88

И в тайную дружбу с высоким, Как юный орел темноглазым Я, словно в цветник предосенний, Походкою легкой вошла. Там были последние розы, И месяц прозрачный качался На серых, густых облаках... (Анна Ахматова)

Вы когда-нибудь чувствовали, что не знаете и не можете осознать до конца, что правильно, а что нет? Что реально, а что – лишь плод разыгравшейся фантазии и нестабильных нервов? Просто не можете решить этого без посторонней помощи, так как понятия не имеете ничего в беспокоящем вас вопросе, да и вообще вряд ли когда-либо сталкивались с таким? Вероятно, что ответ мог бы придти к вам, стоит только лучше подумать и приложить все свои знания и усилия. Но, если бы в жизни всё было так просто, вряд ли Вайлет Хармон вообще находилась бы в психиатрической больнице Грейт-Фолс. _________________ 2 месяца назад. 17 февраля. Словно погруженная под воду, она чувствовала, как её нагло и бесцеремонно пытались вытащить на поверхность реальности. Было так сладко и спокойно, музыка в наушниках тихо и мелодично помогала не обращать внимания на окружающие звуки и события. Но это не может долго продолжаться… – Вайлет! Мисс Хармон! – приоткрыв глаза, девушка нахмурилась и выдернула один наушник, искренне не понимая, чего от неё хотят. Перед Вай стояла грозная полная женщина, поставив руки в боки и недовольно сверлила её взглядом. – Мало того, что вас не было больше недели, вы опоздали на мой урок, а теперь ещё и позволяете себе такую дерзость? – О, миссис… – Вайлет сжала губы, стараясь не показывать, что ей смешно оттого, что она забыла, как зовут её учителя географии. – Миссис Пэриш? – попыталась угадать девушка, но класс разразился смехом, и Вай обреченно вздохнула, закатив глаза. – Уоллиш! Надеюсь, хотя бы название предмета вы знаете? – женщина покраснела, казалось, ещё немного и из ушей её пойдет пар. – Ну да, иначе, я бы здесь не сидела, – невозмутимо ответила Хармон. – Тогда поведайте нам, что на сегодня было задано? – К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос, так как у меня не было возможности узнать это, – Вай покосилась на одноклассников. За время её отсутствия никто не интересовался, как она себя чувствует после очередной драки (в которой, по словам тех же одноклассников, Вайлет была виновата сама), и не пытались хотя бы передать домашнее задание. – Замечательно! Что тогда вы здесь делаете, боюсь спросить? – учительница схватила учебники Вайлет и затрясла ими в воздухе. Из одного из них вылетел помятый листок с надписями и мелкими рисунками, которыми Хармон занимала себя, когда ей становилось скучно на уроках. Кто-то тут же схватил его, и весь класс начал обсуждать содержание написанного. – Я здесь сижу, присутствие ведь тоже засчитывается? – ответила девушка раздраженно и встала, чтобы отобрать у одноклассника своё художество. Но сделать это ей не удалось, так как грозный преподаватель тут же остановила Вайлет, тыкая в неё пальцем. – Как мне заставить вас обратить на меня внимание, мисс Хармон? Позвать директора, чтобы вы пришли в себя? – прошипела она, бросая учебники Вай обратно на её парту. Девушка удивленно подняла брови. И что сегодня так вывело из себя эту Уоллиш-Пэриш? – Пожалуйста, если вам это этого станет легче, – усмехнулась Хармон, сложив руки на груди, и села обратно на своё место, стараясь не обращать внимания на гул и смех одноклассников. Учительница резко развернулась на своих низких каблуках, которые под её весом уже давно покосились и выглядели очень смешно. Она вышла из класса, не утруждая себя закрытием двери. Вайлет пожала плечами и, зевнув, снова вставила наушник в ухо, чтобы не слышать глупостей и колкостей, летящих в её сторону. Веки снова стали опускаться, девушка знала, что бесчисленное количество бессонных ночей непременно скажется на её состоянии, но ничего не пыталась с этим делать. Слишком долго тянется время, Я боюсь не дождаться рассвета. Да и что он изменит, если темно внутри?.. Ощущение того, что Вайлет действительно под водой, стало слишком ярким и, вскрикнув, девушка резко вскочила со своего стула, понимая, что ледяной поток с ног до головы окатил её и её любимый плеер, который был в кармане её джинсов. Разведя руки в стороны и смотря на струи воды, стекающие с неё на пол, Вай широко раскрыла рот, глотая воздух, которого от возмущения ей критически не хватало. В кабинете стояла гробовая тишина. Видимо, все были не в меньшем шоке, чем сама Вайлет. – У вас всё в порядке с головой? – воскликнула она, взглянув на ещё больше покрасневшую Уоллиш, которая с пустым ведром стояла прямо перед Хармон. – Тупая скотина, что дети, что преподаватели! И вы ещё требуете от нас нормального поведения? – Молчать! – раздался писклявый крик, дряблые щеки женщины затряслись, казалось, еще немного, и она, как капризное дитя, топнет ногой и заплачет. – Вон из класса! – Может, ещё и к директору меня отправите? Ему явно понравятся ваши методы обучения и воспитания, – зло проговорила Вай, срывая с себя наушники, хватая сумку и вещи, и вышла из кабинета, немного прихрамывая, так как после драки, которая произошла на прошлой неделе, у нее все еще болела нога. Обида растекалась в душе Хармон так же, как сейчас вода стекала с её волос и одежды. Она еще не успела придти в себя от несправедливости и жестокости со стороны одноклассников, как тут же в игру включается учитель. И кто-то ещё будет говорить о прекрасном мире и светлом будущем? О том, что взрослые все знают и умеют правильно поступать? Нет, таким, как эта Уоллиш, никогда не воспитать здоровое поколение. С такими гнилыми корнями ни одно дерево не будет нормально осуществлять фотосинтез. Лучше сразу срубить его… _________________________ 30 апреля. 09:03 Как ни странно, Вайлет захотела есть. То, что принесла Вивьен, уже кончилось, а ждать её сегодняшнего вечернего визита не было желания и сил. Поэтому девушка направилась в столовую в надежде на то, что удастся хоть чем-то заполнить урчащий желудок. Не сложно догадаться, что без того не самое лучшее настроение Хармон было подкреплено воспоминаниями об инциденте с учителем. Она шла по коридору, устремив взгляд в пол, изредка поглядывая на кого-то, кто так же опаздывал на завтрак, и думала о том, что с каждым новым воспоминанием ей становится только хуже и неуютнее. После завтрака в полупустой столовой (к большому облегчению Вайлет) и процедур, девушка вышла в коридор и впервые не знала, куда же ей идти. Она ждала, что ей встретится светловолосый юноша, с которым их вчера так резко разлучили. Юноша, с которым ей очень и очень нужно было поговорить, раскрыться перед ним до того, как он окончательно согласится бежать с ней. Но с другой стороны, она замирала при виде каждого встречного, желая не сталкиваться сейчас с Лэнгдоном и выиграть время на раздумья. В глубине души Вай боялась, что, выслушав её, Тейт не сможет понять и принять… И этот страх мешал ей рассказать парню о том, что преследовало её уже вторые сутки. Может, будет легче, если она ничего не скажет? И вообще, как можно доверять запутанным мыслям и кадрам из прошлого? Вдруг, это лишь глупый ночной кошмар, который слишком сильно врезался в голову, и теперь воспринимается, как реальные события? А вдруг и сам Лэнгдон попал в больницу, потому что совершил что-то плохое? Вдруг это был не просто приступ психоза? И само общение с этим молодым человеком – серьёзный риск, не говоря уже о том, чтобы открывать ему такие подробности о себе и надеяться на совместный побег… Девушка нахмурилась и одернула себя. «В этом маленьком мирке больницы Грейт-Фолс всё неправильное становится привычным, а все Реальное и Мнимое безумие маскируется под Скрытое… Так ли важно, что он натворил, если я уже сомневаюсь в своей собственной невинности? Вспомни, Вайлет, вспомни ту кровь на своих руках и подумай хорошенько, прежде чем делать выводы…» Самой идти к нему в палату казалось Вай глупой идеей. Поэтому девушка отбросила эту мысль в сторону. Ничего не оставалось, кроме как пойти в свою палату, тем более, сейчас как раз должны были принести вещи из стирки. ____________ 11:01 Хармон застыла у окна своей комнаты, сжимая пальцами подол свежевыстиранного платья, и никак не могла пошевелиться. Наблюдая за теми, кто уже вышел на прогулку, чтобы порадоваться теплому весеннему дню, девушка желала присоединиться к ним, но никак не могла выбраться из лабиринта своих мыслей, которые ввели её в оцепенение. «Сейчас. Сейчас я пойду…» Из мыслей девушку вырвал стук в дверь, следом за которым в палате появился тот, кого в данный момент Вай никак не ожидала в гости. – Вижу, ты «получила» моё послание о том, что я приду, – парень усмехнулся и нагнулся, подняв с пола листок бумаги. Девушка удивленно вскинула брови, подойдя ближе и приняв лист из рук Тейта. Она сглотнула, стараясь не смотреть Лэнгдону в глаза, чувствуя на себе его прожигающий взгляд, и только с третьего раза вникла в написанное. Видимо, он подсунул листок под дверь ещё с утра. И как она не заметила? – В следующий раз нарисую плакат, – хихикнул парень. – Хотя…. тем оно лучше, неожиданный визит всегда приятнее, не так ли? – голос звучал довольно весело, отчего самой Вайлет стало немного легче и спокойнее. Вот он. Она ждала встречи. Она получила её. И… рада. Да, определённо. – Нужно поговорить, – Вайлет не ответила на риторический вопрос юноши и, переведя тему, старалась говорить непринужденно, словно её ничего не беспокоит, чтобы не пугать Тейта раньше времени. Если его вообще возможно напугать чем-либо. – О побеге? – тихо спросил Тейт, мягко улыбнувшись. Вайлет сжала зубы и слабо кивнула. «Конечно… О побеге… Да скажешь ты ему или нет?». Её решительность, которую она кое-как собрала, зыбким песком потекла сквозь пальцы, когда Вай смотрела в кофейно-черные глаза и видела в них доброту. Девушка молчала, желая еще немного погреться от этого огонька в зрачках Лэнгдона, боясь, что после предстоящего разговора он погаснет. – Хорошо, – Тейт развернулся к выходу, – это очень кстати. Я как раз кое-что запланировал. Но поговорим позже. Здесь много лишних ушей, зато вечером, тем более в воскресение, персонала будет мало. А сейчас иди за мной. Блистая очаровательной улыбкой, Лэнгдон подтолкнул Вайлет, которой стало немного легче от осознания того, что беседа отсрочена, к двери. Не обращая внимания на её озадаченное выражение лица и попытки задавать вопросы, он стремительно вёл её на первый этаж, к выходу из больницы. – Я понимаю: отвечать на вопросы не в твоём стиле, однако, я всё же хотела бы знать, куда несет нас нелегкая, – скептически подняв одну бровь, Вай пыталась поймать взгляд Тейта, но он только смотрел вперед и загадочно улыбался. Направляясь к выходу на улицу, девушка покосилась на охранника, который, как всегда поднял любопытные глаза, отрываясь от чего-то «важного» на своём рабочем столе. Иногда Хармон казалось, что он никогда не выходит из своей комнатки, а лишь с интересом наблюдает за всем, что происходит вокруг, словно он на экстремальной экскурсии помещен в клетку в открытом море, которая защищает его от кровожадных акул, плавающих поблизости. – Если ты хочешь отсюда сбежать, тебе нужны полезные связи, – тихо сказал Тейт. – О, у меня уже есть несколько, – мрачно усмехнулась Вай. – Этого мало, – Лэнгдон посмотрел на девушку так, словно он собирается стать её агентом и продвинуть в шоу бизнесе. Вай невольно издала смешок, отмечая про себя, что рядом с ним ей и правда становится легче. Юноша открыл перед ней тяжелую входную дверь. В следующий миг в лицо Хармон дунул свежий теплый ветерок, отбросив назад её волосы. Спустившись по ступенькам вниз, девушка шагнула на аллею и закрыла глаза. Атмосфера весны вдруг навеяла какие-то приятные воспоминания. Вайлет не могла выхватить из разума хоть какой-то осмысленный кадр, но чувство блаженства и светлой радости наполнило душу девушки так же, как мягкий апрельский воздух заполнил её легкие. Она никак не могла надышаться этим спокойствием, на миг позабыв обо всем, что её беспокоило. Но это не может длиться долго, и сердце Вай снова упало. Холод внутри - отрезвляющий, очень похожий на смерть... Почувствовав на себе пристальный взгляд, Вайлет открыла глаза. Тейт стоял рядом, разглядывая её как редкий экспонат на экскурсии в Лувре. Хармон сжала губы, ожидая от парня слов или действий. – Смотри, вот ты вышла на улицу, и тут же появилось солнце, – сказал он вдруг так легко и беззаботно, будто они на обычной прогулке в одном из городских парков. – Оно… просто вышло из-за облаков, – Вай пожала плечами, чувствуя в теле приятное напряжение от слов парня. – Да, но до этого его не было несколько дней, – улыбнулся он, надеясь, что через несколько минут лицо девушки не будет таким несчастным. Он только не мог понять, что её беспокоит и стоит ли в это углубляться, или лучше заставить Вайлет отвлечься и забыть. Но даже если выбрать второе, Тейт знал, что избегание - не решение проблемы... Лэнгдон отвел взгляд и кивнул головой в сторону, давая понять, в каком направлении идти. Следуя за юношей, Вайлет пыталась угадать, что же за знакомство ей предстоит и насколько оно будет полезным. Что этот новый знакомый может сделать для того, чтобы они беспрепятственно покинули психушку? И насколько ему можно доверять? Выражение лица Хармон становилось всё более удивленным по мере того, как они с Тейтом двигались по аллее к воротам, через которые осуществлялся въезд на территорию больницы. Логично, что там же был и выход за её пределы. «Решил познакомить меня с охраной?» Но вместо того, чтобы отвести Вайлет к будке охраны, Лэнгдон свернул налево и зашел за неё, пробираясь между низких кустарников по узкой тропинке ближе к бетонному забору. – Чёрт возьми! – крикнула Вайлет и отскочила в сторону, когда неизвестно откуда на неё набросилась огромная, похожая на овчарку, дворняга, рыча, громко лая и скаля большие белые зубы. – Хэй, Саншайн, а ну прекрати! – строго воскликнул Тейт, хватая собаку за ошейник, после чего она тут же успокоилась и завиляла хвостом. – Как тебе не стыдно? Разве так встречают гостей? – Это и есть твои полезные знакомства? – пытаясь отдышаться, спросила Вай. – Помесь овчарки с динозавром? Она меня чуть не проглотила, – усмехнулась девушка, даже не заметив, как испуг вытеснил из головы мрачные мысли. – Да, познакомься, это Саншайн. Видишь, как она реагирует на чужаков? Если будешь своей, она не устроит шум, когда надумаешь бежать, – парень повернулся к Вайлет, в изумлении замершей на месте. – Вот, стащил из столовой. Угости её, – он улыбнулся, успокаивающе смотря девушке в глаза, и протянул небольшой свёрток пищевой фольги, который вытащил из кармана. – Только оставь немного для Пирожка. – Для кого? – нервно засмеявшись, Вай взяла фольгу и развернула её, обнаружив кусочки колбасы. – Да, его так зовут. Это мой приятель, – гордо проговорил Тейт, оглядываясь по сторонам, – ну, чего ты ждешь? – усмехнулся юноша. Хармон взяла один кусочек лакомства и, осторожно подойдя к Саншайн, протянула его ей. Понюхав подношение, собака мигом смела его с ладони Вайлет, оставляя на ней мокрый след от красного языка. Девушке стало щекотно, и она тихонько засмеялась. – Вот и познакомились, теперь нужно найти этого проказника, – воодушевленно сказал Лэнгдон и свистнул, подзывая по имени этого загадочного Пирожка. Из кустов вылетел довольно крупный лабрадор со светлой кремовой шерстью, уши его свисали и при беге смешно подпрыгивали. Пирожок, счастливо виляя хвостом и высунув язык, галопом подскочил к Тейту и положил передние лапы ему на плечи, чуть не снеся юношу с ног. Вайлет снова засмеялась и удивленно приоткрыла рот, видя, что, стоя на задних лапах, пёс был практически одного роста с Лэнгдоном. – Привет, дружище! – весело смеясь, парень начал трепать Пирожка за уши и пригладил торчащую шерсть. – О, да вы похожи, – хихикнула Вай в кулак, и погладила по голове Саншайн, которая вертелась вокруг неё, ожидая новых угощений. – И кто им придумал такие клички? – Угадай, – озорно улыбнувшись, Тейт с трудом убрал лапы пса со своих плеч. – Ты? – девушка насмешливо вскинула брови. – Первая попытка провалилась, попробуй ещё. – Ммм… Может, Люси Голд? Та медсестра блондиночка, – хмыкнула Вай, – такие идеи в её духе. Девушка невольно отступила назад, когда Пирожок подлетел и к ней, но он, получив свою порцию колбасы, тут же убежал в сторону, чтобы насладиться ею сполна. – Так-так-так, – медленно проговорил Тейт, растягивая губы в ухмылке, – кто-то недолюбливает медсестричку с кукольным личиком? – А кто-то по ней сохнет? – съехидничала Вайлет, отдавая еще один кусочек лакомства Саншайн, которая тут же убежала за своим другом. – Ну, если бы мне нужно было лёгкое увлечение на одну ночь… – О нет, избавь меня от подробностей, – Вай сморщилась и отвернулась, чувствуя в душе какое-то неуютное покалывание. «Это ещё что такое? Ревнуешь?» – спросила девушка сама себя и сглотнула. – Что ты сказала, я не расслышал? Подробности? Хочешь подробностей? – Тейт издал смешок, когда Хармон с укоризной взглянула на него. – О, я прямо вижу, как твоя неприязнь к ней после моих слов выросла в десятки раз, – довольно сказал молодой человек. – Расслабься, она не в моём вкусе. – С чего ты взял, что мне есть до этого дело? Просто не люблю слушать детали из чужой личной жизни, – стараясь изобразить безразличие, Вайлет даже сама себе не поверила. – Хочешь сказать, тебе было бы всё равно, если бы я к ней подкатывал? – хитро сощурив глаза, Тейт подошел ближе к девушке. – Причем тут я? Твоя жизнь - твоё право делать, что хочешь, – голос Хармон становился тише по мере приближения Лэнгдона. Сердце её в панике заметалось по грудной клетке, пытаясь понять, что происходит. – Но я ведь тебе нравлюсь? – тихим низким голосом проговорил юноша, заставляя Вай застыть без движений с широко распахнутыми глазами. – Что? – Что? – Повтори, что ты сказал, – девушка и правда подумала, что ослышалась, но взгляд парня доказывал ей обратное. – А что я сказал? – Тейт изобразил на лице невинность и недоумение и, взяв из рук Вайлет угощения, подозвал к себе собак. Девушка не могла сказать и слова, не могла пошевелиться. Нет, она определенно слышала его слова. Но вдруг это снова было лишь то, что она хотела слышать? Но почему хотела? «О, черт… Только этого мне не хватало...» – Это Мелисса, – сказал вдруг Лэнгдон. – В смысле? – всё ещё не оправившись от действий юноши, Вай не могла сосредоточиться на происходящем. – Она придумала собакам клички. – Ну, точно, как же я сразу не догадалась, – улыбнулась Вайлет, вспоминая милую девчушку. – Это всё потому, что у кого-то в голове слишком много лишнего, – хихикнул парень. – Хэй, – наигранно возмутилась девушка, – не всем же быть миловидными и безмозглыми. – Грубиянка. Я передам Люси, как ты её «любишь», – Тейт пригрозил Вай указательным пальцем, а она прыснула от саркастичного смеха. – Когда забредешь к ней на ночь ради легкого увлечения? – съязвила Вайлет, но ей стала неприятна мысль о том, что это может случиться. Девушка отвернулась, понимая, что она слишком бурно реагирует на то, что Лэнгдон упоминает эту особу. – Пирожок, а ну, покажи ей, что бывает с такими противными девчонками. Молодой человек подтолкнул пса к Хармон, а тот радостно помчался на неё, желая осуществить с ней тот же трюк, что и с Тейтом и положить свои лапы ей на плечо. Но вместо того, чтобы устоять на ногах, Вайлет, взвизгнув, повалилась на землю, смеясь и жмурясь оттого, что Пирожок начал облизывать её лицо. – Ха-ха, перестань, ну же, всё, я сдаюсь, – звонкий смех полился из уст девушки, услышав его, Лэнгдон засиял радостной улыбкой. – Ты права, мы с ним определённо похожи, – загадочно произнес парень. – Сними его с меня! – воскликнула Вайлет, не расслышав его реплики и не переставая смеяться. Тейт позвал пса, но тот не откликнулся, тогда парень подошел и обнял его за шею, чтобы оттащить от девушки, но Пирожок так разыгрался, что повалил юношу рядом. Тут же присоединилась Саншайн. Парень с девушкой играли с собаками, бросая им палки и бегая от них, болтали обо всём и ни о чём одновременно, смеясь, выкидывая шутки, подтрунивая друг над другом. Вайлет отвлеклась от всех мыслей и переживаний и даже не задумывалась над тем, когда ей в последний раз было так весело и легко. И хорошо, что не задумывалась, иначе вспоминать пришлось бы очень долго. Закончилось веселье, только когда ребята осознали, что опаздывают на обед. Договорившись встретиться в столовой, они разошлись по палатам, чтобы как-то привести себя в порядок после возни и игр с новыми друзьями. Вайлет вспоминала моменты веселья и смех Тейта и с улыбкой смотрела на пыльное платье, которое недавно было абсолютно чистым. Но улыбка постепенно сходила на нет, а сердце снова сжималось от жуткого холода, так как, завидев, что на горизонте нет блондина, забирающего печаль этой девушки, кровавые монстры накинулись на неё с новыми силами… ______________ 14:03 Пройдя через тяжелые двери столовой, Вайлет наткнулась на Мойру, которая выглядела озадаченной. Они перекинулись парой слов, и О’Хара поспешила к Глории, так как у той появилось свободное время между многочисленными процедурами и отдыхом в палате. Вайлет пожелала девушке удачи, пообещав придти к ней в палату, как обычно перед отбоем. Повернувшись и осмотрев столовую, Хармон замедлила шаг, так как увидела за своим привычным столом светловолосого парня. Она не ожидала, что он будет ждать её именно там, ведь обычно они с Мойрой сидели на этом месте, а это значит… Девушка стремительно направилась к Тейту. – Что случилось? – спросила она, садясь за стол. – Мойра выглядела как-то странно… – Я рад, что у тебя такая заботливая подруга, – как-то слишком грустно улыбнулся юноша, держа двумя руками стакан с соком, не отрывая от него глаз. – Ты разве не собираешься есть? – Не отходи от темы. Что случилось? – Вайлет, подумай сама, что может случиться, когда твоя подруга видит в окно, как я веду тебя невесть куда? С моей-то репутацией… – Тейт поднял уголок губ и отвернулся. Девушка закусила губу, пытаясь придумать, что сказать в ответ. Да, Мойра конечно беспокоилась, учитывая то, что Вай говорила ей, что Лэнгдон больше к ней не подойдёт. Да и пока он был в изоляторе, они избегали этой темы в своих беседах. Но теперь Тейт здесь, рядом с Вайлет. Ближе, чем могла представить даже она сама. – Я поговорю с ней, она просто переживает за меня. – Всё правильно, я бы на её месте тоже переживал. И если честно, сейчас переживаю… – исподлобья взглянув на девушку, низким загадочным голосом произнес молодой человек. Хармон застыла, не моргая. Тейт тут же засмеялся, двигая свой стул ближе к столу. – Да успокойся, я всего лишь хочу, чтобы ты поела, – с довольной улыбкой сказал парень. Издав саркастический смешок, Вайлет поднялась со стула и направилась за подносом. _____________________ 20:38 Вивьен провела с дочерью около пары часов перед ужином, рассказывала о том, как дела на работе, о том, что отец очень переживает за Вайлет, но девушка упрямо не желала видеть его, хотя в глубине души осознавала, как ей не хватает её старого доброго и иногда вредного Бена… Из всех сил стараясь не показывать своё настроение матери, Вай внимательно рассматривала её, пытаясь понять, скрывает ли она что-либо от своей дочери или на самом деле не знает ничего, что могло бы довести её до такого отчаянного шага, как самоубийство. Зато самой Вайлет теперь казалось, что что-то всё же могло... Девушка смотрела на маму и думала о том, как же удобно просто воскликнуть: "дочка, зачем?", и продолжать верить в то, что всё не серьезно, что это был порыв подросткового максимализма, протеста против мира и прочей ерунды, которой взрослые любят описывать проблемы своих растущих детей. На каждый возраст находится свой кризис, который оправдывает буквально всё: от девиантного поведения до самоубийства... Как удобно... Вайлет сидела на полу, облокотившись спиной на кушетку и склонив голову назад, затылок её упирался в жесткий матрас. Она закрыла глаза и уже не желала думать обо всём, что непрестанно крутилось в её голове. Хармон пыталась опустошить мысли, опустошить всю себя, приготовив сосуд своего тела для музыки. Из магнитофона лилась легкая расслабляющая мелодия, голос девушки, исполняющей песню был приятным и спокойным, она лениво растягивала слова, словно пела из последних сил, как будто устала от негатива окружающего мира, безжалостно заслонившего солнце. Вайлет попыталась представить, как выглядит певица. На душе от песни почему-то стало совсем спокойно, хотя она прекрасно знала, что с минуты на минуту дверь откроется, и вместе с ней в кабинет музыкотерапии войдет правда, что Вай собиралась поведать юноше, образ которого не покидал её голову ни на минуту. «Я ведь тебе нравлюсь?» Эти слова, вспомнившиеся ей неожиданно, не были ею придуманы, как всё же решила девушка. Тейт действительно их произнёс. И именно поэтому Хармон сопротивлялась сама себе, не хотела поддаваться его чарам, которые, приходилось признать, имели на неё влияние. Но Вайлет не могла такого допустить. Хотя, со здравым смыслом так сложно бороться… Особенно когда… – Хэй, я смотрю, ты медитируешь? – особенно когда раздаётся этот голос. Голос с такой веселой интонацией. С такими чарующими нотами. Хармон открыла глаза. Парень подошёл к ней, приземляясь рядом на пол возле кушетки. – Куда ты ходил, может, скажешь уже? – Вай вопросительно взглянула на парня. Глаза его блестели и заинтересованно разглядывали лицо девушки. «Ухх… Всё очень плохо. Вайлет, перестань пялиться, думай о деле», – одернула саму себя девушка и тут же отвернулась, уставившись на плакаты на противоположной стене. – Выполнял важную миссию, – заговорщически проговорил парень, что-то протягивая Хармон так, будто за ними следят. – Снова воруешь продукты? И как тебе не стыдно? – изобразила Вай возмущение, принимая из рук Тейта вчерашние пирожные твинки. – Ловкость рук и никакого мошенничества, – улыбнулся юноша, заглядывая девушке в глаза, но она старательно прятала их за ресницами. Развернув обертку, Вайлет неподвижно смотрела на лакомство и чувствовала, как горит её плечо, с которым соприкасалось плечо Тейта. Дыхание предательски сбивалось, как она ни старалась его контролировать, а нужные слова, так тщательно подобранные ею для парня, провалились куда-то в пропасть сознания. Лэнгдон вдруг взял руку Вай, в которой она держала пирожное, и наклонился к ней, откусывая сладость. Девушка вскинула брови, встречаясь взглядом с черными глазами. Тейт растянул губы в улыбке, облизнув их от крошек. – Так намного вкуснее, – объяснил он и снова облокотился спиной о кушетку. Хармон подавила желание выдохнуть, так как музыка замолчала, и было слишком тихо, а она не хотела, чтобы парень слышал. Осторожно освободив оставшуюся часть пирожного от обертки, Вай, заливаясь краской, протянула кусочек Тейту, но вместо того, чтобы взять его руками, он снова наклонился, слегка коснувшись губами пальцев девушки, отчего она чуть не выронила то, что держала. Но юноша успел вовремя и уже сидел, довольно жуя мучное изделие, не отрывая взгляда от смутившейся Вайлет. – Попробуешь? – предложил Лэнгдон, беря очередное лакомство, чтобы открыть упаковку. Девушка отрицательно покачала головой, понимая, что он собирается её кормить. – Я уверен, тебе понравится, – томно улыбнувшись, Тейт уже протягивал пирожное. Казалось, от головокружения и смущения, в глазах Вайлет померк свет, она готова была вскочить и убежать как можно дальше, чтобы придти в себя и восстановить дыхание. Как будто кислород кончался по мере того, как молодой человек приближался к ней. Наконец, решившись, Хармон приоткрыла рот, тут же чувствуя на губах мягкое пирожное. Тейт заворожено смотрел на то, как щеки девушки розовели, делая её ещё более милой и живой, так как вечно бледная кожа её иногда казалась чуть ли не прозрачной. Помимо этого, парень не мог оторвать глаз от её алых губ, с которых она пальцами поспешно пыталась убрать крошки, хотя получалось плохо, ведь руки её дрожали, и Вай приходилось прятать их в рукавах своей кофты. Когда с пирожным было покончено, Лэнгдон окончательно забыл обо всём на свете, лишь снова прокручивая в голове события последних нескольких минут. Прикосновение его губ к нежной коже её хрупких пальцев, растерянный взгляд Вайлет, её розовый язычок, которым она медленно проводила по своим губам – Тейт готов был вечно наблюдать за ней, и он уже чувствовал, как сложно сдерживать свои эмоции и желания, но старался изо всех сил. – Спасибо, – хрипло проговорила Вайлет, уже желая стукнуть себе по лбу из-за того, что у неё такой голос. Но для Лэнгдона это было музыкой. Он хотел всегда слышать её голос и смех… – Повторим как-нибудь? – бодро сказал юноша, глядя на Вай из-под ресниц. – Я посмотрю на твоё поведение, – ответила она, изо всех сил стараясь не показывать, как сильно её окутала истома. – Ну, так что, может, наконец, поговорим? – А ты нетерпелива, – усмехнулся парень. – Значит, ты правда готова убежать со мной? – Тейт стал серьёзнее, а сладкая дымка вместе с этим как будто выветрилась из сознания обоих. – Готова. Думаешь, я вчера в ребусы играла? Нет. Я говорила серьёзно. Я не боюсь тебя, помнишь? Лэнгдон усмехнулся, подтягивая к себе колени и сложив на них руки в замок. – Бывает, всё меняется, – сказал парень, и слова эти эхом отразились в голове Вайлет. – Что ты имеешь в виду? – выдавила она из себя, понимая, что он прав: именно сейчас всё может измениться. Тейт молча улыбнулся, опуская взгляд на свои скрещенные пальцы. Костяшки их побелели, так сильно он сжал кулаки. – Слишком много недосказанности, – тихо сказала Вайлет. – Нам нужно избавляться от этого, если мы хотим согласованно работать, чтобы бежать. И… – девушка прервалась, не найдя в себе сил продолжить свою мысль: рука Лэнгдона уже сжимала её ладонь, юноша внимательно разглядывал каждую клеточку её лица, словно хотел, чтобы образ Вай отпечатался в его сознании навсегда. Тейт не мог оторваться от неё, парня тянуло к этой хрупкой, на первый взгляд беззащитной девушке. Но он точно знал, что Вайлет лишь кажется милым, безобидным зверьком: внутри неё бушевала неуёмная энергия, и эта юная леди способна на многое на пути к свободе, которая была для неё так важна. Вольная птица, крылья которой жестоко подрезали. А была ли она когда-либо в клетке? Принадлежало ли её сердце кому-нибудь, или он правильно думал – всё это ново для этой девушки? Он хотел раскрыть перед ней границы, жаждал раз и навсегда забрать у неё смущение от его прикосновений, доставляя ими лишь удовольствие. Он не желал ждать. Не мог. Такое томление было выше предела его терпения. Еле оторвав взгляд от пурпурно-вишневых губ, Тейт убрал ладонь с ледяной руки Вай. – Вайлет… – Да? – Раз уж мы заговорили о недосказанности. Ответь мне на один вопрос… – Как тактично, – усмехнулась Хармон. – Ты всё тот же человек, который бесцеремонно забрал себе моё имя? Или всё же ты не договариваешь и у тебя раздвоение личности? Тейт тихо засмеялся, опуская взгляд. Покачав головой, парень снова посмотрел на Вайлет. – Скажи, у тебя есть парень? Был когда-нибудь? – Ну вот, началось… Я же серьёзно… – Эй, я серьезно спрашиваю. Сжав зубами нижнюю губу, Хармон ругала себя за то, что не может контролировать теплые приливы к низу живота, возникающие от действий Лэнгдона. – Я не помню. Скорее всего, нет. – Почему ты так думаешь? Ты же не помнишь? – улыбнулся Тейт. – О, я имею в виду… Ну, знаешь… Новые отрывки памяти периодически всплывают. Думаю, если бы я испытывала какие-либо чувства к кому-то, то определенно уже должна была вспомнить. – Может… Тебе нужно помочь… – взглянув на девушку из-под ресниц, Тейт снова посмотрел на её губы. – Что ты подразумеваешь под этим? Проведешь сеанс гипноза? Джулия вот, отказалась… Но ты, наверное в этом профи – с сарказмом ответила Вайлет, отворачиваясь в сторону, задержав свой взгляд на одной из парт, стоящих неподалеку. – Да, есть у меня пара приёмов. Джулия так точно не умеет, – загадочно проговорил Тейт. Девушка повернула к нему голову, подняв брови. Он весело улыбнулся и посмотрел прямо перед собой. Вайлет тоже отвернулась. Наступила тишина, в которой Хармон четко различала дыхание Тейта и своё сердцебиение. Боковым зрением заметив, что парень снова смотрит в её сторону, Вай осторожно взглянула на него, сглотнув от нахлынувшего волнения. В этот момент она уже не помнила о своих сомнениях и беспокойствах, об осторожности, об обсуждении побега, а только не моргая смотрела в черные горящие глаза. Тейт усмехнулся и, в последний раз взглянув в сторону, резко приник к губам Вайлет своими, приложив руку к её холодной щеке. Не прошло и нескольких секунд, как юноша отстранился, снова садясь в прежнее положение, разглядывая плакаты, висящие на стене. – Ну что, вспомнила? – спросил Тейт, игриво улыбаясь. – Зачем? – Вайлет была в шоке, не осознавая до конца, что сейчас произошло, сердце её неистово колотилось в груди, лишая самоконтроля. – Зачем ты сделал это? – Хотел помочь вспомнить, ну так что, подействовало? – Н… Нет. – Отлично, значит, никого не было, – довольный собой, Тейт широко улыбнулся. – Не делай так больше, – тихо сказала Вай, сжимая рукава. – Ты говоришь мне это после того, как вчера лежала на моей кровати, послушно ожидая, пока я разденусь? Тебе не кажется, что эти слова должны были прозвучать тогда? – издав смешок, юноша не отводил пронизывающего взгляда от Хармон. – Я лишь убедилась в том, что ты мне не навредишь. Но это… К чему это? – Ты же умная девочка, подумай сама. Вайлет молча смотрела на Лэнгдона и не знала, насколько правильны её догадки. Только говорить о них вслух ей не хватало духа. Точнее, воздуха. Молодой человек придвинулся ближе, уголки его рта поднимались выше, образовывая дерзкую улыбку. – Знаешь, почему ты сейчас со мной? И почему почти не сопротивлялась, ни вчера в палате, ни сейчас? – выждав паузу, он продолжил. – Потому что тебе это нравится, – томно прошептал Тейт. Послышался звонкий саркастический смех, Вай закатила глаза, но когда снова взглянула на юношу, затихла, так как выражение его лица не поменялось. Он был крайне уверен в том, что говорил. – Чушь. Ты слишком много о себе возомнил, – произнесла девушка, улыбаясь уголком своих алых губ. – Эй, думаешь от меня отделаться? – сверкнув глазами, спросил парень. – Поздно. Теперь у меня твоё имя и поцелуй. Знаешь, что будет дальше? – Да пошел ты к черту! – Вайлет вскочила, щеки её загорелись. Тейт встал следом. – Что? О чем это ты подумала? Уже в который раз, Вайлет… – с лукавой улыбкой, молодой человек приблизился к девушке. – Давай, колись, что там возникло в твоем развращенном разуме, ммм? – Вопрос в том, что возникло в твоем? – попыталась перевести стрелки Вайлет, сложа руки на груди, закрываясь таким образом от Лэнгдона. – О, об этом тебе лучше не знать, – парень издал смешок и, сделав вид, что всё так и должно быть, поднял с пола обертки от пирожных, чтобы выкинуть их в урну. Вайлет сорвалась с места, миновала парты и направилась к двери. Она не хотела встречаться с глазами Тейта, пока не возьмет себя в руки. Они только вчера снова начали общаться, а он уже успел столько всего сделать. И самое неожиданное для Вай было то, что, как бы ей этого ни хотелось, а точнее, как бы она этого ни опасалась, Лэнгдон был прав. Ей понравилось. И, всё ещё ощущая на своих губах вкус и след поцелуя, не успевшего остыть, даже не смотря на его непродолжительность, девушка чувствовала, как внутри неё разгорался довольно приличный костёр. Стоит подлить немного масла, и пожар будет неизбежен. Такое было с ней впервые. И амнезия не помешала Хармон сделать данный вывод. – Я думал, ты хотела поговорить, – от звука голоса позади неё, Вайлет вздрогнула, не ожидая того, что Тейт так скоро догонит. – Ох… Да… Я что-то… Задумалась, – запустив пальцы в волосы, чтобы откинуть их назад, Вай двинулась по коридору. – Лучше завтра. Я неважно себя чувствую. Молча, они поднялись на третий этаж, и Лэнгдон довёл Хармон до её палаты. Замерев у самой двери, Вай закусила губу и стояла, не двигаясь. Она все еще не могла совладать с собой и рассказать Тейту всё, как на духу. После этого глупого поцелуя это казалось в десятки раз сложнее… – Вайлет? Ты в порядке? Может, мне позвать кого-нибудь? – Д-да, нет, всё хорошо, – как можно бодрее ответила она, но всё равно запнулась. – Наверное, нужно лечь спать, слишком много мыслей было в моей голове, – пробормотала девушка себе под нос, понимая, что он сейчас уйдет, и все ужасы снова вылезут из самых темных углов её палаты, не давая уснуть, и будут безжалостно карябать изнутри стенки её сердца своими острыми когтями. – Я надеюсь, что ты хоть немного отвлеклась от них? – Тейт пытался поймать взгляд Вай, но она смотрела себе под ноги. – Да. Думаю, да, – Хармон вздохнула. – В чём дело? Ты уверена, что всё хорошо? – Нет, – еле слышно ответила Вай, чувствуя, что больше не может сдерживаться. – Что такое? – голос юноши дрогнул. Но он готовил себя ко всему, что она могла ему сказать. – Я боюсь, Тейт, – сказала вдруг Вайлет, и лицо её перестало быть невозмутимым. Казалось, ещё немного, и плотина прорвётся, выпуская наружу все переживания девушки. – Но чего? Нет, я не поверю, ты не можешь, – слабо улыбнулся парень, стараясь подбодрить Хармон. – Ты ничего не боишься, помнишь? Ты сильная, Вайлет. – Я думала, что ничего не боюсь, – голос Вай становился всё выше, она опасалась, что не сдержит слёз, но боролась с собой. – Я боюсь себя, – прошептала она, закрывая лицо руками. – Почему? – участливо погладив девушку по плечу, спросил молодой человек. – Тейт, сколько у тебя было приступов? Как проявляется твой психоз? – вдохнув глубже и резко убрав руки от лица, вымолвила Вайлет. Тейт нахмурил брови и, схватив девушку за руку, мгновенно затолкнул в палату, захлопнув за собой дверь. – Ты… Я знаю, зачем ты спрашиваешь, – Лэнгдон выглядел обеспокоенным и напряженным. – Ты думаешь, то, что произошло с тобой, когда Рассел пристал к тебе, было именно… – Да, – губы Вай задрожали. – Я пыталась сказать тебе... Потом решила, что не стоит. Но это слишком давит на меня, я не знаю, что делать, не знаю, кому верить! Скажи мне, пожалуйста. – Понимаешь, – парень явно не ожидал такого разговора, он запустил руку в волосы и опустил глаза к ногам. – Их было не так много, как ты можешь подумать… – Как это происходит? – потребовала ответа девушка. – У всех по-разному: дикая радость, детское поведение, неконтролируемый смех… – Тейт, если бы мне нужно было знать теорию, я бы обратилась к литературе. Ты же знаешь это на практике. Что было у тебя? Прошу, ответь, для меня это важно! – Ярость, – коротко сказал Тейт, смотря Вайлет прямо в глаза и наблюдая её реакцию. – Я не помнил себя, не понимал, что делаю. Вот и всё. Девушка не отрывалась от глаз молодого человека и что-то тщательно обдумывала. Что произошло? Почему он испытывал такую ярость, что не понимал своих действий? И что такое он сделал? Лэнгдон сделал шаг ей навстречу, а она застыла на месте, не зная как распутать клубок мыслей и догадок в голове. – Тейт… Хармон подняла глаза к верху, чувствуя, что они наполняются слезами. Она не должна плакать. Нет. И зачем она вообще затеяла этот разговор? Неужели она всё же осмелится рассказать? Вдруг они похожи больше, намного больше, чем кажется? В таком случае, он сможет понять её. Сложив руки на груди, Вай закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов. Предательская слеза потекла по щеке. Вдруг девушка почувствовала мягкое прикосновение к своему лицу. Открыв глаза, она обнаружила, что Тейт стоит теперь ещё ближе, чем когда-либо. Он одним легким движением смахнул слезинку с щеки Вайлет и с сожалением рассматривал её лицо. – Если ты здесь сейчас говоришь со мной об этом, значит, ты действительно готова довериться мне, – тихо вымолвил Тейт, смотря в каре-зеленые глаза. Вайлет замерла. Сердце затрепетало, но разум не знал, как соглашаться со словами парня. Лэнгдон положил ладонь девушке на плечо и плавно провел ею ниже до предплечья. Он высвободил её сложенные крест накрест руки и взял оба запястья, согревая их своим теплом. – Я здесь. И буду защищать тебя, как сделал это вчера, как делал с того момента, как впервые тебя увидел. Я сожалею о том вечере в подвале, и о том, что заставил тебя испытать. Но я готов искупить вину. Что-то гнетет тебя, не только те галлюцинации с кровью, так ведь? Если ты сможешь довериться мне, я сделаю всё, чтобы помочь. Даже если не доверишься… Я всё равно буду рядом. Что бы ни случилось. Только позволь… «К черту!» Вайлет вдруг обхватила шею Тейта двумя руками и обняла его, крепко зажмурив глаза. Молодой человек растерялся и приоткрыл рот, но тут же пришёл в себя и сомкнул руки на талии девушки, поглаживая её спину, чувствуя, как она вздрагивает от слёз. Она знала, что только наивные могут купиться на такие речи, но искренность в глазах парня и её беспомощность заставили её выпустить, наконец, эмоции наружу. Она хотела, чтобы всё это было правдой, ведь даже врач, которому она доверяла, подорвала это доверие своей скрытностью, а подруга решила, что у Вай мания преследования... И теперь единственным, кому Хармон готова была открыться, оказался парень, с которым ещё неделю назад она и видеться не хотела. Тот, кто защищал её. Тот, кто веселил и отвлекал от мрачных мыслей. Тот, кто забрал её первый поцелуй… – Тише, успокойся, – услышала над ухом Вайлет и почувствовала облегчение. Хармон отстранилась, чувствуя неловкость. – Прости. – За что? – улыбнулся Тейт. – Я не сдержалась, нужно лучше себя контролировать. – Если ты про объятия, то было неплохо, я бы повторил, – парень взглянул на Вай из-под ресниц, но она, даже чувствуя желание улыбнуться, не смогла сделать этого в полной мере. Изучая лицо девушки, Лэнгдон нахмурился. – Если ты думаешь, что у тебя был психоз, то я уверен, ты ошибаешься. – Тогда что это было? Ты видел меня? Мне же мерещилась кровь! – Я уже сказал тебе, это был шок… или что-то наподобие. – Я бы очень хотела верить в это. Но боюсь я не поэтому. Я уже привыкла к сумасшествию и безумию. Ты прав. Есть ещё кое-что. Вайлет стала ещё мрачнее, чем была до этого. Теперь ей предстояло самое сложное. – Тогда в процедурном... Когда я говорила… Что убила кого-то… Я не имела в виду этого санитара, – сглотнув, девушка подняла глаза на парня, боясь увидеть в них страх или отвращение. Но Вай встретила только сочувствие и обеспокоенность. – Тогда что ты имела в виду? – спросил, наконец, Тейт после небольшой паузы. – Я думаю, что это воспоминание, что я… Убила человека. Наступила тишина. Лэнгдон замер, смотря на Вайлет. Он будто не поверил своим ушам и глазам. В такое невозможно было поверить. Данная новость казалось полнейшим абсурдом. Увидев замешательство Тейта, девушка развернулась и подошла к окну. Что, если после того, что он услышал, парень оставит её? Только сейчас Вай поняла, что дни, проведенные без него, были пустыми и тяжелыми. Она осуждала его за наказание Лэни, а сама является убийцей? Да, просто замечательно. И почему он всё ещё здесь? – Стоп, Вайлет, давай по порядку. Ты уверена, что это воспоминание? – Хочешь сказать, это тоже шок? – мрачно усмехнулась Вай, оборачиваясь на юношу. – Я хочу сказать, что помню твои упоминания фильмов. И их роль в твоём воображении. – Слишком реально, чтобы быть кадром из фильма. – Если ты перестанешь внушать себе это, возможно что-то изменится. Твоя память сейчас не контролируется тобой до конца, ты должна понимать, что некоторым вещам верить не стоит. Например, таким абсурдным, как эта. Хармон опустила взгляд, кусая губу. «Может, он прав? И я в состоянии аффекта приняла… желаемое за действительное? Хах, «желаемое», очень смешно… Ведь, пока я не восстановлю всю картину, не смогу утверждать о чём-либо с полной уверенностью. Может, сейчас мне не стоит нагнетать ситуацию, ведь я и так слишком много думаю и беспокоюсь?.. Хоть Джулия теперь вызывает у меня больше опасений, но насчёт тревожности она явно права. Что, если страх того, что санитар мог пробить голову и умереть, возобладал надо мной и заставил придумать историю с убийством? Я не могу полностью отбрасывать эти мысли и эти кадры, но, что бы то ни было, мне нужно взять себя в руки». – Не поддавайся своим страхам, и не нужно раньше времени делать такие выводы. Что бы ни случилось, Вайлет, если на твоих руках и правда чья-то кровь, то ты бы никогда не сделала этого преднамеренно. – Как ты можешь знать наверняка? – Такое прекрасное создание не может причинить боль просто ради причинения боли. Ты, видимо, себя ещё плохо знаешь, – успокаивающе улыбнулся Лэнгдон. – Знаешь, что? Живо ложись спать, тебе нужно отдохнуть и восстановить силы, ты слишком много переживала. Отбрось прочь всё, что тебя тревожит. Хочешь, я побуду сегодня Джулией и заставлю тебя беспрекословно выполнять всё, сказанное мной? Вайлет тихо засмеялась, а Тейт улыбнулся, надеясь, что девушке стало немного легче. – Спасибо, Тейт, – взглянув в темные глаза, Вай вдруг осознала, что минуту назад кинулась в его объятия и мысль эта заставила её щёки порозоветь ещё больше. – Но боюсь, мне не уснуть сегодня. Снова, – усмехнувшись, девушка прислонилась к стене, разглядывая иссиня-чёрное небо за окном, – Кровь. Как только закрываю глаза и пытаюсь расслабиться, она обязательно появляется. И кажется слишком реальной… Страшные мысли не оставляют меня, – смотря пустыми глазами в одну точку, произнесла Вай. Тейт нахмурился, и на лице у него появилось беспокойство и озадаченность. – Слушай, не знаю, что со мной, и почему я гружу тебя своими проблемами, – начала Вайлет. – Успокойся, – подойдя ближе и взяв девушку за руки, сказал тихо парень. – Я… Мог бы поделиться с тобой своим опытом, но сейчас слишком поздно, тебе нужно отдохнуть. – Опытом? Тебе тоже мерещилась кровь? – Хармон тут же спохватилась, вспоминая диагноз юноши. – Черт, прости, глупый вопрос. – Нет, всё в порядке, – Тейт выдавил слабую улыбку. – Мне не просто мерещилась кровь, Вайлет… – Что? – непонимающе выдохнула девушка. – Сейчас просто не думай об этом. Завтра… Завтра я расскажу тебе. Ты слишком добра, раз снова доверилась мне, и я просто не могу подвести тебя и лгать. – Скажи сейчас, ночь - не помеха! Иначе я буду спать ещё хуже… – Нет, всё завтра. Если расскажу сейчас, ты вообще не уснёшь. – О, зачем ты тогда начал эту тему? – простонала Вайлет, убирая с лица волосы. – Чтобы ты знала, что не одна, – улыбнулся юноша. – Почему ты вообще столько тянула, почему не сказала мне сразу? – Сначала, я не знала, стоит ли вообще кому-то знать об этом.. Но после вчерашнего... Я боялась, что ты отвернешься от меня. Решишь, что я окончательно сошла с ума, – пробормотала Вайлет, чувствуя, как горят её щёки. – Никто не любит проблемных людей... – Вайлет, посмотри на меня. Посмотри, – взяв в ладони лицо девушки, Лэнгдон со всей серьёзностью устремил взгляд в её потемневшие от переживаний глаза. – Ничто и никто не заставит меня отвернуться от тебя, понятно? Я же сказал, что буду рядом, мне всё равно, что за твоими плечами. Даже если у тебя поедет крыша, и ты будешь бегать по больнице нагишом, я стяну одежду и присоединюсь. Раздался смех девушки, но она чувствовала, как через этот смех пробиваются новые слезы. Было ужасно сложно поверить, что всё, что он говорит - правда. – Ложись, – уже настойчивее повторил Тейт, подталкивая Вай к кровати. Она села на край и смотрела на юношу снизу вверх. Он склонился над Хармон, ставя ладони по бокам от её бёдер. – Хочешь… Я останусь с тобой, пока ты не уснёшь?.. – А ты хочешь? – нерешительно спросила девушка. – Если бы не хотел, не предлагал бы, – уголки губ Тейта приподнялись, отчего на щеках появились те самые глубокие ямочки. Ну и как ему можно не верить? Вайлет откинулась на подушку, накрываясь одеялом. Молодой человек присел на край кровати, безмолвно разглядывая девушку. Она не успела опомниться, как горячие губы парня легонько коснулись её лба. Вай опустила веки, казалось, что она вдруг попала куда-то в другое место, где не было ничего из того, что беспокоило её несколько секунд назад. Лэнгдон отстранился, встречаясь с широко распахнутыми глазами девушки. – Спи, Вайлет, – тихо сказал парень, аккуратно дотрагиваясь до её запястья. – Тейт, – прошептала Хармон. – Я верю тебе. И мы должны сбежать отсюда, вместе. Нам здесь не место. – Не торопись с выводами. Возможно, после завтрашнего дня ты не захочешь никуда бежать со мной, – улыбка, украшающая его лицо, потускнела. – Спокойной ночи, Вайлет. – Спокойной… – ответила девушка, последний раз взглянув на юношу и закрывая глаза. Тейт провел пальцами по своим пульсирующим губам, на которых всё ещё ощущалась сладость её восхитительных губ. Вайлет, убаюканная нежностью, в сонном бреду словно ощущала, как в груди её всё сильнее разгорается пламя. А вот и пожар…