажалось. Вай ведь не помнила, что привело её сюда, предсмертная записка была написана её почерком, а значит, существует вероятность того, что она и правда желала умереть. Почему? В чем причина? Вдруг, всё же её место именно здесь? Стоит ли ей так усердно искать возможность сбежать отсюда, или всё же нужно остаться, чтобы ей помогли вспомнить истинные причины её нахождения в больнице? Потрясение от осознания всего этого вызвало у девушки жуткую головную боль. Сердце не переставало бушевать в груди, и Вай, хватаясь за стены, удивляясь тому, как она не упала не лестнице, добралась до своей палаты и упала на кровать, проваливаясь в сон. 18:55 На улице было уже темно, когда Вайлет проснулась и встала с кровати, стараясь не упасть. Подойдя к окну, девушка задернула желтые занавески, заметив, что в нескольких местах в ткани были дырки. «Как прекрасно… Здесь всё в дырах. Так же, как моя память. Вот же ирония судьбы…» Коридор был оживлен снующими туда и обратно пациентами, все шли на ужин, правда, некоторые путали направление, но «заботливые» санитары направляли их в нужную сторону. Толкая их. Ну, знаете, как стадо баранов... Вайлет шла, стараясь не сталкиваться с кем-либо, потому что риск получить травму в этом столкновении рос вместе со скоростью передвижения людей. – Я решила не вставлять тебе по полное число, но сделаю это, если не бросишь моду не посещать приемы пищи, – Джулия, снова появившись внезапно, подхватила Вайлет под руку и шла вместе с ней по коридору, подняв подбородок и смотря прямо перед собой. – Может, я зря дала тебе прозвище «Вайолейтер»? Уж больно активно ты начинаешь его оправдывать. – Я себя плохо чувствовала. Но, как видишь, иду на ужин, это считается искуплением вины? – Хармон ухмыльнулась, устало шмыгая ногами по направлению к тяжелым дверям. – Пожалуй… – Джей одобрительно кивнула, останавливаясь у входа в столовую и направляя пронзительные глаза на свою пациентку. – Завтра сеанс после процедур, не забудь. – Встреча с мозгоправом… Такое забудешь, – Вайлет изобразила улыбку и тут же стерла её с лица. – Хамка… – слегка улыбнувшись, Сноу покинула девушку. Хармон зашла в столовую с приподнятым настроением, ей нравилось то, как они с Джулией общаются. Это было странно и вряд ли граничило с этикой общения пациента и врача, но именно это отступление от правил радовало Вайлет больше всего. Благодаря этому, девушка окончательно убедилась, что не любит соблюдать правила. А хорошо это для неё или плохо – уже совсем другая история. Привычный стол девушки был свободен, так что она, выстояв свою очередь за едой, направилась к нему. В последние секунды, когда её поднос уже соприкоснулся со столом, Вайлет застыла, наблюдая, как светловолосый юноша приземлился на стул напротив и уставился на неё, сложив руки в замок. Оливковый свитер свободно сидел на нём, рукава были немного засучены, видимо, чтобы не мешали движениям. На лице парня играла озорная улыбка, волосы, как всегда локонами спадали на глаза, но не мешали смотреть на озадаченную девушку. – Присаживайся, что же ты стоишь, – кивнул он Вайлет на свободный стул. Хармон послушалась, но ей стало не по себе, так как принимать пищу привычнее было одной, отвернувшись к окну. Вот и сейчас Вай посмотрела в окно, на рыжие фонари, освещающие белую статую девушки, которая в этом полумраке казалась живой. Вайлет не знала, стоит ли начинать общение с Тейтом, чего он хотел от неё и почему он, кажущийся адекватным, находится здесь. Кажущийся... «Дура, пора уже понять, что не все психи неуравновешенные, и не все, кто здесь находятся – психи», – одернула себя Вайлет и всё же решилась взглянуть на парня. Он с интересом разглядывал девушку, в его темных глазах проглядывалось тепло и даже… нежность. Это поразило Вайлет. Хоть она и не помнила многое из своего прошлого, но что-то подсказывало ей, что никто еще так не смотрел на неё. – Я пришел забрать свой долг, – произнес Тейт с легкой улыбкой на губах. – Что, прямо здесь? – Вайлет вскинула брови, опуская глаза и ковыряя вилкой овощное рагу, от вида которого ей захотелось выкинуть тарелку в окно. – Так, подожди, я еще не назначал тебе таких долгов, отдавая которые нужно так стесняться, – ухмыльнулся юноша, облокачиваясь на спинку стула. Хармон быстро подняла на него взгляд. – Что, прости? – Имя. Ты должна мне всего лишь имя, – довольно улыбнувшись, Тейт поджал губы и выжидающе уставился на девушку. – Вайлет. Всего лишь Вайлет, – передразнила она своего собеседника и, отодвинув тарелку, взяла в руки стакан с соком и сделала глоток. – Всего лишь? – возмущенно сказал парень, подавшись вперед. – Нет-нет! Вайлет Хармон, ты хотела сказать? – Вайлет с грохотом опустила стакан обратно на стол, вопросительно смотря на собеседника. – Да, я давно знаю. Просто из твоих уст оно звучит куда лучше. И помни, что теперь твоё имя принадлежит мне, – широко растянув уголки губ, парень встал. – Что за бред? Что тебе нужно? – Вайлет никак не могла понять, что происходит, она нахмурила брови и смотрела на Тейта, смущенная его словами и действиями, чувствуя опасение, медленно растущее где-то в глубине души. – Расслабься, – облокотившись руками на стол, парень заглянул в глаза девушки сверху вниз. – Неужели ты боишься меня, Вайлет? Хармон тоже встала, прищуриваясь и стараясь не отводить взгляда от столь черных глаз, которые неустанно прожигали её насквозь. – Я ничего не боюсь, – тихо ответила Вай и направилась к выходу из столовой, так и не успев толком поесть. Тяжелые двери с трудом поддались Вайлет, но кто-то сзади помог ей толкнуть их, и вместе с девушкой вышел в коридор. – Так и будешь за мной ходить? – промолвила Хармон, отходя ближе к стене пустого коридора. Тейт засунул руки в карманы своих потертых джинсов и склонил голову набок. Своим поведением он вызывал у Вай всё больше подозрений и вопросов, но именно это и не позволяло ей убежать от этого юноши. Хотя, здравый смысл, пытающийся бороться за жизнь в этом пристанище для душевнобольных, говорил ей обратное. Она не слушала. Она же никому не верит. И здравый смысл – не исключение. Только вот, как бы кто-то другой не стал этим исключением… – Серьезное заявление, – сказал юноша, будто не услышав вопроса. – Какое? – терпение Вайлет постепенно кончалось, словно песчинки в песочных часах, которые вот-вот должны были пересыпаться вниз и оповестить о чем-то непоправимом, как чаще всего бывает. – Ты сказала, что ничего не боишься. Ты уверена? – Тейт подошел ближе к Вайлет, заставляя её отступить на несколько мелких шагов назад. Она вдруг опомнилась и остановилась, направляя уверенный взгляд в сторону парня. – Более чем. Решил меня пугать? Найди себе другую дуру для этого, у меня есть дела поважнее, чем пустая болтовня, – Хармон развернулась и уже собиралась уйти, как вдруг… – Если не боишься быть пойманной и схлопотать наказание, сегодня в полночь на лестнице второго этажа, – быстро сказал Тейт, наблюдая за девушкой. – Что же ты собираешься делать? – обернулась Вайлет, скептически усмехаясь. – Повеселиться. Но у тебя есть дела поважнее, да?.. Что-то, типа, всю ночь проваляться на проеденной клопами кровати? – Ха-ха, как остроумно, – безразлично кинула Вай в ответ Тейту. – Полночь. Второй этаж, – пропел парень и, развернувшись, ушел в неизвестном направлении.